Персидская царица

Кларк спустилась к завтраку довольно поздно. Вид у нее был, мягко говоря, неважный, да и настроение тоже. Царица знала, что Аня заметила, но была достаточно умна, чтобы не обсуждать это при Дарии. — Дочка с тобой все в порядке? — обеспокоенно спросил мужчина, заметив состояние девушки. — Все хорошо, просто не выспалась, — ответила, Кларк и попыталась улыбнуться, но улыбка получилась, какой-то неестественной, фальшивой. Аня тихо хмыкнула, блондинке, она, конечно же, не поверила, но промолчала, решив, что выяснит все позже. — Кларк мне нужно покинуть столицу на несколько дней. Ты справишься с государственными делами без меня? — Отец, это не первый раз, когда ты оставляешь меня, с чего эти вопросы. — Просто ты, очевидно, плохо себя чувствуешь и я решил… — Папа, я справлюсь, все в порядке! — вспылив, произнесла молодая госпожа. — И все же. Костия. — Да, мой господин, — произнесла девушка, подойдя к царю и поклонившись в знак приветствия. — Я хочу, чтобы на время моего отсутствия ты проследила за Кларк, ты ее советница, я тебе доверяю. — Разумеется, — с легкой улыбкой сказала Костия. Царица нахмурилась, скрестив руки на груди, почти по-детски насупилась и возмущенно произнесла: «Мне не нужны няньки». — Я знаю, дорогая, но мне будет спокойнее, если Костия будет рядом, — миролюбиво произнес Дарий. — Ладно, — проворчала молодая госпожа. — Вот и хорошо. А сейчас я вынужден оставить вас девушки, — он улыбнулся Ане, поцеловал в щеку Кларк и направился на выход. Уже в дверях царица окликнула его: «Отец, … будь осторожен». — Не волнуйся, я обещаю, что вернусь к тебе целым и невредимым, — произнес Дарий и вышел из столовой. В сердце предательски кольнуло, и блондинка снова помрачнела, те же слова ей сказала Камилла, целуя в последний раз и уходя в ночь. — Ну и? — спросила Аня, вырывая Кларк из потока безрадостных мыслей. — Что? — Ты, наконец, расскажешь мне, что случилось? Царица сжала челюсти, так что на скулах заиграли желваки. — Я не хочу об этом говорить, — процедила госпожа, надеясь, что Аня отступит, что было уже само по себе бесполезной затеей, так как русоволосая никогда не сдавалась. — Кларк, вдруг тебе станет легче, если ты с кем-нибудь поделишься, не обязательно быть все время одной. — Ну, хорошо. Это из-за Лексы. — Черт возьми, я так и знала! Ты что не ровно дышишь к этой девчонке, — на эмоциях воскликнула Аня. — Не говори глупостей, — возразила блондинка. — Ладно, тогда успокой меня и скажи, что она уже не девственница. Царица кашлянула и отвернулась, потирая шею. — О Боги, ты что серьезно?! — Я не знаю, как так вышло, я начала ее целовать и вспомнила Камиллу, это получилось случайно, на уровне подсознания, — оправдываясь, произнесла госпожа. — Кларк, я тебе сотню раз говорила, что ты ни в чем не виновата. — Мне от этого не легче. Ты не знаешь, никто не знает, то, что должно было стать самым светлым и прекрасным воспоминанием в жизни, обернулось сущим кошмаром, каждый раз я проживаю это снова и снова, это настоящий ад, который создан специально для меня. Я знаю, что это было воспоминанием, но рядом с Лексой оно было таким реальным. Девушка всхлипнула, и слезы потекли из ее глаз, Аня подскочила и тут же оказалась рядом с блондинкой. — Кларк прекрати плакать, еще не хватало, чтобы слуги увидели тебя в таком состоянии. Давай поднимемся в твои покои и обещаю, что мы совсем разберемся. Ты мне веришь? Молодая госпожа ничего не ответила, а лишь коротко кивнула. — Костия. — Да, госпожа. — Попроси принести в покои царицы чай на травах. Советница кивнула и удалилась выполнять поручение. Кларк с Аней сидели на балконе, и пили чай, смотря цветущий сад, который в это время года был великолепен. Рассказ госпожи поверг девушку в шок. Она не ожидала, что все настолько плохо. — И что она сказала, когда ты оттолкнула ее? — тихо поинтересовалась кареглазая. — Сказала, что может помочь, — невесело усмехнулась царица. — Хм, интересно, — задумчиво протянула русоволосая. — Что? — А вдруг и правда может? И учитывая, твое к ней отношение, она способна на это. — О чем ты? — Я видела, как ты смотришь на нее, и что происходит между вами во время простого поцелуя. Такого яркого проявления страсти с твоей стороны я давно не видела. — Бред. Ты это выдумала. — Ну, вот ты и попалась. И если раньше я сомневалась, то теперь мои догадки подтвердились неоспоримыми фактами. Мой вердикт ты влюбилась Кларк. — Это чушь. Я не влюбилась. — То, что ты это отрицаешь, лишний раз доказывает мою правоту. — Ты не права. В любом случае я решила ограничить любые контакты с Лексой. — Кларк не дури, это неверное решение. — Почему это? Ты же сама говорила, что в нашей жизни нет места чувствам в любых их проявлениях. — Все что я тебе тогда сказала, было лишь тем, что ты хотела услышать. Я знала, раз Беллами послал за мной, значит, дело серьезное и я должна была что-то сказать, чтобы ты могла двигаться дальше и оставить Камиллу в прошлом. Но я не думала, что ты уцепишься за эту мысль. Ты продолжаешь мучиться, лишь потому, что не можешь отпустить ее. Именно из-за этого кошмары продолжают терзать тебя, не давая спокойно жить. Пойми Кларк, ты должна довериться хоть кому-нибудь и почему бы не Лексе. Раздели этот груз с ней. — Ты, правда, считаешь, что я должна это сделать? — Правда. — Я в этом сомневаюсь. — Твои опасения ясны, тебе страшно, но поверить кому-нибудь не значит проявить слабость. Попробуй вдруг понравится, — кареглазая лукаво улыбнулась и поднялась с кресла намереваясь уйти. В дверях царица окликнула ее: «Аня, я забыла тебя спросить, как тебе Рэйвен? — Эта ночь перевернула мое сознание, я желаю тебе хотя бы раз в жизни испытать такое. Но что-то мне подсказывает, что ты близка к этому, — кареглазая тепло улыбнулась и вышла из комнаты. Царица глубоко вздохнула и откинулась в кресле. Слова подруги тронули ее сердце, и оно затрепетала от мысли, что Лекса может стать чем-то большим, чем просто рабыней и закрыть зияющую пустоту в груди блондинки. Кларк знала, что обидела девушку прошлой ночью, своим недоверием, и надо было что-то с этим делать. Подарить ей подарок показалось госпоже хорошей идеей, и серебряный кулон пришелся весьма кстати. Однако Кларк все же сомневалась, что шатенку можно было купить, чем-то подобным, а вот искренние извинения, преподнесенные вместе с украшением, сгладили бы возникшую ситуацию. Поэтому взяв коробку с кулоном, царица направилась в спальню к девушкам. Беллами лежал на кровати, раскинув ноги и подложив руки под голову. Он думал об Эхо. Вот уже два дня девушка не желала покидать его мысли. Он чувствовал себя мальчишкой рядом с ней и сама мысль о том, что он может сделать ее своей не давала ему покоя. Нежная рука провела по его груди, минуя пресс, спустилась к пряжке ремня. Онтари припала к его шее, поглаживая член через плотную ткань брюк. — Белл я соскучилась, — произнесла брюнетка, целуя его в линию челюсти и прокладывая дорожку из поцелуев к губам. — Не сегодня Онтари, — раздраженно проговорил Беллами, отбрасывая ее руку со своего паха. Он сел на кровати, оперев локти на колени, зарылся пальцами в свои волосы. — Что-то случилось мой господин? — ласково промурлыкала девушка, прижимаясь грудью к его спине, нежно проведя ладонями по мускулистым рукам и обхватывая бицепсы. — Нет. Просто я не в настроении. — Может, я могу помочь тебе расслабиться, ты так напряжен, — хищно улыбнувшись, произнесла брюнетка, опаляя горячим дыханием его ухо и кусая мочку. — Я сказал хватит! — вспылив, выкрикнул Белл, вырываясь из объятий Онтари. — Это все из-за этой девки, которую ты привез с невольничьего рынка? Хочешь трахнуть ее? — Прекрати! Я не намерен слушать это. Брюнет развернулся и направился к двери, Онтари бросилась, следом хватая его за руку и разворачивая к себе. — Прости меня, любимый. Хочешь переспать с ней. Переспи. Если хочешь можем сделать это втроем. Только не злись, умоляю. — Успокойся и веди себя достойно. Меня не будет до вечера, я провожу отца до границы и вернусь. А ты успокойся, позже поговорим, — спокойно произнес Беламми и, поцеловав девушку в лоб, покинул спальню. Кларк вошла в комнату невольниц и, обведя ее взглядом девушек, остановила его на Лексе. Рабыни тут же встали со своих мест, кланяясь царице, тем самым приветствуя ее. — Здравствуйте девушки, — мягко улыбнувшись, произнесла госпожа. — Рэйвен, Найла, оставьте нас. Девушки покорно направились к двери, покидая комнату. Найла обернувшись, кинула полный ненависти взгляд на Лексу, и гордо вздернув подбородок, вышла вслед за брюнеткой. Шатенка проигнорировала блондинку и подняла взгляд на госпожу. Повелительница подошла к невольнице, останавливаясь в шаге от нее. — Прости меня, я была жестка с тобой вчера, я обидела тебя и мне жаль. Ты просила меня довериться, а я оттолкнула тебя. Это было несправедливо. Прими это в качестве извинения. Царица открыла шкатулку и вынула кулон, протягивая Лексе. Девушка мягко улыбнулась, узнав украшение, и повернулась к госпоже спиной, убирая волосы. Кларк раскрыла цепочку и застегнула кулон на шее Лексы. Шатенка повернулась к госпоже и прошептала: «Спасибо». Кларк не удержалась и коснулась ладонью ее щеки, а Лекса позволила это. Царица кончиками пальцев провела по нежной коже, очертила губы и припала к ним в чувственном и нежном поцелуе. Блондинка могла бы целовать эти губы бесконечно и ей всегда будет мало. Девушки оторвались друг от друга только тогда, когда обеим стало не хватать воздуха. — Я бы хотела попробовать снова, продолжить то что началось прошлой ночью, — тяжело дыша, прошептала царица. — Я не против, — так же тихо ответила невольница. — Хорошо. Приходи в мои покои сегодня вечером. Лекса тепло улыбнулась госпоже и мягко с придыханием произнесла: До встречи, Ханум». Блондинка коротко поцеловала девушку, прикусив и слегка оттянув ее губу, покинула покои, глупо улыбаясь. Похоже, что заледеневшее сердце снова начало биться, согревая душу и впуская любовь. Кларк устала быть одна, и она решилась на этот шаг. Но только ей одной известно, каких усилий это стоило.