Welcome to hell

      После короткого стука в дверь, послышались тяжелые шаги по скрипящему старому ламинату, что вот-вот треснет под натиском грузных ботинок. По всему помещению тонкой струйкой начал расплываться густой темно-серый горький дым, заполняя собой каждый сантиметр жилого помещения; в воздухе тяжелым облаком повис удушающий запах серы, что, словно пробка, перекрыл доступ к кислороду. Тэхен замер в оцепенении, понимая, что ему конец. И тут уже никакой белый платок в знак полной капитуляции не поможет. В голове красным лампочка истерично мигает, предупреждая об опасности. Животный страх и жажда жить противным комом встали глубокого в глотке, выбивая жалкие слезы из красивых глаз. А как же пышная свадьба и семья с красивой девушкой, и пятеро детей? А как же ипотека и конструктор лего на полу? У Тэхёна целый список того, что он должен сделать за свою жизнь, чтобы уже в глубокой старости понять, что прожил-то не зря, что успел сделать хоть что-то крутое и захватывающее. А сейчас он чувствует, как на циферблате полетел обратный отсчёт. Минута — и он вздохнет в последний раз. Тэхену бы начать вспоминать своё детство, родителей и всякие приятные моменты из прошлого, но вместо всего этого он вспоминает янтарные огни, что осветили ему путь в этом мире. Он бы должен покрыть матом рогатую тварину, что прячется на данный момент в его недавно отремонтированной ванне, но не может. Наоборот переживает, что Чонгуку сделают что-то ужасное, накажут. Глупо же, верно? Переживать за бессмертное существо, которое только вчера вечером к себе собственноручно же и привёл. Переживать за того, кого не знаешь совсем. Переживать за демона.       На кухне резко подскочила температура, напоминая ту парилку в ванной, от которой так тащились двое парнокопытных; домашняя футболка стала противно липнуть к спине, мгновенно намокая, а непонятное чувство тревоги тонкими иголочками пульсировало на кончиках пальцев. Тэхен готов поклясться, что в данные секунды у него по венам течёт лава, выжигая все его нутро изнутри. Разве огнем не закаляют? Разве не обеззараживают? Можно ли считать, что это такой болезненный процесс лечения? Ким по жизни был странным, так что ему уже нечего терять. На кухню медленно зашла непонятная шняга, при виде которой хотелось смеяться и плакать одновременно. Существо было чуть выше двух метров, с широкой грудной клеткой, обтянутой черной змеиной кожей; глаза смольно черные, что со смешинкой в самую душу человека смотрят, видя каждый потаенный грех. За спиной находились сложенные черные крылья, что тянулись шлейфом и были слишком широкими для дверного проёма, с трудом протискиваясь следом. Мужчина смотрел на сжавшегося паренька и скалился, ликуя от произведенного впечатления. Все же люди слишком трусливы и слабы не только в физическом плане, но и в моральном. — Так, значит, мой горячо любимый младшенький ночевал здесь? В этой конуре, где даже нашему гончему негде развернуться. Что ж, похвально, — начиная хлопать в огромные ладони. У Тэхена коленки дрожат и в ванной два демона. Что может быть лучше?       Словно почувствовав, что хозяин дома их тут хорошим словом вспоминает, из ванной комнаты донесся резкий звон о кафель. Ким попцом чует, что это его дорогая баночка с кремом для тела полетела, ибо если уж влипать в неприятности, то с разбегу в кучу эту нырять. Рогатый эльф перевел ленивый взгляд в сторону коридора, что вел к ванной комнате и спальне. — Дэмиен, кровинушка моя, иди сюда, — буквально пропел, нервно постукивая длинным когтем по столу. Выждав пару секунд и поняв, что сын к нему выходить не собирается и, вообще, судя по всему опять слинял, разозленный пуще прежнего демон провел когтями по некогда гладкой поверхности, оставляя уродливые следы не только на мебели, но и на психике паренька, что на дух не переносит подобные звуки.       Воцарилась такая тишина, что на кладбище обзавидовались бы. Тэхен маленькими шажками передвигался к коридору, дабы оттуда сбежать в свою комнату. Что это не спасет его в любом случае, было ясно как летний день. Правда, смотря какой, но да ладно. Люцифер медленно поднялся со стула, приближаясь к перепуганному человеку. — Сына с собой не забрал, так хоть тебя на радость чертам, — хватая юношу за тонкое запястье.       Из ниоткуда появился Юнги с дорожной сумкой на плече. — Ох, здрасте, ай эм соу сорри, бат нот сорри, — схватив резко в следующую секунду Тэхена за руку, исчез, оставляя бедную квартирку смертного на растерзание владыке.       Очутились парни в темном переулке. Вокруг громко играла музыка и разными цветами переливались неоновые вывески, завлекая посетителей. На широкой оживлённой улице, куда парни только что вышли, стояло по несколько ламборгини на квадратный метр. В том месте, куда они перенеслись, глубокая черная ночь, что пахнет свежестью и дорогим алкоголем. Запах секса и порока чувствуется так же явно, как и запах дорогих духов от девушки, что так усердно строит глазки. После тихой квартирки, здесь слишком шумно, отчего юноша начал морщиться. Буквально через минуту к ним подъехал темно-серый матовый Ferrari, куда Тэхен был насильно запихнут. Ему возмутиться бы, мол, похитили, в его доме непонятно кого одного оставили, в непомерно дорогую машину запихнули и ничего не объяснили, но, вокруг столько блеска, пальм и дам в роскошных платьях, что обтянули все, что только можно было и нельзя, что Ким повременит со своими воплями. Вокруг слишком много нового, чтобы так быстро все прекращать. Он возмутится, обязательно. Просто чуточку позже.       Уже сидя на светлом кожаном сидении, Ким отмер, обращая внимание на водителя. Чонгук, засранец такой невозмутимый, сидит за рулем, управляя машиной одной рукой и параллельно разговаривая с другом. Демон был одет иначе, нежели десятки минут назад в его ванной. Теперь на парне была черная шёлковая рубашка, что обтянула накаченную грудь и пресс, красный пиджак с брюками и черные лакированные туфли. Тэхен уже, вроде, плакался, что его в храм не пустят, верно? Но он готов хоть тысячу раз ударить себя по голове чем-нибудь тяжелым, дабы перестать думать, что этому демону просто шикарно с такой причёской. И еще этот широкий ремень, что покоя грешной душонке не дает… Чонгук выглядит сногсшибательно, но вот Тэхен…на парне все те же тонкие домашние штаны в сердечко с утиными губами и старая растянутая футболка. Найди отличие, так сказать. Друг Чонгука же был одет во все чёрное: чёрная шёлковая рубашка, расстегнутая на несколько верхних пуговиц, открывая таким образом чудесный вид на молочного цвета кожу и четко выпирающие ключицы; в чёрный костюм и туфли. На левом запястье красовались дорогие часы, привлекая к себе внимание своим блеском. После такого самооценка парня упала ещё ниже. Он даже причесаться не успел.       Ехали не очень долго, но на протяжении всего пути то здесь, то там мигали яркие вывески, где неизменно было что-то написано на английском. В этом городе достаточно тёплые ночи, что не могло не радовать легко одетого парня. — Где мы? — произнес все же Ким, когда машина остановилась около входа в шикарный отель. Фасад здания был золотого цвета, что, словно светился, отображая свет от находящихся рядом вывесок и фонарей. На крыше огромными буквами было написано название отеля, а чуть ниже было указано количество звезд. При подъезде к главному входу в ряд сидят высокие пальмы, образуя своего рода коридор. Уже у самого входа находился большой музыкальный фонтан. — Добро пожаловать в Вегас, крошка, — подмигнул Чонгук ошарашенному парню, выходя из машины. Демоны уверенной походкой горной лани направились к стеклянным дверям, привлекая к себе ещё больше внимания, а Тэхён так и не вышел из авто, вцепившись мертвой хваткой в дорогое сидение. Вегас?! И он в таком виде?! Наружу?! — Ну уж нет, — нервно выдохнул парень, опуская голову ещё ниже. — Какой угодно позор, но только не такой. Тут у проходящих мимо тел запонки дороже всех моих органов.       Сотрудник пятизвёздочного отеля лишь нервно переминался с одной ноги на другую, чуть покашливая, намекая. Ему надо отогнать машину, дабы не создавать очередь и не злить богатеньких гостей, да и просто, чтобы не заработать себе неприятностей, а этот зашуганный и изнасилованный жизнью паренек не выходит. Жмётся к сидению и сжимается весь, словно уменьшиться хочет до минимальных размеров. К такому жизнь сотрудника явно не готовила. В своде правил о подобных случаях нет и слова, так что испуган здесь не один Тэхен. И молодой парень, скорее всего подрабатывающий студент, явно не ожидал услышать полный укора и неприязни голос. — Чего встал? Отгоняй давай, — молодой американец никак не отреагировал, не считая дикого взгляда. — Черт возьми, ты же не разговариваешь на корейском, — хлопая ладошкой по лбу. — Тэйк ит, — только и смог выдавить из себя, заваливаясь на сидение и прижимая ноги к груди. Сотрудник вряд ли понял чего от него хотели, но все же сел за руль и отогнал Ferrari вместе с Тэхеном на парковку.       Времени на подумать у Тэхена было прилично. Почти два часа прошло с того момента, как компания прибыла, если так вообще можно сказать, в Вегас. Ким не понимал с какой целью его вообще взяли с собой. Он не понимал как они смогли за секунду переместиться на другой конец света. Было обидно, что хоть и помогли, но бросили одного на парковке. Где-то высоко в небе ярко горела луна, но её свет затмевали тысячи вывесок. Тэхен тяжело вздохнул, закидывая ноги на панель. Единственное, что он понял, так что настоящее, возможно, имя Чонгука — Дэмиен. И Ким, когда искал сведения о демонах, явно сталкивался с этим именем. Но в тот раз он прочитал слишком много информации, и сейчас в голове лишь каша. Все перемешалось, и уже сложно ответить кто есть кто и за что отвечает. О Киме никто так и не вспомнил, и пропажи, судя по всему, не заметил, спокойно отдыхая в уютном и, наверняка, безумно дорогом номере, потягивая из хрустального стакана виски.       Тем временем в номере люкс на двадцать первом этаже отдыхали два демона. Свет во всем номере был выключен, позволяя лишь темно-синей подсветке с фиолетовым отливом, что тянулась вдоль панорамных окон, освещать помещение. Пахло табаком и чем-то сладким. Демоны сидели напротив друг друга в широких креслах, медленно потягивая дорогой алкоголь из стакана. — Какого черта мы вообще его спасали и брали с собой? Чтобы он валялся в машине? — спросил Юнги, закидывая в рот очередной ломтик лимона. — Мы его спасли, сделали доброе дело, хотя не обязаны и не должны, вообще-то. Мне из-за этого теперь противно и внутри скребет все. Он вполне мог пойти с нами, но предпочел провести ночь тет-а-тет с дорогими тачками. Что же, если он хочет подработать охранником, то пусть, я ему в няньки не нанимался и за ручку из авто выводить не собирался, — продолжая рассматривать янтарную жидкость на дне. — Ты же понял, что он постеснялся своего внешнего вида. — Верно, — улыбаясь своей шалости. — А чего он хотел от сына Сатаны? Чтобы я щелкнул пальцами и, бах! На нем шикарный костюм кремового цвета и куча колец на длинных пальцах? Я ему не Джин. — Складывается впечатление, что ты об этом думал, — чуть оскалился друг, залпом допивая алкоголь. — Сейчас пойдешь далеко нахер, приблизительно, в Антарктику. — Ой, ребёнок разозлился, — выждав небольшую паузу и поняв что затеял друг, широко улыбнулся. — Да начнется самое горячее? — ответил чуть оскалившись друг, упираясь спиной в мягкую обивку.

Boy meets evil.