Страх неудачи

Я не люблю людей, ведь мне они противны, но ты— отдельный экземпляр. И я раскрою тебе душу, как только ты согреешь мои руки.

В кафе, в котором находились двое парней, неожиданно повисла тишина, но Юнги нарушил её. — Скажи чего на самом деле хочешь? — он решил не ходить вокруг да около, спрашивая напрямую. — Я искренне хочу тебе помочь, Шуга, так что это не последняя наша встреча. — теперь Юнги ещё раз убедился, что слышал свой никнейм, но ему все еще было не понятно, что этот странный парень, так неожиданно появившийся в его жизни с непонятным желанием чем-то помочь, задумал. Мин хотел было спросить о чём-то, но Хосок, сказав свои последние слова, поднялся, ещё раз оглядел уютное кафе, будто запоминая, и двинулся к выходу, даже не оборачиваясь.

***

— А этот поэтишка действительно с характером, так просто не поддаётся мне. — Хосок решил обсудить свои намерения с Пак Чимином, который скучающе смотрел в учебник, пытаясь запомнить хоть что-нибудь, что может помочь ему при сдаче зимних экзаменов. — Я не понимаю, зачем он тебе, чего ты хочешь добиться? Ты говорил, что хочешь помочь ему, что его стихам не хватает любви, но ты же не можешь сам ему её предоставить! — Чимин продолжил с ещё большим возмущением. — Ты же сам никогда не любил по-настоящему, ты не знаешь, что такое любовь. — Вот и узнаю, — равнодушно ответил Хосок. Пак не понимал его, но объясняться не хотелось, только вот друг всё никак не унимался. — Ты хочешь сказать, что собираешься влюбиться в этого несносного поэта? — глаза Чимина полезли на лоб от этого предположения. — Ещё не знаю, как получится. — Чон поднял взгляд на опешившего друга. — Ты сумасшедший! — Но надеюсь, ты не сбежишь от меня после этого. — усмехнулся Хосок. Он понимал, что они дружат уже слишком долго, чтобы Чимин покинул его из-за такого пустяка. Юнги с самого детства был загадочным ребёнком, он мог быть невнимательным к учёбе, но ко всему остальному относился с особым трепетом. Будучи в подростковом возрасте, Юнги никогда не испытывал любовь или какие-то ещё нежных чувства. Родители не утешали его, когда это было ему необходимо, дети сторонились его, и иногда он даже придумывал себе вымышленных друзей, но они быстро надоедали ребенку, ведь они не могли заменить ему живое общение. Единственное, что волновало маму Юнги это тот факт, что у ее сына всегда были холодные руки, которые даже после горячей ванны опять становились холодными и безжизненными. Такими же, как и заледеневшее сердце Юнги. Но таким он был только по отношению к людям. Они всегда были ему противны, ведь большинство думают только о себе, потешаются и оскорбляют других. Ко всему прочему у юноши был особый интерес. Но эти вещи не могли дать ему то тепло, в котором он нуждался. Ничто не могло согреть его.

***

В очередной зимний день Хосок решил прогуляться после трудного дня. Он вышел из городской библиотеки, где взял несколько книг и неспешным шагом отправился по самой длинной дороге к дому. Впереди него шёл какой-то худощавый парень, аккуратно перебиравший ногами, чтобы не подскользнуться на заснеженной мокрым снегом дороге. Но его старания не увенчались успехом, спустя каких-то жалких несколько метров, его ноги разъехались в разные стороны, и он шлёпнулся на землю. Хосок поспешил на помощь, и когда он протянул парню руку, то увидел как из-под его шерстяной и огромной шапки выглянуло уже знакомое Хосоку лицо. — Хватайся, помогу. — Чон всё ещё держал свою руку для помощи. Юноша старался подняться самостоятельно, но у него ничего не получилось. Тогда он, поражённый своей неустойчивостью, принял руку Хосока. — Твоя рука, она такая холодная. — удивился Чон. — Мои руки всегда холодные, никто и ничто не может их согреть. — сказал Юнги. Его рука всё ещё находилась у Хосока, который крепко её сжимал. В этот момент Юнги почувствовал, как его рука теплеет. Неожиданно он вырвал её, почувствовав, как она наполнилась теплом. Юнги пошёл дальше. А Хосок стоял и смотрел вслед отдаляющемуся парню.