Рок Валирии

      В крохотной землянке пахло сыростью и плесенью, хотя за дырявой ширмой тихо потрескивал жаркий огонь. Его тепла не хватало, чтобы согреть и просушить это место. Максимум, что он мог предложить — горячую водянистую похлебку из того, что выросло на маленькой грядке возле неказистого низкого домика.       Постройка была очень старой и из щелей сквозило. Маленькая девочка сквозь сон постаралась укутаться в свое тонкое одеяло, чтобы сохранить тепло. Просыпаться было еще очень рано, да и детский сон слишком прекрасен, чтобы его прерывать. Где-то там, за хлипкими стенами землянки, встречала рассвет Великая Валирия. Драконы взмывали в небо, приветствуя новый день, часовые дули в огромные рога, будя народ. Но маленькую серебровласую девочку все это не касалось. Во сне малютка сама была драконом. Она расправляла свои огромные крылья и рассекала ими воздух, поднимаясь все выше и выше… К самому солнцу! К такому жаркому, как ее собственное пламя! Будучи драконом, она была бы очень не против обдать горячим дыханием тех вредных мальчишек, что вчера смеялись над ней у реки. Если бы девочка была таким могучим существом, то уже никто не смел бы над ней смеяться!       Внизу, в тени ее раскинутых крыльев что-то мелькнуло. Зоркий драконий глаз приметил овцу, спасающуюся бегством от опасного хищника. Глупое животное! Никто не сможет уйти от дракона!       Девочка сложила крылья и понеслась к земле, разрезая воздух заостренной мордой. Она уже чувствовала в собственной пасти вкус горячей крови и прожаренного мяса. Яростно потянув в себя холодный утренний воздух, дракон выдохнул огненный залп, не оставляя бедной животине ни шанса. Крылатый змей впился мощными когтями в дымящуюся тушку и взмыл с ней вверх. Достойная охота! Теперь можно получить свою награду и утолить голод, что терзал изнутри.       Вдруг чуткий драконий слух уловил весьма громкий вскрик. Добыча из когтей исчезла, равно как и сами когти. Маленькая девочка резко села на своей постели, пытаясь разобраться, где сон, а где реальность. Кричащий голос был таким знакомым, хотя откуда бы дракону знать каких-то человечков? Значит, не сон.       В животе заурчало, и малышка очень пожалела, что не смогла перекусить во сне. Хотя такой завтрак ее бы только раздразнил. Мяса она не ела уже очень давно и едва ли помнила, какое оно на вкус. Иногда мама приносила с рынка рыбу, но мясо в их семье было слишком большой роскошью. Тем более сейчас, когда отца забрали на войну. Охотиться было некому, ведь в доме остались лишь женщины.       Малышка сползла со старого мешка, набитого соломой, что служил ей постелью, и отодвинула ширму. Поморщившись из-за яркого света, что отбрасывало пламя очага, она подсела к старшей сестре, приобняв ее, и потерлась щекой о плечо. Сестра плакала. Девочка сразу поняла, что кричала именно она. У сестры голос был красивый, даже когда она вскрикивала. Сестрица вообще во всем была хороша. В толпе людей она всегда выделялась, будто светилась изнутри. Добрая, ласковая, всегда улыбающаяся… Но сейчас она сидела у огня и плакала.       — Вайленора? — тихо позвала девочка, погладив сестру по золотистой косе. — Почему ты плачешь?       — Дейма? — старшая сестра сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться. Смахнув выступившие слезы, она грустно ей улыбнулась и опасливо покосилась на пламя, что плясало перед ними. — Давай поиграем? Посмотри на огонь. Ты видишь там что-нибудь?       Девочка перевела взгляд на потрескивающие огненные языки. Эта игра была ей знакома, пусть она не совсем понимала ее смысл. Глаза больно защипало, но Дейма все равно старалась разглядеть хоть что-то, что могло так опечалить сестру. В конечном итоге она сдалась и покачала головой. Как всегда — ничего. Эта игра ей никогда не нравилась, но сестра играла в нее часто. Наверное, с возрастом и Дейма поймет правила.       — Вот как, — Вайленора погладила ее по волосам. — Наверное, это даже хорошо. Ты голодна? Похлебка почти готова.       — Похлебка? — совсем не воодушевленно переспросила малышка. — Она уже так надоела… А мама где? Она с нами не позавтракает?       — Мама нашла работу и ее не будет до полудня, — пояснила старшая, помешивая бедное варево в котелке. — Дейма… Хочешь, я покажу тебе настоящих драконов?       Больше ничего говорить и не нужно было. Глаза Деймы заблестели, будто сестра только что предложила ей исполнение мечты. Хотя так оно и было. Увидеть живого дракона на земле, а не высоко в небе? Да девочка все что угодно готова была за это отдать!       — Конечно!       Дейма ела быстро, будто боялась, что сестра передумает. Допив водянистый бульон через край деревянной миски, она довольно выдохнула и поставила тарелку на пол рядом с собой. Дом был бедным и о такой роскоши, как настоящий стол или кровать можно было и не мечтать. В Валирии хуже бедняков жили только рабы семейств, что не имели большого веса на верхах. Бабушка и дедушка девочек в свое время выкупили свое рабство у древнего рода Таргариенов. Не сказать, что они сделали своим потомкам хорошо, потому иногда мама все равно прислуживала у знати на кухне, если выдавалась такая возможность. Таргариены владели шестью драконами! Для Валирии это было немало. Дейма все свои семь лет восхищалась драконьими наездниками.       — Спасибо, — чуть запоздало поблагодарила девочка за еду. — А мы прямо сейчас пойдем?       Вайленора молча взглянула на нее, будто хотела сказать что-то важное, но промолчала. Девушка вручила младшей свой любимый гребень, чтобы та расчесала и привела в порядок волосы. Делать это Дейма не любила, но таким красивым гребнем с разрешения сестры грех не воспользоваться. Пока она расчесывала свои серебряные локоны, Вайленора все не отводила взгляда от угасающего пламени. И что она там видела? Мама никогда не давала младшей отвлекать сестру, пока та играла в гляделки с пламенем. Правда, после этого занятия сестрица часто была грустна и совсем не хотела разговаривать. Дейма же в огне ничего кроме хвороста не видела. Как бы ни старалась. Она даже пыталась нафантазировать что-то однажды, но Вайленора быстро раскусила ее, мягко гладила по голове и отправляла играть на улицу. И всегда просила никому не говорить, что они иногда играют с пламенем. Дейма и не говорила. Она знала, что за такие вещи могут наказать. Правда как — не знала. Этого ей сестрица не рассказывала.       Чуть позже они выбрались из домика в самом конце переулка бедняков. Таких переулков на нижних ярусах Валирии было очень много. Бедные слои населения беспощадно отсеивали от богатеев, что владели драконами. Драконы — это пламя, облаченное в плоть, а пламя — это власть! Мама всегда так говорила. В Валирии правили те, что держали в уздах смертоносных ящеров, выдыхающих жаркий огонь. Знать Валирии называла себя потомками драконов. Ходили слухи, что пламя их не обжигает, а наоборот защищает от врагов. Дейма тоже никогда не обжигалась о домашний очаг, но сестра велела и это держать в тайне. Слишком много тайн для маленькой серебровласой девочки.       Сестры шли по узкой улочке. По обе стороны от них тесно друг к другу жались маленькие домишки, в которых жили такие же бедняки, едва сводящие концы с концами. Зарабатывали здесь кто как мог. Некоторые даже пытались заниматься колдовством. В Валирии магия не была запрещена, но каждый ребенок знал, что за большую силу нужно платить и на одного настоящего колдуна приходилась тысяча шарлатанов. А врунов тут наказывали не милосерднее воров.       Выйти за пределы города сложности не составляло. Стоило Вайленоре улыбнуться стражнику и сказать, что у них дома закончился хворост, как путь моментально оказался свободен. Дейма восхищенно посмотрела на сестру. Как же ей хотелось быть такой же красивой! У сестрицы были прекрасные золотистые волосы, очень выразительные черты лица и красивые глаза, напоминающие тлеющие угольки. Ни у кого во всей Валирии, наверное, нет таких глаз. Таких прекрасных и одновременно таких печальных…       — Правда, что драконы не боятся огня? — спросила младшая, когда стены города остались далеко позади. Не то, что бы она не знала ответа, однако хотелось хоть как-то отвлечь сестру от грустных мыслей.       — Драконы — пламя, облаченное в плоть, — отозвалась Вайленора, глядя в чистое небо. — Своего огня они не боятся, хотя он так горяч, что плавит камни как свечи. Говорят, что драконы неуязвимы, если они в воздухе. Однако это не так. Однажды Кровь Земли вскипит и хлынет на поверхность. И тогда даже драконы не выдержат ее жара. Их крылья сгорят и они упадут на землю замертво. Получается, крылья драконов — их жизнь. Как тебе такое?       Дейма недоверчиво посмотрела на сестру. Иногда старшая забывалась и начинала говорить странные вещи. В такие моменты обычно рядом оказывалась мама и внимательно слушала ее, а после мягко гладила по волосам и целовала в лоб. Вайленора после таких странных приступов обычно была очень замкнута в себе. Но сейчас ее состояние совсем не походило на то странное, когда она вытягивалась, как струна, и замирала, глядя в пламя.       — Мне больше нравилось, когда драконы были неуязвимы, — наконец сама для себя решила Дейма, понимая, что сестра ждет от нее ответа. — Но, наверное, крылья драконов действительно нужно беречь. Все же драконы такие красивые в полете, а без крыльев не полетаешь особо. А что такое Кровь Земли?       — Не знаю, — просто ответила Вайленора. — И мне бы очень хотелось, чтобы и ты не узнала… Никогда.       — Сестрица, иногда ты говоришь очень странные вещи, — важно объявила девочка. — Зачем?       — Это мое предназначение, наверное, — рассудила старшая, сворачивая на едва приметную тропинку и утягивая за собой сестру. — Каждый из нас приходит в этот мир зачем-то. У каждого свое предназначение. У меня, у тебя… И мы должны его выполнить любой ценой.       Дейма не поняла, что имеет ввиду сестра. Но, наверное, в семь лет не понимать сложные вещи — нормально? Потом ей захотелось спросить, а в чем же заключается ее собственное предназначение, но и этот вопрос остался не озвученным. Скорее всего, это как игра в гляделки с пламенем. Все придет в свой черед.       До места они добрались лишь к полудню. Наверное, мама уже дома и теперь волнуется: куда же запропастились ее дочери? Но Дейме не хотелось об этом думать. Она грезила о драконе, которого обещала ей показать сестрица. Скорее бы его увидеть! Пусть не совсем близко, пусть за много-много ярдов, но увидеть своими глазами! От переизбытка эмоций девочка ухватила сестру за руку и потерлась щекой о тыльную сторону ее ладони. У сестры была мягкая теплая кожа, приятная на ощупь. Дейма очень любила Вайленору, пусть старшая иногда и вела себя странно.       — Пришли, — Вайленора остановилась на клочке травы, не давая Дейма ступить на каменный утес. — Стой здесь, а я схожу посмотреть, все ли спокойно, хорошо? Что бы не случилось — стой и никуда не беги.       Сестрице приходилось кричать, чтобы младшая слышала ее через вой ветра. Девочка закивала, соглашаясь стоять тут хоть целый день. Вайленора мягко коснулась ее пухлых щек ладонями, оставляя легкий поцелуй прямо посередине лба.       — Я люблю тебя, Дейма. Будь сильной, — шепнула она ей на ухо, но почти все слова заглушил ветер, завывавший чуть дальше. Сюда он с такой силой не долетал, но все равно было громко. — Что бы ни случилось, помни…       Девочка не услышала, что сестра сказала потом, но тоже поклялась ей, что любит ее. Ведь это было действительно так. Вайленора, улыбнувшись, махнула ей рукой и убежала куда-то вперед, придерживая подол своего платья. Ветер разметал ее прекрасную косу, лента улетела куда-то вдаль. Вскоре старшая скрылась из виду.       Сестры не было долго. Очень долго. Дейма присела на своем клочке травы, начиная от скуки наблюдать за муравьишками. Они вереницей тащили кусочки листиков и травы в щель между двух камней. Наверное, там полость, в которой они устроили муравейник.       — Где же сестрица? — вздохнула девочка, пальцем преграждая путь очередному муравью. Тот быстро сменил траекторию своего движения, отшатнувшись от пальчика и начиная его обходить.       В этот момент она почувствовала первый сильный земляной толчок. Девочку пошатнуло, но слышно ничего странного не было. Над утесом завывал ветер. Где-то далеко внизу волны бились о острые скалы. Вайленора когда-то говорила, что морская вода пенится, совсем как в корыте у мамы, когда та стирала. Только пена та не черная от угля, а белая. Дейме и на это хотелось бы посмотреть когда-то. Но драконы… Драконы - это намного лучше, чем морская пена!       Вайленора появилась неожиданно. Она бежала со всех ног, путаясь в подоле собственного платья. Бежала и прижимала что-то золотистое к груди обеими руками. Дейма уже хотела подскочить и броситься сестре навстречу, но то, что она увидела за спиной старшей в следующее мгновение, заставило ее ноги подкоситься. Огромный черный дракон взмыл в небо, яростно хлопнув своими крыльями. Его рев пробирал до костей, предупреждая, что лучше не стоять у него на пути. Когда он опустился на задние лапы — земля под ним вздрогнула. Почти так же, как и до этого. Он оперся на свои крылья — в сторону сестер пахнуло сухим жаром. Вайленора оступилась и упала на колени, упершись левой ладонью в землю. Она лежала в паре метрах от Деймы и смотрела в пол. Где-то на краю своего сознания девочка поняла, что сестра плачет.       Дейме казалось, что время замедлило свой ход. Вот последняя слеза упала с лица старшей на каменный пол утеса. Вот огромный крылатый змей за ее спиной подался чуть назад, шумно вбирая воздух ноздрями и приоткрытым ртом. Где-то глубоко в пасти чудовища вскипело пламя, освещая его шершавое нёбо. Дракон чуть припал к земле, выпуская мощный огненный столп в нарушительниц его границ. Вайленора грустно улыбнулась в последний раз и… растаяла в пламени. Огонь окружил и Дейму, укутывая в невыносимо горячее одеяло. Слезы на щеках вскипели и испарились. Ей хотелось закричать, но она не смогла выдавить из себя ни звука. Пламя сделало все вокруг почти белым, а после мир будто по щелчку погас. А ведь девочка правда слышала какой-то щелчок. Или треск? Может, с таким звуком обрывается жизнь? Последнее, о чем Дейма успела подумать: умирать, оказывается, не так уж страшно…

***

      Что-то зубастое болезненно потянуло за ухо. Дейма поморщилась и попыталась приподняться на руках, но в плечо впились крохотные острые коготки. Кто-то протестующе взревел в больное ухо. Девочка с трудом повернула голову и встретилась взглядом с крохотными золотисто-рыжими глазенками, похожими на тлеющие угольки. Сначала ей показалось, что не нее забралась змея, но присмотревшись чуть лучше, Дейма заметила, что к неказистому длиннохвостому телу крепятся такие же неуклюжие и крылья. На ней сидел крошечный дракончик, покрытый золотистой чешуей. Малютка потоптался на месте, хлопнул еще не окрепшими крыльями и вновь требовательно взревел.       — Голодный, наверное, — одними губами прошептала девочка, вновь опускаясь на землю. — У меня ничего нет…       Как она оказалась здесь? Она же, вроде бы, спала дома? Значит, это тоже просто сон? А до этого снилось что-то страшное, но Дейма не помнила, что. Только щеки саднило, будто от соли. Она приподняла правую руку, чтобы утереть слезы, но влаги не оказалось. Лишь свежие ожоги дорожками спускались от глаз к подбородку. Лицо неприятно щипало и горело, но терпимо. Когда Дейма проснется — все пройдет.       Маленький дракончик, похоже, быстро понял, что еды ему не получить, потому, еще немного потоптавшись, улегся прямо поверх голого тела девочки. А почему она, собственно, без одежды? И где ее волосы? Дейма приподняла руку чуть выше и коснулась совершенно безволосой кожи на голове. Сестра всегда так хвалила ее красивые серебристые волосы… Но, наверное, лишь для того, чтобы младшая за ними лучше ухаживала. Но даже если так… Куда же они подевались?       Дракончик сонно зевнул. Дейма тоже почувствовала, как сонливость накатывает на нее, как море, где-то там, внизу, на скалы. Девочка вновь закрыла глаза и почти сразу провалилась в темноту. Во сне она слышала, как сестра рассказывает ей какую-то сказку. Неважно, о чем. Голос сестрицы всегда так сладко убаюкивает…

***

      Девочка с драконом спали сладко и даже не знали, что происходило вокруг. Когда мать вернулась домой и хватилась пропажи, она тут же бросилась на поиски. Дейма не знала, что в тот день ее мама избегала всю Улицу Бедняков, подняла на уши стражу, опросила всех, кто только мог и не мог видеть двух сестер. Когда поиски внутри города ничего не дали, она вернулась домой, задернула полог, что служил дверью в их дом, и села у огня. Подкормив пламя как следует, она всматривалась в него, ища ответы на свои вопросы. Дейма не знала, как плакала мать, бредя к воротам, через которые они сами с сестрой вышли утром. Не знала она и про то, как ее, спящую, принесли домой на руках, прикрытую старой матушкиной юбкой. Все это показалось девочке долгим сном. Однако, когда она проснулась, маленький ящер, спящий на подобии подушки рядом с ее головой, оказался самым настоящим. Девочка смотрела на спящего малыша и понимала, что теперь у нее есть дракон. Есть дракон, а сестры нет…       Новый день начинался над могучей драконьей державой. Светлый и теплый. Драконы, как всегда, взмывали в небо на своих прекрасных крыльях, приветствуя новое утро. Часовые дули в огромные рога, будя народ. Все было так привычно — великое государство просыпалось, как и каждое утро. Однако до Рока Валирии оставалось двадцать шесть лет.