Не прячь глаза

      Вам никогда не хотелось бы уехать? Просто сесть в транспорт передвижения и умчаться по серой бесконечной трассе куда только можно, куда только она может вас унести. Никогда не хотелось смотреть в окно, за которым с огромной скоростью проносится целая жизнь, различные пейзажи и бескрайние голубые просторы? Любоваться этим видом, слушая приятную музыку в наушниках, оставляя все позади, все свое прошлое, ошибки и проблемы? Вам никогда не хотелось сбежать от них и начать все с начала, с чистого листа? Ведь это так просто.       Мне вот хотелось, и я сейчас сбегал. Если честно, наверное, это единственное, на что я был способен.       Мы ехали с семьей в машине уже как пятый час. Это дорога и вечно одинаковый пейзаж за стеклом автомобиля, который все никак не сменялся ни на один тон, ни на одно дерево, порядком поднадоели. Смотреть на них сил моих больше не было, и я устало вздыхал в надежде, что это облегчит мои муки.       Вот еще один такой протяженный вздох на весь салон и меня в бок толкнула рядом сидящая старшая сестра. А это, между прочим, больно.        — Ника! Руки лишние? — угрожающе процедил я сквозь зубы, зло зыркая на нее одним голубым глазом, второй же полностью скрывала челка.        — Ты бесишь, что я могу поделать! — таким же тоном ответила мне сестра и пожала плечами.        — А что я сделал не так? — действительно, что? Сидел вроде спокойно и не трогал никого, тем более ее. Ведь она так меня бесит и раздражает до чертиков, что и разговаривать лишний раз не хочется.        — А то! Вздыхаешь тут, как будто ты единственный, кто устал от поездки.       Ах, вон оно что. Ее мое дыхание бесит. Уж никак месячные нагрянули?        — Что ж, может тогда мне вообще перестать дышать? — саркастично произнес я ей в ответ. Ника хмыкнула.        — А почему бы и нет? — гаденько произнесла она это сквозь стиснутые зубы. Выбить бы ей их! Вот я ей сейчас…        — Ника, Денис, почему вы кричите? — это уже спросила сонная младшая сестренка Ритка, которая всю дорогу предпочла проспать мирно на моих коленках, словно котенок, ей богу, а теперь же была разбужена нашими разборками.       Мы прервали ее сладкий и крепкий сон, но она вовсе не злилась, лишь зевала и улыбалась нам. Девочка поднялась с моих колен, уселась поудобнее и потерла руками свои зеленые глаза.        — Потому что твоя старшая сестра – некультурная дура, — с милой улыбкой ответил я Ритке и потрепал ее рыжие кудряшки. Девочка тут же тихо засмеялась в кулачки.        — Ах ты! — огрызнулась на меня Ника и тут же грозилась всем своим видом и ненавистным взором выкинуть меня за борт этого «судна».       Мне бы не хотелось, конечно, оказаться на улице в декабрьскую погоду, и это-то притом в России, а погода тут непредсказуема и страшна. Но также я не хотел останавливаться на достигнутом, ведь так редко удавалось вывести эту вечно злую кикимору из себя до такого. Ого, да она даже загорелась от ярости! Ее медно-золотые пакли взъерошились, а взгляд и вовсе почернел, теперь он больше напоминал темно синее море и не предвещал ничего хорошего.        — Так все! Заткнулись оба! — а это уже наша мама, высунувшая голову с переднего сидения назад к нам. Кажется, она зла, наверное, мы и ее потревожили. Упс! — Сейчас пешком будете добираться до города, раз не можете поладить и молча ехать.        — Прости-и-и, — хором произнесли мы с сестрой, опуская повинно головы. Мама хмыкнула победно.        — Это уже который раз за поездку. Сколько можно? — она помотала головой безнадежно и повернулась обратно. — Миш, скажи ты уже им что-нибудь, я больше так не могу. Не дети, а наказание.       Мама обратилась за помощью к отцу, но тому было не до наших проделок. Он занят дорогой и отвлекаться явно не намерен. Так что на мамин позыв он лишь промычал, не отрываясь от серого шоссе перед глазами.        — Ну конечно, это тебе, мама, не своих подчиненных в офисе по струнке строить. Это, представь себе, дети! Твои, при том, — сказал я со смешком в голосе и иронично закатил глаза. Зря я это, да?       Дальше было так. Мама громко выкрикнула мое имя, показывая тем самым, что я перешел грань дозволенного, и это оказалась последняя капля ее терпения.Вмиг машина остановилась, меня вытолкали нагло из нее, не забыв при этом кинуть в меня мои сумки с вещами. Об этом, конечно же, позаботилась моя любимая сестрица Ника. Как любезно с ее стороны.        — Ну, бывай, братишка! Надеюсь, ты доберешься раньше, чем превратишься в леденец, — победно подколола меня старшая сестра и звонко засмеялась. Да, смешно!        — Братик, не унывай! Я люблю леденцы. — «подбодрила» меня Ритка, которая явно не понимала всю суть ситуации. А ведь ее родного брата только что высадили на обочине дороги без намека на то, что она когда-нибудь закончиться.       Автомобиль моей семьи уехал. Я осел рядом со своими вещами. Ноги пришлось подобрать под себя, потому что так было явно теплее. Первым делом я стал думать, что делать теперь и как добраться до города? Блин, ну хоть вещи бы оставили в машине. За что так серьезно наказывать?        — Эй, вы! Вашему сыну всего шестнадцать, а вы высадили его на дороге зимой! — я выскочил на середину дороги и орал вслед уносящейся Bentley. Навряд-ли они меня услышат, но поорать хотелось как никогда. Я осмотрел себя сверху вниз и добавил, не сбавив тон, — и между прочим… В одних, черт вас дери-еби, бриджах да толстовке!!!       На горизонте я уже не видел машины своей семьи (а ее можно так назвать?), но все же напоследок, как бы наверняка, во все горло прокричал:        — Я ВАС НЕНАВИЖУ!       И небеса за эти слова «от всей души» решили отозваться и наградить меня ничем иным, как ударом металла сзади. Меня кто-то нагло сшиб с ног. Я упал прямо на мокрый от недавно прошедшего снега асфальт и распластался звездочкой по нему. Немного я полежал так, не моргая. И только спустя секунды до меня дошло, что я чуть только что не помер.        — Уффф… — выдохнул я. — Вот это я конечно, штаны чуть не наделал. А хотя, штанов-то нет.        Я повернул голову в сторону, в половине метре от моего лица стояла Toyota Camry. Я не особо стал заострять на ней внимание. Лежал и ждал, когда меня подберут. Странно, но из машины никто и не спешил выходить, даже и не думал. А вдруг я тут помираю? Чего он (или она) там тянет? Кота за тормоза?        — Никому-то я и не нужен в этом мире. Лучше давай еще раз сбей меня, но на этот раз наверняка, хорошо? — это я обратился к машине… Кхм, да, а почему нет?       Наконец, я смирился с тем, что никто так и не вышел проверить меня. Наверное, он думал, что я мертв, и переживал сейчас огромный шок. Ну что ж, тогда стоит устроить небольшой спектакль «Зомби. Восстание».       Закинул одну руку на капот с громким стуком соприкосновения ладони о металл. Могу поклясться, водитель сейчас точно вздрогнул и потерял собственный пульс от такой неожиданности. Тут же расположил рядом и вторую руку с не менее громким стуком, чтобы не потерять эту ниточку атмосферы происходящего.       «Ха-ха! Да он сейчас точно уделается!»       Высунуть голову я особо не торопился, все ждал немного времени, чтобы этот кто-то в машине напридумывал себе там самые разные ужасные картинки моего лица. Та-ак, нельзя его фантазию огорчать. Я сгримасничал под капотом такую стремную моську, на которую только был способен, и тут же резко высунул голову, предаваясь корпусом едва вперед навстречу водителю. Я ожидал чего угодно, какого-либо выражения лица или реакции, готов был на все, но не на это…        — Не понял. — тихо произнес я, правда не понимая происходящего.        За рулем, да и вообще во всей машине никого (!) не оказалось. Сказать, что я прифигел — ничего не сказать. Я встал как вкопанный, даже руки от капота отцепить не смог, все так же пялясь на пустое водительское место. А тем временем сзади меня кто-то украдкой подошел, и отчего-то я почувствовал могильный холодок по своей спине. Ни одна гусиная кожа сейчас не сравнилась бы с моей, мурашки просто-напросто усыпали меня с ног до головы, не оставив живое место, а тело и вовсе онемело. Что за…       — Что, никого нет? — насмешливый и мягкий голос произнесся прямо над моим ухом.        Этот кто-то успел подкрасться ко мне слишком близко со спины, почти касаясь ее своей грудью. Его слова звучали как-то слишком приятно, тихо, что становилось немного не по себе… От желания продолжать их внимать как можно глубже, дольше.        — Раз такой шустрый, значит с тобой все в порядке, а я-то думал, ты помрешь.       Незнакомец посмеялся. Да как он только может… Смеяться надо мной, над пострадавшим от его машины, от неумения водить? Паршивец, да кто он вообще такой? Ждать больше сил не было. Я хотел поскорее узнать, кто этот водитель, кому принадлежал этот манящий, невыносимо приятный голос над ухом, от которого все так замирало внутри, и дыхание отчего-то сбивалось в непонятный ритм.       Я обернулся к нему лицом и оказался зажат меж его рук. Это немного смутило меня. Но еще больше ввело меня в смущение — это пара карих бездонных глаз напротив. Черт, я не мог оторваться от них: они словно заставляли меня смотреть только в них. Они затягивали, сковывали, и я не смел пошевелиться под их напором. Какое-то странное, тягостное чувство засело во мне в тотчас.        — Что такое? Нашел того, кого хотел увидеть в машине? — он игрался со мной. Этот мужчина. И меня это бесило. Жутко бесило.       Я сглотнул ком, подступивший к горлу и, собравшись с силами, оттолкнул неуверенными руками его в грудь. Он был в незастегнутой куртке и рубашке под ней, сквозь которую через прикосновения я почувствовал теплоту его тела. А тепла мне сейчас ой как не хватало. Если честно, то я уже не чувствовал ни ног, ни рук, ни, в общем-то, всего! Зверский холод обуял меня и вынудил идти на крайние меры.        — Вы меня сбили, дядя. — От этого заявления, мужчина лет таки тридцати, не больше, поперхнулся воздухом и вскинул бровь кверху.        — И чего ты хочешь? — «дядя» скрестил руки на груди и деловито глядел на меня. А он догадливый.        — Довезите меня, бедного-несчастного-пострадавшего от вашего неумения водить до города. — Я иронично приложил руку ко лбу и откинул голову назад с тяжелым, но таким уж наигранным вздохом. Мужчина посмеялся надо мной, как мне показалось, вполне искренне. Он провел рукой по своим темным волосам, доходящим ему до плеч, и взглянул на меня одобряюще. Оскар мне!        — Идем, страдалец ты наш, подброшу.        — Ура! — обрадовался я и побежал к дверце машины. Незнакомец лишь усмехнулся и поплелся к дверце напротив. — И да! Вещи мои во-о-он там прихватите!        — Наглец!        — А вы меня сбили!       И не поспоришь ведь с таким весомым аргументом. Мужчина сдался, вещи мои он все-таки подобрал. До города, как и обещал повез.        — Послушай… — обратился он ко мне посреди маршрута.       Я, который все время пути зависал за оконным пейзажем, окинул моего нового и случайного спутника своим почтенным вниманием.        — Что? — как-то измученно спросил я его, якобы делал одолжение, говоря с ним.        — Что ты делал посреди трассы совсем один? Убиться решил?        — А я похож на самоубийцу? — поинтересовался я и вскинул одну бровь к верху. Неужели именно так я и выглядел тогда?        — Не, больше на придурка тянешь… — преспокойно сказал мужчина и усмехнулся уголком губ. Как же меня это бесило. Хотелось стереть эту ухмылочку с его лица. Вместе с его лицом.        — А вы грубиян и хам! — я хмыкнул и отвернулся к окну.       Мужчина немного помолчал на такое заявление, наверное, обдумывал сказанные мною слова. А что, разве я был неправ? Разве он не такой? Кажется, сам он так не считал.        — Значит хам и грубиян?        — Да.        «Но очень привлекательный» — это я лишь прокрутил в своей голове. Озвучивать я бы ни за что не стал.       Остаток дороги мы ехали молча. Изредка я поглядывал на этого привлекательного хама и часто ловил себя на мысли, что он не просто «привлекательны», а о-о-очень даже!       «Черт, о чем я только думаю?»       В очередной раз ловил себя с поличным на том, что мне понравился этот мужчина. И что даже отрицать этого я не собирался. А впрочем, ладно, чего уж, и помечтать нельзя? Мы все равно больше не пересечемся, город огромный и такого совпадения следующей нашей встречи — просто быть не могло. Так что, пока можно… К тому же, это лишь мои фантазии и мечты, не более.       Шло тихонько время. Я и не заметил, как всю дорогу то и дело пялился на своего шофера, оглядывал его всего, каждый сантиметр прожигал жгучим взором… Какой же он все-таки красивый, властный… Обаятельный, с прекрасным телом. Сильные руки, просто изумительные рельефы и изгибы. Отточенные черты лица, эти скулы, брови, глаза… Губы. Невольно прикусывал не раз свои, представляя как впивался в них и требовательно целовал.        «Черт, я извращенец! Ну точно. Дошел до того, что представляю, как целую первого встречного.»       Говорила мне мама, что геи странные и жадные. Не верил ведь.        — Остановите тут, пожалуйста. — Попросил я наконец своего спутника спустя какое-то время проезда по улицам города и когда наконец напялился сполна на сопутствующего красавца.        — Ты уверен? — он с недоверием осмотрел место, возле которого я решил выйти. Это был двухэтажный особняк с большим двором и садом. Я утвердительно кивнул. Ведь это новый дом моей семьи.       Машина остановилась возле широких ворот. Я вышел и забрал свои вещи с заднего сидения. Ну, вот и подошла наша поездка к концу. Стоило, наверное, попрощаться и поблагодарить.        — А, эм… Ну. – Ну не умел я благодарить, даже не знал, как слова нужно подбирать, и какие.        — Я понял, не за что. Мы ведь квиты, я тебя чуть не сбил, помнишь? Так что можешь и не благодарить.       Уф, а то я думал, как сказать это слово. Язык не поворачивался произнести «спасибо».        — Ну тогда прощайте! – кинул я ему напоследок и почти закрыл дверь, когда он остановил меня.        — Постой!       Я замер в ожидании от его приказа. Ох, продолжай отдавать мне приказы, красавчик.        — Что-то еще? — невинно спросил я.        — Как твое имя?       Имя? Зачем оно ему? Мы ведь просто попутчики и не более, мы даже и не встретимся больше. К чему все эти подробности про имена?! Действительно… я не понимал и сам, только отчего-то все же сказал свое имя, тихо, почти под нос.        — Денис. — Немного помялся возле двери и решил узнать и его имя тоже. — А как зовут Вас?        — Хам и грубиян, — нахально произнес он и гаденько улыбнулся.       Я взбесился и хлопнул дверью его машины так, что, надеюсь, она в скором времени отпадет.        — Черт бы Вас подрал!       Я отошел от его машины, но даже на таком расстоянии я слышал, как тот заливался искренним смехом… Да каким красивым!