Часть 6.
14 октября 2018 г., 18:56
Всю дорогу они молчали. Роксана устала, но вела машину, потому что из обоих тел перевёртыша аномалия выпила почти всю энергию. Кеша пригрелся на коленях у Лёни и сопел, периодически подёргивая лапками.
— А ты ему понравился, — улыбнулась темноволосая женщина. — Наверное потому, что тоже в каком-то роде кот, — своих чувствует.
— Я могу его понять, столько стресса получил, — рыжий мужчина погладил большой рукой кошачью макушку.
— Странный кот, здоровенный какой …
— Это мейн кун, со штатов завезли, порода такая домашних котов у них.
— Что с ним делать теперь? — озабоченно спросила Роксана.
— Ну, если сдадим как соучастника, сама понимаешь, что будет, — Лёня невесело вздохнул. — Ещё и тебе прикажут посодействовать.
— Ну, кота в здание пронести не проблема. Проблема будет, когда он перевернётся и выяснится личность медбрата и связь с доктором, который преступник.
— А давай вот что: я его на время к себе заберу, скажу, типа подобрал на улице, — вдруг осенило Лёню.
— Смотри, чтобы не «хлопал» переворотами. В нашем доме половина «коллег» живёт, услышат — и огребём все.
— Не парься, прослежу, — отмахнулся рыжий великан. — Будет как домашний кот жить, по крайней мере какое-то время.
Чёрный «Патриот» скрипнул тормозами на узкой улице у бежевого дома типа «Старый фонд». В некоторых окнах, несмотря на поздний час, горел свет. Высокая фигура вышла из машины и направилась к дому. В свете уличных фонарей опять кружили снежинки.
Роксана быстро доехала до отдела, спать ещё не сильно хотелось. Полукровке требовалось всего шесть часов, чтобы полностью выспаться. И ведь это когда-то было секретом, а именно первые восемь лет работы в Спецотделе. Среди коллег были и те, кому сон не требовался вообще и их рабочий день длился намного дольше, чем у остальных. Политика организации была предельно проста: лучше занять «монстра» полезной работой, чем он найдёт себе занятие самостоятельно. Относительно верно, конечно, ведь склад ума нелюдей зачастую отличался от очевидного человеческого, как и их возможности. Один такой умелец нашёл себе развлечение в изготовлении самогона, да вот не простого, а для нечисти. Крайне забористая штука получилась, ведь на грибах каких-то гнал, все оценили по достоинству, вот только каким-то образом просочилась она к людям. Ох, что же началось…
«Какая только гадина по свету не ходит», — подумалось женщине.
Проворно взбежав по ступеням, она вошла в здание. Тяжёлые двери со скрипом закрылись за спиной. Роксана оказалась в большой круглой зале, в противоположном конце которой полукругом спускалась на пол лестница. На стенах висели кованые медные бра с узорами и винтажными лампами, которые давали минимум янтарного света. Высота потолков первого этажа была четыре метра, так называемый бельэтаж, что свидетельствовало о принадлежности здания к постройкам начала ХХ века. Вправо и влево уходили два коридора: первый вёл в столовую, библиотеку и в зал конференций, второй — в медпункт.
Роксана поспешила в левое крыло — там должны были находиться её ребята. Так и оказалось. Лампа над одной из дверей светилась ярче обычного, освещая силуэт парня, сидящего на лавке. По мере приближения он всё меньше казался обычным. Юноша не шевелился и его вполне можно было принять за манекен. Угольно-чёрные волосы обрамляли нечеловечески бледное лицо, жёлтые глаза, не моргая, смотрели в пустоту. Грудь под белой рубашкой не вздымалась — он не дышал.
— Как дела, Марк? — Роксана подошла к высокой деревянной двери и приложилась ухом к щели в проёме.
— Диагноз вроде поставили, сказали нужно несколько часов подождать, — приятным мягким голосом ответил вампир, поворачивая голову к женщине.
— Значит, займёмся сбором информации, а потом вернёмся навестить Дарину, — отвернувшись от двери, выдохнула Роксана и упёрла руки в бок. — Как её угораздило, и что делал в это время ты?
— Да я ничего не успел понять даже! — его кулаки сжались. — Она села к могиле и начала колдовать, как вдруг надгробье выдало вспышку и куклы прилетели со всех сторон. Я начал отбиваться от них и не сразу заметил, что Дарина лежит без сознания, потом схватил её и побежал к машине.
— М-да, такой приём мог организовать весьма серьёзный говнюк, — полукровка почесала на голове то место, откуда растёт один из спрятанных под иллюзией рогов. — Надо добраться до него и отплатить той же монетой, с огоньком, блять.
— С чего начнём? — худой парень поднялся с лавки, его лицо казалось фарфоровым, следов эмоций так же не было, и только блеск лимонно-жёлтых глаз говорил о готовности на всё ради возмездия за Дарину.
— Ты поднимешь всю биографию Дока, в том числе родственников, друзей и имущество, а я отправлюсь в «Дикую кошку» и разживусь инфой про местных колдунов такого уровня. Думаю, их не много. Потом мы попытаемся вычислить, мог ли наш «доктор Смерть» взаимодействовать с кем-либо из них. Ещё нужно отдать на экспертизу вот это.
Она протянула ему ампулу с мерцающей синей жидкостью.
— Что за хрень? — вампир слегка изогнул изящную бровь.
— Прививочки. Ставили жертвам перед исчезновением.
Марк принюхался к стекляшке. Его нюх был очень острым и непроизвольное принюхивание ко всем подозрительным вещам стало привычкой.
— Ну, за дело, мой мёртвый друг, пока солнце не встало! — преувеличенно бодро воскликнула Роксана.
— Так точно, — спокойно отозвался вампир.
Марк легко скользнул мимо неё, каждый его шаг был грациозным и мягким. После смерти он стал сильнее и не чувствовал своего веса. Роксана отметила изменения в поведении парня и, улыбнувшись про себя, направилась в лабораторию. Каким он был в их первую встречу? Страшно вспомнить. Ни культуры, ни манер, ни спокойствия. Приходилось всем троим посменно дежурить, чтобы не улизнул на охоту.
Марк относился как раз к тому типу существ, которых в девяноста процентов случаев нужно было уничтожать при обнаружении. История парня была похожа на концентрат трагедии. Воли бедняги в бессмертии не было — только желание выжить. Решение было принято единогласно: он должен остаться. И всем троим из группы Роксаны пришлось здорово попотеть, чтобы мальчишку не отправили в крематорий. Нужно было перевести его на донорскую кровь — мерзкую, холодную и склизкую, как выразился сам Марк когда-то, — и вдолбить в голову самоконтроль, чтобы не сожрал соседей-людей. Замкнутость и дикошарость мальчишки не способствовала результату, но дьявольское терпение Роксаны, зверская настойчивость Лёни и волшебное убеждение Дарины сделали своё дело. Марк стал последним, кто вступил в ряды их команды. За спинами шептались, что отъявленные монстры собрались под командованием самого главного монстра. Вопреки всему, в сравнении с эффективностью такого отряда мрачная репутация была пустяком.
Полукровка шагала по коридору до кофейного автомата — нужно было сделать передышку. Под кожей в области запястий начинало зудеть. Иллюзии иллюзиями, конечно, хоть и сложное искусство, но единственное доступное для восприятия Роксаны. А вот использовать трюки с демонической энергией стоило только при большой необходимости. В голове всплыл образ Дарины, поучительно поднявшей указательный палец вверх. «Будучи призванной из другого слоя бытия, такая энергия является чужеродной для организмов, так сказать, местных и естественно воздействует на оных неблагоприятно».
Автомат пискнул, приняв заданную команду на напиток, и загудел. Женщина сбросила пальто на спинку кресла, стоявшего рядом с чудо-машиной.
К черту отказ от использования «силы», если его цена меня не устраивает.
Хмурый взгляд упал на запястья, уже начинавшие приобретать вишнёвый оттенок. Она вздохнула и потянулась к дымящемуся стаканчику в автомате. Острая боль словно шило пронзила руку и та дрогнула. Горячий шоколад полетел на плитку пола. Резко прошипев базовый набор ругательств, женщина отпрыгнула в сторону, чтобы не запачкать брюки. Грустно созерцая коричневую лужицу, она прижимала к груди скрещенные в запястьях руки, которые словно налились свинцом и тупой болью.
Роксана оглянулась по сторонам: в коридоре никого не было, но в любом случае гадить в помещении было не принято. Да и она ведь культурный представитель рас преисподней! По возможности умело (как-нибудь, чтобы смотрелось) была соткана иллюзия, укрывающая шоколадную лужу. А теперь надо было валить с места преступления, но непременно взять новый напиток. Пальцы крючило от боли, но жажда шоколада была сильнее. Автомат пожужжал и выдал ещё один «кубок счастья». Роксана, обойдя шоколадное поле, извлекла напиток, схватила пальто и поспешила к лаборатории, расположенной в самом конце коридора. Несмотря на то, что они почти всей командой получили люлей от врага, её настроение было приподнятым. Дело наконец сдвинулось с мёртвой точки, а противник силён, но это только подстёгивает охотничий инстинкт. Полукровка хищно улыбнулась — она любила строить засады и застигать врага врасплох. Когда всё просто, то не интересно.
Шатко качаясь на старой табуретке, установленной на подоконник, молодая женщина с рыжими волосами до лопаток курила в форточку в небольшом квадратном помещении с белыми стенами и такой же белой мебелью. Курить в помещениях, не предназначенных для этого, строго запрещено. Она знала правила. Но ведь правила существуют, чтобы их нарушать, не так ли? Эта ночь была тихой и загадочной. Словно магия летала в прохладном воздухе. Женщина наслаждалась такими ночами, жаль, что звёзд не видно, можно было бы их посчитать…
Однако медитации не суждено было длиться долго. Дверь внезапно открылась, и в комнату молниеносно запрыгнула Роксана со своим стаканчиком. От неожиданности рыжая дёрнулась, и табуретка под ней, больше не выдержав издевательств, предательски растянулась в шпагат. В полёте вниз девушка с ловкостью, которой бы позавидовал любой баскетболист, забросила окурок в форточку, умудрившись при этом устоять на подоконнике.
— Трёхочковый, Валь, — Роксана засмеялась.
— Святые хуи преисподней! Рокс! — рыжая женщина в белом медицинском халате, всё ещё стоя на подоконнике, эмоционально упёрла руки в бока. — Тебя какой чёрт принёс в четыре часа утра? Я чуть со страху в форточку не сиганула!
— Да я как японский ниндзя! Как лёгкая веточка, гонимая весенним ветерком по глади воды! — полукровка, стараясь не морщиться от боли, в ответ тоже уперла свободную руку в бок.
— Ебонский нидзя, чтобы сдвинуть твои 80 кг, нужен ветерок с Нептуна, — хмуро улыбнулась Валентина и, изящно придерживая халат, спрыгнула с подоконника.
— Да-а-а… Здесь требуется капитальный ремонт, — рыжая подняла с пола ножку табуретки.
Что-то неуловимое у этих двух было общим. Может быть, немного похожие черты лица и фигуры? Хотя рыжая, несомненно, преуспевала в женственности. Или никогда не расширявшийся зрачок в светлых глазах с чёрной каёмкой радужек?
Исключительное существо Валентина. На три четверти демон, остальное — человек. В подробности Рокс не вдавалась, но понимала, что без постороннего вмешательства такого результата кровосмешения не добиться. Легко социализировавшаяся Валя, почти с такими же показателями как и у полукровок, прекрасно понимала людей и их чувства. Она не раз «переводила» для своей темноволосой родственницы, когда та была ещё «салагой зелёной» те или иные причины поступков окружающих.
Роксана сделала пару шагов к письменному столу коллеги, из ящика которого торчал кусок обёртки от каких-то сладостей. Чайник в углу испускал струйки пара — видимо, недавно закипел. Внешне кабинет не отличался от кабинетов педиатров в обычных человеческих поликлиниках. Из него вела ещё одна дверь, а вот там уже сходство с поликлиникой заканчивалось. В лаборатории не только изучались, но и хранились в специальных сейфах различные и в большинстве своём смертельно-опасные вещества. Этакая зона повышенной опасности поражения хер знает чем, но насмерть.
А посадили сторожить этот кладезь суицидов существо, с которым лучше не сталкиваться в бою — Валю. Ну или, как потом закралась догадка у Рокс, рыжая каким-то волшебным способом убедила руководство в своей необходимости на именно этом посту.
— У меня тут в ампулах загадка на миллион, а ты мне про выдающиеся габариты, — подмигнула полукровка и поставила на стол шесть пузырьков с синей поблёскивающей жидкостью.
— Я чувствую себя уже властелином загадок, скоро в сфинкса перерожусь, — Валя глянула из-за плеча на ампулы и вернулась к манипуляциям с табуреткой. — Кажется, мне сегодня уже приносили нечто похожее.
— Вот и убьёшь двух зайцев, — Рокс, морщась от боли, запустила руку в пакет вкусняшек в ящике стола, что оказалось не так просто — пальцы сводила боль и те плохо слушались. — Кстати, у тебя есть обезболивающее?
— А я думаю, чем пахнет? А это ты опять членовредительством занимаешься, — рыжая бросила останки безнадёжной табуретки в щель между боковиной шкафа и стеной, и засуетилась в этом же шкафу. — Ну подумаешь, укол. Укололи и пошёл, — весело напевала она себе под нос.
Рокс присела на стол, расстегнула рубашку и оголила плечо. Рыжеволосая женщина подошла к ней со шприцом, про себя отметив, что её младшая коллега в очень хорошей физической форме. Их глаза встретились, бледно-серые и бледно-зелёные, ничем кроме оттенка не отличаясь.
— Расслабь свои мускулы, чертёнок, — Валя улыбнулась, протирая смоченной спиртом ваткой кожу на плече для укола.
Полукровке пришлось сделать глубокий вдох и уставиться в потолок. Глупо было, конечно, но уколов она боялась. Только вот боль терпеть было ещё хуже, да и работать надо идти. Процедура была быстрой, но по ощущениям длилась минут пять.
Людям вот ставят быстрее, да и игла потоньше.
— У тебя кожа прочнее и мышечная ткань с кровью более плотные. Если я быстро выжму шприц, его содержимое полетит обратно, — рыжая тоже могла читать громкие мысли на небольшом расстоянии.
— А таблеток не было? — Рокс пыталась сделать щенячьи глазки как в юности, но как-то не особо получилось.
— Таблетки тут уже не помогут. Надо было меньше энергию из преисподней тянуть, — строго, но по-доброму сказала Валя. — Она проходит через тело и разрушает плоть, а в твоём случае — разлагает.
— А в твоём случае?
— В моём — обезвоживает.
— Всего-то? Просто попила воды и всё.
— Ни разу не так, учи матчасть, чертёнок.
Рокс показала ей язык и отвернулась. Из коридора послышались возня и ругань.
— Готово, — рыжая коллега наконец-то выжала весь шприц и приложила ватку. Шаги приближались к лаборатории.
Роксана проворно съехала со стола, резко сократив дистанцию с коллегой, отчего та немного опешила. Полукровка поспешно бросилась к своему пустому стаканчику. Смяв его в комок, она сделала меткий бросок в форточку.
Дверь открылась и в помещение зашёл пухлый мужчина средних лет с короткими чёрными волосами, через которые уже пробивалась седина. На нём был такой же белоснежный халат как и на Вале. В целом ничего в нём примечательного не было, кроме внушительно выпиравшего пивного живота.
Борис Васильевич пиво не пил и, как медик, старался вести здоровый образ жизни. И ничего не предвещало отклонений в жизни этого талантливого врача. Вот только случился с ним казус двенадцать лет назад. Любил Борька потрапезничать различной экзотикой, а тут случай выпал, точнее, путевка, да не абы куда, а в Таиланд. Отказываться грех, вот и поехал вместе с супругой. В середине отпуска со здоровьем Василича началась беда, да вот никто из местных лекарей никаких диагнозов поставить не мог. А пузо-то, коего никогда у ЗОЖ-ника не было, всё росло не по дням, а по часам, хотя есть толком он не ел. Прилетел следующим же рейсом наш врач в Москву, а там и вертолётом до Питера. Вот только вместо реанимобиля ждал его новенький чёрный «Патриот» со специально обустроенным под медоборудование салоном. Когда врач спецотдела Василича раздел, он глазам своим не поверил, а уж удивить работника такой службы крайне непросто.
Вместо ожидаемого мужского пуза, покрытого лёгким пушком, его взору предстало нечто, напоминающее аквариум. Круглый пузырь из прозрачной и упругой материи, но если в него вглядеться, задней стенки не было, а через «аквариум» периодически проплывали экзотические рыбки. После длительного изучения данного феномена было определено: эластичный объект повышенной прочности, вреда организму не несёт, в сознание не вмешивается, «транслирует» определенный участок океана. В заключении же говорилось, что за рассекречивание данного объекта будет грозить весьма внушительная материальная ответственность.
Вот так Борису Васильевичу пришлось покинуть привычный мир: с супругой он развёлся, алименты исправно платил, да видеться редко когда удавалось. Нечисть врач не очень любил, особенно тех, кто колдовать умел, но поделать с этим мужчина ничего не мог — приходилось работать. Он быстро нашёл себе единомышленников среди обделённых талантом.
Врач тяжело дышал и был явно не в духе. При виде Роксаны его лицо стало ещё розовее, а брови начали стремиться слиться в одну большую монобровь.
— Твоя ведьма как баклажан стала цветом, — презрительно буркнул он и язвительно добавил: — Неужели такой и останется?
— А вы не булькайте, и не останется, — весело ответила Рокс, застёгивая рубашку.
— Постыдилась бы так со старшими разговаривать, девка! — лицо врача начало становиться пунцовым, а до состыковки бровей оставалось меньше пол-сантиметра. — Мы её спасали от смерти, а ты неблагодарная!
На самом деле Рокс была старше этого «дОХтура» лет на тридцать с хвостиком, но конспирация возраста на службе была обязательным правилом.
— Насколько я знаю, подобные операции проводят врачи, специализирующиеся на магических ранах, к коим вы не относитесь, Борис Васильевич, — холодным тоном вмешалась Валентина, от её пристального взгляда спесь с медсотрудника сошла. — С чем пожаловали, доктор?
— Вот, это соскобы с последних трёх пациентов, имена подписаны, — он небрежно передал контейнеры Вале. — Мне пора, — не разворачиваясь к коллегам спиной, он вышел из кабинета. Роксана поняла, в чём причина.
Хочешь прикол?
