Is this what you wanted?

Эвен просыпается, когда Эдвард стучит в дверь, и ему нужно время, чтобы понять, где он. - У Исака по расписанию были дела с утра. Он попросил меня отвезти вас домой, - говорит Эдвард. Эвен чувствует себя как дешевая шлюха; как кто-то, от кого ушли, и сейчас вышвыривают с утра пораньше. Он встает, чувствуя себя смущенным, и задается вопросом, как он оказался в одной из футболок Исака. Это белая футболка с изображением Иисуса. - Вашу рубашку отдали в химчистку, и ее вернут к концу дня, - говорит Эдвард, как будто может читать его мысли. * Исак не связывается с ним в последующие дни. Эвен получает свою рубашку из химчистки вместе с новой – к ней добавлено напечатанное на карточке извинение. Исак не приходит на его съемки всю следующую неделю, и Эвен спорит с самим собой – стоит ли ему написать первым, и спросить, как у него дела, как его мама. Он понимает, что беспокоится. А это не очень естественное чувство, которое следует испытывать по отношению к своему заклятому врагу. Его это гложет. Он сталкивается с ним в лифте, и пытается завести разговор, но не может, потому что в лифте есть и другие люди. - Ты больше не приходишь на мои съемки, - выпаливает Эвен, когда Исак собирается выходить, не заботясь об остальных. - Я думал, тебе не нравится, когда я прихожу, - отвечает Исак, придерживая дверь рукой. - Ты можешь, если хочешь. * Исак приходит на следующую съемку. Они не разговаривают, но Эвен понимает, что ему нравится работать с ним, что ему нравится, когда он направляет его. Он понимает, что Исак видит красоту в том, что большинство людей не могут заметить. Он понимает, что Исак видит его в лучшем свете, и знает, как заставить его сиять. Это глупая мысль, но Исак заставляет его чувствовать так, будто он сияет иногда. - Ты заставляешь меня чувствовать себя так, будто я сияю иногда, – говорит ему Эвен на вечеринке, и, возможно, Эйли заставила его сделать несколько шотов, прежде чем он направился наверх постоять на балконе с Исаком. Исак смотрит на него, пока его лицо не расплывается в улыбке с ямочками, и Эвен хочет позволить его большому пальцу остаться на морщинке на левой щеке Исака. - Для меня ты сияешь всё время, - Исак говорит ему так, будто это правда. Эвен не тронут. Нет. Он пьян, вот и всё. Он не тронут словами Исака Вальтерсена – подумать только, из всех людей! Исак, который подписал его только для того, чтобы получить от него то, что он хочет. Но Эвен не может не перестать чувствовать так. Он не может перестать чувствовать благодарность, которая захлестывает его; внезапное тепло, которое разливается в его груди. Исак поставил на него, и дал ему возможность, которая выпадает раз в жизни. Тогда, когда никто больше не верил в него, не хотел дать ему шанса - за это Эвен ему благодарен. Это благодарность, не чувства. - Спасибо тебе, - говорит он Исаку, потому что хочет верить его вдохновляющим словам. Часть его всегда будет удивляться, говорит ли ему это Исак только потому, что хочет его в своей постели, но Эвен решил, что даст себе шанс. Эвен решает, что заслуживает этого. - Не нужно благодарить меня, - улыбается Исак, поднимая стакан воды так, будто произносит тост. - Сегодня вода? - Пытаюсь избежать вальтервенции. На этот раз по-настоящему, - смеется Исак, и у Эвена внутри что-то происходит из-за этого смеха. Он такой чертовски милый. * Ларс, старина Ларс, который раньше заставлял его скрипеть зубами даже тогда, когда просто дышал в сторону Исака, видимо, не согласен с решением Эвена верить в себя. Потому что, когда он и Исак спускаются вниз после напряженного переглядывания, они видят, что Ларс болтает о том, что “наверное, они трахаются наверху, пока мы тут разговариваем. Все знают, что Эвен Бек Найшем получает предложения только потому, что давится членом этого неудачника, который еще и сын босса, каждую ночь”. Эвен не успевает переварить сказанные слова, потому что Исак вцепляется в горло Ларса. - Возьми свои слова обратно! – шипит он, в его глазах и в его голосе ярость, - немедленно возьми свои слова назад! Эвен обхватывает грудь Исака обеими руками, и тянет его назад, он в ужасе. Но Исак до сих пор изрыгает злобу, мечется, как избалованный ребенок. - Может быть, если бы ты проводил меньше времени, беспокоясь о том, кто отсасывает мне, и больше на том, чтобы стать лучше, ты бы получил обложку журнала. А? Тебе не приходило в голову, что он просто усердно работал для этого? Что, может быть, он просто лучше тебя?! - Исак, довольно! – кричит Эвен позади него. Но униженная и пьяная модель уже занесла удар от плеча на Исака, и всё пошло к чертям. * - Вот тебе и избежали вальтервенции, а, - шутит Эвен, когда они сидят в машине. Он всё еще пьян, и сейчас еще больше растерян, чем до этого. Он никогда не катался на такой машине прежде – затемненное стекло, отодвигающиеся кожаные кресла, поднятая перегородка, профессиональный и отстраненный водитель. Эвен задается вопросом, где Эдвард. Он чувствовал бы себя более довольным и восхищался бы поездкой, если б не держал пакет льда у щеки Исака в данный момент. - В ту единственную ночь, когда я не пью, мне попадает в лицо, - бормочет Исак, - видишь, что ты делаешь со мной, Бек Найшем? А ты видишь, что ты делаешь со МНОЙ? - Ты бросил его? – спрашивает Эвен. - Что? - Ларса. Ты его бросил? Поэтому он так злится? - Бросить его означало бы в первую очередь быть с ним, - говорит Исак. - А разве ты не был? - Нет. - Его рубашка была расстегнута в твоей комнате. - Я просто хотел, чтобы ты приревновал меня. Эвен расстроен. Он не уверен, почему расстроен - потому что знал это, но он до сих пор помнит, как расстроен был в ту ночь. - Я не спал с ним, - продолжает Исак. У Эвена нет слов, чтобы описать облегчение, которое захлестывает его. Непонятно, почему такой абсурдная новость делает его счастливым. Исак может делать всё, что ему заблагорассудится. - Я хочу тебя. Всё, что я хочу – это ты. - Ты сбиваешь меня с толку, Исак, - признается Эвен через несколько минут. Его запястье болит от пакета со льдом, но его голова болит сильнее. - Что? - Я не знаю, чего ты хочешь от меня, - Эвен чувствует свое поражение. Исак наверное знает, что у него есть не отрицаемое влияние на него, что Эвен хотел бы держаться подальше. Исак знает. - Насколько яснее мне нужно выражаться, Эвен?- отвечает Исак, и его глаза голодны, его голос полон боли и тоски. - Ты знаешь, чего я хочу. Эвен расстроен и растерян. Каждый раз, когда он позволяет себе верить, что Исак может вести себя достойно, он делает что-то подобное. Ты просто вещь, которую я хочу трахнуть. И, возможно, Эвену стало бы лучше, если бы он позволил Исаку сделать с Эвеном то, что он хочет. Возможно после того, как это сексуальное напряжение исчезнет, он сможет вернуться к невозмутимому себе. Возможно, ему просто нужно дать Исаку то, что он хочет – и то, что так же отчаянно хочет дать Эвен – и жить дальше. Возможно. Эвен двигается, прежде чем поменять свое решение, и смотрит, как глаза Исака расширяются. - Что ты делаешь? – задыхается Исак к тому времени, как Эвен удобнее устраивается на его коленях, обхватывая его обеими ногами, и держа его там как в ловушке, оседлав его. - Это то, чего ты хочешь? – шепчет Эвен, выгибая спину, наклоняясь к лицу Исака, потому что он высокий и в отчаянии. - Эвен… - Исак издает постыдный звук, его обе руки поднимаются наверх, чтобы повиснуть на руках Эвена, прежде чем позволить им опасть на его сторону кожаного сиденья, как будто он тоже может наслаждаться этим. - Скажи мне. Это то, чего ты хочешь? – спрашивает Эвен снова, и сейчас его черед задержать дыхание, когда тело Исака отвечает внезапным толчком вверх, явно упираясь в него выпуклостью в паху. - Блять! – рычит Исак, когда Эвен вжимает его колени в заднее сиденье, тяжело дыша, потому что не знает, что делать дальше. Это действительно происходит сейчас? Мы собираемся трахнуться в твоей машине, когда твое лицо раздуто, и болит под кончиками моих пальцев? - Так хорошо? - спрашивает Эвен, его бедра двигаются, трутся, медленно, болезненно, его голос охрип от того, что он так сильно хочет. Он хочет его так сильно. - Эвен, пожалуйста… - умоляет Исак, и Эвену хочется, чтобы он сказал “прости”, хочет, чтобы он забрал свои слова обратно. - Это то, - Эвен хватает левую руку Исака и кладет на свой живот, под свою рубашку, - чего ты хочешь? Исак смотрит на него, оттуда, где он лежит разбитый, с широко разведёнными ногами, с запрокинутой головой, с раскрытым ртом и готовый. Он выглядит полностью потерянным для него, и Эвен хочет, чтобы его сфотографировали вот так, таким уязвимым и в то же время таким горячим - Скажи мне. Используй слова, Исак, - Эвен дышит медленно, затем теряет дыхание, когда другой рукой Исак держит его запястье под рубашкой и сжимает. Он сжимает так сильно, что Эвен стонет. Эвен разрывает свою шелковую рубашку, не задумываясь о пуговицах, и практически вскрикивает, когда Исак закрывает глаза и позволяет своей голове упасть на голую грудь Эвена, чтобы вдохнуть его. - Боже, - вздыхает Исак, обхватывая обеими руками спину Эвена, держа его, потираясь об него в ответ. - Это то, что ты хотел всё это время? – дышит Эвен в ухо Исака, растворяясь в безумии этих движений, они оба трутся друг об друга, будто подростки в гормональном безумии. - Нет! – выдыхает Исак, отталкиваясь так, будто эти слова пробудили его, и его лицо залито краской, а бугор на джинсах выглядит постыдно. - Боже, нет. - Что же это тогда? – Эвен давит, потому что выражение лица Исака и отчаяние практически трогают его, а он не может себе позволить быть тронутым. Он начинает расстегивать ремень Исака. - Эвен! - Что? – Эвен обезумел, металл пряжки заставляет его трястись от беспокойства и желания. Он не дышит, пока не запускает руку в дизайнерское нижнее белье Исака, и не обхватывает его полностью стоящее достоинство, - Это оно? Это то, чего ты хочешь? Исак скулит. Он действительно скулит, и Эвен едва не пачкает свои штаны от этого единственного звука. - Нет, - задыхается Исак. - А что тогда? – Эвен убирает его руку и смотрит, как ему тяжело от потери контакта. - Ты хочешь, чтобы я отсосал тебе? Хочешь, чтобы я оседлал тебя? Глаза Исака потяжелели, и его левая щека вспухла, но он выглядит таким красивым вот так. - Или ты хочешь, чтобы я оттрахал тебя пальцами? Ты хочешь мои пальцы в тебе? Хочешь, чтобы я трахнул тебя? У Эвена голова идет кругом, а Исак съеживается под ним, и всего слишком много. Он сожалеет об этих грубых словах в тот же момент, что произносит их. Он искреннее надеется, что бедный водитель не слышит их сейчас. - Как бы я хотел не быть влюбленным в тебя так сильно, - вздыхает Исак, и Эвен застывает, перестает дышать, перестает тереться. - Что? - Может, я просто хочу этого. Исак кладет обе руки на щеки Эвена и притягивает его. Исак целует его. И это самый нежный поцелуй. Самый трогательный поцелуй, от которого поджимаются пальцы на ногах, поцелуй с самыми сладкими стонами и милыми прикосновениями. Рот Исака раскрывается напротив его, как будто он сокровище, и поцелуй так глубок, что Эвен знает – он будет преследовать его еще несколько дней. - Может, я просто хочу этого, - Исак говорит снова, когда его губы раздвигаются, и их лбы соприкасаются, оба они дышат быстро и тяжело. Рука Исака двигается к груди Эвена, и останавливается, когда его сердце стучит напротив его грудной клетки. - Может, я просто хочу этого, Эвен. Тебе не приходило в голову? Что возможно всё, чего я хочу, это целовать тебя и провести день в постели с тобой? Эвен целует его, потому что не знает, что он чувствует, потому что ничего не имеет смысла, ничего, кроме тяжести рта Исака на его губах. И Исак целует его в ответ со страстью человека, который носит любовь в своем сердце. И они целуются. Они целуются долго, страстно, с тоской. Эвен целует его, вылизывает его рот, его руки на лице Исака, как будто он хочет открыть его еще больше, их поцелуи глубокие, и долгие, и медленные. Такие медленные, что Эвен чувствует жар в животе от этого нарастающего напряжения. А Исак целует его так, будто смакует его, его руки тянут и дергают за волосы, его стоны сладкие и восхитительные в горле Эвена. Эвен оказывается прижатым спиной к холодному окну, очевидно, Исак как-то забрался на его колени. И они целуются, пока все не забыто и не прощено, пока не становится туманно, и горячо, и влажно. Пока новый водитель не опускает перегородку немного, что заставляет их на какой-то сумасшедший момент разъединиться, чтобы прийти в себя. Ветер ощущается так хорошо. Так хорошо. Но руки Исака на лице Эвена даже лучше. Исак рыщет по лицу Эвена своими зелеными глазами как будто Эвен - чудо, и это еще лучше. - Ты не имеешь ни малейшего понятия. Да? - А? - Как сильно я люблю тебя. Что?! Эвен не знает, что сказать или делать. Поэтому он молчит, пока Исак не слезает с его коленей, опущенный и побежденный. - Исак… - Я думаю, мы почти приехали к твоему дому, - шепчет Исак, и он выглядит раздавленным. Эвен покидает машину в жалком состоянии, и ему приходится сидеть на тротуаре, чтобы поймать дыхание. Он видит, как Исак уезжает, чувствуя, как его орбиты сместились. Потому что больше ничего не имеет смысла. * Исак не приходит на его съемки, и больше не появляется в агентстве. Он не отвечает на звонки Эвена и на его смски. Он перестаёт обновлять свой инстаграм, и просто исчезает с лица земли. Позже на этой неделе ему говорят, что Исак больше не занимается агентством, и у всех его подчиненных новый менеджер. Эвен даже не знал, что Исак был руководителем его агента. Очевидно, пресса сняла момент, как Ларс бьет Исака в лицо, на камеру, и теперь вокруг его имени множество обвинений. Они все неправда, однако - так выясняется один за другим. И Эвен узнает, что ни у кого не было плохих отношений с Исаком, что он никогда не флиртовал и не спал ни с кем из агентства. Что это все были безосновательные слухи. Даже Ларс, который оказывается гетеросексуалом, признает, что просто завидовал всем возможностям, которые были даны Эвену. Тогда зачем он отправил мне ту открытку? Зачем попросил спать с ним за деньги? Зачем оказывал мне знаки внимания? * Спустя несколько дней с Эвеном связывается Эдвард - это насчет футболки Исака с изображением Иисуса. Эдвард просит оставить его в доме Исака. И Эвен подозревает, то Исак вернулся, и это способ заставить их встретиться, потому что он сомневается, что Исаку есть дело до дурацкой футболки. Но он не дома, и Эвену остается неловко ходить здесь. - Просто повесьте рубашку в шкафу Исака в его комнате, - говорит Эдвард. - Вы знаете, где это. <3 Эвен Бек Найшем <3 Эти слова выгравированы в гардеробной на двери, и Эвен чувствует, что оказался в другой реальности. Он рассматривает шкаф, и видит еще больше рисунков. ЭБН. Эвен <3. <3 Эвен. И + Э. Эвен не верит своим глазам. Конечно же, это прикол. Но зачем Эдварду так подшучивать над ним? * - Что ж, это неловко, - хмурится Юнас. Он принял предложение Эвена встретиться, после того как он сказал, что это срочно, и сейчас смотрит на надушенную карточку, которую Эвен получил по почте. - Ты можешь объяснить? - Эм. Да, Исак не отправлял тебе это, - вздыхает Юнас, - кто-то из агентства, должно быть, пытался подшутить над тобой. – Откуда ты знаешь? - Исак бы никогда так не сделал. Никогда. - Понятно, но откуда ты можешь знать наверняка? - Я знаю его всю свою жизнь. Он не мудак, - Юнас бросает гневный взгляд, очевидно, уязвленный тем, что Эвен решил, будто Исак мог сделать нечто подобное, - плюс это не его почерк. - Но ты знал, кто я, когда мы встретились. И ты сказал, что другие будут подшучивать над ним… - Да, но потому что ты ему нравишься уже сколько? Около четырех лет к моменту сейчас? - Что? - Исак убьет меня! - Что ты имеешь в виду - четыре года? - Ну знаешь, когда мы были подростками в школе, и у нас всех была одна знаменитость, которая нам нравилась? Например, мне реально нравилась Блэйк Лайвли, потому что я думал, что она горяча, и Магнус исходил слюнями по Адриане Лима, и.. - К чему ты ведешь? - У нас у всех был кто-то. А у Исака был ты. Ты нравился Исаку. Я не помню даже, чтобы было время, когда он не был увлечен тобой. Поэтому я испугался тогда. - Что? - Знаешь, как он признался всем друзьям, что он гей после того, как сказал мне? Мы играли в эту дурацкую игру, где нам нужно было написать имя женщины нашей мечты, и всем остальным пришлось угадывать. И ты знаешь, что написал он? Он написал Эвен Бек Найшем, и добавил звездочку, чтобы сказать мужчина моей мечты. Ты можешь в это поверить? – смеется Юнас. - Очевидно, все такие кто, черт возьми, Эвен Бек Найшем, и мы издевались над ним, что ему нравится парень, который хочет стать моделью в инстаграме. Но он верил в тебя, говорил, что ты будешь знаменитостью.

________________________________________

Вальтервенция

Когда ты возвращаешься? Мне нужно поговорить с тобой.

Я приеду через несколько дней.

Ты в районе Осло? Я могу приехать к тебе. Где ты сейчас?

Я не могу увидеться с тобой прямо сейчас.

Почему нет?

Моя мама умерла. Мы хороним мою маму.

________________________________________

Эвен в Бюгдое, когда Эдвард привозит Исака домой. Он ждет его, и всё в его животе превратилось в узел, и видеть Исака таким намного больнее, чем он мог представить. Его глаза налиты кровью и пусты. Его щеки впали больше, как будто он не ел неделю. Его волосы в беспорядке, и у него отросла небольшая борода. Исак выглядит так, будто его сердце разбито, и Эвен хочет обнять его. Так он и делает. - Соболезную твоей утрате, - искренне говорит ему Эвен, его руки надежно и сильно обвивают спину Исака. - Спасибо. * Они проводят день в постели. Исак спит, и Эвен обнимает его. Они не разговаривают об этом. Исак не плачет, не спрашивает, почему Эвен здесь, почему он утешает его, почему больше не ненавидит его. Исак спит в его объятиях так, будто не спал неделями, и гладит его щеку, и прижимается к нему, вдыхает его, дышит им. - Когда я сказал, что хочу провести день в постели с тобой, я не это имел в виду, - говорит Исак позже, когда просыпается тем вечером, все еще лежа у Эвена на груди. - Мне жаль, что ты потерял маму. - Я уверен, что она счастлива сейчас. По крайней мере, сейчас она спокойна. По крайней мере, я могу теперь перестать упиваться до смерти. Эвен прижимает его ближе к груди, чувствуя везде, что они касаются, и пытается отогнать тугой комок в груди. Он держит его, и обнимает его, пока не становится поздно, пока молчание не перестает ничего значить. - Ты нравишься мне с пятнадцати лет, - шепчет Исак. - Я увидел тебя в пьесе в Бакке, когда я ходил с другом отца, который искал таланты. Ты был ужасен на сцене, но мне понравилась твоя улыбка. Я думаю, что ты сиял на сцене, и это запустило кризис моей сексуальности. - Исак… - Я преследовал тебя годами как одержимый подросток. И когда я наконец стал скаутом, я сразу же обратился к тебе. Я был так счастлив, когда тебя подписали. Я так нервничал, что в первую ночь я напился до потери пульса, чтобы набраться смелости и поговорить с тобой. Но потом ты сказал, что ты не такой, как я, что я тебе отвратителен, и весь мой мир немного разрушился. Я бы смирился с тем, что ты гетеросексуален. Но то, что ты гомофоб, было как плевок в лицо. - Я не гомофоб. Я не поэтому так сказал... - Юнас сказал мне об открытке. Это, наверное, был Ларс. Все в порядке. Это не имеет значения, - сказал Исак. - Мне жаль, что ты решил, что это я послал ее. Ты, должно быть, чувствовал себя ужасно. Мне жаль. - Мне жаль, что всё звучало так, будто я гомофоб. Должно быть, я тебя сильно ранил. - Все в порядке, - шепчет Исак, его нос нашел местечко на шее Эвена, и устроился там. - Ты можешь остаться со мной? Только сегодня. Можешь остаться со мной? Эвен остается с ним. А когда он просыпается, то рядом пустая постель и открытка на подушке. Я не хочу твою жалость. Я не хочу твое тело. Я хочу твое сердце. Но оно не мое. Поэтому я просто буду наблюдать за твоим сиянием издали, как наблюдают за солнцем. Удачи во всем <3 Исак Вальтерсен Эвен выигрывает титул модель года. У него все больше обложек и работ с известными фотографами, которые дают ему бесценные уроки. Он работает усердно, и совершенствует свое мастерство. Он не принимает предложения, которые не соответствуют его ценностям, и старается из всех сил давать отдачу. Жизнь хороша. Эвену нравится его работа, его жизнь, и он чувствует себя значимым. Но в груди постоянно пустота, которую он не может заполнить. Его сердце всё еще сжимается, когда он садится в лифт; всегда колет, когда он гуляет в Бюгдое или музее Астрапа Фирнли, когда он видит или чувствует запах бурбона; каждый раз, когда он надевает шелк или пьет воду на вечеринке. Он скучает по нему. Исаку. И ему больно. Он скучает по его злому языку, его волосам, и его костюмам, и его шее, и его рту, и его рукам. Он скучает по спорам с ним на балконах, и по тому, как он притворялся, что не хочет его, когда он никого не хотел так сильно. Он скучает по тому, как игнорировал его, и его присутствию, когда его тело так подстраивалось под него и чувствовало его. Эвен скучает по нему. Прошли месяцы. Но Исак не хочет выслушать его, не отвечает на звонки, слишком убежденный, что Эвен чувствует себя обязанным из сострадания, из-за того, что его мать умерла, и из-за того, что он выяснил, что всё это время Исак любил его. - Ты должен заставить его выслушать, - говорит ему Эдвард, когда Эвен узнает, что Исака нет дома в 10й раз на этой неделе. - Заставь его выслушать тебя. И Эвен задается вопросом, почему этому человеку так важен богатый и испорченный Исак Вальтерсен. * Эвен дает интервью для Модели года, и нервничает в день выхода журнала. Он нервничает и переживает, но не сожалеет ни об одном из своих ответов. Он ни за что бы не взял свои слова назад Исак у его двери в 9 утра. Журнал вышел меньше часа назад, и Исак уже у его двери. - Ты серьезно говорил об этом? – спрашивает Исак в своей пижаме, его глаза такие большие, и сейчас они округлились, и такие зеленые, и в них столько надежды; его рука сжимает журнал, который задавал Эвену наиглупейшие и пустые вопросы. - Да. - Поклянись! Эвен смеется, пересекая оставшееся между ними расстояние, и прижимает Исака к стене, пока тот тоже не начинает смеяться. - Боже, как же я скучал по тебе! – вздыхает Эвен, его рука поднимает лицо Исака, его пальцы гладят его щеки. - Поклянись, что это правда, - требует Исак, и он улыбается так широко. - Ты избалован, и раздражающе умен, и у тебя злое чувство юмора, и ты сводишь меня с ума; и мне придется научить тебя ездить на общественном транспорте, потому что Эдварду нужен отпуск, и у нас будет один аккаунт на Нетфликсе, потому что два это пустая трата денег, и я знаю, что ты будешь беситься, но у нас не будет сумасшедшего секса в лимузине из уважения к твоим водителям, и тебе придется перестать оставлять меня в постелях, и прекратить превращать меня в хаос, и заставлять меня вести себя как ребенок. Но черт подери, Исак Вальтерсен, я бы не хотел, чтобы было по-другому! - Такой красивый рот, и всё зря, - смеется Исак. Эвен целует его, пока тот не начинает мурчать в его рот. И Исак целует в ответ так, будто в его сердце нет ничего, кроме любви. - Скажи это, - ухмыляется Исак, когда отклоняется назад, и Эвен никогда не видел, чтобы он улыбался так широко. - Сказать что? - Скажи это, Эвен – просит Исак снова, и его глаза сияют, его губы разжаты, и выглядят так приглашающе, его руки на груди. - Скажи это. - Ты - мужчина моей мечты. Любимый цвет? Зеленый Любимый фильм? Красотка Любимый режиссер? Баз Лурман Любимый певец? Нас Женщина твоей мечты? *Мужчина моей мечты: Исак Вальтерсен