Мир вторых шансов?

      Утром Рин проснулась достаточно поздно. Ей снился какой-то страшный сон, но точное его содержимое ускользало из её памяти, будто кто-то нарочно смазал стенки сосуда, где она хранит информацию чем-то скользким, и теперь она, как ни старается не может вылезти наружу что бы явить себя свету. Ей снились трое, перелесок и… Дальше мысль никак не шла и Рин решила оставить её тут до поры до времени. Она бы вовсе оставила эту тему, если бы не проснулась в собственной кровати в пальто.

=/_\=‘

      Обито проснулся на четыре часа раньше Рин и надеялся, что этого ему хватит. Ещё не рассвело. На душе у него было тепло. Стыдно даже как-то. Он ведь столько плохого другим сделал, а радуется. Дааа… Что бы хоть как-то поубавить радость, Обито стал вспоминать поучения Какаши, но от них на душе у Учихи становилось только лучше, ведь и Какаши он смог защитить, значит жизнь прожита не зря! А вчера он спас Рин от каких-то злодеев, и теперь, утром, она подойдёт к нему поцелует, скажет, какой он хороший мальчик, и потом они поженятся, а… На этом моменте Обито резко унял свою фантазию, упрекнул себя в том, что вновь ведёт себя как маленький, и отправился пить кофе. У него на сегодняшнее утро есть одно не очень приятное, но очень важное дело.

? /_\?

 — Доброе утро, — поздоровался Обито со своим новым дядей.  — Доброе. Что ты в такую рань делать собрался? — Мадара сидел в своём любимом кресле в гостиной и увидел проходящего к входной двери племянничка. — Пойду приберусь. Молчание. Затем: — Ну, как знаешь, но у тебя вроде и так чисто, я бы даже сказал… пусто, — стал ехидничать Мадара. — Ты же прекрасно понял, где надо прибраться, — Обито посмотрел на Мадару и пояснил — Просто не хочу, что бы у Рин из-за меня были неприятности. — Хочешь вновь помочь женщине, даже не сказавшей тебе своё имя? — Мадара посмотрел на молодого Учиху немного сочувственно. — Она же не доверяет тебе, вдруг решит использовать? — Рин не такая. На недоверие ко мне у неё скорее всего какие-то личные причины… я…— Обито было нечего сказать. Мадара попал прямо в точку. Почему она ничего не расскажет ему? Обито утешал себя тем, что он просто не спрашивал, но как тогда быть с поддельным именем? Почему?! Тут эмоции хлынули через какую-то невидимую стену, тут же пробив в ней брешь. Содержимое стало вытекать из-за этой стены сперва как ручеёк, а потом хлынуло со всей мощью, будто стараясь снести эту невидимую стену. — Ты считаешь, что она будет меня использовать?! Даже если так! Ты считаешь, что у неё получится?! Я бывший преступник ранга s! Мои руки в крови по локоть! Я давно не маленький ребёнок! Даже если она решит меня использовать, я не дам ей этого сделать, слышишь?! У неё ничего не получится! — Обито кричал на Мадару, но боль в сердце так и не проходила. Чем больше он думал об этом, тем больше понимал — он ничего не знает о теперешней Рин. Он кричал на названого дядю, но сам прекрасно понимал, что не прав… — Обито, ты же и вправду уже взрослый человек и прекрасно все осознаёшь: ты не сможешь сделать Рин ничего плохого. Никогда, — Мадара уставился в чужие глаза-угольки, владельца которых он наконец-то начал понимать. — Она вошла в твоё сердце и теперь она — единственная, кто сможет тебя использовать. Ладно, — Мадара встал с кресла и пошел в коридор. Там, открыв одну из дверей он достал лопаты. Одну взял сам, а другую дал племяннику. — Похоже в твоей уборке тебе понадобится помощь профессионала. — Тут дядя улыбнулся и уже весело сказал, видно чтобы поднять общее настроение. — Ну в этом жутком мире, Сусано бы его побрал, я же всё-таки твой дядя, а каждый дядя должен помогать своему непутевому племяннику, в особенно таком деликатном занятии, как закапывание трупов, — Он усмехнулся. — Ведь правду же говорят — совместная работа сближает семью.       Слушая всю эту Мадарину речь Обито понял, что раньше, он никогда не знал настоящего Мадару. Ну что ж, сейчас у него есть время, что бы узнать. — Ну хорошо, — от вида Мадары с лопатой Обито сам того не желая улыбнулся, хотя если увидеть такое ночью… брр! — Пойдём, а то ещё унесёт кто.

+/3\+

      Обито ошибся — трупы как лежали, так и остались лежать на чисто белом, хотя местами всё-таки красном снегу. Уносить их похоже никто не собирался, а сами ходить они, слава Богу, не умели.       Пока двое Учих копали ямы в перелеске, клали туда трупы, а потом закапывали это все обратно, каждый из них успел десять раз пожалеть о своём решении. Правда Мадара всё-таки оказался прав — совместная работа сближает, даже такая, как закапывание трупов в лесу. К концу работы Учихи уже болтали между собой и шутили во всю… Дааа… Ну бывает.       Хоть копать замершую землю было непросто, они справились достаточно быстро. (Наверное катон помог.)       На их счастье, сразу после окончания этого весьма нескучного занятия пошёл снег, укрывая все ночные похождения Обито и их с дядей «раскопки». Вообще, поднялась настоящая метель, и двое Учих поспешили укрытая в особняке.       Войдя в дом, Обито, посмотрев на серые стены и такие же серые двери сразу кое о чём подумал, но, зная характер дяди решил начать из далека:  — Знаешь, а через две недели Новый год, — Обито посмотрел сперва на Мадару, затем на пол. — И я тут подумал… — он замялся будто подбирая нужные слова. Почему будто? Все просто. Обито всегда был прекрасным артистом, что ему стоит — сыграть нерешительность. — Ну… Может нам ёлку поставить? Мадара посмотрел на своего племянника, как на умалишённого. Тот стал оправдываться: — Ну, просто я… — начал Обито, но Мадара сдаваться не собирался, а потому перебил его: — Слушай, Обито, я постоянно думаю — каков бы был твой путь, если бы ты с него не свернул, и каждый раз убеждаюсь, что каким бы он ни был, он бы быстро закончился! Мы же бывшие преступники s ранга! Ну что с тобой неладно?! Какая ёлка?! Мы с тобой только что трупы в лесу закапывали! Какая ёлка?! — Тут Мадара утих, понимая, что начал повторятся. Когда он наконец придумал продолжение своей гневной тираде, озвучить его ему не дал Обито, который тоже сдаваться не собирался. — Да, знаю, надо было тогда и принести из лесу ёлку, прости, что сразу не подумал. Ну может всё-таки вернёмся и срубим хотя бы одну маленькую ёлочку? — Обито умоляюще посмотрел на дядю, но так как тот не переменился в лице, решил использовать тяжелую психологическую артиллерию:  — Просто я уже не помню, когда в последний раз нормально праздновал Новый год… Сработало. Мадара, который имел в виду немножечко другое, не смог противостоять этому удару ниже пояса. Ему стало стыдно. — Ладно, — Сказал добрый дядя. Хитрющий Обито уже про себя сделал победный жест и станцевал какой-то странный танец — ну хотелось человеку нормально отпраздновать Новый год. — Пойдём. Только в магазин, — добавил Мадара. — Там можно будет и украшений прикупить, — Обито уставился на Мадару. Его челюсть от таких слов дяди повстречалась с полом. Увидев выражение лица племянника, Мадара сразу же стал будто оправдываться:  — Ну просто вдруг соседи в гости зайдут, а дом не украшен, кто знает, что им на ум может прийти. А ты что подумал, а?! — Да так ничего, просто… — Мадара вновь не дал Обито договорить — постарался перевести тему: — О! Кстати, а где ты эту куртку взял? — решил поинтересоваться о первой пришедшей в голову вещи Мадара, любопытным и совершенно поддельным тоном. Тут посмотрев на куртку, ту самую куртку, что Рин дала Обито, его поддельное любопытство сменилось настоящим интересом. — Её мне Рин дала… ну перед тем, как мы тебе окно разбили, — сказал Обито. — Забавно… Все возвращается к законному владельцу, — Мадара усмехнулся. —! Когда я сюда попал, я знал своё имя, возраст, и то, что я живу в этом нескромном доме… с племянником. Тогда я больше ничего не помнил, бродил по дому и не знал, что должен делать и в той самой комнате, в которой ты сейчас живешь я и нашёл эту куртку. Племянник, с которым я должен был жить никак не появлялся, самому мне такая куртка была не нужна, вот я и продал её одному красноволосому пареньку, чуть постарше тебя теперешнего. Акасуно Сасори. Насколько я понял, в прошлом мастер марионеток и нукенин скрытого песка. Он недавно пропал без вести… Возможно ОНИ убрали…  — Но Рин сказала, что он уехал… — Обито, не будь таким наивным. Все здесь знают сказку о том, что Акасуно Сасори, художник и кукольных дел мастер переехал в другой город, к бабушке из-за того, что его мягко говоря достали шумные соседи… Дааа… Я бы и сам в это поверил, ведь я и сам не люблю шум и подобные вещи, если бы не знал про прошлое Сасори. Ну, Обито, согласись, что вряд ли такой человек как Кукольник красного песка уехал бы от шумных соседей не выпотрошив их по дороге . Хотя может ему тогда было достаточно кукол? — То есть… Но Сасори являлся одним из членов Акацуки, вряд ли убрать его было легко, тем более — за что? — Обито взглянул на Мадару явно ожидая от того ответов — И, Мадара, кто ОНИ?       За разговором Учихи вышли из дома и отправились наверх в город, в магазин. После долгого молчания, Обито уже не надеялся услышать ответ на свой вопрос, как вдруг Мадара нарушил тишину пробормотав: — Я бы тоже хотел это знать… — Потом он будто бы стряхнул с себя маску задумчивости и сказал уже во весь голос. — Так, ладно, я попробую все объяснить. Начну с того, что место где мы сейчас находимся можно назвать чем-то вроде мира вторых шансов. Я попал сюда после своей первой смерти. Когда меня воскресили, этот мир, где я за неделю забыл о деле всей жизни пропал из моих воспоминаний подобно сну после пробуждения. В этот мир вторых шансов попадают после своей смерти абсолютно все, без исключения. Этот мир, хоть и кажется дружелюбнее нашего, но мы же с тобой знаем, что все зависит не от самого мира, а от его содержимого — людей, а какие они, такой и этот мир. А они уже успели порядком его подпортить… Вернее ОНИ уже успели, — выражение лица Мадары стало печальным. — Ведь не всех даже могила меняет… а кого-то меняет именно она… — он будто целиком погрузился в свои мысли, но похоже вспомнил что-то слишком плохое, то что вывело его из транса и продолжил свой рассказ: — Мы все здесь уже мертвы и можем поставить себе другие цели на вторую жизнь. Каждый, кто вспоминает о том, кем был когда решает: поставить в жизни новую цель и изменится, или переться к старой даже если путь к ней ошибочен… Здесь мы так же как и в прошлом мире можем умереть. Все наши способности из прошлой жизни так же при нас, — Мадара громко выдохнул воздух из легких. Тот поднялся вверх и улетел облачком пара. — ОНИ — это шиноби, те шиноби, что не могут жить без сражений. Они хотят испоганить и этот мир, и у них похоже неплохо получается… — Он снова взглянул на Обито, который по ходу повествования хмурился все больше и больше. — Как я уже сказал, оживленные эдо-тенсей или ринне-тенсей не помнят свою жизнь здесь, ведь если бы помнили… Печально… Мне стыдно… Дааа… Знаешь то чувство, когда ты живёшь в загробном мире, окружённый соседями, большинство из которых, ты сам туда и отправил… Дааа… — Не поверишь, но прекрасно понимаю, — Обито до этого момента смотревший по большей части себе под ноги, понял голову и улыбнулся уголками губ. — По-моему, если это — мир вторых шансов, мы должны всеми силами его защищать и быть счастливыми, ведь если мы будем лишь сожалеть о том, что мы сделали, или не сделали, то просто проживем ещё одну жизнь так же несчастно, как и предыдущую. Мне самому становится очень стыдно и тяжело, когда я про все вспоминаю, в моем сердце будто образуется дыра, но затем я вспоминаю слова одного очень хорошего и одновременно с этим слишком правильного, может порой тупого, заносчивого, эгоистичного…человека. Да. Как-то раз, когда мы хотели убить друг друга… Эм, Мадара, чего ты на меня так смотришь? Ну так вот, вообщем он сказал, что пустоту в сердце могут заполнить лишь мои друзья. Дааа… Но, как я понял, этот… хороший человек, всю жизнь мои слова все пер и пер, так что теперь я наверное могу один раз одолжить у него пару фраз… — Тут Обито видно вспомнил что-то смешное и захихикал, потом вновь повернулся к Мадаре — Просто мне кажется, что нам с тобой просто надо начать жизнь с чистого листа… Ну вот. Я говорю, прямо как герой из одной из книг Рин. — Слушай, Обито, а почему всё-таки ты, когда говоришь о Рин становишься цвета спелого помидора? — поинтересовался Мадара. — Ну я… Просто я… — по-видимому Обито подбирал слова. Неужели сказать что-то подобное так сложно? — Ну просто я решил что не буду страдать и эту жизнь и обязательно признаюсь Рин, что люблю её и всегда любил. Я уже не допущу прежних ошибок! — Главное новых не наляпай, оратор недоделанный, — усмехнулся Мадара — Ладно, но теперь-то ты мне поможешь, а не направишь не туда, верно же? Ведь всё-таки здесь ты мой дядя.       Тут, Обито поскользнулся и упал в придорожный сугроб. Из снега выглядывала только чёрная макушка. Мадара посмотрел на племянника и заржал. Обито же после того, как перестал отплевываться от снега, тоже начал смеяться. — Балбес, — прокомментировал Мадара сквозь смех.

@/_\@

      Возвращались домой уже поздним вечером. Мадара нёс елку, а Обито — все остальные украшения. Определить кому из них было тяжелее — сама по себе задача не из лёгких. Оба загибались под тяжестью собственной ноши и одновременно старались не показать друг другу, что им тяжело, ведь ни один ни другой не хотел показаться слабаком в глазах рядом идущего. Дааа…       Потом, как считал Мадара перед самой смертью, Обито всё-таки попросил передышку. Дядя был ему несказанно благодарен, но тем не менее не забыл упрекнуть племянника в том, что тот без должных тренировок совсем расклеился. — Да не за что, — Обито вновь улыбнулся. Мадара же, чьё самолюбие было только что задето только и смог, что нечленораздельно возмущаться: — Чего?! Да я, да я… — Ладно, пойдём, до дома не далеко, — тут очень добрый Обито добавил: — нам ещё надо дом успеть украсить! — Чтоооо?!

^/о\^

      На следующий день после покупки ёлки, Обито вновь пришлось отправится в магазин. На этот раз за индейкой. Мадара обещал показать ему, как готовить индейку с помощью Аматэрасу. Подумав, Обито взял сразу три. От непредвиденных ситуаций — так он пояснил сам себе, ну мало ли что? А кстати, неплохо будет ещё и огнетушитель с собой прихватить, хотя вряд ли тот поможет от чёрного пламени… Дааа… Тут размышления Учихи прервал чей-то голос: — Привет, хм! Обито обернулся. В проходе между крупой и печеньем стоял никто иной, как Дейдара. — Привет! Как дела? — поинтересовался Обито. — Не очень, — вместо обычного «хорошо» услышал Учиха. — Если честно, то вообще ужасно… Мне, мне страшно…       Обито взглянул на блондина. Может он ослышался? Но нет, Дейдаре и в правду было страшно. Это было видно даже издалека. Он сильно изменился: под глазами пролегли темные круги, на лице застыло выражение настороженности. Дааа… Но как Дейдара изменился со времён того, их мира, ведь раньше он навряд ли бы признался другим, или хотя бы себе, что ему страшно. Наверное он стал более адекватным. Или нет? — Дейдара, пожалуйста, расскажи по порядку: что произошло? — Обито старался говорить спокойно, но в его глазах-угольках читалась тревога за блондина, ведь хоть и во вторую попытку, но они всё-таки стали настоящими друзьями. — Я… — Тут Дейдара стал озираться вокруг — не подслушивает ли кто? Когда Обито уже засомневался в адекватности друга, готовившегося обвинить гречневую крупу в шпионаже Дейдара отстал от пакета и сказал: — Слушай, давай лучше пойдём в менее оживленное место. Лучше ко мне домой, да.       Когда Дейдара нервничал или боялся, напрочь забывал о своей привычке хмыкать. Обито же, когда заметил отсутствие хмыканья в разговоре блондина, поспешил согласится и последовать за подрывником к тому домой.       Вот они идут по тротуару, оба молчат. Вокруг дома, заснеженные деревья, вообщем пейзаж настоящей зимней сказки. Обито даже невольно восхитился: насколько же может быть различно это время года — то пугающее, то прекрасное. Тут Обито увидел скульптуру прекрасной девушки в кимоно и поправил себя: пугающий и прекрасный не всегда антонимы, они могут сочетаться, совсем как в этой скульптуре. Подавив желание показать статуе Кагуи язык, он поспешил догнать шедшего впереди и всю дорогу напряжённо оглядывающегося по сторонам блондина.       От памятника Кагуи они свернули налево, пересекли небольшую площадь, прошли чуть вперёд открыли калитку и вошли на территорию небольшого двухэтажного домика с покатой крышей. Внутри царил небольшой, а может и большой, творческий беспорядок. Повсюду валялись краски, кисти, на стенах весели картины и кое-где виднелись какие-то чёрные, горелые пятна, правда, похоже, как его «Семпай» и говорил, банальное рисование не входило для него в ранг искусства. Обито показалось, или на всех картинах Дейдара запечатлял взрывы? Дааа…       В гостиной, наверное гостиной, хозяин дома усадил Обито на зелёный и очень мягкий диван с тремя большими подушками, закрывающими спинку и несколькими маленькими, лежавшими где попало. Дейдара вышел в кухню чтобы заварить чай, оставив Обито сгорать от любопытства. Учиха, правда очень надеялся, что Дейдара не из тех людей, что начинают что-то говорить, а потом никак не могут рассказать всё до конца.       Дейдара вошёл в комнату с двумя чашками чая и сел на диван рядом с Обито. Отпив чуть чуть чая, он сказал: — Прости меня, мы только познакомились, а я уже хочу свалить на тебя свои проблемы. Просто мне надо кому-нибудь высказаться… Иначе я просто взорвусь! — Обито подавил улыбку. Да, что-что, а это Дейдара может! Правда когда Учиха вновь взглянул на блондина, желание улыбаться вмиг пропало. — Не волнуйся, Дей, — Обито подошёл к пиротехнику и положил тому руку на плечо. Он был выше Дейдары примерно на голову, поэтому поэтому сделать это было не так то просто, ведь блондин сидел. Обито улыбнулся. И как он ещё способен улыбаться? Он на днях укокошил троих людей, а скольких ещё он убил в том мире? Лучше Дейдаре об этом не знать. Да. — Пожалуйста, расскажи: что тебя беспокоит? — он посмотрел прямо в голубые глаза, вероятно надеясь найти там ответ. То есть в глаз, второй как всегда был закрыт длинной желтой челкой. Дейдара почти не изменился с той, последней встречи с Саске. Почти. Внешность конечно осталась той же: длинные светлые волосы, сверху собранные в хвостик, челка на один глаз, с которой Дейдара и в данную секунду, как всегда раньше, мог бы выглядеть мило, если бы не был так обеспокоен. Его трясло. От страха или от бессонницы, правда Обито полагал, что второе вытекает напрямую из первого, под глазами у хозяина дома темнели круги. Ну и видок у него. Совсем не такой самодовольный, как в те времена, когда он учил Обито жить… Или тогда это был именно Тоби? — Обито, мне страшно…       Здрасьте, приехали! Что, опять?! Обито хоть когда-то и считал Дейдару странным чудиком, помешанным на своём мгновенном искусстве, который при том ещё и на девочку был похож, теперь жалел его, правда при всём при том совершенно не понимал: что ему нужно делать и почему, почему Дейдара просто не расскажет все как есть?! Ну в самом деле, не нанимался же Обито личным психологом, правда же?! После долгого молчания Обито уже вспомнилось много пословиц на такие случаи. Одна нецензурнее другой, и когда он уже хотел допить чай и озвучить одну из них, про кота, Дейдара ожил и тихо сказал: — ОНИ близко… — Что?! — Обито, который только что сделал глоток из чашки не смог сдержать эмоции и тут же пожалел, что в магазине не додумался купить средство от пятен: все содержимое чашки, которое он так не вовремя решил выпить, было на том самом, очень мягком и удобном диване. — Ээ, Обито, ты как? — Нормально, — прохрипел тот, все ещё пытаясь перестать кашлять. Ну почему все только и твердят ему про НИХ?! — Дейдара, прошу, расскажи мне всё что знаешь, — попросил Обито успокоившись и налив себе новую чашку чая.       Дейдара на этот раз решил не тянуть, а то чего доброго, его гость не подавиться, а утопиться в этой чашке захочет! Дааа… Бедный чай… — Все началось позавчера. Когда ты вышел из бара, — Обито содрогнулся. Неужели Дейдара проследил за ним и все видел? — Я пошёл домой, — Обито, за прошедшие пару секунд жутко занервничавший, после такой весьма неожиданной развязки готов был придушить подрывника своими собственными руками. — Я каждый вечер сижу в телефоне, — Обито посмотрел на Дейдару, как на ненормального: нет, скажите, как можно сидеть в телефоне?! Ну на телефоне это ещё понятно, но в… Дейдара же, видимо растолковавший его взгляд не совсем как надо тут же сказал: — Нет, ты не подумай, я не зависимый, просто почту проверяю. Так вот… Есть у меня один знакомый… Ну, он как и я, человек искусства, но наши с ним взгляды во многом расходятся… Или расходились? — Обито, чай не дурак, вроде, прекрасно понял, что Дей имеет в виду Акасуно Сасори, но последняя фраза подрывника его обеспокоила, тем временем, Дейдара продолжал — Мы часто спорили с ним, и даже когда он переехал к своей бабушке, продолжали переписываться, — Но… но ведь, как сказал Мадара, Сасори пропал без вести… Обито старался подавить пытавшееся выползти наружу недоверие, в чем ему помог внутренний голос, сначала обозвавший хозяина не самыми лестными словами, а потом напомнив доверчивому Обито, что любой шиноби, да что там, любой простой человек смог бы забрать телефон у трупа… Дааа… Руки у подрывника затряслись. — Недавно, дней пять назад, он перестал отвечать на звонки, и я подумал, что он обиделся и оставил его в покое. Но позавчера, с его номера пришло очень странное письмо… — Обито взял у друга телефон и прочитал то, что Дейдара назвал письмом. Оно гласило:

«Пельмени разрабатывают интернет хризантемы от дыма и войны, просто якобы травить неопределенное иррациональное царственное уравнение теплового расширения, или нет? А дряхлые цапли аборигены, ткнули огромного, горного образцового волка прямо об лошадь, ну отчего чешется ь? Когда даже один рогатый образованный гиппопотам ел инструкции, попугай рассказал интересную вещь: если драже искупать со свеклой образуется бодрящая очень йоркширская луковица и дрожащий интерактивный резиновый аквариум. ИНАЧЕ КУКОЛЬНИК УМРЕТ!»

      Обито не знал: смеяться ему после такого текста или плакать, так, как письмо по его представлению находилось за гранью маразма. Так как Дейдара выглядел вполне серьезно, а плакать не хотелось, (хотелось истерично ржать) Обито просто, и как он надеялся спокойно, сказал: — Ну что ж, давай определяться, что бы это могло быть. Дейдара кивнул и в ближайшие два часа, они с Обито пытались вчитаться в смысл послания. Спустя примерно сто двадцать минут они поняли две вещи, обе относящиеся к смыслу письма, правда не совсем так, как им бы хотелось. Первая — они целых два часа прострадали фигней, и вторая, с которой оба бывших преступника согласились единодушно — на номер, с которого было отправлено сообщение надо вызывать психушку, причём срочно. Проблема оказалась только в том, что навряд ли преступник станет так просто хранить у себя телефон Сасори, ведь теоретически по нему его может отследить полиция… Дааа… Не повезло… Что бы подвести итоги их двухчасовой работы, они стали собирать все данные во едино: — Значит так, — начал уже более или менее успокоившийся Дейдара. — Тут говорится про изделия из муки и фарша, разрабатывающие виртуальные хризантемы, которые могут защитить человечество от дыма и войны, но их используют что бы травить мелких домашних вредителей, в этом случае этим домашним вредителем является какое-то иррациональное уравнение. Обито, а такое вообще существует? — поинтересовался блондин, а когда Обито пожал плечами продолжил: — Но автор послания, почему-то не уверен в своих прошлых рассуждениях. Так что там у нас дальше? — Дряхлые цапли-аборигены, образцовый горный волк, какая-то лошадь, образованный гиппопотам, жравший чьи-то инструкции, попугай, йоркширская луковица и интерактивный резиновый аквариум. Ничего не забыл? — А как же вопрос: отчего чешется ь? — Ладно, хватит придуриваться, как я понял это должно быть письмо с условиями выкупа или чем-то похожим, а тут написан ПОЛНЫЙ БРЕД! Может мы поняли слово «кукольник» не так как надо было, но вроде это Сасори так в округе прозвали, за то что он делал отличные игрушки, — Обито прям сам дивился своему актерскому таланту, а ведь это очень трудно: чего только Учихе стоило сказать, что Сасори игрушки делал!.. Дааа… Из Сообщения Обито ничего не понимал. Может ОНИ просто решили приколоться над Дейдарой, а тот в силу своего характера поверил? Тут Обито в голове пришла более трезвая мысль: а вдруг это шифр? — Что, типо плюс один, хм? — Ну, да, наверное. Дейдара посмотрел на письмо вновь и вынес свой вердикт:  — Дебильный шифр какой-то, хм.       Молчание. Смех. Похоже Обито вновь вылил, уже остывший чай на диван… Бедный диван!       Минуты две Обито извинялся, потом столько же времени вытирал диван. Задел столик рядом с тем самым мягким и уже порядком мокрым диваном. Уронил чашку Дейдары. Тот ржёт, Обито чуть не плачет… Зато, теперь они оба поняли: ЧТО бывает за гранью маразма… Дааа… — Кончай ржать! — усталый после мытья дивана, ковра, пола и почему-то окна со стеклянным столиком Обито наконец уселся, правда на этот раз в кресло. В таком же кресле сидел Дейдара и улыбка так и не хотела слезать с его лица. Обито обрадовался, что смог развеселить блондина, но вскоре вспомнил зачем вообще пришёл в гости. Взял телефон подрывника и набрал, по мнению Обито самый дурацкий пароль, какой только можно было придумать (наверное так он считал по большей степени из-за второй части): искусство это взрыв, а Тоби придурок. На него глядел не непонятный бред, а вполне понятное послание, складывающееся из первых букв всех слов:

«Приходи в пятницу тринадцатого в полночь к дороге и приведи с собой лидера. ИНАЧЕ КУКОЛЬНИК УМРЕТ!»

      Правда, они, похоже, были не очень грамотными, потому, что по-видимому написали «лидира», ведь вставили «интерактивный», а не к примеру «еловый», или же «ентарный», ой, то есть «янтарный»! Дааа…       Обито пересказал внезапную догадку Дейдаре, как вдруг у него по спине пробежал холодок, вызванный отнюдь не чуть мокрой от того злополучного чая штаниной, а одним из условий из письма: привели с собой лидера. ОНИ что, имеют в виду лидера Акацуки? Пейна? Или же… Нет, этого не может быть. Скорее всего, очередные ненормальные пытаются выколоть глазки Пейну. Тут Обито понял, что кое-чего не продумал в своих объяснениях: ведь эти очередные ненормальные могут пытаться выколоть его собственные глазки… Ну дела… — Значит… значит Сасори… — Дейдара был очень рад, ведь из письма следовало, что Сасори — его наверное лучший друг в этом, а может, и в том мире жив. Хотелось бы по крайней мере в это верить… — Дейдара, а как ты понимаешь смысл этой записки, а? — Обито вопросительно уставился на блондина. В глубине души он до жути хотел, что бы Тсукури все ему рассказал, хотя сам прекрасно осознавал, что на его месте, он вряд ли бы поступил так. Правда даже после таких не очень то веселых мыслей Учиха надеялся, что подрывник всё-таки все расскажет, но Дейдара, предатель этакий, решил своему новому другу пока ничего не говорить и соврал, что наверное ребята какие-то украли телефон у Сасори и теперь всем из его списка контактов пишут всякую ***ню… Дааа… После такого заявления Обито чуть от смеха со своего кресла не упал. Наверное, он представил, как какой-то подросток пытается вынуть из кармана Сасори телефон. Слава Богу, в руках у Учихи на тот момент не было ни чая, ни чего-либо другого.       Потом Дейдара попросил прощения за доставленные неудобства, а Обито за пролитый чай, они попрощались и Обито отправился домой.       Выйдя на улицу, Учиха понял, что уже вечер, вернее сумерки. Темноты он не боялся, ведь у него была чакра, шаринган и разные огненные дзюцу, да ещё и увесистый пакет с тремя индейками. Обито боялся одиночества, а в такие моменты оно подползало к нему слишком близко, и он вспоминал… вспоминал то, о чем хотел забыть…       Когда он подошёл к знакомой скамейке, небо совсем почернело, выкатилась круглая, как огромный блин луна.       Что-то промелькнуло между ветвей в перелеске справа от Учихи.       Крик. Снова. Завтра утром на кладбище привезут свежий труп…

>/~\<

— Обито, твою ж мать! Где тебя черти весь день носили?! На улице творится черт знает, что, а ты где-то допоздна пропадаешь! — говорил Мадара раздраженно, но похоже он был рад увидеть племянника целым и невредимым. — Я был у друга, — Обито измучено улыбнулся. — И пролил у него три чашки чая…       Ржание Мадары мог бы заглушить разве что отбойный молоток, коего впрочем в доме у дяди скорее всего не было, поэтому юному Учихе оставалось только стоять и ошарашено смотреть на дядю.       Через пару минут, когда в прихожей снова наступила относительная тишина Мадара задумчиво произнёс: — Теперь понятно, почему План Лунный Глаз провалился… — Чего?!

^/~\^

      В гостиной стало уютно. Мадара и Обито поработали на славу. Гостиная — не одна из комнат, которые находятся в коридорах, нет, дверь туда ведёт из прихожей, если смотреть вперёд, а в коридор, если смотреть налево. Эта комната была раза в три больше той, в которой поселился Обито и гораздо лучше обставлена. Там был даже диван, кресла, камин и телевизор! Правда, кроме них и ковра в комнате ничего не было, но с помощью ёлки и украшений Учихам удалось предать ей очень даже уютный вид. Ёлка, стоящая в центре бала украшена, как и стены вокруг и создавала иллюзию заполненного пространства. В камине горел огонь. На кресле рядом свернулся калачиком посапывая Обито. Тишина и покой… Вдруг: — Гляди, что я принёс! — в молодого Учиху полетел неизвестный предмет оранжевого цвета. Брюнет от неожиданности свалился с кресла: — Мадара! Мать твоя женщина! Почему?! Почему всегда, если я беззащитно сплю, меня надо будить именно таким образом?! — Тут взгляд Обито упал на прилетевшую в него вещь. — Стоп. Что это? В руках у Учихи была оранжевая маска с одним отверстием для глаза. Оранжевый вихрь. Но… — Откуда она у тебя? — обратился с вопросом племянник к дядюшке. — Была в доме, в той же комнате, что и куртка, но так как такую жуть ни один нормальный человек носить не будет, я решил даже не пытаться продать её — все равно никто не купит. — Спасибо, — Обито улыбнулся так искренне, но вдруг улыбка сползла с его лица. — Подожди… Что там было про нормальных людей?!

¥/_\¥

      Через час после уборки остатка коробок от украшений Учихи пошли спать, по полдороге в свою комнату, Обито окликнул шедшего впереди Мадару: — Что ты думаешь, о создании организации для борьбы с НИМИ? Мадара замер: — Что ты предлагаешь? — Возродить Акацуки… Дядя нахмурился. — Они тоже изменились, — Обито посмотрел глазами-угольками в чужие, но такие же и добавил: — Мне кажется, что всем нам надо искупить свою вину и исправить свои ошибки, — он вновь улыбнулся. Такой солнечный, будто перед Мадарой стоит не тот человек, что смотрел с презрением на Альянс шиноби… Эх, какое было время… — А, да, кстати, пожалуйста, не пугай меня больше как тогда в подземелье, в комнате под номером 319, — Он усмехнулся. Мадара глядел на племянника с непониманием: — Обито, в этом доме, включая подземную часть, 318 комнат…