Reminiscence

В полной прострации от россказней Кибома я завалился домой, и, не раздеваясь, плюхнулся на кровать, уставившись взглядом в потолок. Весёлая была ночка. Теперь и не заснуть, столько событий и мыслей в голове смешалось. После того, как мы разошлись с компанией друзей, Ки проводил меня до нужной мне станции метро, а сам перешёл на другую ветку. Пока шли, мы успели о многом поговорить. – Тэмин-а-а-а, – протянул Ки. Мы еле как волочили ноги, вымотались. Как только мы оставили друзей у проспекта, на нас сразу навалилась вселенская усталость. Собирая остатки сил, брели к месту назначения. – М-м? – Ты хорошо повеселился сегодня, – Ки скорее не спрашивал, а констатировал факт. – И правда. Спасибо. Тебе уж особенно, – я улыбнулся. На кончике языка таки вертелись его шуточки, которые то и дело всплывали в течение всего вечера. – А ещё, ты знаешь, одна вещь есть, только вот, ойк, – икнул тот, – не думаю, что она тебе понравится. – Это ты о чём? – но Ким меня не слушал, и только бормотал: – Ну и ладно, всё равно всё... станет... ой, – друг тяжело задышал, и я взял его под руку. Тот шёл, сгибаясь в коленях, хватаясь за грудь. – Эй, принцесса, с тобой всё нормально? Что-то ты мне не нравишься, – Кибом слабел на глазах. Только мне этого не хватало. – Подожди, дай отдышаться, – и тот побрёл к стене одного из зданий, мимо которого мы проходили. Опёрся о неё, постоял пару минут, а потом резко поднял голову и посмотрел мне в глаза. – У меня просто изжога. Перебрал этого треклятого соджу и вискаря, и… – Да ты там чуть весь бар не осушил. – Тошнит, жесть просто, а-а-а, – стенал тот от испытываемого дискомфорта. Горе-алкоголик. И так через раз. Пора бы бросать ему, знает ведь последствия. Мы постояли некоторое время, ожидая, когда другу стало лучше, как он выпалил на одном дыхании: – Ты нравишься Минхо. Я недоумённо взглянул на него. – Ты ему нравишься, Тэ, не просто как друг. Вот так поворот. Было похоже на какую-то утку. – И я не шучу, – и того стошнило прям в ливнёвку. Шикарно. Ну хоть теперь-то я точно мог удостовериться в правдивости слов Ки. Обычно он часто говорит всякую ересь перед тем, как почувствует, что ему плохо или он сейчас отключится. Как правило, искреннюю, ибо этот идиот правда считал, что если, к примеру, температура его тела достигла отметки 37,7, то самое время собирать всех вокруг себя и начать составлять завещание. Буквально. – И как такое произошло? – Ты о чём? Об этом? – Ки указал на результат его извержений. – О Минхо. – А. Ну, всякое бывает, приятель, – Ки буднично протирал рот платком, будто ничего и не случилось. – Я уж вижу. Даже твой организм не в восторге, – я изобразил смешок и побрёл вниз по улице, Ки пошёл следом. – Да мне-то как раз всё равно, просто… – Просто что? – Ну, я думал, что надо сказать тебе. – Ты сказал. Спасибо, приму к сведению, – я всё так же холодно отвечал, не глядя на него. – Ты не понял, Тэ, – он обошел меня, идя спиной к улице, – дело в том, что ты прям таки тем самым образом и нравишься. Как ты и Дж- – Я понял, Ки, – ну, или только сделал вид. Показать, что я удивлён? Да, было малость такое чувство. Но… давать другу такую прекрасную возможность убедить меня в чём-либо и опять втянуть в какую-то авантюру? Не-а. – Когда говорят «нравишься», упоминая при этом давнего приятеля, всё как-то сразу становится очевидным, знаешь ли. – Тогда?.. – друг остановился передо мной, преграждая мне путь, – Ты не кажешься удивлённым. – Кибом. Ты понимаешь, мне… это не нужно. Сейчас, по крайней мере, – Ки взглянул на меня в предвкушении, но я его сразу одёрнул, – Это, конечно, неожиданно, но, Минхо? Это как минимум, странно! Это… – Гомосексуально. И что? Ведь вы с Дж- – Так. Кибом-а, – я уже дважды назвал его полным именем. Обычно это имел своеобразный эффект. Этим я давал понять, что стоило бы сменить тему. Но, похоже, сейчас это не работало. Он был настойчив. Как бы не было обидно Минхо, я в любом случае, даже в самом идиотском сне не мог бы иметь с ним что-то большее, чем дружба. Я подозревал нечто подобное, но чтобы это приобретало такие обороты... Похоже, я начал трезветь, судя по тому, насколько ясно мне удавалось думать, чётко распределяя мысли по полочкам. "Нравишься", "Минхо", "не сработает", "Джонхён". Джонхён... Его имя Ки норовил произнести, и меня от этого всего передёргивало. Как же тот не поймёт, что мне никто, никогда… – Мне по боку, что он там обо мне думает, но мой ответ – нет, – ответил я жестче, чем бы мне хотелось. – Он тебе что-то сделал? – Ну, как ты себе представляешь его и меня? Сегодня, конечно, я заметил, он был странный… – Ещё бы. Трындеть мне о тебе хрен знает уже сколько времени – это уж не то что странно, ни в какие врата не лезет. – В смысле? – В прямом! Он реально запал на тебя. Хоть и играет не за эту команду. Вот это уже было что-то новенькое. И далее я выслушивал всё, что Ки было известно об этом. Мы как раз дошли до входа в метро, но внутрь не заходили. Стояли и мёрзли. То, что Минхо хотел забрать меня домой на машине. Ибо жил неподалёку, и как раз пригнал её. Что хотел сам объясниться, но Кибом не был уверен в его вменяемости и зная, как тот быстро распаляется, делая что-либо прежде, чем тот успеет подумать, решил взять всю ситуацию под свой контроль. – Он кажется правда серьёзным, Тэ. Попробуй. Вы же общаетесь. Тем более мы вас поддержим. Поддержут они, а как же. Помните бразильский сериал «Клон»? Каюсь, тоже смотрел пару эпизодов. Так вот, когда главная героиня выходила замуж, все арабские женщины, присутствующие там, на торжестве, улюлюкали. Я более чем уверен, эти балбесы в курсе этой фишки. Весь вечер я терпел дурацкие подкаты Минхаря. И в караоке петь – со мной в один микрофон, и сесть ко мне поближе, и руку на спинку положить, и подливать, еду подкладывать, нечаянно касаться меня... Льстило. А когда тот говорил мне что-то в ухо, чтобы я лучше расслышал, я испытывал дежа-вю. На минуту и впрямь казалось – глаза закрой, и вот он, образ родной перед тобой. Но только веки открываются – всё исчезает... От мечтаний меня отвлёк смс Ки: «Подумай. Время есть. Брось убиваться по бывшему». Бывший. Так вот оно как называлось!А я ведь и не знал. Боль где-то горько отозвалась внутри и я в безразличном жесте швырнул свой телефон куда подальше, совершенно не беспокоясь за его судьбу. Да кто они вообще все такие, раз считают, что имеют права что-то советовать и решать за меня? Дёрнулся с постели и просто залился оставшимся вином, присев при этом на подоконник. Пошли все к чёрту. Луна, неумело прятавшаяся меж многоэтажек в соседнем квартале на фоне лилового неба, близилась к горизонту и грозилась исчезнуть из поля зрения. Отойдя от окна, и чувствуя, как тело тяжелеет под натиском чар Морфея, обратно плюхнулся на кровать.