Один шаг

POV Перси       Самым действенным будильником в моей жизни была только она. И нет, это не мама. Но что-то мне подсказывает: этой женщине я буду подчиняться до конца своих дней. - Блатик, вставай! Мы идём гулять! Ты зе обисял! - Уже встал, - промычал я в подушку, за что тут же получил крохотной ладошкой по затылку. - Ыыыаааа! - Поверьте, этот звук отрезвляет по круче кофе. Я мгновенно соскачил с кровати, что у меня даже голова пошла кругом, а в глазах потемнело. - Всё, Эстель, пожалуйста, не плачь, - взмолился я, падая на колени перед сестрёнкой. - Я уже не сплю. Малышка сразу же затихла и, уставившись на меня своими большими глазками, хитро улыбнулась. - Зду внизу, - сказала она и чмокнула меня в щеку. - И не смей больсе лозыться в кловать. Пригрозив мне пальчиком, она деловито вышла из комнаты. Сегодня, чувствую, я больше не лягу.       Я спустился вниз спустя несколько минут, сразу же, как только умылся и, не сильно утруждая себя выбором наряда, оделся. Вся семья уже сидела за столом. Мама щедро поливала стопку голубых блинов (даже не спрашивайте) сиропом, а Пол, сидящий во главе стола с Эстель на коленях, пил кофе. - Доброе утро, - сказал я и, поцеловав маму в щеку, сел рядом с ней. - Доброе утро, милый, - улыбнулась мама. - Кушай блинчики. Сегодня твои любимые. - Дорбое утро. Как спалось? - с такой же хитрой улыбкой, как у Эстель, обратился ко мне отчим. - Это был ты! - понял я. - Ты сказал ей разбудить меня? - Я просто напомнил, - пожимая плечами, начал оправдываться он. - К тому же нам с мамой уже скоро уходить. А ты и вправду ей обещал. - Обисял! - подтвердила сестрёнка. - Будьте осторожны, когда пойдёте, - в своей привычной монере начала беспокоиться мама, - и, пожалуйста, Перси, следи за Эстель. - Ну конечно, мам! Всё будет нормально. Мама и Пол познакомились около пяти лет назад на курсах для начинающих писателей. Видимо, их свела сама судьба, потому что эти двое сразу же подружились. Но их дружба так стремительно развивалась, что уже через год я держал на руках маленькую Эстель и недоумевал, почему же она без конца вопит. - А куда это вы, кстати, собрались? - вспомнил я слова Пола. - Сегодня же выходной. - О, это насчет моего нового романа, - сказала мама. - Нам многое нужно сделать, так что сможем приехать домой только к вечеру. Если захотите покушать, когда вернетесь, еда в холодильнике. Просто разогрей, Перси. - Хорошо, - отозвался я. - Салли, - позвал Пол, - нам уже пора. Мама посмотрела на часы. - И правда. Она поднялась со стула и взяла сумочку. Пол передал Эстель мне на руки и поцеловал её в макушку, от чего та захихикала. - Будьте умницами, - сказал отчим, уже выходя из квартиры. Мама, расцеловав нам щёки, последовала за ним. - Давай позовём Анни! - оживилась малышка, как только захлопнулась дверь. - Я по ней так соскутилась. Ну позалуста! Я бы и сам очень хотел позвать Аннабет погулять... Вот только без сестры. Но раз она сама предложила, почему нет? Тем более Эстель так любит Бет, будто это она ее брат, а не я. Хотя и сама Чейз была без ума от малышки. - Ладно, - согласился я. - Сейчас позвоню ей. - Ула! Посла одеваться!       Сестричка спрыгнула с моих рук и побежала к лестнице, я поплелся за ней. Вернувшись в свою комнату и выглянув из своего окна, я передумал звонить подруге. Похоже, Бет забыла закрыть шторкой окно, когда ложилась вчера спать. И я мог четко разглядеть её золотые кудри, разметавшиеся по подушке. Вот же чудеса: я проснулся раньше Воображалы в выходной. По-любому сидела до поздна за книгой. Я невольно пялился на спящую Аннабет и прокручивал в голове все яркие воспоминания, связанные с ней: от первой встречи до этого момента. Она перевернулась на спину и по ее губам было понятно, что она бормотала во сне. Я заулыбался, потому что на Бет была серая пижамка с совятами. Но из-за Эстель долго любоваться подругой просто не было времени. Я очень хотел провести этот день с ней. Но будить её простым телефонным звонком не очень хотелось... Так что решив вспомнить шальные годы моей двенадцатилетней юности, я полез в окно. Во времена, когда у нас с Бет еще молоко на губах не обсохло, мы ночью часто забирались друг к другу таким образом и могли просидеть вместе до самого утра. Я с легкостью открыл окно Аннабет и, растеряв всю легкость, ввалился в комнату. Она чё, бессмертная?! Даже окно нормально закрыть не может! А если к ней кто-нибудь залезет? Ну вообще-то да... С великим трудом найдётся еще один такой же идиот как я... - Бет, - шёпотом позвал я, осторожно убирая золотые кудрящки с лица девушки. - Мм? - промычала она во сне. - Я Бет... Я еле сдерживал смех. Какая она всё же забавная, когда спит. - Хочешь пойти со мной на свидание? - Нет, Джексон, отстань... Она вдруг нахмурилась и наконец разлепила глаза. Аннабет их так широко распахнула, что я отшатнулся назад. - Перси, ты что тут делаешь? - Девушка села в кровати. - Да я мимо проходил и решил позвать погулять. Ты как, пойдешь? Она посмотрела на окно. И, повернувшись обратно ко мне, протерла заспанные глаза. - Рыбьи мозги... - закипая, произнесла Аннабет. Подруга вдруг сморщила носик и зевнула, я зевнул следом за ней. И почему всегда так происходит? - ...я убью тебя, - закончила она фразу и, откинув одеяло в сторону, прыгнула на меня. Если бы сейчас в комнату кто-нибудь зашёл, нас бы точно не правильно поняли. Бет сидела верхом на мне и то щекотала меня, то ерошила волосы, то била в грудь кулаками. Вобщем, развлекалась по полной. - Аннабет, нас... Аааа! Не надо так! ...нас Эстель ждёт, - наконец сумел договорить я. - Эстель? - Девушка перестала меня бить. - Почему она нас ждёт? - Это она попросила позвать тебя с нами, - объяснил я и чуть тише добавил: - а получает опять Перси. - Ой-ё-ёй, только не обижайся, - промурлыкала подруга. И в качестве извинений она, всё ещё сидя на мне, наклонилась так, что почти лежала на моей груди, и обняла за шею. У меня спёрло дыхание. Я замер. Аннабет была ещё теплой после сна и от неё пахло лимонным шампунем. - Бет, - прошептал я хриплым голосом, - лучше слезь. - Ой! - взвизгнула она, перекатываясь на пол. - Прости... Девушка вскочила на ноги и начала расхаживать по комнате, не глядя на меня. - Я пойду с вами, - она уже рылась в шкафу, - только дай мне минут семь. - Да... Ладно, - промямлил я. - Тогда я... мы будем на улице... И не дожидаясь ответа, я полез обратно в окно.       Аннабет вышла из дома через пять минут. Выглядела она как всегда потрясающе. И не скажешь, что её только разбудили. Девушка улыбнулась и помахала нам рукой. - Анни! - закричала Эстель и побежала в объятья Бет. Та подхватила её на руки и, прижав к себе, закружила малышку. - Смотли, - позвала Эстель, вытягивая вверх руку с мягкой игрушкой, - это ты мне подалила. Помнис? Она моя любимая. Это был маленький пушистый зайчик, которого Аннабет вручила сестре на её четвёртый день рождения. Она действительно его очень любила, даже засыпала только с ним. А назвала она его Васильком, потому что он был синим. - Конечно помню, - улыбнулась Бет, - я очень рада, что тебе нравится. Она опустила малышку на землю и взяла её за руку. - А ты, - повернулась девушка ко мне, будто пару минут назад ничего неловкого не случилось, - должен мне завтрак. Я торопилась и не поела. - Есть, капитан Воображала, - отозвался я, изо всех сил пытаясь скрыть смущение. - Вольно, - засмеялась Аннабет. - Пойдёмте узе, - завыла Эстель, топнув ногой. - Пойдём, - хватая меня свободной рукой под локоть, сказала Бет. Думаю, мои щеки стали краснее некуда. - Первая неделя учёбы пролетела так незаметно! - отпив клубничный коктейль, воскликнул Аннабет, когда мы сидели за одним из столиков уличного кафе в парке развлечений. - Я даже моргнуть не успела! - А для меня она тянулась бесконечно долго, сколько бы я не моргал, - пробубнил я себе под нос. - А? Ты что-то сказал? - переспросила подруга. - Я хатю туда! - украв у меня возможность ответить, высказалась Эстель, указывая крохотным пальчиком на карусельку с лошадками. Это была самая обычная карусель для маленьких детей. Она переливалась на солнце и заставляла глаза адски болеть от обилия ярких цветов. - Ну нееет! - запротестовал я, имитируя плач. - Она скучная! - А я тебя и не зову, - заявила сестрёнка. - Я хатю с Анни. Чейз показала мне язык, о чего малышка покатилась со смеху.       Аннабет и Эстель выбрали, по их словам, самую красивую (понятия не имею, как они это определили) лошадку и уселись на нее вместе, потому что Эстель была еще слишком мала для катания в одиночку. Ну, а мне было приказано покорно ждать их около атракциона и махать рукой каждый раз, когда они будут приезжать мимо. "Подкаблучник" - пронеслось в моей голове голосом Лео Вальдеса. Как только карусель начала движение, по парку пронёсся крик "ура" и смех маленькой Эстель. Несколько лет назад я и подумать не мог, что стану старшим братом, а сейчас я своей жизни представить не могу без малышки. Я никогда не мог точно определить, на кого она походила больше: на маму или Пола. Кто-то говорил одно, а кто-то другое, но поведением она чаще всего напоминала (Боже упаси!) меня. Я не сразу сообразил, что у меня звонит телефон. На экране высвечиволось "мама". - Да? - ответил я. - Боже, Перси! - закричал в трубку мама, что я даже немного отодвинул телефон от уха. - Почему ты так долго не отвечал? Я боялась, как бы что ни случилось! - У нас все хорошо, - заверил я, - Эстель катается на карусели вместе с Бет. - Вы позвали с собой Аннабет? - уточнил мама. - Тогда я спокойна. Ты присмотришь за Эстель, а за тобой присмотрит Аннабет. На самом деле за нами обоими всегда следила Воображала. Думаю, мама об этом прекрасно знала, но вслух никогда не говорила. Может, потому что не хотела расстраивать меня? Аннабет и Эстель, только вывернув из-за угла, уже радостно махали мне руками. Я помахал в ответ. Волосы Бет развивались на ветру, и она, придерживая одной рукой Эстель, поправляла волосы другой. Воображала улыбалась мне, а я никогда не мог удержать улыбки, если улыбались она. В такие минуты мне казалась, что и она тоже... - Перси! - послышалось в трубке. - Перси, ты меня слышишь?! - Прости, мам, связь плохая, - соврал я, - потом перезвоню. Кажется, уточнять, что я ей так и не позвонил, не стоит. Я продолжил тупо пялиться на Аннабет. Впрочем, так я делал постоянно. Но Чейз такие вещи просто не замечала. Она единственная не знала об этом. Иногда отличницы бывают такими глупыми.       День близился к концу. За небоскребами Манхэттена слобо виднелось красное солнце, играя бликами на окнах. Мы с Бет изрядно вымотались, бегая по всему парку за Эстель. Нам пришлось покататься на всех атракционах, куда пускали малышку. Большая часть из них была дико скучной, но что ни сделаешь ради младшей сестрёнки? А если Эстел разболтает родителям, сколько она съела сахарной ваты... Мама меня убьёт. - Мам! - позвал я, распахивая дверь в квартиру. Дома был выключен свет и стояла гробовая тишина. - Никого нет, - констатировал я, повернувшись к девочкам. - Мозет покусаем? - спросила Эстель, держась за урчащий животик. - И Василек хочет, - добавила она, поднимая зайца вверх. - Иди мой ручки, - сказала Аннабет, приседая на корточки, чтобы быть на одном уровене с Эстель, - а мы пока что-нибудь приготовим.       Оказывается, мама оставила нам в холодильнике немного лазаньи. Так немного, что, разделив на троих, останется добавка. Бет уминала за обе щеки. Она так любила мамину стряпню, что мне иногда казалось, будто Воображала дружит со мной только из-за вкусной еды. Бет прекратила жевать, когда заметила, что я опять таращусь на нее. - Ты чего так смотришь? - улыбнулась она. - Любуюсь, - честно ответил я, пожав плечами. Подруга фыркнула: - Рыбьи мозги, ну и шуточки же у тебя! Глупая, глупая Бет. И ежу понятно, что я не умнее. Но это больно... Я постарался натянуть улыбку на лицо. Вряд ли что-то вышло, но что есть, то есть. Не так уж и легко улыбаться, когда ты безответно влюблён. Сколько лет одно и то же: я думаю о ней, а она - о нём. - Анни, - позвала Эстель, привлекая к себе внимание. - Что такое, милая? - отложив вилку в сторону, спросила Бет. - А ты любис Пелси? - Я чуть не подавился. Аннабет легонько похлопала меня по спине. - Спасибо, - сдавленно пробормотал я. - Конечно люблю, - поворачиваясь обратно к малышке ответила Бет. - Он же мой лучший друг. - Как ножом по сердцу. - Знатит, вы позенитесь? - воодушевленно продолжала нападать с вопросами сестрёнка. Аннабет замялась. На её лице четко выражалось недоумение. И не зная, что сказать, она посмотрела на меня, но я сделал вид, будто не заметил. - Ну... - пыталась найти слова подруга. - Понимаешь, любовь бывает разная... И люди не всегда женятся, даже если любят... Вот мы с Перси такие... Малышка поникла и шмыгнула носиком. - Знатит, не любис... - печально прошептал она. - Нет, нет, очень люблю, - продолжала настаивать Аннабет. - Но если любят, то зенятся... - Малышка вытерла нос тыльной стороной ладони. В ее глазах снова заплескалась надежда. - Если любис, обисяй, сто зенитесь. Не знаю, может, Аннабет боялась расстроить Эстель, а может, больше не хотела продолжать спор или думала, что через пару лет малышка всё забудет, но она, смущенно улыбнувшись, тихонько сказала: - Я обещаю. Я продолжал делать вид, будто не слушаю их, думая о своем. Кажется, за всё время их разговора я даже ни разу не маргнул, пялясь на стену. Сердце колотилось как бешеное, а конечности не слушались. Я чувствовал себя так, будто у меня жар.       Раздался звонок в дверь и в моей голове невольно пронеслось: " Ну наконец-то". Обычно я люблю оставаться с Эстель и Бет, но сейчас хотелось, чтобы кто-нибудь разрядил обстановку. - Аннабет, девочка моя, как я рада тебя видеть! - с порога воскликнула мама. - Взаимно, миссис Джексон! - Бет подбежал к моей маме и они обнялись, как лучшие подружки. - Как погуляли? - спросила мама, выпуская из своих объятий Бет, и сразу же поднимая на руки только что прибежавшую Эстель. - Здолово! - ответила малышка, восторженно подняв ручки вверх. - Сейчас будешь нам с мамой всё рассказывать, - сказал Пол и пощекотал Эстель. Она весело расхохоталась. - Здравствуй, Аннабет, - добавил он и обнял её за плечи. - Как отдохнула летом? - Неплохо, - скромно ответила Бет. - Была у родственников в Бостоне. - Ууу, - с улыбкой протянул отчим. - Город студентов. Ну что, уже подыскала себе университет? - Думаю, Гарвард подойдет, - засмеялась Аннабет. - Тебя, Анни, куда угодно возьмут, - вполне серьёзно и со всей любовью сказала мама, положив руку на плечо Воображале. Аннабет смущенно улыбнулась и опустила взгляд: - Спасибо, миссис Джексон. - Мам, - привлек я к себе внимание, - можно, мы с Бет ко мне пойдем? - Конечно идите, - улыбнулась мама. - Ты еще спрашиваешь! - А мы пока послушаем рассказы Эстель, - поддержал Пол и подмигнул мне. Я, кажется, немножко покраснел.       Когда мы с Аннабет отошли достаточно далеко, чтобы нас не было слышно родителям, я повернулся к подруге и шепнул: - Не желаете подышать свежим воздухом? В глазах Бет загорелся хитрый огонёк, она улыбнулась. - Желаю.       Мы поняли, как можно подняться на крышу, еще очень давно. Нам было лет по восемь. В те времена мы забирались туда, чтобы нас точно никто не мог услышать. Мы разговаривали о своих, сейчас уже кажется глупых, проблемах: кто и как нас обижал в школе, кто нас бесил и не нравился, как нас наказывали за совместные шалости. Этот список можно продолжать еще очень долго. Но если кратко - мы говорили обо всём. С тех пор, к счастью, мало что изменилось. Для меня эти прогулки были лучшими моментами в жизни. Мне хотелось, чтобы и для Бет это значило так же много, как и для меня. А пока мне оставалось только мечтать, будто это наше свидание. Я смотрел в спину, поднимающейся по пожарной лестнице, Аннабет. Пара минут и мы уже смотрим на ночной Манхэттен. - Уже немного похолодало, - сказала Бет, обнимая себя за плечи.       На такие случаи у нас здесь было припрятано несколько вещей. В самом углу крыши стоял пластмассовый ящик прикрытый плёнкой. В нём лежали все те вещи, которые могли сделать пребывание здесь более комфортным. Я достал из-под плёнки теплый плед и, накрывая им Бет, не на долго остановил свои руки на её плечах. - Спасибо, - повернувшись ко мне, улыбнулась она. Вот он идеальный момент, чтобы поцеловать её. Но я не мог этого сделать: Бет была бы против. Поэтому я лишь улыбнулся ей. - У меня есть ещё кое-что, - загадочно сказал я. Бет в замешательсве нахмурила брови. Я не стал играть с Аннабет в угадайку и просто достал из-под всего, что было в ящике, бутылку вина. На этот раз брови подруги поползли вверх. - Рыбьи мозги! - воскликнул она и мы засмеялись. Открыть бутылку не составило труда: в нашем ящике имелся и штопор. Мы сделали по глотку и сели на этот самый ящик. Аннабет укрыла пледом и мои плечи тоже. - Спасибо, - прошептал я.       Мы просидели в тишине пару минут, успев сделать еще по глотку. - Как тебе Нико? - спросил я, разрушая тишину. - Вроде неплохой парень, - пожала плечами подруга. - Когда он первый вошёл в кабинет, я думала иначе. - Он тебе, кажется, понравился, - предположил я, передавая вино Аннабет. Она фыркнула: - Ты же знаешь, кто мне нравится. - До сих пор?! - удивился я, хотя точно знал о правдивости её слов. Бет, горько усмехнувшись, кивнула. - Знаю: он полный придурок, - заговорил Бет, - но ничего не могу с собой поделать. Да и то, что он сделал с тобой... Мне мерзко от того, что я неровно дышу к тому, кто тебя предал. - Если ты знаешь, какой придурок Люк, то ты должна знать, что я приму любой твой выбор. - Ооо, Перси! - протянула Аннабет и обняла меня, я засмеялся. - За то, что ты у меня такой хороший, - улыбнулась Бет, - я сделаю всё, что захочешь. Проси всё, что угодно! Все непристойные мысли мне, к сожалению, пришлось сразу откинуть. И не зная, что еще попросить, я сказал первое, что пришло в голову: - Помоги с алгеброй. У нас в четверг контрольная, а я тупее планктона. Аннабет засмеялась и чуть не опракинула бутылку с вином. - Хорошо. В среду вечером свободен? Я улыбнулся, потому что вопрос Бет прозвучал как приглашение на свидание. - Да, после тренировки свободен. - Отлично, - заключила подруга, - тогда подойдёшь ко мне в семь. Аннабет вдруг положила голову ко мне на плечо. - Я полежу так немножко. "Сколько угодно" - ответил я, но вот вслух не произнес. Пока она спала, я наслаждался её присутствием и любовался городом, переодически отпивая из бутылки. Хоть когда-то Аннабет такое долгое время настолько близка ко мне. Под прорывом безответных чувств мне хотелось продлить этот момент. Поэтому я разбужу её чуть позже.