Новая роль.

Всё белоснежное. Белое до безобразия. Лёгкий шлейф белых лилий и одеколона распространялся по всему помещению, заполняя собой весь воздух. Окно, на удивление, было закрыто плотными шторами, и чистый свет лился с высоких ламп. Единственным тёмным пятном выделялись стол из темного дуба, хозяин кабинета, одетый в черный костюм и его гостья. — Я рад, что Вы согласились встретиться со мной, синьора Савада. Бьякуран не изменился: всё такая же слащавая улыбка, фиолетовая татуировка скривилась, а глаза хитро сощурены, изучая человека напротив него. Конечно, он помолодел с того раза, как Тсуна его видел, больше его удивило то, что босс Джессо относился к нему достаточно дружелюбно. Особенно если вспомнить, что было в прошлом. Например, попытка стать повелителем всех миров. Просто к примеру. Сейчас перед шатеном сидел готовый его внимательно слушать и сосредоточенный Бьякуран. Удивительное зрелище, особенно его костюм. Жаль, Тсуна не взял фотоаппарат. — Мне пришлось долго ждать, пока Вы согласитесь, однако теперь я с уверенностью могу сказать, что время потрачено не зря, — продолжил откровенно лгать Джессо. — Знаете, у меня есть уникальная способность видеть параллельные миры. Я уже столько раз видел Саваду Тсунаеши в различных обликах, можно перечислять достаточно долгое время, знаете ли. Теперь Бьякуран смотрел надменно, с большим превосходством над оппонентом. Верно, его дурацкая привычка унижать всех и вся этой своей способностью. Губы сами собой кривятся в ухмылке. Лёгкой, дружелюбной, но всё же ухмылке. — А я-то всё думала, что же с тобой произошло. Но всё в порядке, всё такой же Бьякуран Джессо. Рада, что хоть что-то не меняется, — мягко протянула шатенка. Тсунаёши делает глоток чая, вновь обращая внимания на хозяина кабинета. Тот смотрел удивлённо, так, будто бы ему открыли страшную тайну. — Да ладно тебе, как других этим доставать так нормально, а как самого задели, так всё. Не делай такое лицо, Бьякуран. — И кто же ты, раз так спокойно можешь говорить подобные вещи? — О, мой бесячий друг, это очень интересный вопрос! — стук кружки звонко расходится по всей комнате. Легко, непринуждённо. Тсуна рывком встаёт; сейчас, когда перед ним человек, с которым он впервые за столько лет сможет поговорить об этой проблеме, он не может спокойно сидеть. Незнание его бесило, ему хватало посмертного пламени, и всего прилегающего к нему, ещё большей мистики он не желал ни в каком виде. Однако судьба распорядилась иначе, не дав ему возможности спокойно покинуть этот бренный мир. — Это очень долгая история, поэтому я сокращу её до самого необходимого. Мне удалось дожить до неплохой старости всего, по сути, шестьдесят с чем-то лет. Всё шло своим чередом, но всё же карма меня настигла. Не понятно за что, я много где нагрешил, однако опустим это. Меня убили, думал, наконец-то, отдохну на том свете. И тут я открываю глаза в теле младенца. Себя самого, спасибо и на этом, хотя и в женском теле. Итог: страдаю уже шестнадцать лет от того, что кто-то или что-то решило поиздеваться надо мной. Ах да, мы с тобой верные друзья, Бьякуран, если быть точным, то я Тсуна из первоначального мира, который когда-то надрал тебе задницу. И мы, как настоящие мужчины, после хорошей драки подружились. Знаем, или мне нужно рассказать подробнее? Шокированный вид Джессо удовлетворил сущность Савады, хоть немного, но он был рад свалить хоть какую-то часть проблем на чужие плечи. У него самого теперь были достаточно хрупкие, чтобы держать всё на них. Вот пусть теперь Бьякуран мучается вместе с ним. Да и просто, время от времени, хотелось пожаловаться кому-то на свою судьбинушку, не пытаясь держать себя руках, чтобы, упаси боже, не раскрыть чего-то ненужного. — Удивительно, что ты помнишь свою прошлую жизнь, — стук бокалов, и Бьякуран с Тсуной вновь пьют. После того, как эти двое нашли друг друга, общим голосованием решили это отметить. Шоичи, конечно, был против, но его никто не спрашивал. — Знаешь, Бьяку, я думаю, что здесь всё не просто так. Как думаешь, может это чей-то заговор? — Всё может быть, я попробую что-нибудь найти на этот счёт. — Благодарю. Ах да, у меня есть к тебе ещё одна просьба. Сможешь найти Шахматноголового? Шоичи стоял рядом и лишь громко вздыхал, желая этим, видимо, надавать на хоть чью-то совесть. К его огромному сожалению, совесть в этой комнате присутствовала лишь у одного человека. Было не сложно догадаться у кого. Он попытался возразить на просьбу Савады, но не успел, как в комнате с громким «хлоп» появился Шаман собственной персоной. Он улыбнулся и кивнул Ирие, что уже успел схватиться за живот и смотрел на Шахматноголового с паникой. Сам мужчина больше не обращал внимания на бедного Шоичи, смотря на Тсунаёши и Бьякурана. — То есть, всё это время тебя так просто можно было вызвать? Как с этими ужастиками, когда произносишь чье-либо имя три раза и этот кошмарик тут же появится, — с возмущением воскликнул уже захмелевший Ёши. Бьякуран на фоне попытался не так явно смеяться, что получалось достаточно плохо. Ирие так вообще почти коньки отбросил на месте. Единственным, кто оставался невозмутимым, был Шаман. — Тсунаеши, если бы это было так просто, то многие мои враги давно уже думали не о том, как меня найти, а как убить. Тебе известно, что это невозможно. Ты как был особенным в прошлой жизни, так и остался в этой жизни, поэтому я всегда тебя услышу. — Тебе что-то известно, верно? — хмуро посмотрев на Кавахиру, Тсуна уже начал размышлять о словах Шамана. Он никогда не разбрасывался словами, об этом Савада помнил всегда и каждую встречу с мужчиной внимательно слушал того, не желая пропустить ни слова. Те мысли, что сформировались при мозговом штурме, Тсунаёши совершенно не понравились.

***

Ничего не менялось. Ёши мог с закрытыми глазами пройтись по кабинету Девятого и безошибочно определить любой предмет интерьера. Всё та же атмосфера угнетения всех прибывших. Единственной радостью было то, что это был обоюдный клинок. Тимотео не мог уже так долго находиться в собственном кабинете, как в молодости, поэтому всё меньше времени проводил встречи, оставляя их на своего советника и сыновей. — Тсунаёши? Голос Дона Вонголы отвлёк от размышлений, и девушка отвела взгляд от окна. Здесь находилась только верхушка семьи, даже сыновья Тимотео не знали о данном собрании. Вспомнив главную задачу, из-за которой Савада здесь и находится, он прошёл к креслу, заняв место рядом с отцом и Внешним Советником. — Думаю, настало время обсудить один из самых важных вопросов для Вонголы. Ты ведь понимаешь, о чём я, отец? — Мой наследник. Об этом меня спрашивали уже столько раз, что моя голова начинает болеть от одного этого слова. Я думал, что тебя это не волнует, ведь ты никогда не интересовалась политикой Семьи. — Это разное, отец. В тебе я всегда была уверена, поэтому не собиралась вмешиваться. Однако твой наследник — другое дело. — И кого же ты считаешь достойным? — задал вопрос Тимотео. Тсунаёши отвлёкся на пару мгновений, чтобы проследить за Жерардо. Тот был удивительно спокоен, хотя уж его-то этот вопрос точно должен был волновать больше всех. Одно это заставило шатена напрячься. — Моё мнение: самый лучший вариант — Энрико. — Довольно занимательное решение. До тебя Герра успел представить своего кандидата — Массимо. Жаль, что ваше мнение не совпадает. Я был бы рад, если хотя бы раз ваши взгляды совпали. — Мне очень жаль, но это невозможно. У нас с Внешним Советником разные взгляды на мир. Мы как две параллельные, которые не смогут сойтись, как бы они не старались. Хотя мне стало невероятно интересно, почему Вы, Жерардо, выбрали именно Массимо? Энрико долгие годы работал на Семью, успел сделать прекрасную репутацию вне Вонголы и завести множество полезных связей. Он идеальный выбор. В то время как Массимо предпочитал оставлять свои обязанности на других. Босс такой большой семьи как Вонгола должен в первую очередь заботиться о других, и только после этого о себе. О нём такого не скажешь. — Тсунаёши, — насмешливо протянул Внешний Советник. — Ты смотришь на всё лишь с одной стороны, не желая принимать во внимание все детали. Я сделал свой выбор, взвесив все «за» и «против». О них я уже рассказал твоему отцу, и он согласился с моими выводами. — А я всё же считаю, что необходимо пересмотреть Ваше решение, — хмыкнув, ответил шатен. — Отец, выбор в итоге всё равно остаётся за тобой, и я лишь надеюсь, что ты сделаешь правильный. Доброй ночи. Не дождавшись ответа, Тсуна вышел из кабинета, где его ждали Мукуро и Фран. Оба сделали невинный вид и незаметно сделали шаг от двери, так как до этого находились слишком близко к оной. Шатен лишь махнул рукой и пошёл по длинному коридору. Ругать этих двух всё равно бессмысленно, поэтому он даже время тратить на это не будет. За тихими шагами Ёши вновь ушёл с головой в размышления. Правильно ему говорил Занзас, не стоило лезть в это, лишь нервы убьёшь, Тсуна понимал это и без него, но не мог оставить всё так, как есть сейчас. Тем более после разговора с Шаманом. И хотя Савада устал, он точно изменит всё. Шатен не пойдёт вновь по этому пути, когда оглядываясь, ты видишь горы трупов. И начнёт он с поисков оставшихся хранителей.