Наваждение

2007 год       Сумрачное пасмурное утро и мелкая изморось заставили запахнуть мантию поплотней. Был всего лишь конец сентября, но после тропического рая Бермудов казалось, что сейчас уже октябрь или даже ноябрь.       Драко медленно, будто нехотя, шёл вдоль стены, кованая решётка не скрывала великолепие сада в Малфой-меноре. О былой разрухе и запустении говорило лишь другое расположение привычных скамеек, деревьев и статуй, будто кто-то невидимый пожелал всё изменить, чтобы не навевало.       Малфой-младший остановился перед закрытыми воротами. Стояла тишина, даже птицы молчали, лёгкий ветерок трепал листву. Драко поднял руку и коснулся ворот, которые открылись сразу же, даже не заскрипев.       Это удивило, почему-то он ждал именно скрипа, но его не было.       Знакомая из детства дорожка вела к величественному дому.       Драко неспешно шёл к дверям, невольно стараясь отогнать мысли о домах с привидениями, так как было слишком тихо. Будто дом жил сам по себе без людей.       Он остановился перед дверью. Это был последний шанс, чтобы сбежать и не возвращаться, но сны которые мучили с той злополучной встречи с Поттером не уходили даже под воздействием Эй, и, наконец, Драко сдался или напротив набрался смелости, чтобы вернуться в Британию.       Он вздохнул и открыл дверь, снова без проблем, та будто знала, что вернулся свой.       Малфой обвёл взглядом зал, прошёл вглубь, понимая, что дом восстановлен полностью. Нет запустения, им явно занимались.       Драко пытался понять, что же он чувствует.       Сожаление? Нет. Он не хотел быть привязанным к дому, роду, семье до конца своих дней. Сейчас он был свободней и несвободней одновременно. Почему-то он верил, что если устанет, пожелает, Эй отпустит его. Пусть на время, чтобы побыть одному, но отпустит. Всё равно совсем без него будет сложно прожить, а расстаться навсегда. Тут скорее Драко будет переживать о том, чтобы его приняли назад. Такая несвобода была желанней.       Грусть? Да. Это место, да что там вся Британия вызывает одну сплошную грусть. Неудивительно, что Снейп даже после возвращения памяти предпочёл жить всё там же в Греции.       Вина? Да. Он был виноват, что оставил мать и отца, но изменить он всё равно ничего не мог, а жертвовать собой не имея возможности выиграть. Хм, он не гриффиндорец.       Радость? Нет. Жутко хотелось развернуться и вновь оказаться в своём доме на небольшом островке, прогуляться босиком по тёплому прибою.       — Драко?       От этого бесцветного голоса Малфой вздрогнул и увидел отца. Он был таким же, каким тот его запомнил, потухший взгляд, поблекшие волосы, морщины даже больше чем положено, хотя Азкабан даже без дементоров не курорт, несмотря на всё это осталась прямая спина, простого покроя, но всё же идеально сидящая одежда, в чём-то отец остался тем прежним из детства.       — Здравствуй, отец, — проговорил Драко, а потом продолжил, не дав вставить ни слова. — Мне уже не один месяц снится сон о том, что я вернулся сюда, одинокие походы по бесконечным коридорам. Устал от всего этого, и вот я здесь.       Люциус подошёл к сыну. Дорогая одежда, явно не Британского производства, лёгкий загар, гладкая кожа, густые волосы и особенно живой взгляд говорили о хорошей жизни.       — Рад, что ты хорошо устроился.       Они шли, поднимаясь по лестнице, эхо шагов разносилось в пустом доме, снова напоминая о доме с привидениями.       Они сели в кресла напротив друг друга, расположившись в небольшой гостиной.       — Выпьешь что-нибудь?       — Не люблю алкоголь, лучше что-нибудь лёгкого. Может чай?       Домовик, который появился, поклонился обоим и в следующий миг появилась выпечка и чай. Молчание затягивалось. Никто не хотел начинать разговор первым.       — Ты ведь пришёл проститься? — почти утверждение из уст Люциуса.       Драко ждал, что его будут уговаривать остаться, но этого не было, и он растерялся, в итоге задал вопрос невпопад:       — Это ведь ты забрал мать из Святого Мунго?       Люциус кивнул:       — Спасибо, что оплачивал её лечение в психиатрическом отделении. Когда меня выпустили, на наших счетах был ноль.       — Я не мог её оставить одну в этом доме, и с собой брать не хотел. Неужели не будешь обвинять? — Драко вздёрнул бровь аля Снейп.       — За что? Ты выжил, устроился, нашёл себе место, а я его потерял, прежнего статуса уже не вернуть.       Они сидели молча, глядя в огонь, что лизал брёвна в камине, изгоняя хоть на время сырость и холод этого места.       — Я, — подал голос Драко, — я больше не вернусь, — он заметил, что отец хочет что-то сказать, но перебил его. — Ни сейчас, ни через сто лет. Пригласи родственников из Франции, Испании, вроде кто-то есть и в Италии. Не стоит оставаться здесь одному.       — Твоя мать со мной.       — Знаю, но ты ведь здесь один, — Драко встал. — Или она всё-таки хоть кого-то начала замечать? — по глазам отца было видно, что нет. — Я хочу попрощаться и с ней.       — Сын, у меня нет не шанса тебя отговорить? — странно потухший взгляд.       — ПапА, я не хочу менять весь мир на этот маленький островок пусть и родного места. Я не вернусь назад.       — Ты… Где ты сейчас живёшь? — они шли по гулкому коридору к спальне матери и жены.       — Я много где жил, то там, то тут. Индия, Япония, Германия, Австралия, Бразилия, сейчас живу в США на Бермудах, — Драко приостановился перед дверью.       — Ты имеешь отношение к созданию новой защитной завесы?       Драко улыбнулся:       — Раньше о подобной возможности ты даже не подумал бы, но можно сказать нет. Просто я ещё много где не был и ещё много где побываю.       Драко коснулся ручки двери, Люциус положил свою руку на его:       — Но тебе нужно куда-то возвращаться. Драко посмотрел ему прямо в глаза:       — Мне есть куда и есть к кому возвращаться. Я дорог ему, он же для меня вся жизнь.       — Он?       — Да, — Малфой-младший не отвёл глаза, лишь чуть прищурился. — Осуждаешь?       Люциус смотрел в глаза сына, там не было сожаления или вины, не было страха, открытый, непривычно решительный взгляд.       — Нет, — пожал он плечами, — хоть и не пойму этого.       Драко открыл дверь, входя.       Нарцисса не изменилась за эти годы, она выглядела так же, как и в его давнюю поездку назад в Британию, тогда в карманах было полно золота и камней, а в доме была разруха и мать, что сидела на диване и потчевала супом маленького Драко, которого видела лишь она. Теперь было то же самое, но угощала она своего воображаемого сына кашей.       Малфой-младший прошёл в комнату, присел рядом и, обхватив её руку с ложкой, вернул кашу назад в тарелку, женщина обернулась, взглянула на Драко улыбнулась:       — Здравствуйте, вы гость моего мужа?       Драко улыбнулся в ответ:       — Да, но я уже ухожу, — он не знал проклятие ли это или кто-то наверху подшутил над ним, но мать не желала видеть живого, выросшего сына, застряв в каком-нибудь 1985 году и не желая его покидать.       Нарцисса обернулась к пустому месту на кровати:       — Драко, малыш, поздоровайся с гостем. Вот молодец.       Драко поднялся и подойдя к двери проговорил:       — Прощай, мама, — но женщина к нему не обернулась.       Оба мужчин вышли:       — Я думал она… — Люциус замолк.       — Нет, — Драко покачал головой, — я советовался, со специалистами ещё, когда ты сидел в Азкабане и, думаю, ты тоже позже. Она слишком долго вела себя правильно и однажды не выдержала, но она счастлива с вечно маленьким мной, — Малфой-младший горько улыбнулся.       Драко медленно спускался по лестнице, Люциус шёл рядом:       Уже на выходе с территории, Драко остановился в воротах:       — Поверь мне, не цепляйся за меня, отец, пригласи сюда кого-то из родственников, подари им дом. Это место лишь на нас с тобой навевает неприятные воспоминания, для кого-то другого оно может стать сказкой, воплощённой мечтой. Хоть хозяин этого места и способен попортить нервы, — он улыбнулся.       — Хорошо, я над этим подумаю, но ты всегда можешь вернуться сюда, даже через сто лет.       Драко кивнул, даже сейчас Люциус смог лишь пожать ему руку, объятия и разговоры по душам не для них. Малфой-младший отвернулся и активировал порт-ключ.