Новая роль.

По-весеннему прохладный ветерок игриво пробегал мимо могучих стволов дубов и сосен, слегка раскачивая ветки с начинающими на них распускаться почками. Солнце грело своими лучами, временами почти обжигая. Лес готовился полностью расцвести, трава под ногами множилась разными оттенками зелени, тем самым привлекая внимание к себе, в ней прятались бутоны цветов, готовых радовать чужой глаз. В глубине леса еле слышно журчал ручей, стекающий с гор. Всё в этом лесу говорило о том, что люди здесь бывают нечасто и с уважением относятся к природе. — Тсунаёши, нам ещё долго идти? Шатен оборачивается и хмуро оглядывает своих спутников: Чикуса начинал уже более заметно дышать, в его волосах застряло пару веток и паутинка, шапка немного скосилась, и весь вид парня становился комичным. На его фоне Кен и Лал Мирч, которые вполне резво шли впереди Савады и переговаривались между собой на какие-то свои темы, выглядели превосходно. Мукуро, которая умудрилась втиснуться в их тесный коллектив, совершенно случайно пройдя мимо, когда Ёши объясняла Лал Мирч причину своего отъезда, выглядела недовольной, о чём очень громко оповещала всех остальных, больше всех страдал Фран, что шёл рядом с иллюзионисткой и выслушивал все её жалобы. Его, между прочим, в это небольшое путешествие втянула именно Рокудо, не желая оставлять своего ученика одного. Единственной радостью для Тсуны было то, что не все его товарищи узнали о поездке, иначе поехали бы вместе с ним. Ему вполне хватало и этих пятерых. — Слушай, Тсу, мне уже не нравится тот, к кому мы идём. Вот зачем было забираться в такую глушь? — заныла Мукуро, пытаясь воззвать к совести своей подруги. Вздохнув, уже не зная в который раз, шатен не ответил. Он вообще нервничал, ведь ему придётся встретиться с самым замкнутым своим хранителем, который дольше всех отвергал Саваду в качестве своего Неба. Ещё больше беспокоил факт, что все его хранители при встрече желали его смерти. Это перевешивало все аргументы на его внутренних часах в пользу того, чтобы искать хранителей. Однако судьба всё равно сталкивала их вместе, и лучше быть готовым заранее, чем хаотично рассуждать, как бы уговорить их не убивать его. В очередной раз убирая ветку от близкого знакомства с его лицом, Ёши оглядел пространство вокруг себя. Погода была прекрасная, и такая прогулка лишь ещё больше радовала, на секунду у него даже возникла мысль остановиться на какой-нибудь поляне и устроить пикник. Встряхнув головой, Тсуна вспомнил примерный план пути, по его расчетам уже через несколько минут они должны были прийти к загородному особняку семьи Хибари. — …верно, Тсуна? Лал Мирч с вопросом смотрела на своё Небо. Саваду спасла Мукуро, начав возмущаться по поводу того, что Лал Мирч не должна мешать Тсуне проводить время с друзьями. В реплике брюнетки не было особого смысла, но шатен хотя бы понял, какой вопрос ему задала Аркобалено. Влезать в перепалку между этими двумя не собирался никто, ибо чревато, но слушали с интересом, краем уха Ёши услышал, как Кен ставил на победу Мукуро. За очередным деревом уже виднелся большой особняк, оформленный в традиционном японском стиле, сад взрывался от многочисленных видов растений, посередине всей этой красоты возвышался небольшой мостик, пересекающий маленькое озеро с настолько кристально-чистой водой, что были видны рыбы, плавающие на дне. На открытой площадке, огибающей сад, сидела красивая брюнетка в тёмно-синем хаори, её глаза были закрыты, а руки сложены на коленях. Шатен сразу узнал в девушке своего бывшего хранителя Облака. — Так, все помнят, что должны мирно стоять в стороне и помалкивать? Мукуро, я обращаюсь к тебе, — в ответ Туман недовольно тряхнула волосами, но всё же кивнула. — Хорошо. Так как японский знаю лишь я, Лал Мирч и Мукуро, вы трое не должны влезать. Всё равно ничего не поймёте. Собравшись с силами, Ёши пошёл навстречу смерти к Хибари. Приближаясь, шатен заметил, как та почти незаметно поменяла положение рук. Сглотнув, он поднялся на площадку. Сзади, в нескольких шагах от него, шли все остальные. — Кто вы такие и как посмели прийти на чужую территорию? — Кёя встала и теперь была выше Савады, на невозмутимом лице не дрогнул ни один мускул. — Здравствуй, Хибари Кёя. Меня зовут Тсунаёши Савада, а это мои друзья. Мы пришли поговорить. — Обычно те, кто приходят без спросу просто поговорить, заканчивают дракой. Почему я должна выслушивать тех, кто пришёл без приглашения? Мне стоит проучить вас за ложь, — в руках Хибари блеснули тонфа, тут же оказываясь в опасной близости с шеей Тсунаёши. Шатен еле успел остановить друзей от нападения. — Мы не собирались… — Кёя, опусти тонфа и проводи наших гостей в гостиную, — неожиданно шатенку прервал мужчина. Он был выше самой Кёи примерно на полголовы, более крупного телосложения, чем среднестатистический японец, но даже при всём этом не потерял некой аристократичности. В нём было несложно узнать отца японки. Девушка с раздражением цокнула, убрав оружие, пошла по направлению особняка. Внутри была лишь классическая мебель, картины ещё времен революции, одну из них приметила Рокудо и мысленно передала подруге желание забрать её. За что тут же получила подзатыльник, не больно зато обидно. В гостиной им подали чай и сладкое, за которое тут же принялся Фран. Шатен же рассматривал мужчину напротив. В прошлой жизни Саваде так и не удалось увидеть или хотя бы немного узнать о семье своего хранителя. Хибари каждый раз просто уходил, не желая раскрывать ничего из личной жизни. Но что было самым удивительным, так это то, что после переезда в Италию Кёя ни разу не навестил свою семью. Казалось, парень был совершенно равнодушен к родным. — Рад познакомиться с дочерью Савады Емицу. Меня зовут Хибари Исао, я отец Кёи. — Вы знали моего отца? — удивился Тсуна. Конечно, Ёши знал, что Емицу жил в Японии до вступления в Вонголу, но никогда не слышал, чтобы тот был как-то связан с семьёй Хибари. — Да, Емицу был моим давним другом. Когда-то я помог ему стать Внешним Советником Вонголы. К моему искреннему сожалению, после этого он больше времени проводил в Италии. Очень редко его можно было застать в Японии, единственной связью с ним была твоя мама. Между прочим, ты точная копия Наны в юности, — приятный баритон собеседника вызывал иррациональное опасение. Тсунаёши перестал сомневаться в том, что Кёя пошёл весь в своего отца. Перед ним был опытный стратег, который уже высчитывал выгоду и угрозу от гостей. Савада ностальгически улыбнулся, давно он не испытывал этого волнующего чувства. Необходимость просчитывать собеседника и опережать его на несколько, если не больше, шагов. Он не боялся Исао, уже зная, как тот поступит. — Жаль, что я не узнала о Вас раньше, Хибари-сан. Мне очень интересно услышать о своём отце как можно больше, — с вежливостью произнесла шатенка. Сделав глоток зелёного чая, она вновь обратила всё внимание к главе семьи. — Я бы хотела продолжить этот разговор позже. Боюсь, у меня не так много времени, а мне нужно ещё обсудить кое-что важное с Вашей дочерью, Хибари-сан. — Тогда я оставлю вас, Кёя, будь вежлива с Савадой-сан. Ещё один шок Тсуне пришлось пережить, когда за Хибари Исао закрылась дверь. Кёя, заняв место отца, поклонилась Саваде, тем самым признавая его. Он-то думал, что ему придётся сначала сразиться с Облаком, перед тем как та сможет хотя бы терпеть чужое общество. — Так что Вы хотели обсудить, Савада-сан? — Ах да, я хотела предложить Вам одно интересное дело, — прийти в себя помог пинок сзади от кого-то очень доброго. Только тогда шатен ответил. — Недавно я открыла ночной клуб в Италии. Так же у меня есть мысли увеличить количество клубов и одним из таких мест я выбрала Японию, но здесь у меня нет того, кому бы я могла доверить управление столько важного места. — Как я понимаю, Вы желаете, чтобы я взялась за управление, — дождавшись согласия, брюнетка продолжила. — Тогда почему именно я? Мы с Вами не знакомы, как Вы можете доверять постороннему человеку? И в чём будет выгода для меня? — Я понимаю Ваши опасения на мой счёт, однако могу ответить лишь одно единственное — я чувствую, что могу Вам доверять, Хибари-сан. Я знаю, что в средней школе Вы были главой Дисциплинарного Комитета, и до сих пор наводите ужас на местных бандитов. А также на Вас, из-за семьи, часто нападают якудза. Вы сильны, умны и, что немаловажно, владеете посмертным пламенем, знаете о теневом мире. Мой клуб является не просто развлекательным местом, но и важной точкой для мафии, где можно не переживать о безопасности. Можно назвать его нейтральной территорией. — Вы настолько уверены в себе, — усмехнувшись, уверенно произнесла Хибари. — Умело подбираете слова, совсем как мой отец. Я дам Вам свой ответ позже. Это всё? — Да, Хибари-сан, тогда мы покинем Вас. Надеюсь на положительный ответ. Их проводили до выхода в тишине, покинув территорию семьи Хибари, на Ёши тут же начали возмущаться Мукуро с Чикусой. Причиной этому была дорога, по которой с самого начала могли пойти ребята, а не идти через лес. Остальные не возражали против такой прогулки, поэтому шли молча, лишь иногда высказываю свои мысли. Никто из них до этого не знал, что Савада собирается увеличить количество ночных клубов, поэтому были недовольны. На это шатен ничего не ответил, просто медленно шагая и насвистывая под нос мелодию. — Я рада, что удалось избежать драки, — высказался шатем, тем самым вызвав новый поток недовольства.

***

Цветочный магазин, что расположился напротив кофейни, где остановились Тсунаёши с остальными, был по-своему прекрасен: совсем небольшой, обставленный множеством видов растений, он привлекал чужое внимание лишь одним своим видом. За витриной, среди царства цветов, кружилась девушка, которую очень хорошо знал Савада. Ему очень хотелось поговорить со своим хранителем наедине, однако в данной ситуации никто не собирался оставлять его одного. — Так эта девушка — твоя вторая цель? — Лал Мирч оценивающе смотрела на продавщицу цветов. Её взгляд прошёлся по чужой фигуре в униформе, и ей лишь оставалось удивляться, каким образом Савада находила подобных людей. — Да, — закончив пить кофе, Тсунаёши направился к своему бывшему Солнцу. На звук открываемой двери Рёха обернулась и вежливо поприветствовала. — Здравствуй, Сасагава Рёха. Улыбка на лице блондинки дрогнула, но она смогла взять себя в руки. Её поза изменилась, готовая в любой момент сорваться с места. — Вы знаете меня? — уже с враждебностью спросила Сасагава. «Ну почему они всегда так реагируют?» — с грустью подумал Тсуна. Но продолжить размышления на эту тему решил позже. — Сасагава-сан, я не хотела обидеть Вас или угрожать. Я пришла к Вам с выгодным предложением. Меня зовут Савада Тсунаёши. На протянутую руку Рехей смотрела со смешанными чувствами, будто одно лишь действие могло изменить если не многое, то значительную часть её жизни. Ёши принял это положительно, решив продолжить. — Насколько мне известно, Вы сейчас учитесь в Старшей школе Намимори, да ещё и совмещаете с работой в этом магазине. Это очень похвально, тем более, когда с таким графиков Вы успеваете ходить на матчи. Мечта заниматься профессиональным боксом в Вас не утихает, даже учитывая высокую занятость. Мне продолжать? — Неужели после такой речи все тут же становились к тебе дружелюбными? Тсунаёши, ты видимо больше привыкла угрожать, чем предлагать. Тсунаёши пришлось мысленно выслушать огромную тираду о невоспитанности данной особы со стороны Мукуро, которая не пыталась скрыть факт подслушки; Фран предложила научить Сасагаву манерам, на что получил отказ. Устав от этого, Тсуна закрылся пламенем от Рокудо. — Вы правы, Сасагава-сан, однако сюда я пришла с миром. Надеюсь, в дальнейшем Вы это поймёте. Я спрошу лишь один раз: Вы желаете изменить свою жизнь? Если нет — то я тут же уйду, и мы больше никогда не встретимся. Подумайте. Пока блондинка думала, Тсуна решил осмотреть более детально помещение: маленькая комната была со всех сторон усыпана цветами и растениями, совсем как и на улице, но самым важным моментом было еле различимое пламя Солнца, что распространялось везде. Внимание шатена привлекли небольшие кактусы и суккуленты, что были рядом с кассой. — Сасагава-сан, я бы хотела купить все эти кактусы и суккуленты. — Прошу прощения? — задумчиво спросила Сасагава. Раздумывая о предложении, она не обратила внимание на перемещение девушки. С улыбкой Савада повторила. — Конечно, я сейчас всё приготовлю. Расплатившись за покупки, Тсунаёши позвал своих друзей, чтобы забрать все растения. Уже на выходе его остановила Рёха вопросом, почему он уходит, не дождавшись ответа. — Я дам Вам подумать неделю, Сасагава-сан.