Темный мир. Начало

      Земля, Токио, сентябрь, день       Леонардо       Прошло ровно полмесяца с того дня, как все пошло по пизде. Хотя все старательно делают вид, что ничего не случилось. Даже Тия ведет себя, как обычно, вот только ни разу не навестила Ирвина за все это время. И стала слишком внимательна к Филу: наблюдает за ним и слушает, но без прежних острот. Наверно, пытается таким образом примириться с собой, понять, что синеглазый уж точно ни в чем не виноват.       Филипу пришлось рассказать о домогательствах Ясона, но он крайне неумело убеждает нас, что сам разберется. Как он сам разбирается, мы все уже видели. Об Ирве тоже не вспоминает. В этом Фил неизменен: лучшее решение проблемы для него – это ее игнорирование. Зато он очень сблизился с Шерон. Вроде пока никакой романтики, но как-то это все не к добру. Хорошо хоть, ее крылатые предки вернулись на Рагнарек еще до нашего приезда. Но все равно не покидает какое-то странное беспокойство.       Элиот стал больше времени проводить с нами, в частности, со мной. Правда иногда складывается ощущение, что я его пациент. Знаю, это из-за того, что я избил блондина до полусмерти, и теперь брат присматривает за мной в ожидании очередной вспышки ярости. Интересно, это искреннее беспокойство, или я всего лишь подопытный кролик? Хотя, в общем-то, плевать. Ведь я все еще залипаю на него. Чем больше времени он проводит со мной, тем меньше остается для некорими. Объективно говоря, Эл слишком хорош для этого мерзавца, но они по-прежнему вместе.       От всего этого дерьма отвлекает разве что Асами. Потому что она полностью абсо-лютно невыносима. Сексом вроде со мной занимается, но не прочь пофлиртовать и с дру-гими, даже, блин, с девушками. Не удивлюсь, если однажды застукаю ее с какой-нибудь трансухой. Элиот правда считает, что она очень похожа на меня. Но нифига. Я, конечно, не отличаюсь завидным постоянством, девочки на одну ночь для меня не редкость, но они всегда были мне хотя бы симпатичны. Я даже не уверен, что нравлюсь ей. Это какой-то особый уровень динамо. Милая еще такая, обаятельная, нравится всем. Совсем как Элиот. Бесят оба одинаково.       — Вроде нормальная, - вывел меня из раздумий голос Ами.       — Что?       Мы сидим на перилах подвесного моста над пересечением телепорта. Элиот отошел поговорить по чартеру с некорими.       — Задница у твоего брата, - поясняет девчонка. – Хотя кофта эта длинная все закрывает.       — Отлично. Давай еще на брата моего запади.       — При чем здесь это? Интересно просто.       — Тебя вообще ничего не смущает, да?       — Он такой худой, но ягодичные мышцы вроде ничего.       — Ясно, - невольно сам начал пытаться рассмотреть, что там у него под кофтой. – Мне кажется, относительно пропорций тела у него все неплохо.       — Это да. Огромный бампер на тонких ножках выглядел бы устрашающе.       — Но совсем без жопы тоже грустно.       — Ему эта кофта и толстовка сверху размера на два великоваты. Это типа мило, но нахрена?       — Спроси.       — Эй, Элиот! – бесцеремонно окликнула она парня, дождалась незначительного поворота головы в нашу сторону: - Почему твои шмотки такие огромные? У тебя какие-то комплексы?       — Уютно и не привлекает внимания, - коротко отвечает брат.       — Наоборот же хочется узнать, что там под одеждой.       Взглянул на нас, как на идиотов, неопределенно пожал плечами и продолжает общение с Шианом, но спустя секунд тридцать его настигло озарение:       — Вы на задницу мою пялитесь, гребаные извращенцы?       — Да там все равно ничего не разглядеть, - не растерялась Асами. – Ты б еще по колено кофту нашел.       — По колено – это уже платье. А он у нас гей, а не трансвестит, - резонно замечаю я.       — В платье он был бы милашкой.       — Да так вроде тоже ничего.       Элиот отключил чартер и вернулся к нам.       — В пышном и с рюшами, вроде как у готик-лоли, - невозмутимо продолжает девчонка, - с черными чулками и туфлями на высокой подошве.       — Ты свои пошлые фантазии можешь не озвучивать? – интересуется брат.       — Не могу. Я тебе идеи подкидываю, как еще Шиана развлекать.       — Мы итак неплохо развлекаемся.       — Да? А как?       Он смутился, покрывшись легким румянцем:       — Это личное вроде.       — Ну, точно всякими извращениями занимаетесь. Шибари там или…       — Эй, полегче, - оборвал я на полуслове. – Я еще не настолько психически окреп, чтоб узнавать подробности его интимной жизни.       — Опять его изобьешь? А вдруг ему это нравится? Ты же не знаешь.       — Не нравится, - тихо опроверг Элиот.       — А как нравится? Ты же любишь людей доводить до белого каления. Тебя хлебом не корми, а дай человека довести.       — Это забавно, да. Но без рукоприкладства.       — И что же к тебе лучше прикладывать?       Эл впервые в жизни не нашелся, что ответить, и просто завис, изумленно глядя на нее.       — Ладно, а теперь серьезно, - смилостивилась Ами. – У тебя ведь и девушки были, да? – А, нет, показалось.       — Допустим, - осторожно отвечает брат.       — Допускай кого хочешь. На вопрос можешь четко ответить?       — Были.       — И с кем тебе больше нравится?       — С Шианом, - уверенно и без доли смущения.       — То есть с парнями?       — С Шианом.       — Только с ним?       — Да.       — Блин, да ты его реально любишь.       — Наверно.       — Ты в этом не уверен?       — Я редко бываю в чем-то полностью уверен.       — Боишься своих чувств?       — Возможно.       — Вот ты вроде милый, но все равно бесишь.       — Ты меня тоже.       — Да неужели?       — Вроде и бесишь, но все равно смешная. Никак не могу определиться.       — Да понятно уже, что тебе сложно вообще в чем-либо определиться. Ты весь такой загадочный и неопределенный.       Заслышав сигнал поезда, она резко подскочила и наполовину перевесилась через перила моста. Я еле успел перехватить ее, чтоб девчонка не упорхнула вниз. Ветер еще так некстати поднялся, раздувая ее и без того короткую юбку. Пришлось встать сзади, обняв за плечи, чтоб ничего лишнего не показывалось.       — Сейчас полетят! – восторженно кричит Ами. – Потрясающее зрелище! Ночью правда в разы круче!       Внизу четыре поезда телепортации пронеслись, пересекаясь друг над другом, с не-вероятной скоростью, словно цветные кометы, оставив после себя лишь длинные вспышки хвостов. Длилось это представление считанные секунды, после чего мы еще с минуту наблюдали, как длинные полосы растворяются в воздухе. Потом действие повторилось, но летели уже два поезда, поэтому выглядело это не так фантастически. Посмотрел на Элиота. Вместо огоньков он задумчиво наблюдает за Ами, на мгновение даже улыбнулся, потом наши взгляды пересеклись, и он отвернулся, предоставив свой профиль. Красивый. И Ами тоже. Теперь не понять уже, кто из них мне больше нравится. Но эта загадочная улыбка Эла меня почему-то раздражает. Если вздумает увести мою девушку, я его совершенно точно ушатаю.       — Ничего особенного, - скучающим тоном сообщает брат и закуривает.       — Это ты про себя? – Ами неодобрительно зыркнула в его сторону и повернулась ко мне: - Тебе тоже не понравилось? Честно скажи.       — Понравилось, - улыбаюсь я. – Очень красиво.       — Первый раз меня сюда Ичи привел. Мне было восемь, и мы сбежали из дома. Была беззвездная ночь, и в темноте эти хвосты выглядели, как вспышки магии. Я тогда подумала, что попала в какой-то чудесный недосягаемый мир. Может, поэтому я и сейчас считаю, что это нереально красиво. Хотя для кого-то это действительно ничего особенного, - еще один укоризненный взгляд в сторону Элиота.       Брат сидит на скамейке, закинув локти на перила моста, и бесцельно смотрит в небо, выпуская в него клубы сигаретного дыма:       — В шесть лет я прочитал, что кошки являются проводниками в другие миры: как в мир мертвых, так и просто в другие реальности. Бред, конечно, но древние люди действительно в это верили. Котенка мне не разрешили завести, но я упорно следил за соседской кошкой, думал, что когда-нибудь она приведет меня в мир лучше, чем этот. Один раз даже потерялся, побежав за ней. Так сильно хотел исчезнуть из этого мира.       — А я тогда думал, что ты просто ебанутый, - вспоминаю я, - и таким странным способом пытаешься привлечь к себе внимание.       На самом деле, прямо сейчас мне очень сильно хочется его обнять, но я держусь.       Асами тоже растеряла всю свою злость:       — Почему ты хотел исчезнуть?       — Хотел попасть в мир, где не будет столько ненависти и лицемерия, - немного подумав, отвечает Эл. – Хотел, чтоб меня хоть немного любили. Но сейчас я вырос и уже как-то привык.       — Лео тебя точно любит, - произнесла она это так безапелляционно, что я даже отнекиваться не стал. – И Шиан очень сильно любит, я уверена.       — Да, он так говорит.       — Ты ему не веришь?       — Лучше бы он это сыну почаще говорил и проводил с ним больше времени.       — Ты до сих пор хочешь исчезнуть?       Эл поежился и усмехнулся, понял, что сказал лишнего:       — Да. Я бы хотел жить в огромной безразмерной толстовке, в которой тепло и уютно. – Взглянул на нас: - Вам не холодно? Я немного замерз.       — Пошли в гостиницу тогда, - предлагаю я.       — Если твоя девушка не против.       — Я не его девушка, - тут же возмущается Ами, вызвав во мне внутреннее негодование. – Мы не парочка, ясно?       — Как скажешь. – Усмехается.       — И мы не сможем никуда уйти, пока ты свою задницу от лавки не оторвешь.       Элиот звонко рассмеялся и встал, вызвав во мне прилив нежности, а в девушке недоумение.       — И чего он ржет? – шепотом спрашивает она.       — Понятия не имею. Припадочный просто, - отвечаю я.       Молча спустились вниз. Эл продолжает улыбаться, Ами недоверчиво поглядывает на него, вцепившись обеими руками в рукав моей куртки, как маленький ребенок.       — И все-таки ты смешная, - произносит Элиот, не глядя на нас, но реплика, очевидно, предназначена для девушки.       — А ты невыносимый, - тут же нашлась она и продолжила ворчать: - Конечно, тебе холодно. Кожа да кости, только толстовка эта несчастная и греет.       — Ты тоже мелкая и худая. Как только ветром не сдувает?       — А меня Лео удерживает и согревает. Могу с тобой поделиться, если хорошо попросишь. – Вот как она умудряется сначала сказать что-то очень приятное, а потом моментально продемонстрировать свое безразличие?       — Пожалуй, откажусь.       — Зря.       — Ты поосторожней со словами. Леонардо только с виду весь из себя сильный и брутальный, а в душе очень ранимый.       — Правда? – теперь уже обращается ко мне, тщетно пытаясь заглянуть в глаза.       — Нет, - холодно обрубаю я.       — Ирвин уже должен был вернуться. Зайдешь к нему? – спрашивает Элиот так, словно ничего не случилось.       — Конечно же, нет.       — Не хочешь посмотреть на плоды своих трудов?       — Вообще на него смотреть не хочу.       — Даже Тия уже не так злится. Мне кажется, она нашла кого-то на стороне.       — И правильно сделала. Поверить не могу, что ты его защищаешь.       — Я пытаюсь держаться нейтралитета.       — И как тебе на нейтральной стороне?       — Нормально. Открываются некоторые аспекты, не видимые в порыве эмоций.       — Например?       — Если судить объективно, Ирв поступил нехорошо по отношению к Шантии, но он же не виноват, что влюбился.       — А кто виноват? Фил?       — Никто. Такое просто иногда случается.       — Можно было сразу во всем признаться, а не водить всех за нос.       — Я думаю, сначала Ирвин действительно любил Тию. А потом познакомился с Филом. Скорее всего, на тот момент он сам себе признаться боялся, что запал на парня-подростка. А потом мы все стали тесно общаться. И вот признаться в любви человеку, который считает тебя своим лучшим другом и шарахается от любого проявления мужского внимания в свою сторону, - на это нужна огромная смелость, я считаю. Или ощутимый толчок со стороны, как и случилось в клубе. Ирв молчал бы до сих пор, если бы Фил его сам не спровоцировал.       Я честно попытался проанализировать все им сказанное, но получилось не очень:       — Из твоих слов выходит, что Фил – говнюк, а Ирвин – несчастная жертва обстоятельств.       — Идиот, - вздохнул брат и ускорил шаг.       — Такие замкнутые люди, как Элиот, порой удивляют и раскрываются с абсолютно неожиданной стороны, - философски замечает Ами, глядя ему вслед, вызвав во мне очередной укол ревности.       — Я вроде уже говорил, но повторюсь: не вздумай влюбиться в моего брата.       — Об этом можешь не беспокоиться. Он вроде и неплохой, но все равно конченый какой-то и большую часть времени бесит меня неимоверно.       Сказано довольно злобно и искренне. Думаю, можно верить. Хотя меня он тоже частенько подбешивает.       Клуб «Демон»       Ичиро       Эта девчонка – полная противоположность Велу: рыжеволосая, кудрявая, с карими глазами и смуглой кожей. А еще умна, жестока, эгоцентрична, и ей на меня плевать. Если внешнего сходства не прослеживается, то характеры…       — О чем задумался? – Тия приподнялась на локтях и положила подбородок мне на плечо.       — Думаю, почему западаю только на тех, кто точно взаимностью не ответит.       — Снова твой загадочный эльф покоя не дает?       — И не только он.       — Это уже как-то скучно даже. Мог бы вздыхать по кому другому для разнообразия.       — По тебе, например?       — Как вариант.       — Влюбилась в меня?       — Не дождешься. Обидно просто, что серьезные парни с шикарным телом страдают по смазливым мальчишкам.       — Это ты про своего бывшего сейчас?       — О, вы так похожи. Меня как магнитом притягивают парни, которые вожделеют других парней.       — Филип хорошенький так-то.       — Так, может, обратишь его?       — Зачем мне слабый неуравновешенный мальчишка? С ним будет слишком много хлопот. Проще обратить тебя.       — Тогда почему отказываешься?       — Ты не доказала еще своей преданности.       — Ты думаешь, я со всеми подряд сплю? Или для тебя это совсем ничего не значит?       — Это ничего не значит для тебя. Ты ведь просто хочешь забыться. Я так понимаю, Ирвина ты действительно сильно любишь.       — Любила.       — А я тебе нужен для личной выгоды.       — И для удовлетворения некоторых эротических желаний.       — Ты даже не отрицаешь.       — Можно подумать, ты влюблен в меня без памяти.       — Нет. Но я у тебя ничего и не прошу.       — Возможно, я тоже смогу тебя как-нибудь помочь. Услуга за услугу и все такое.       — Не сомневаюсь. А зачем ты предложила мальчишку обратить?       — Исключительно забавы ради. Он же с ума сойдет, когда его красивое личико исказиться в зверином оскале.       — Мне кажется, ты зациклена на его внешности больше, чем он сам.       — Может быть, ты и прав. Проще будет убить и не париться.       — Думаешь, твой парень вернется к тебе, если избавиться от конкурента?       — Конечно, нет. – Она скинула с себя одеяло и спустила ноги на пол, сладко потянулась, начала неторопливо одеваться. – Этот предатель мне не нужен. Хочу, чтобы он почувствовал невыносимую боль от потери любимого человека.       — Поверь, он чувствует ее постоянно, потому что взаимностью ему не отвечают.       — По собственному опыту знаешь? Ичи, пусть его и отшили сейчас, но, пока мальчишка жив, надежда на взаимность остается.       — И как же ты собираешься от него избавиться?       — Пока не знаю. Но я совершенно точно заставлю его страдать. Их обоих.       — Ясно. А со мной сейчас остаться не хочешь?       — Очень хочу. Но Ирва сегодня выписывают из больницы. Не терпится посмотреть: остались ли на нем хоть какие-то следы побоев.       — Насколько мне известно, твой брат избил его до полусмерти.       — Хорошо, что его все-таки оттащили.       — Хидэки пришлось применить свои способности, чтоб его успокоить.       — Лео не контролирует себя в ярости.       — Вот его бы я обратил – идеальная машина для убийства.       — Он и без обращения та еще зверюга. Даже представить боюсь, что с ним станет, если он обретет еще и силу волка.       — Тебе не интересно разве?       — Если хочешь быть вожаком, то собирать надо тех, кто будет подчиняться. У Леонардо слишком сильная воля, чтоб слушать кого-то, кроме себя. Можешь попробовать, конечно, но как бы тебе это не вышло боком.       — А ты, значит, будешь подчиняться?       — Нет. Но со мной всегда можно договориться, - улыбнулась мне через плечо и встала.       — Давай договоримся, что сейчас ты останешься, а вечером пойдешь любоваться на своего бывшего.       — Я лучше сейчас уйду, а вечером вернусь.       — Бросаешь меня, - обреченно произнес я, растянувшись на кровати. – Совсем как Велиар.       Уже у самой двери девушка вдруг обернулась:       — Как его зовут?       — Кого?       — Эльфа, в которого ты влюблен. Ты ведь его имя сейчас назвал?       — Вел. – Какая ей разница, как его зовут? – Велиар.       — Длинные черные волосы, светлая кожа, фиолетовые глаза и ямочки на щеках?       — Вы знакомы? – удивленно смотрю на нее. Про Вела я рассказывал мельком и никогда не давал внешнего описания.       — Расскажешь о нем подробнее, когда вернусь. Возможно, я уже очень скоро смогу тебе помочь.       Филип       Жду Шерон в кафе при гостинице. Мимо прошел Ясон и, конечно же, заметил меня. Даже у окошка теперь нормально не посидеть. Морвиец вошел в помещение, сделал заказ и без приглашения уселся за мой столик. Ай, да пофиг! Хуже, чем та нелепая ситуация с Ирвином точно не будет. Начнет домогаться, просто пошлю.       — Фил, ты как? – вроде как даже миролюбиво спрашивает он.       — Нормально, - отвечаю, поборов недоумение. – Договорился встретиться здесь со своей девушкой. Спасибо, что поинтересовался.       — Слышал, твоего друга сегодня выписывают из больницы.       — Какого еще друга?       — Даже так? Вы же были лучшими друзьями.       Что это за омерзительные нотки сочувствия в голосе? Ну, раз уж ты хочешь об этом поговорить:       — Как думаешь, он дрочил на мои фотки? Я думаю, что да. Ведь друзья всегда так поступают.       — Жестоко.       — Что жестоко? Притворяться другом, а потом неожиданно сообщить, что влюблен в меня?       — Учитывая твою ярко выраженную гомофобию, признаться в своих чувствах ему было не так-то просто.       — Неужели? Но ты же признался.       — И ты меня отшил.       — А потому что ты поступил очень опрометчиво. Ведь мог годами втираться в доверие, начать, например, встречаться с моей сестрой для отвода глаз, а лет через пять неожиданно признаться в своих чувствах и надеяться, что не пойдешь ко всем чертям чисто по дружбе.       — Ты злишься на него даже больше, чем на меня.       — Ты хотя бы не лицемерная тварь, Ясон. Да, методы твои оставляют желать лучшего, но, по сути, наши с тобой непростые взаимоотношения не касаются больше никого.       — Не помешала? – Из-за нахлынувших эмоций пропустил появление Шер. Надеюсь, она услышала самую малость.       — Совсем нет, дорогая. Я как раз объяснял Ясону, почему он и все остальные особи мужского пола должны держаться от меня подальше.       — Надеюсь, к Ирвину это не относится? – садится рядом со мной, но рассматривает морвийца.       — Как раз к нему это в первую очередь и относится.       — И когда ж тебя отпустит?       — Никогда.       — Ты ведь чистокровная, верно? – неожиданно спрашивает Ясон, крайне заинтересованно глядя на Шер.       — Да, - с улыбкой отвечает ему девушка.       — Насколько мне известно, аурелионы довольно трепетно относятся к чистоте своей крови.       — К чему ты клонишь, Ясон? – зло уточняю я, прекрасно понимая, к чему он завел этот разговор.       — Очень трепетно, но полукровки все же не редкость, - останавливает мою вспышку гнева эльфийка. - Лично я не вижу ничего плохого в смешении кровей.       — И кто его отец ты тоже знаешь? – продолжает настаивать морв.       — Эрвин Грейсман? – с долей сомнения уточняет Шерон.       Ясон удивлен, но не отступает:       — Он совершил преступление, которое у вашего народа карается смертной казнью.       — Далеко не все аурелионы считают любовь смертельно наказуемой.       — Похвально. Ты тоже из числа мятежников?       — Дети не должны страдать за псевдогрехи их родителей.       — Я понимаю, что Филип невероятно обаятельный, но неужели ты готова лишиться крыльев ради него?       — Ясон, свали в туман, - не выдерживаю я.       — Ты чего так нервничаешь, котеночек?       — Да гори оно все синим пламенем! - вскакиваю со своего места, хватаю Ясона за ворот куртки и выволакиваю из-за стола.       Шерон тут же подрывается следом, виснет на мне, загораживая этого морвийского уебка:       — Успокойся, милый. Не видишь разве, что он тебя провоцирует?       — Какой я ему, нахрен, котеночек?!       — Хорошенький и немного нервный, - не унимается морв.       — Просто отпусти его, - настойчиво просит эльфийка.       Осмотрелся по сторонам. Персонал заведения напуган, а вот некоторые гости повключали чартеры, чтоб заснять драку. В этом мире даже по ебалу спокойно дать нельзя, чтоб не привлечь всеобщее внимание. Отпустил морва, оттолкнув его от себя.       Ясон поправил куртку и с наглой улыбочкой смотрит на нас:       — У тебя очень красивая и храбрая девушка, Фил. Цени это, пока есть такая возможность.       Шер очень сильно обняла меня, не давая сдвинуться с места, и успокаивающе гла-дит по спине. Среди гостей послышался неприятный шепот. Морвиец послал мне воздушный поцелуй и покинул заведение. Тоже хочу уйти, но девушка все еще удерживает меня, уткнувшись лицом в мою грудь.       — Это Фил из агенства «Hell», - послышался голос из-за соседнего столика.       — Точно он. Я в сети нашла, - кто-то даже открыл фотки для всеобщего обозрения.       — Что за девушка с ним? Это его девушка?       — Пошли отсюда, Шер, - тихо прошу я.       — Ты ведь не побежишь бить морду этому в край оборзевшему парню? - спрашивает она, не обращая внимания на разговоры.       — Не побегу. Они нас фотографируют, Шер.       — Стесняешься меня?       — А ты уже согласна быть моей девушкой?       — Кофе оплати и пойдем.       — Не знала, что ты такой популярный, - сообщает эльфика, как только мы ушли подальше от гостиницы.       — В Японии я не популярный. Вот в Америке у меня полно фан-клубов.       — Мм. Поклонницы толпами бегают, да?       — Нет. Обычно любуются со стороны. Так что не ревнуй, принцесса, - самодовольно отвечаю я.       — Так ты модель? – Она почему-то отнеслась к этому очень серьезно.       — Случайно повезло попасть в одно модельное агентство.       — Почему не рассказывал?       — Разве это так важно?       — Это довольно интересная информация о тебе.       — Еще я в рок-группе играю.       — Это я знаю.       — Мне кажется, эта информация куда больше раскрывает мою личность.       — Ты сказал Ясону, что я твоя девушка?       — Само с языка сорвалось, отвечаю.       — Судя по всему, наличие у тебя второй половинки никак на него не подействует.       — Слышала когда-нибудь, что слова и мысли материализуются? Если я буду говорить и думать, что ты моя девушка, то когда-нибудь это все-таки осуществится.       — Никогда, Фил. Ты очень милый парень, но мне и правда дороги мои крылья.       — Если ты не вернешься на Рагнарек, то крылья останутся при тебе.       — Ох, ты же не в курсе. Я невеста второго наследного принца. Представляешь, как разозлится королевская семья, если их кинут во второй раз?       Да, они действительно разозлятся.       — Зато как эпично будет, если ты уйдешь к сыну того, кто кинул их в первый раз, - мечтательно улыбаюсь.       — Смотри-ка, а ты бесстрашный и слишком веселый. Или не воспринимаешь мои слова всерьез?       — Из твоих слов выходит, что единственным препятствием к нашим отношениям является неодобрение короны.       — А ты это весомым аргументом не считаешь?       — Я совершенно точно нравлюсь тебе. Возможно, ты даже в меня влюблена.       — Как и бесчисленное множество твоих фанаток.       — И про фанатов не забудь.       — И фанатов.       — Ты как-то слишком зациклилась на моей популярности. Это же вовсе не означает, что я не могу быть верным только тебе.       — Ты видишь здесь где-нибудь бар?       — Три часа дня, Шер.       — Я не спрашивала, который час. Я хочу выпить. Пошли найдем бар.       — Кажется, ты слишком много общаешься с Асами.       — Это плохо?       — Вовсе нет. Может, напьешься до чертиков и окажешься, наконец, в моей постели.       — Даже не надейся.       — А поцеловать хотя бы можно?       — Так о чем таком важном ты хотел поговорить? О Ясоне?       — Не считаю его важной темой для разговора.       — Об Ирвине?       — Нет. До этого мы общались на более приятные темы.       — Собираешься его избегать?       — Собираюсь его игнорировать.       — С твоей эмоциональностью вряд ли получится провернуть подобное.       — Шер, ты чего начинаешь? Нормально же общались.       — Ты написал, что хочешь поговорить о чем-то очень важном.       — А, ты об этом. – Я это написал, чтоб вытащить на свидание.       — Собирался рассказать, наконец, кто твои родители?       — Ты же сама догадалась. Кстати, как? Мало ли в мире аврельских полукровок.       — Душа и глаза.       — Да у меня охеренные глаза. И душа еще более охеренная. Что не так-то?       — Синие глаза – отличительная черта потомков королевской семьи. А душу твою я просто не вижу. Но верю, конечно, что она у тебя охеренная.       — Ты видишь души?       — Все. Кроме прямых потомков королевской династии.       — То есть я для тебя – загадка, - снова не смог сдержать улыбку.       — Не сказала бы. Ты очень открытый, а твоя несдержанность выдает тебя с головой.       — К сожалению, от королевской династии у меня только происхождение.       — Может, оно и к лучшему.       — То есть моя родословная тебя не сильно напрягает?       — Не знаю. Не сказала бы, что мне все равно.       — Ясно. А как выглядят души?       — По-разному. Многие отличаются от своего носителя лишь легким свечением, есть души красивее или уродливее физической оболочки, а есть те, которые поглощены тьмой. Такие люди очень опасны.       — Какой-то жуткий дар, если честно.       — Это полезно, если умеешь контролировать такую способность. Но я, к сожале-нию, пока не научилась.       — А ты постоянно их видишь?       — Не знаю, как обяснить… Сначала я вижу душу, а потом ее носителя. Люди не светятся для меня всеми цветами радуги или окутаны мраком постоянно, если ты об этом. Обычно достаточно переключить свое внимание на что-то другое.       — Все равно жутко.       — Вот вроде какой-то бар.       Да, я бы тоже бухал на твоем месте.       Ирвин       Из больницы меня забрал Хидэки. Поинтересовался самочувствием и замолчал, лишь изредка поглядывает в зеркало проверить, не сдох ли я там.       — Как там ребята? – все же спрашиваю я, не выдержав тишины. – И Тия.       — Вроде хорошо. Я не очень интересовался их жизнью.       — Тоже осуждаешь меня?       — Нет.       — А как будто осуждаешь.       — Фил очень красивый. Я бы тоже на него запал.       Ничего себе откровение. Интересно, что ж тебе помешало?       — И что бы ты делал на моем месте?       — Я бы на твоем месте не оказался. Если мне кто-то нравится, я говорю об этом сразу.       — Даже если это твой друг?       — Асами – мой друг. И я не хочу ее трахнуть. – Заметил вселенское охуевание на моем лице и поспешил исправиться: - То есть не воспринимаю ее, как объект вожделения и любви.       — Все-таки осуждаешь.       — Нет.       — А что тогда?       — Ничего. Не знаю, почему твои друзья так остро отреагировали, но у самого Фила есть проблемы посерьезнее твоей влюбленности.       — Из-за Тии.       — А, рыжая, точно.       — У Фила проблемы с Ясоном?       — У меня плохая память на имена. Морвиец до него грязно домогается.       — И его проблемы тебя, значит, заинтересовали? – Как, очевидно, и сам Фил.       — Испытываю некоторую слабость к красивым людям, - подтвердил мои догадки дракон. – И ненавижу шантаж и домогательства.       — Ясон его шантажирует?       — Может, ты сам с ним это обсудишь?       — Вряд ли Фил станет что-то обсуждать со мной теперь.       — Сам виноват. Даже признаться ему нормально не смог.       — А ты пробовал хоть раз подкатить к натуралу? – с вызовом интересуюсь я.       — Я ни к кому не подкатываю. Просто сообщаю человеку, что он в моем вкусе, а дальше уже его дело.       — Ты любил когда-нибудь?       Дракон надолго задумался:       — А мама считается?       — Нет.       — Почему? У меня была классная мама.       — И ты хотел с ней сексуальных отношений?       — Ты больной? Это ж мать моя.       — Надо было уточнить. Я о любви, переходящей в сексуальные отношения.       — Очень сложно. Например, с Филом я бы не отказался перепихнуться.       — Ты издеваешься? Почему именно Фила надо приводить в пример?       — А почему нет? Он мне нравится.       — И он об этом знает?       — Конечно. По-моему, ему это даже немного льстит.       — Ясно. Круто быть драконом.       — Неплохо.       Оставшуюся часть пути я решил не прерывать молчания. Этот парень раздражает своей самоуверенностью и прямолинейностью. Не всем дано быть такими крутыми. Как только я вышел из машины, дракон врубил музыку на полную громкость и укатил восвоя-си.       Поднялся в свой номер и первым делом отправился в душ. После налил себе виски и включил экран, хотя совсем нет настроения что-либо смотреть. Но пусть хоть фоном что-то будет, а то напрягает абсолютная тишина.       В дверь неожиданно постучали и, не дожидаясь ответа, дернули за ручку. Вошел Леонардо, окинул меня презрительным взглядом и вышел. Что это было? Вернулся спустя минуту, потоптался на пороге, пару раз громко выругался и снова вышел. Отчетливый стук кулаком по стене за дверью, что-то неразборчивое, но, по всей вероятности, матное. Даже интересно, зайдет ли он в третий раз? Зашел и сразу захлопнул за собой дверь, отрезая себе путь к отступлению, видимо. Смотрит с ненавистью и сжимает кулаки, губы плотно сжаты. Блин, опять драться?       — Ты даже не представляешь, как сложно видеть тебя и не вломить по ебалу! – громко сообщает он.       — Так ты все-таки не собираешься мне вломить? – на всякий случай уточняю я.       — Пока не увидел тебя, не собирался. Почему тебя так хорошо подлатали? Будто и не было ничего.       — Шрам над бровью останется.       — Легко отделался – фыркнул мой потенциальный убийца, прошел к окну напротив кровати и залез с ногами на широкий подоконник, усевшись по-турецки. – Как-нибудь можешь объяснить свой поступок? Тогда я не позволил тебе высказаться, но, может быть, ты хочешь что-то сказать сейчас?       — Я не собираюсь оправдываться, Лео, - устало сел на кровать, но все же внимательно наблюдаю за ним. – Глупо придумывать оправдания для человека, который дрочит на собственного брата.       — Не передергивай, - глаза опасно сузились, в голосе проявилось рычание.       — Будь честен сам с собой. Если бы это не касалось твоей сестры, ты бы не реаги-ровал так остро.       — Ты разбил ей сердце, Ирвин.       Данное заявление заметно поубавило мой пыл:       — Знаю. Я должен был сказать ей раньше. Да сразу… Но очень сложно было сначала смириться с самим собой, а потом еще и признаться в этом другим. Сложно и страшно.       — Если б Фил тебя не спровоцировал, ты бы и не признался, да? – Вроде агрессии поубавилось.       — Может, по мне сейчас и не скажешь, но я очень дорожу всеми вами. Я с самого начала знал, что Филип никогда не ответит на мои чувства, поэтому хотел сохранить хотя бы то, что есть. Будь моя воля, я бы скрывал все еще очень долго.       — Фил избегает любых разговоров о тебе. Делает вид, что тебя никогда не существовало.       — Очень на него похоже, - усмехнулся я и залпом осушил стакан.       — Ты правда сожалеешь?       — Я правда любил Тию. И мне было действительно страшно, когда привязанность к Филу с годами становилась все сильнее. Я перепробовал все возможные варианты, чтоб не думать о нем.       — Так уж и все?       — Я даже шлюху снимал. Нашел парня максимально сильно похожего на Фила внешне. Но нихрена это не помогает. Оказывается, дело не только во внешности.       — Оболочка всегда цепляет, но любить мы в итоге можем даже за самую отвратительную черту характера, - выдал неожиданно философскую мысль рыжий.       — Только в Филе нет ничего отвратительного.       — Шутишь? Он самовлюбленный, эгоцентричный, абсолютно не ценит хорошего к себе отношения и вообще считает, что весь мир крутится вокруг него.       — Не замечал. Мне все нравится.       — Понятно все с тобой. – Рыжий о чем-то ненадолго задумался и вдруг повеселел: - Тот парень, которого ты снимал, и правда похож на Фила?       — Внешне очень похож. А что?       — А фотки есть?       — Тебе зачем?       — Филу показать. Представь, как его знатно бомбанет? Он же у нас весь такой исключительный.       Ага, не хватало еще Филу узнать о существовании Милиана. Он же сейчас не достаточно сильно меня ненавидит. Зато вот Лео заметно расслабился, словно и не он вовсе набросился на меня пару недель назад со звериной яростью.       — Фоток нет. А ты никогда не думал к психологу сходить? – А лучше сразу к психиатру.       — Элиот меня обычно к психиатру отправляет, - озвучил мои мысли рыжий. – Он, кстати, с некоторых пор уделяет мне подозрительно много времени. Не удивлюсь даже, если записи какие-нибудь ведет.       Это ж с каких таких пор, интересно?       — А ты тему его курсовой не спрашивал?       — Какой курсовой? Еще только начало года.       — Так их в начале года и выдают.       — Серьезно что ли? – Лео озадаченно чешет затылок. Он реально не знал? Как он учится вообще?       — В начале года получаешь тему курсовой и в течение двух семестров оформляешь ее с учетом полученных знаний. С дипломной, кстати, тоже так. И еще с оглядкой на прошлые курсы.       — Это мне что придется куратора из ЧС убрать?       — Ты еще и куратора в ЧС кинул?       Не успел я толком офигеть, как поймал на себе его негодующий взгляд:       — А нафиг он мне нужен? Я тут отдыхаю вообще-то.       — Но уже сентябрь.       — И что? Экзамен я пересдал пару дней назад дистанционно.       — Про дистанционное обучение ты все-таки знаешь?       — Ага. Элиот там че-то вроде учится даже. Но вот я планировал отдыхать до конца семестра точно. А теперь придется Шнайзелю писать, - Лео спрыгнул с окна и направился на выход, всем своим видом демонстрируя недовольство. Не удивлюсь, если Шнайзелю еще и влетит за то, что в сентябре, оказывается, надо учиться. – А ты в клуб-то придешь сегодня? – уже стоя у двери, поинтересовался он.       — В «Ядовитый плющ»?       — Ну. Зара достала уже спрашивать, точно ли ты не сдох. А так хоть сама убедится.       — Прямо так и спрашивает?       — Да. Так придешь?       Скорее всего, там будет Фил. А к встрече с ним я не очень-то готов.       — Вряд ли.       Клуб «Ядовитый плющ», ночь       Герда       Если бы кровь была жизненной необходимостью, я бы еще поняла такую безалаберность по отношению к работе. Но Лис на охоту выходит исключительно ради развлечения. Как и Зара. Четвертый раз за неделю. Даже в самого изголодавшегося вампира не поместится столько крови. Заявились оба в третьем часу ночи. Косплейщица сразу же ушла танцевать, а мой ясноглазый «друг» все-таки соизволил встать за бар. Видеть не мо-гу его довольную морду.       — Как дела? – спустя полчаса молчания, интересуется Лис.       — Ничего необычного. Как охота? – спрашиваю с легкой долей раздражения.       Блондин, естественно, моей злости не замечает:       — Студент по обмену, двадцать три года, напугался до усрачки. В прямом смысле слова штаны обмочил. Естественно, жрать его никто не стал.       — И все?       — В моей голове это звучало занимательнее, - расстроенно сообщает он. – Еще небольшая стычка с оборотнями. Оборотни, естественно, в пролете.       — Ни единой царапины?       — Слишком много новообращенных в последнее время. Совсем еще необученные щенки, но лезут в драку.       — Не похоже на Уотана.       — С псами Уотана даже побеседовать можно без глупых понтов. Да и драться с ними повеселее. Призрак считает, что кто-то другой всех обращает.       — Новый вожак?       — Но очень молодой и неопытный. Который хочет взять количеством, а не качеством, - продолжает с таким энтузиазмом, что я просто обязана его обломать.       — Очень интересно, но мне плевать.       — Эй, зачем спрашивала тогда?       — А с тобой о чем-то, кроме драк и разборок, можно говорить? У тебя же и интересов других нет.       Лис хотел было что-то возразить, но к стойке подлетел Леонардо, мигом переключив его внимание на себя. Рыжий заказал двойной виски, залпом осушил стакан и попросил добавки. Лис с радостью повторил. От этого восторженного фанатика вообще нет толка.       — Начнешь буянить, лично вытолкаю тебя из клуба, - предупредила я рыжего.       — Обижаешь, куколка, - тут же отозвался он, одарив меня белоснежной улыбкой. – Я не бью морды без причины.       Если я сейчас сорвусь, то ничем не лучше его:       — Называй меня Герда, пожалуйста.       — Тогда где же твой Кай, Герда?       До чего же банально.       — Задавал глупые вопросы и канул в небытие.       — Опять этот чертов кот, - неожиданно прорычал парень, выцепив из толпы ледяного неко и провожая его напряженным взглядом на второй этаж. – Все-таки надо было прибить его, когда была такая возможность.       — А что с ним не так? – подключился Лис.       — Так ты брата своего грохнула, говоришь? – снова пристал ко мне Леонардо, натянув прежнюю улыбочку и игнорируя Лиса.       — Не все испытывают теплые чувства к своим братьям, - огрызнулась я.       Рыжий неопределенно хмыкнул и вдруг заткнулся. Даже улыбка с лица спала. Подумаешь, брата родного убила. С кем не бывает? К чему такая странная реакция? Ну, главное, что отвалил.       — А ты уверен, что сможешь убить? – пытается продолжить с ним разговор Лис. Зачем? Он же куда приятнее, когда молчит.       — Да, - угрюмо ответил этот милейший субъект, не задумавшись ни на секунду.       — Уже убивал раньше?       — Нет.       — Тогда откуда такая уверенность?       Леонардо раздраженно передернул плечами и всем корпусом повернулся к парню, пристально смотрит в его небесно-голубые глаза. В кино после таких трюков обычно следует душещипательная история о жизни кровавого гангстера. Лис аж напрягся в предвкушении. Я же думаю, что у нашего кареглазого наглеца нет ничего примечательного в биографии, а просто с головушкой проблемы, но все же послушаю, если что интересное скажет.       — С братоубийцей все понятно, - пренебрежительно бросил он в мою сторону. Еще немного, и реально нарвется. – А ты почему Лис?       — Что? – мой напарник все еще ждет повествование о жизни, а не дурацких вопросов в свой адрес и недоуменно смотрит на парня.       — Погоняло Лис обычно у рыжих, либо у умных и хитрых. У тебя, как я вижу, ни того, ни другого.       Оу, так он нас специально провоцирует.       — А, так это из-за татуировки, - простодушно отвечает блондин. – Набил ее задолго до Обращения.       — Так просто?       — У Герды предыстория повеселее, понимаю. Но панки, знаешь ли, с именами не особо заморачиваются.       — Понятно. Ну, хорошо, что хуй на лбу не набил.       Больше нет сил сдерживаться. Угрожающе потянулась к рыжему через барную стойку:       — Послушай, малыш…       — Внимательно тебя слушаю, куколка, - моментально последовало от него в совокупности с наглой улыбочкой.       Схватила его за ворот куртки и притянула ближе к себе:       — Ты хоть примерно представляешь, с кем разговариваешь?       — Примерно представляю, - он даже в лице не поменялся.       — И все же продолжаешь демонстрировать подобное неуважение?       — Демонстрировать неуважение я еще даже не начинал.       К бару протиснулся еще один рыжий красавчик. Этот вроде совсем кукольный, хотя с одинаковым цветом волос их стало сложнее различать. Парень встал на безопасном расстоянии от брата, с холодной вежливостью обратился ко мне:       — Прекрасная леди, можно, пожалуйста, сегодня его не убивать?       Надо же, какой контраст. В немом восхищении я даже выпустила наглеца.       — Тебе че там с котом скучно стало? – интересуется у него Леонардо, поправляя куртку, голос в угрожающе низкой тональности.       — Просто захотел проверить, как у тебя дела. А ты тут опять на драку нарываешься.       — Нормально у меня дела. Вали к своему кошачьему.       Это ненависть или ревность?       — Ты с Ирвом виделся?       Леонардо глубоко вдохнул и выдохнул, сделал пару глотков виски и вроде успокоился:       — Ага.       — Как он?       — Осознает последствия своих поступков.       — Вы же спокойно поговорили?       — Мы даже пришли к определенному взаимопониманию.       — Хорошо.       — Послушай, Эл, - внимательно смотрит на брата, в интонацию вернулись агрессивные нотки, - меня не надо постоянно контролировать. Я взрослый мальчик и в состоянии сам о себе позаботиться.       — Ты сознательно нарываешься на неприятности, Лео. И это уже не в первый раз, - с непроницаемым спокойствием отвечает Эл. Прям под стать своему бойфренду.       — Сам я ни на что не нарываюсь. Просто некоторые личности меня провоцируют.       — Девушка? – едва заметная улыбка в мою сторону.       — Конечно, нет. Она просто рядом стояла.       Парень устало вздохнул:       — Где Асами? Почему ты не с ней?       — Где-то здесь. Танцует вроде с Зарой.       — Она милая.       — Знаю. Заебали эти твои прыжки с темы на тему.       — Надеюсь, она не окажется рядом при очередном твоем приступе гнева.       — Ты меня совсем уебаном считаешь? – Леонардо настолько шокирован, что даже пыл поубавил.       — Не очень хочется потом разгребать последствия твоих поступков.       Леонардо не нашелся, что ответить, и снова приложился к выпивке. Эл, удовлетворившись результатом, развернулся на носках и пошел прочь. А он определенно имеет на это хамло большое влияние.       — Чертов Элиот, - недовольно процедил рыжий и рывком оттолкнулся от барной стойки. – Простите, ребят, я реально порой веду себя, как уебан. Пойду, найду свою девушку.       Лис проводил его восхищенным взглядом:       — Этот парень нравится мне все больше и больше.       — Он пытался спровоцировать тебя на драку, - замечаю я, абсолютно не понимая его восторгов.       Минуту он игнорировал меня, смешивая очередной коктейль, а потом мечтательно выдал:       — Даже представить себе не могу, насколько безбашенным надо быть, чтоб нарываться на драку с Унгари.       — По-моему, он просто псих.       — Ага. Герда, попроси Призрака обратить его.       От неожиданности чуть не уронила бокал и немного расплескала пиво на стойку:       — Ты че родственную душу ищешь?       — С чего ты взяла?       — Иначе не могу объяснить твою страсть к буйным психопатам.       — Мне кажется, он отлично впишется в нашу дружную семью.       — Тебе надо – ты и обращай.       — Слишком большая ответственность – не люблю.       — Тогда сам Призрака проси.       — Он не хочет. Боится.       — Тоже ответственности? – усмехаюсь я.       — Что этот парень не справится с проклятием крови и станет абсолютно неуправляемым.       — Скажи, что сам займешься его обучением.       — Тебе меня совсем не жалко, да?       — Но ты же так рвешься его обратить.       — Обратить, а не контролировать и обучать. Призрак самый сильный среди нас…       — Обучение новобранцев – не его забота.       Все, устала. Надо выйти на воздух. Сполоснула руки, вытерла барным полотенцем, потянулась, разминая суставы, и направилась к выходу.       — Ты куда? – с надеждой в голосе окликнул меня Лис. – С Призраком общаться?       Достал.       — Видеть тебя больше не могу. Пойду покурю.       Хидэки       Не без труда нашли мягкие диваны и столик на втором этаже клуба. Фил уселся, прислонившись спиной к моему плечу, пьет темное пиво и наблюдает за танцующими девушками.       — Сегодня без крепкой выпивки? – спрашиваю я.       — Нмного выпил днем с Шер. Думаю, на сегодня хватит.       — Неужели боишься накидаться?       — Боюсь не удержаться и полезть к тебе с поцелуями, - отвечает он и смеется.       — Да я не против.       — А я думал, тебе Вел нравится.       — Асами рассказала? – И почему я не удивлен?       — А еще, что сначала тебе нравилась Шерон.       — А вот это выдумки. Эльфийская принцесса невероятно обаятельная и, при желании, любого может вогнать в краску. Но никакой влюбленности я к ней не испытывал. Легкая симпатия и ничего больше.       — А с Велиаром, значит, все серьезно?       — У него все серьезно с твоей сестрой, если не ошибаюсь.       — Грустишь?       — Нет. У меня же есть ты.       — Я не похож на Вела, - синеглазый устал сидеть, поставил бокал на стол и устроился головой у меня на коленях. – Он весь такой красивый, таинственный и, мне кажется, немного не в себе.       Смотрю в его пронзительные синие глаза, чуть прикрытые длинной челкой:       — Ты тоже красивый и немного не в себе.       Он невесело усмехнулся:       — Никогда раньше не думал, что собственная привлекательность может пойти мне во вред.       — Это ты о своих поклонниках?       — Ага, именно о них. Нас с Шер сегодня стали фоткать в кафе. Было неприятно.       — Зачем?       — Я подрабатываю в одном из модельных агентств в Америке. Кто-то меня узнал.       Вообще я об Ирвине и Ясоне.       — А, фотомодель. Как скучно.       — Зато платят хорошо. Я с шестнадцати лет материально полностью независим от родителей.       — Тогда ты уже должен был привыкнуть к подобному вниманию.       — Пока у меня не было девушки, это воспринималось немного иначе. А теперь Шерон думает, что я ветреный, самовлюбленный и брошу ее ради какой-нибудь очередной фанатки.       — Ты же в курсе, что у Шерон есть жених?       — Да, она что-то такое упоминала.       — И это тебя не сильно беспокоит?       — Вряд ли он чем-то лучше меня.       Его слова меня почему-то рассмешили:       — А ты и правда самовлюбленный.       — Есть такое.       В поле зрения неожиданно появился Ирвин. Стоит в паре метров от нас и задумчиво смотрит. И, судя по всему, он пьян. Появление блондина привлекло внимание всех ребят, кроме самого Фила, который в силу своего расположения не может его видеть.       — Кажется, твой друг хочет поговорить, - все же сообщаю я.       Филип проследил за моим взглядом, чуть приподнялся на локтях, увидел парня и вернулся в прежнее лежачее состояние:       — Я не хочу с ним разговаривать.       — Вечно его избегать у тебя не получится.       — Получится.       — Как ребенок себя ведешь.       — Как хочу, так себя и веду.       Подобного рода эгоизм с его стороны почему-то вызывает умиление, а не злость, поэтому я лишь слабо улыбнулся вместо того, чтоб продолжить уговаривать. В конце концов, это совсем не мое дело.       Блондин все же решился подойти к нам:       — Филип, нам надо поговорить.       — Ты тоже слышишь этот голос, или у меня галлюцинации? – спрашивает у меня Фил, по-прежнему игнорируя присутствие парня.       — Ты издеваешься? – тут же вскипел блондин.       — Он издевается, - подтверждаю я.       Ирвин наклонился и резко дернул мальчишку за руку, заставляя подняться. Фил моментально подался назад, вырываясь, наткнулся ногами на диван и рухнул спиной мне на плечо, чуть приложившись головой и расплескав мой виски. Выпрямился и сорвался на крик:       — Ты совсем охренел?! Не трогай, блядь, меня!       Все смотрят на нас. Шерон хотела было подойти, но Зара остановила ее.       — Я просто хочу поговорить, - настаивает блондин, подняв ладони на уровень ли-ца, показывая, видимо, что руки больше распускать не собирается.       — Просто исчезни! Нам не о чем разговаривать!       Обхватил синеглазого рукой за плечи и притянул к себе, вызвав у Ирвина нервное подергивание правого глаза:       — Успокойся, Фил. Обсудите все раз и навсегда, чтоб никаких больше недомолвок.       — Думаешь? – он взглянул на Ирвина и продолжил высокомерно: - Окей, пошли пообщаемся. Но Хидэ пойдет с нами.       — А я зачем? – тут же решил отвертеться я.       — Возражения не принимаются, - отрезал Филип, вставая.       На улице прохладно, льет мелкий неприятный дождик. Обошли здание, выйдя на задворки, где нет людей. Под навесной крышей стоит Герда, устало оперевшись спиной о стену, закуривает длинную сигарету, вставив ее в мундштук. Я решил постоять с ней, а вот парни, заприметив вампиршу, отошли подальше. Однако обрывки их фраз все равно до меня долетают. В основном, ругается Филип, не давая блондину вставить и словечка.       — Как дела, Герда? – решил начать я разговор.       — Лис достал. Встретил родственную душу и стал совершенно невыносим, - тут же пожаловалась девушка. – Фанатик хренов.       — Родственная душа у Лиса? Это кто же?       — Этот ваш рыжий близнец. Не который нормальный, а который такой же невыносимый.       — Леонардо.       — Тсс. Вдруг он придет на звук своего имени?       — Асами он вроде нравится.       — Девушкам в ее возрасте обычно нравятся всякие сумбурные личности.       — Они не близнецы, кстати, - зачем-то решил сообщить я. - У Лео губы тоньше, черты лица более резкие. Если присмотреться, они вообще не похожи.       — Что-то не возникало желания к нему присматриваться.       — А я думал, что тебе тоже нравятся всякие сумбурные личности.       — А тебе? – вампирша лукаво улыбнулась и кивнула в сторону Фила. – Я смотрю, у тебя новый объект воздыхания.       — Может быть. Я еще не решил.       — Он так зол, словно в него первый раз парень влюбляется.       — Они были лучшими друзьями.       — Какого хрена ты вообще в меня влюбился?! – донесся до нас отчаянный крик Фила. – Нормально же все было!       Что отвечает блондин, не слышно, но все итак понятно из криков синеглазого:       — Какие, нахрен, четыре года?! Ты четыре года на меня дрочил?!.. В смысле, блядь, бывало иногда?!... Все, нафиг, разговор окончен! – он круто повернулся на пятках и быстрым шагом пошел под навес.       — Страсти какие, - улыбнулась Герда.       — Я замерз, - пожаловался Фил, подойдя ко мне. Герде он слабо кивнул в знак приветствия.       — Налить тебе чего горячительного для согрева, красавчик? – интересуется девушка.       — Нет, спасибо. – Снова смотрит на меня: - Хидэ, отвези меня в отель, пожалуйста. – Выглядит очень расстроенным.       — Хорошо, - соглашаюсь я, приобняв парня за плечи. – Ты только не грусти.       Ирвину такой мой жест явно не понравился, он в два счета преодолел расстояние между нами:       — То есть этот тебя вообще не напрягает?!       ЭТОТ?       Фил устало вздохнул и повернулся к нему:       — Почему Хидэ должен меня напрягать?       — Он к тебе откровенно подкатывает! И с ним наедине ты оставаться не боишься!       — Он не ведет себя, как последняя мразь. И не будет.       — Откуда такая…       — Достаточно, - прервал я, окончательно разозлившись. – «Этот не мразь» отвезет ребенка спать, а ты можешь идти напиться и передернуть на пару его фоток для хорошего завершения ночи.       Герда открыла для нас дверь и приглашающим жестом пропустила вперед. И раз уж блондину так это не нравится, я обнял Фила и прижал к себе, провожая внутрь.       — Я не ребенок, - произносит парень, как только за нами захлопнулась дверь, оставляя Ирвина мокнуть под дождем.       Герда быстрым шагом вспорхнула наверх и скрылась в зале. Мы же идем в спокойном темпе, руки я убрал в карманы куртки, предоставив Филу свободу движений.       — Знаю. Но твоя непосредственность и эгоизм умиляют, - отвечаю я.       — Ладно. Считай, как хочешь.       — Я все-таки тоже не могу понять: ты знаешь о моей симпатии, но не шарахаешься от меня, как от Ирвина или Ясона.       — А ты задумал что-то плохое в отношении меня? Или тайно дрочишь на мои фотки?       — Нет. Но о последнем я просто не думал. А у тебя есть обнаженные фото? А то у меня плохо с воображением.       — Фу, Хидэ, оставь это извращенцам! – парень, наконец, рассмеялся.       — Ладно. Так есть?       — Нет.       — Блин. А так хотелось.       — Тебе не надо предупредить Асами о своем отсутствии?       — Я волен отсутствовать, где и когда захочу. А ты с Шерон попрощаться не хочешь?       — Нет. Не хочу быть слишком навязчивым.       — А она не начнет беспокоиться?       — Она уже столько выпила, что, думаю, давно забыла о моем существовании.