Наваждение

2010 год       Древние даже по самым скромным подсчётам руины внушали… Нет, не страх, а уважение к силе, которая и сейчас ощущалась.       Драко достал когда-то давно приготовленную Снейпом заготовку зелья и всыпал такой редкий ингредиент как глаза чёрных, ползучих ящериц. Чашка нагрелась, но испугаться, что сейчас она может треснуть, Малфой не успел, жидкость вспенилась и приобрела необходимый лазурный цвет.       — Ну, приступим, — проговорил он вслух и ощутил, как его дрожащие руки замирают под воздействием Эй. Драко взглянул на тело молодого человека, мексиканца, да ещё и магла, ещё раз проговорил: «Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь», и, окунув древний каменный стилос в зелье, принялся чертить письмена на теле уже три часа как трупа.       Спустя напряжённых полчаса он отошёл в сторону и, выплеснув на камень алтаря остатки зелья, принялся читать слова ритуала на древнем языке драконидов вперемежку с парселтангом.       Когда от жутких звуков у него уже болела челюсть, письмена вспыхнули и тело на алтаре вдохнуло. Быстрый взмах кинжалом и несколько капель его крови падают на губы вновь живого тела.       Драко отступил на шаг и позвал:       — Эй?       Мужчина смотрел на него тёмными глазами, но не шевелился, ещё минута, две, три.       Пальцы тела вздрогнули:       — Вроде могу шевелиться, — шепнул он.       — Эй? — Малфой бросился к кувшину с водой и помог присесть и выпить.       — Да, это я.       — А воспоминания этого?       — Ничего, тело чистое, ни воспоминаний, ни чувств, только тебе придётся помочь мне встать.       Спустя два часа, когда Эй немного пришёл в себя, оделся и смог хоть с помощью Драко встать на ноги, они покинули древнюю заброшенную в джунглях Бразилии пирамиду.       — Я надеюсь, что ты сможешь стать самим собой, — передёрнул плечами Малфой.       — Да-да, мы с тобой об этом уж не раз говорили.       — Вот представь, что я выгляжу, как… — Драко задумался, — Снейп, на двадцать лет старше, худой, с крючковатым носом, вечно хмурый.       — И с жгучей силой в глазах, а голос… — подразнил Эй, который находился в прекрасном расположении духа.       — Мне уже ревновать?       — Нет, но Драко, — Эй посмотрел ему в глаза, — И в Северуса влюбились, так что.       — Угу, Поттер, который два раза Аваду лбом ловил.       Эй вдруг рассмеялся, напряжение последних двух месяцев кропотливой подготовки давало о себе знать:       — Я тебя понял. И действительно не хочу, чтобы ты, мой дракончик, выглядел как Снейп.       Драко с тревогой посмотрел в незнакомое лицо. Эй сидел и передыхал после спуска с пирамиды, готовясь к переносу телепортом.       — Дракончик, мне нужно вырастить магическое ядро в теле магла, по сравнению с этим перемена внешности пустяк. Хочешь, я даже нагом могу стать.       Малфой обернулся, прищурившись:       — А если захочу?       — Сделаю, русалы в бермудском треугольнике меня и хвостатого примут.       Драко посмотрел в глаза мулату, чужое лицо, чужое тело и непривычная пустота внутри. Он понимал, что этот этап будет не прост. Два дня спустя       Малфой положил трубку телефона, прошёл по ставшему родным дому, вышел на берег моря:       — Я завтра уезжаю в Нью-Йорк. Ты со мной?       — Всё ещё не хочешь бросить эту затею с корпорацией.       — Я скажу даже больше, я использую изобретение Уизли и подключу нам интернет и буду руководить своей маленькой фирмочкой отсюда.       — Фирмочкой? — Эй вздёрнул бровь и потянулся к любимому.       — Да, фирмочкой, — но он отодвинулся от Эй, — прости не могу, будто с чужим человеком целуюсь.       Мужчина хмыкнул и в следующий миг перед Драко сидел на кровати, раскинув кольца хвоста, наг, его родной привычный наг.       — Иди ко мне.       — Опять иллюзия? — нахмурился Малфой.       — Да, пока. Как тебе? Мне лучше выглядеть так или… — черты лица стали моложе, тело стройнее и Драко смотрел в глаза забытого мальчика-нага.       — Первое, — и мальчик снова стал выглядеть, как мужчина лет тридцати, с тёмными чуть вьющимися волосами до плеч, глубоким, страстным взглядом синих глаз, прямой нос, чётко очерченный подбородок, без щетины, чуть накачанное тело и огромный змеиный хвост, который обвивал Драко.       Эй раздевал его, не торопясь.       — А как же, — Драко провёл рукой по змеиному торсу, погладив место откуда появлялись два члена.       — Всё так же, как и раньше, — в руке у Эй было два небольших фаллоса. Они появились и пропали. А наг склонился к распалённому Малфою, в глазах которого плясали огоньки страсти. — Я обманывал твоё тело раньше, обману и сейчас, но теперь, — он выкинул одну из игрушек, оставив меньший, — мне хватит одного, второй и так есть.       Драко, уже полностью обнажённый, нагнулся и поцеловал Эй, губы нага были требовательны и имели привычный вкус.       Эй был страстным, но ещё слабым, через несколько мгновений пришлось признать, что на многое сил у него нет.       — Я сделаю всё сам.       Эй, хотя нет, сейчас он уже Дарен Кинг, пора было обзаводиться собственными документами, лёг удобней, не часто приходилось видеть такого податливого Малфоя, хотя может это потому, что подготовка к ритуалу заняла две недели, было не до объятий, нервничали они оба одинаково.       За прошедшие годы Малфой стал красивым мужчиной, от былой неуверенности не осталось и следа, но страсть и интерес к чему-то новому не угасли.       Драко поднял взгляд:       — Я хочу, чтобы ты выглядел как человек.       Наг кивнул.       Малфой взял волшебную палочку и тонкая нить заклинания стянула член мужчины под ним. Эй вздёрнул бровь и змейка-татуировка свила кольцо, стянув естество Драко.       Блондин хмыкнул, но ничего не сказал. Он наклонился к любимому, лизнул его плоть и взял в рот, проводя языком и заглатывая глубже. Дарен смотрел, не отрываясь. Он поднял руку и зарылся в светлые волосы, Малфой зарычал, Эй в ответ выгнуло от приятной вибрации.       — Научил на свою голову.       Драко вздёрнул бровь, ещё несколько поступательных движений, и он выпустил член.       — Возьми вот это, — Дарен взмахнул волшебной палочкой, пузырёк с вязким составляющим упал на кровать.       — Новая смазка?       — Нет, проверенная старая. Растяни себя для меня.       Некоторое время они смотрели друг другу в глаз, в следующий миг Драко облизнулся, повернул флакон, выливая часть содержимого на руку, развернулся и провел ими между половинками, вводя пальцы в себя, сразу два. Он не торопился, массируя стеночки ануса, ощущая уже тепло, но жар синих глаз, который неотрывно смотрели на устроенное действо, возбуждал сильнее, опаляя, Малфой не выдержал и склонившись поцеловал любимого.       Эй зарылся рукой ему в волосы. Драко приласкал в ответ соски.       — Возможно я и соглашусь, что живое тело всё-таки предпочтительней.       — Да? А я уже минут пятнадцать жалею, что не обрёл тело раньше, а если ты ещё и… — Дарен кивнул на свою недвусмысленно вставшую плоть.       Эй порадовался, что Драко перетянул его член, так как развратный вид потрясающего мужчины, что садится ему на член, чуть приостанавливаясь, вдыхая, снова опускаясь, пока полность плоть не оказалась внутри, это было что-то, но когда эта сексуальная бестия начал двигаться, поднимаясь и опускаясь на его покрасневший от прилившей крови член. Эй лишь поглаживал его бёдра и смотрел… Плавные движения, перетекающие в резкие толчки, вздымающаяся грудь, и стоны. Малфой всегда стонал так, что скручивало в паху.       Когда оба уже были на грани первым отпустил змейку Эй, и Драко, забившись в оргазме. потерял последнюю концентрацию и заклинание связывающее член Эй рассеялось, позволив и ему впервые за Мордредову уйму лет ощутить оргазм живого тела.       Драко улёгся рядом, заметив непригодившийся фаллоимитатор, улыбнулся, подтянул под себя мужчину:       — Я бы повторил.       Эй хмыкнул:       — Чуть позже, когда это тело действительно станет моим, я залюблю тебя так, что…       — Оттрахаю, называй уж вещи своими именами, Эй.       — Нет, — Дарен прижал его к себе, — трахал я тебя в Хогвартсе, но теперь ты будто врос мне в душу и если тебя не станет, то и мне жить будет не для чего.       — Я твой крестраж, почему меня должно не стать, одна регенерация чего стоит.       — Я старался, — Эй поцеловал Малфоя в висок.       Драко лежал, прижимаясь к тёплому, живому телу, ощущения были непривычны, но приятны. Он слушал, как дыхание становиться тише, Эй, нет Дарен, надо запоминать и второе имя любимого, заснул.       — Я тоже тебя люблю, дышать без тебя не могу, мой наг, — проговорил он, закрывая глаза.