Что с тобой не так?

Part10 У Коула звенело в ушах. Кровь. Это наша кровь. Стекающая с рук и капающая, текущая, горячая, она окрашивала одежду в алые цвета. Она была какой-то манящей, так что опиоидные рецепторы в голове у Маккензи просто заходились от возбуждения, отключая его мозг попутно. Мальчик провёл пальцами по щеке Билли, немного размазав кровь, сбивая с толку, стреляя на поражение. Дыхание Билли и без того сбитое, теперь напоминало море в бурю. Он задохнулся, лёгкие не могли переработать такой плотный, шершавый воздух.   -Чт-что ты делаешь? - одними губами прошептал Эндрюс. Коул услышал, впервые голос Билли не напоминал разжеванный уголь и не резанул слух. Мальчика передёрнуло всё равно, когда он повернул свою голову на класс. Блять. Все превратились в рыдающую, кричащую массу, хотелось заткнуть их, испарить одним взглядом, но они были, стояли пытались исправить конфликт, который произошёл из-за чего? Никто вообще нихрена не понял. -Что здесь происходит? - учитель вбежал в класс и  незамедлительно выругался, но конечно про себя. Он был в настоящем ахуе и внутри него что-то шевельнулось. Возбуждение? Да пошли они к черту. -Что здесь происходит, щенки? Почему вы не можете быть адекватными учениками и я должен терпеть это?! Вон из класса все нарушители, ваши родители будут осведомлены об инциденте, а сейчас ваше нахождение здесь неприемлимо, - его лицо исказила притворно отвратная гримаса, - и умойтесь, вы все в крови.  -Но Мистер Филлипс, им нужна квалифицированная медицинская помощь, у них могут быть сложные повреждения - Энн как молитву проговорила всё это, не сводя глаз с Коула, который был больше похож на раненого щенка с улицы. - Мисс Ширли-Катберт, это совершенно не ваше дело! А я не намерен целый день потратить на визиты к докторам, пусть идут домой и там уже вызывают эту, как вы назвали, квалифицированную медицинскую помощь. -Но...- Энн была повержена, сегодня был первый день в её жизни, когда она не знала, что сказать. Когда она вообще ничего не знала, Коул ничего ей не говорил, она и не догадывалась о серьёзности их конфликта с этим ублюдком, Эндрюсом. Сегодня она не могла сдержать слёз. В тот момент она оплакивала все счастливые минуты с Коулом, потому что она была уверена, он больше никогда не будет прежним. Билли медленно вставал, нога кипела от боли, возможно теперь он будет хромать от боли неделю, если не больше. Коул хрипел под ним, вставая и вылезая из под этого всего. Эндрюс смог выдохнуть только выйдя из школы. Блять, блять, что это вообще было? Ну не хотел он этой драки, он мечтал, что вот поплачет Коул и всё, но не вот это. Чёрт, что и как? Как пойти домой, как не умереть от рук разъярённого отца, не видеть слёз разочарования матери, потому что она просто всегда разочарована им. Коул когда вышел из школы не чувствовал ничего. Билли стоял облокотившись о дощатую стену, пытаясь отряхнуть пыль со штанов, как будто это было важнее того, что он весь в кровоподтеках и ушибах. -И зачем? Зачем ты, блять, это сделал? У меня было только это, только это, - Коул шипел, сидя на траве, схватившись за голову, - и ты решил забрать, ну и нахрена это тебе? У тебя есть всё, семья, популярность, твои друзья-шавки, нахуя тебя я? За что? - Коул рыдал, смывая кровь, из глаз текущую боль. Потому что болело всё. Вот понимаете, болело всё. Когда пути нет ни назад, ни вперёд, а ты один и ничего у тебя нет. И ты растоптан, изгажен, а ещё больше напуган, и чувствуешь жуткий страх. А вдруг навсегда? Билли всё стоял, облокотившись о стену школы, как будто она могла удержать. Он падал, нет, он нёсся в самые глубокие воды без снаряжения, не умея плавать, он падал туда, откуда путь только на могильную плитку. И смотрел, смотрел, смотрел. Тонкая худощавая спина в обгаженной рубашке. Плечи дрожат, волосы растрепались и кое-где в них застыла кровь . Повержен, подавлен. Ну ты же вот именно таким его видеть и хотел? Хотел же же? Или нет. Part11 И что теперь? Что теперь им делать? Что теперь делать Коулу? Единственный выход из этого дерьма - на кладбище. Если мать увидит его таким, она будет рыдать. Она будет кричать и плакать, потому что это все эмоции, которык она испытывает. Страх и боль. Ему не хотелось видеть её такой, потому что он сам словно был отражением своей матери. И самым жутким страхом для него было однажды увидеть в зеркале её - навсегда. Что ему тогда останется? Коул слышал рваное дыхание Билли, который всё также стоял, подпирая стенку, но на деле сам был просто тупым деревом. Он обернулся на вонючего придурка. Билли молчал, вперившись взглядом в Коуловову голову. Когда мальчик обернулся, Билли дёрнулся, отводя взгляд. -А чего ты? А чего ты, блять, не смотришь? Смотри, сука, в кого ты меня превратил,  - шипел, вставая Коул, подходя к злосчастной стенке, - тебе же же это было нужно? Видеть меня таким, - Маккензи и сам не знал, нахрена он вообще с ним разговаривает, видимо драки ему не хватило. Билли повернул голову вбок, изредка бросая едкие болезненные взгляды на окровавленное лицо Коула. Под носом застыла кровь, губы разбиты, на щеке гигантский кровоподтёк, лицо слегка раскраснелось от гнева. Эндрюсу не хотелось смотреть на него, вообще, если он мог бы *если было бы куда*, он бы свалил. Коул подходил всё ближе, пока между ними не остался метр, ему хотелось просто знать, за что? Почему именно он? -Не подходи ко мне! Ты воняешь - гаркнул Билли, наигранно сморщивая нос, - воняешь ссаным пидором, - чуть тише, но, конечно, чтобы Коул слышал. -Так вот, что ты думаешь, и вот за это ты меня? - прошептал мальчик, подходя ещё ближе. Билли вжимался в стену как мог, опустив глаза, он молился, чтобы Коул сдох прямо сейчас. Маккензи знал, что хочет сделать. Унизить так, чтобы Билли никогда больше не смел даже подойти к нему, он будет шантажировать его, он заткнёт его навсегда. Градус напряжения повысился, Коул стал дышать чаще от мысли о том, что именно он собирается сделать. Маккензи мягко коснулся губами щеки Билли. Она была немного щетинистой, и окровавленной, но сейчас это не имело значения. Коул провел влажную дорожку поцелуев до губ и резко остановился. Чего он блять делает? И это унижение? Да он единственный сейчас унижается. Губы Эндрюса были жёсткими, сжатыми, напряжёнными. Коулу было сложно целовать его. Но он продолжал пытаться, ожидая ну хоть чего-нибудь. Ну хотя бы того, что оттолкнут, ну или пихнут в живот. Билли просто стоял, внутри всё горело. Он не мог пошевелить ничем, это и было причиной того, что он никак не мог оттолкнуть этого сраного пидора. Губы Коула были мягкими, какими-то сухими, и очень горячими. И Билли просто решил попробовать, здесь, рядом блять со школой, он решил ответить на чёртов поцелуй чёртова пидора. Коул напряжённо выдохнул, когда жесткие напряжённые губы открылись, впуская его в злобный ненавистный рот Эндрюса. Рот, что всегда говорил только гадости, теперь молчал. Для удобства Коул облокотился руками о стену по бокам Эндрюса, отчего поцелую пришлось стать глубже. Билли, по началу не смел, но теперь запустил свой язык сквозь эти мягкие губы, и столкнувшись с языком Коула, громко выдохнул ему в рот. Коула это, по какой-то совершенно неведомой причине, возбудило. Волосы упали ему на лицо, и он уже совсем не понимал, где чей рот, и почему Эндрюс, ненавистник геев, так отчаянно вылизывает его рот. Коул ничего не решал в тот момент, но всё равно запустил свою руку в волосы Билли, которые были, в отличие от его языка, мягкими, и сжал их, немного оттягивая голову Билли назад. Очень громкий полувыдох-полурык вырвался из горла Билли, и это как-то сразу скинуло пелену с глаз Коула, и до него начало доходить, что унижение превращается сейчас в наслаждение, а это херовый план для них обоих. Мальчик отскочил, смотря непонимающим взглядом на Эндрюса. Взглядом, который просто орал "что здесь сейчас произошло, и почему это было самым охуенным чувством в его жизни". Билли видно и не собирался приходить к себя, потому что его взгляд был расфокусирован и откровенно туп.