tempus non curat

Чуе понадобилось время, чтобы прийти в себя. Иногда он старался трезво мыслить и даже почти понял истинные мотивы Осаму. Сейчас он на его месте. Дазай мёртв. И скрывать не стоит, что мысли о своей собственной смерти врач несколько раз допускал. Сложно сказать, что чувствовал на самом деле его пациент по отношению к своему другу, но если ему смерть даровала облегчение, то сейчас он должен быть счастлив. Оставаться в квартире и в больнице, где каждая мелочь напоминала о недавнем прошлом, было невыносимо. Чуе нужен был отдых, нужно было привести себя в полный порядок и продолжить начатое дело. Он обязан делать людей здоровыми и счастливыми, но может ли он сделать что-то подобное, если сам не совсем здоров? Разговоры с Акутагавой хоть как-то успокаивали и отвлекали от ненужных мыслей. Хотя бы у кого-то в жизни всё становилось лучше.Однако стоило только положить телефон на стол, как всё возвращалось на свои места. Общение с человеком делает так много, вот только без него опять становится плохо. Позволить себе сломаться Чуя не мог. Он усердно работал день и ночь, учился, почти не спал первое время. Делал всё, чтобы не дать плохим мыслям забраться в его голову и остаться там навсегда. Кем бы ни был Осаму в прошлой жизни, Накахара уверен, что именно так начиналась его болезнь. С мыслей, прогнать которые он не смог. В ту ночь врач не включил гирлянды. Праздники прошли, их следовало бы убрать куда-нибудь, но физических сил не оставалось на такие мелочи. Опустившись на кровать, парень быстро погрузился в сон, о котором потом пришлось вспоминать ещё какое-то время. Он видел перед собой Осаму с его неподдельной улыбкой на лице. Верно, эта улыбку нельзя поставить в сравнение с остальными. Тут и настоящее счастье, и мечта о давней встрече, и большая благодарность за проведённое время. — Ты большой эгоист, — произносит Чуя, пытаясь скрыть свои эмоции. — Но если тебе так лучше, пусть так и будет. Осаму смотрел на него и ничего не отвечал. Да и к чему сейчас нужны эти слова? Ничего не изменишь. Существует теперь только Накахара, его прошлое и ещё неизведанное будущее. Однако именно сейчас Чуя начал понимать значение слов своего учителя. Нельзя привязываться к пациентам. Задача врачей — лечить. Ничего большего. Дазай поднимает руки и показывает жестами то, как пишет в блокноте. Слова не срывлись с его губ, но иногда тишина говорит куда больше. Он делает пару шагов к Чуе, опускает свою ладонь на чужое плечо и едва заметно кивает. Спасибо?

***

Проснувшись рано утром, Чуя первым же делом нашёл среди документов старый блокнот и быстро пролистал его, пытаясь найти что-то важное. Если Осаму указал на него, стало быть, он что-то хотел сказать? «Я пишу это заранее, потому что знаю свой исход. Ты знаешь его тоже, но веришь в лучшее. Спасибо. Признаю. Я слабак. Но сколько бы мне не удавалось забываться, всё возвращалось на места. Не храни обиду. Я поступил неправильно по отношению к тебе, но ты сильнее меня. Ты сможешь выкарабкаться из этой пропасти и начать жить заново. Береги Акутагаву-куна, лечи людей, потому что ты являешься самым нормальным и профессиональным из всех, кого я видел. Не забрасывай себя, хорошо? У тебя есть талант. Если не получилось со мной, пробуй ещё. Пройдёт время. Может, так и нельзя, но я всеми силами постараюсь стать твоим хранителем. Ты улыбаешься, да? Хранитель-самоубийца. Могло быть и лучше, конечно, но ты знаешь меня. Всей своей порванной на части душой я желаю тебе добра. Удачи, глупый Чуя.» Накахара улыбался, потому что Осаму был прав. В жизни существуют препятствия. Их можно пережить в любом случае. Нашёл бы он эту записку, если бы не сон? Наверное, нет. Почему-то он не заметил её, хотя перелистал блокнот от начала до конца несколько сотен раз. Странные и глупые слова написанные в духе Дазая заставляют двигаться дальше и не сдаваться. Чуя цепляется за любую возможность проявить себя, возвращает себе прежнее эмоциональное и физическое состояние, иногда вспоминая о прекрасном человеке, которого он знал лично. — Спасибо, — говорит он, опуская на сырую землю букет цветов. — Без тебя я бы не стал тем, кем являюсь сейчас. Что будет завтра? Не знаю. Но почему-то я уверен, что ты оберегаешь меня.