Киса в Стране Чудес, или Кузина Чеширского кота.

За что Стейн любил солдат - так это за молчаливое исполнение приказов. Карты довольно ловко собрали раненых и отнесли в небольшой лазарет замка, оставляя на площади лишь кровавые дорожки и эхо стонов. День определенно начинался не с того... Придворные разбежались кто куда и на площади не было никого, кто смог бы увидеть его незаконное по мнению королевы действие - Илосович Стейн поднял на руки легкое тело Кисы и в потемках анфилад пронес ее в конюшню, где уже оседланный стоял Красный Барс. - Что это? - Конь фыркнул, мягкими губами перебирая голубые волосы, испачканные в крови. Почуяв знакомый запах безумия он отпрянул, вспомнив эти же серо-голубые волосы и громкий голос... И горящие азартом изумрудные глаза. Валет ничего не ответил. Он ловко запрыгнул на спину послушного животного, одной рукой придерживая Китнисс в удобном положении. Девушка сдавленно простонала, открывая глаза. Мужчина склонился над ее лицом, пришпоривая коня и направляя его к воротам, ведущим из Красного Замка. - Не умирай. - прошептал Валет, смотря на девушку. Он нахмурился и удобнее перехватил ее, прикрывая от любопытных взглядов плащом. Логичнее было бы провернуть это ночью, но к вечеру все придворные придут в себя, а значит кое-кто может вспомнить о зеленоглазой Кошке, которая так и не сбежала. - Все приходится делать за тебя. - Киса слабо улыбнулась, но в глазах блестели капельки непролитых слез. Она - плачет? - Не успела... Не успела... - Молчи. - Стейн направил коня в чащу леса. Красный Барс помнил эту дорогу - правда заросшую, но до сих пор широкую каменную тропу, по которой лет так пять назад он летел быстрее ветра, унося с собою из пожара Вострый Меч. - Зачем мы здесь? - Конь почувствовал старый запах дыма, словно этот день вновь вернулся. Что ж, страна-то Чудесная, здесь даже то, что прошло вернуться может. Валет сердито одернул любопытного боевого товарища. - Не твое дело. Конь обиженно дернул копытом, но продолжил свой путь, повинуясь руке хозяина. Вот и старая деревня Цилиндров. Валет спешился у более-менее целого домишки и снял с седла неудавшуюся авантюристку. Закутанная в плащ Киса молча смотрела вокруг, стараясь понять раненой головой что происходит и где она. Толкнув дверь дома, которая с треском открылась, пропуская непрошенных гостей, Стейн пронес ценный груз в темную глубину комнаты. Конь остался на улице, чему не особо радовался - это место пугало своей мрачностью и историей, и только безумцы могли быть здесь спокойны. - Прекрати шипеть... - Тебя когда перевязывали то же самое сказа... Уй… усек, молчу. - Молчи, больше пользы будет. - Ай! Осторожнее! Не поводья! - Угу... - Гррр, аккуратней не можешь? - Я тебе что, девушка? - Судя по длине приче… Да хватит! - Хватит болтать. - Я же должен как-нибудь заглушить боль... - Почему ты про себя в мужском роде говоришь? - Лень в женский переводить... - Все. Лежи и не вставай. - Дай зеркало... - Агрх! Стейн поднес к лицу девушки лезвие меча плашмя. Китнисс слабо улыбнулась - на голове "аккуратными" полосками были намотаны разноцветные ленты, полоски шелка и бархата. Что Валет нашел, то и намотал на многочисленные, но не особо глубокие раны девушки. Голова гудела, но Чеширка старалась заглушить противное чувство тошноты и слабости улыбкой. Стейн прекрасно понял ее состояние, а потому небрежно накинув на лежащую девушку свой плащ, вышел за флягой, притороченной к седлу. Киса закрыла глаза. Уже день, но какое насыщенное утро, ваш же чай... Ей нужно прийти в себя. Шляпник и Март вместе с мышкой сбежали, завтра Бравный День, Алиса у Белой Королевы и изменить ход истории Киса не сможет никак. А так хотелось! Пусть Стейн и Безумцы думают что она ничего не знала про их будущее, теперь настоящее - не будем их разочаровывать. Да, она удивлена что странный фильм показал реальность, но она именно потому сюда и попала - проверить, спасти и избегнуть. Она хотела спасти их от их судьбы, но что-то пошло не та... Голова... Она гудит, мерзко и противно, во рту горький и соленый привкус крови. Губы запеклись, и сквозь дрему каждый шорох отзывается громом. Киса сводит брови к переносице, и голова начинает болеть сильнее. Она стонет от боли, закусив губу. Чеширская медицина требует времени, при том что она истощена... Когда она ела в последний раз? Ночью, когда проявляла письмена. Сил нет больше ни на что. Сон отнял последнюю решимость. - Не смей умирать. Шипение Валета приводит ее в себя. Он склонился над ней и что-то вливает в рот. Киса чувствует знакомую горечь и тепло разливается по хрупкому телу. Ча-ай... - Откуда? - Я что, по-твоему, вино с собой таскаю? - Проворчал Стейн, подкладывая парочку скомканных полотен под голову Кисы. - Твоя сила защитила черепушку от сотрясения, но раны есть. Стоит полежать денек-другой. - Завтра Бравный День, если память подводит. - Киса улыбается и плохо слушающейся рукой пытается придвинуть флягу ближе ко рту. Стейн отдает ей флягу в полное пользование, чуть придерживая емкость рукой. - ТЫ туда не пойдешь. Тебя вообще здесь не должно быть. - Но вот как видишь есть. - С какого ты вообще сюда свалилась? - Хотела кое-что проверить... Потом объясню. Скажи, почему? Стейн ненадолго задумался, смотря в пустое окно. Во дворе ходил конь, теребя губами высохшую траву, пели редкие птицы. Валет выдохнул, и только тут понял, насколько он напряжен. Постоянно причем. Плечи невольно опустились, осанка изменилась, черты разгладились. Киса смотрела на метаморфозы своего спасителя и улыбалась - в нем теперь больше было того Илосовича, которого она знала раньше. Исчез Кровавый Нож, его место занял Стейн. - Красный Король... Он же Белый, как потом выяснилось, Король, он же зло Страны Чудес, не иссякающий кошмар Королевства. Владыка Снов и хозяин Мормора… - Киса удивленно взглянула на Стейна, но перебить не решилась. - Я узнал об этом из книги, которую в твое отсутствие успел прочитать от корки до корки. Пять лет назад он был казнен Ирацибетой за измену, но как оказалось, он не умер... Не весь. Давным-давно в Стране Чудес было мирно и спокойно, кошмары никогда не мучали жителей Безумной Страны, которая тогда не была настолько Безумной. Странностей и Чудес хватало, но они не были злыми и не искажали ничего. Тогда-то и появился Белый Король. Кто он и откуда - не знает никто, он как бы темная сторона Андерленда, воплощение всего самого наихудшего. Он появлялся в разное время в разных обличьях, то мнимо умирая, то вновь возрождаясь. При Короле и Королеве, родителях Сестер, Белый король не рискнул появится, боясь быть узнанным с помощью магии супругов. Но он направил во дворец своего шпиона, бывшего волшебника-недоучку, ставшего темным магом - Мормора. Этот-то маг и воспитывал королевских детей, а заодно и всех, кто мог хоть как-то повлиять на ход истории. Мормор предвидел многое, а потому собрал еще в детстве всех вместе, чтобы мы стали новыми шахматами Белого Короля. Случилось правда невозможное - темный маг полюбил детей, и решил окольными путями избавить их от страшной участи. Жаль, что Белый Король узнал об этом... Пять лет назад он сперва изгнал, а затем и втайне казнил Мормора, приняв облик Красного Короля. Белым он наведывался к Миране, уча ее магии, Красным он потакал жестокостям Ирацибеты, в предвкушении потирая руки. Но он просчитался, Кримс опередила его на шаг, раскусив если не полностью, то хотя бы частью его замысел. У нее решение было скорым - отрубить ему голову... Он шел на плаху с улыбкой, зная, что вернется. И он нашел способ вернуться... - Помнишь корону Ирацибеты? Корешок зла - это и есть корона. И если эта дрянь попадет к Миране, то Белая найдет способ вернуть в Андерленд своего любимого... А она любит его. Стейн замолчал, смотря на ошеломленные глаза Кисы. - Ча-ай... А ведь и мой сон... Про тринадцать Али... - Стейн прикрыл девушке рот ладонью. - Ш-ш-ш, не говори про этот сон... Он снился всем нам, как я узнал. Все его видели в особой очередности. Я.. - Шестой. Я - тринадцатая... Ча-ай, я ж песню помню! Тринадцатая НеАлиса спасет Андерленд! - Валет покачал головой. - Кого ты спасешь, если без помощи косяка на улицу не выйдешь? Брось. Это тебе не под силу. - Я - тринадцатая! - А я в этой истории понимаю больше тебя. Разговор окончен. - Мужчина встал, грозно смотря на девушку. Та обиженно сопела, сжимая в руках флягу. Да, разговор был окончен... Но Киса знала, что она если в Страну Чудес свалилась, то значит ее миссия - всех спасти. Закон истории, как-никак. "И если ты свалился на планету - изволь теперь судьбу ее решить". Стейн не понимает опасности, но как сделать, чтобы она могла беспрепятственно пройти в покои Королевы и стащить злосчастную корону? От обиды девушка засунула руки в карманы - старая привычка, но теперь она сыграла свою роль, ведь в правом кармашке брюк (которые девушке вернули, забрав платье перед казнью) лежала заветная прядь черных как смоль волос, которые были с боем отобранны у законного владельца. Улыбка стала все больше Чеширской… Стейн услышал сзади странный шорох и обернулся. Перед ним стоял он сам, держась за потолочную балку. - Что это? - Валет вскочил, на ходу доставая кинжал. Его руки внезапно обвили серо-голубые нити магической силы, а он, или дубликат, немного смущенно улыбнулся и пожал плечами. - Стейн, прости, но я выполню свою тринадцатую роль. Посиди тут, чай оставлю. А после битвы - обязательно освобожу... - нес чушьВалет, смотря зеленым глазом. -... просто я должна это сделать. И сделаю. Не мешай... - С ума сошла? - Зарычал настоящий Стейн, пытаясь кинуться на Кису. - Ты не справишься с короной! - Когда я - ты, очень даже справлюсь. - заметила Киса. Затем смешно дернула носом и поправила повязку. - Чай, как ты с ней ходишь? - Головой кручу. - отмахнулся Стейн, пытаясь порвать узы. Валет усмехнулся. - Через день спадет. Не переживай. Или может раньше... - Я до тебя доберусь! - прошипел Стейн. Быть беспомощным - как это бесит! О, эта наглая девчонка поплатится! Киса же лишь усмехнулась грустно, и забрав меч ушла, окинув связанного мужчину грустным взглядом. - Жанна Д'Арк недоделанная... - прошипел Валет. Во фляге еще оставался чай... Ну хоть что-то... Валет Ловко запрыгнул в седло и натянув поводья пришпорил Барса. - А мы ее оставим? - Со счастьем в голосе спросил конь, оглядываясь на хозяина и набирая ход. Киса - Валет кивнул, смотря вдаль. Голова все так же кружилась, хотя раны остались на другом теле, но боль-то никуда не ушла... "Как Ирацибета с этой болью живет?"