Жена Темного Лорда

На первой странице "Ежедневного пророка" во всю ширину красовалось лицо Гарри Поттера. Он выглядел отрешенным и вовсе не смотрел на камеру. Кэтрин узнала место и время, когда была сделана эта колдография, хотя её самой в тот момент уже не было там. Министерство Магии, в конце пятого года обучения, в день последнего экзамена. Они тогда помчались спасать крестного отца Гарри и попали в ловушку Волдеморта. Он тогда был удивлён появлению Кэтрин, но тем не менее воспользовался ситуацией и при уходе забрал её с собой. Поэтому она не знала, что тогда происходило дальше. Судя по колдографии, там быстро оказались репортёры и журналисты, которые торопились заснять Гарри Поттера. Подпись внизу гласила: "Нежелательное лицо №1. Разыскивается по случаю смерти Альбуса Дамблдора". Ниже было написано, что за любую информацию о его местонахождении полагается вознаграждение. На второй странице была колдография поменьше. Кэтрин узнала на ней Гермиону Грейнджер. Подпись под ней гласила, что она разыскивается за то, что не явилась в Министерство Магии на слушание по рассмотрению её статуса крови, а также она подозревается в связях с Нежелательным лицом №1. Дальше следовали списки тех, кто так же не явился на слушание своего дела в министерстве, но колдографий к ним не прилагалось. Такой чести удостоились лишь Гарри и Гермиона. Вот уже вторую неделю в газете ровным счётом ничего не менялось, кроме списков разыскиваемых. Отдельной полосы неизменно удостаивалась новая книга Риты Скитер "Жизнь и обманы Альбуса Дамблдора" с отдельными фрагментами из неё. Кэтрин после нескольких таких статей вовсе перестала читать эту колонку. Она ни на грамм не верила в ту чушь, что писала Скитер. Кэтрин отложила газету. Пора было спускаться на завтрак, затем её ждал урок по Темным Искусствам от Кэрроу и история магии с профессором Бинсом - старым привидением. Все преподаватели словно сговорились и нагружали семикурсников сверх всякой меры, аргументируя тем, что успешная сдача Тритонов – это их важнейшая и первостепенная задача, если они хотят стать настоящими волшебниками и волшебницами. Почти каждый день Кэтрин проводила в библиотеке, как и остальные пяти- и семикурсники, выискивая и выписывая нужную информацию из книг для эссе, но количество домашних заданий ничуть не уменьшалось. Заходя в двери Большого Зала, она по привычке уже бросила взгляд на учительский стол. Ничего не изменилось, директорское кресло по-прежнему пустовало. Лишь по бокам от него неизменно восседали Кэрроу, грозно наблюдая за учащимися. Снейп не появлялся в Большом Зале уже две недели, с самого первого дня учебы. Никто его и не видел, так что Кэтрин даже не была уверена, что он в Хогвартсе. Она прошла за гриффиндорский стол и бросила сумку на скамейку, усаживаясь рядом. Вот опять ни с того ни с сего с самого утра настроение упало ниже плинтуса. Она вяло поковыряла ложечкой кашу, появившуюся перед ней, и вздохнула. Пора было перестать себя обманывать, ей катастрофически не хватало Северуса. Она хотела хотя бы просто видеть его время от времени, даже если они не разговаривают, даже если она его ненавидит за то, что он сделал. Все понятия о добре и зле стали какими-то размытыми, она не могла себя заставить чувствовать отвращение к убийце Дамблдора, как ни пыталась. Она скучала по Северусу и ничего не могла с этим поделать. Большой Зал гудел, как пчелиный улей. Этот привычный гул начал вгонять ее в дремоту, она тоскливо подумала, что день, который начнется с урока Кэрроу, будет тяжелым и длинным. В груди противно заныло, и она неосознанно потерла шрам на ключице. Боль почему-то начала расти, она пару раз глубоко вдохнула и выдохнула, пытаясь с ней справиться. Только этого сейчас не хватало. Она с запозданием заметила, что шум вокруг внезапно стих и подумала, что ей заложило уши, но тут сзади кто-то вскрикнул. Подняв голову, она сначала заметила ошарашенные лица гриффиндорцев, сидящих рядом, затем обернулась посмотреть, на что все так удивленно и испуганно уставились. Она повернулась именно в тот момент, когда боль в груди достигла пика, и едва не застонала, как тут же почувствовала, что кто-то дотронулся до нее. Уже поняв, кто стоит рядом с ней, она снизу вверх посмотрела на Волдеморта. Боль постепенно отступала. Он сделал два шага назад, чтобы лучше ее видеть, и усмехнулся: – Здравствуй, Кэтрин. К ним уже подошли Кэрроу и остановились неподалеку, не мешая, но готовые ловить каждое слово своего Повелителя. Не дождавшись ответа от обомлевшей Кэтрин, которая продолжала сидеть в ступоре, Волдеморт повернулся к ним. – Доброе утро, Повелитель, для нас большая честь видеть Вас здесь, – подобострастно приветствовал его Амикус. – Я надеялся увидеть здесь Северуса, – сказал Волдеморт, – где же он? – Боюсь, милорд, Снейп не спускается в Большой Зал, совсем. – Вот как? – в его голосе сквозило удивление. – Что ж, придется мне самому подняться к нему в кабинет. – Он обернулся вновь к Кэтрин, потеряв всякий интерес к двум Пожирателям. – Кэтрин, через пятнадцать минут жди меня во дворе, нужно поговорить. – Хорошо, – еле слышно пробормотала она, вновь обретя дар речи. В следующую секунду все произошло очень быстро. Кто-то крикнул: «Авада…», и вот уже шестикурсник из Когтеврана Брэдли лежит на полу в проходе между столами, его палочка катится прочь, а над ним стоит Волдеморт, с направленной на него волшебной палочкой. – Круцио, – произнес Волдеморт и Большой Зал огласил истошный вопль когтевранца. Учителя повскакивали со своих мест, и Кэтрин увидела, как профессор Макгонагалл бежит в их сторону. Больше испугавшись за профессора, Кэтрин подскочила к мужу и схватила его за левую руку. – Нет, прекрати, пожалуйста, перестань! Волдеморт не обратил на нее никакого внимания, он, не отрываясь, смотрел, как корчится Брэдли. Кэтрин бросилась между ними, заслоняя когтевранца. Попав под заклятие, она вскрикнула от внезапной боли, колени подкосились, и она больно ударилась ими об каменный пол. Но это возымело должный эффект, заклятие тут же прекратилось. Поднявшись, Кэтрин увидела профессора Макгонагалл, остановившуюся в двух шагах. Она была растеряна и испугана, так же, как и сама Кэтрин. – Отойди, Кэтрин, – холодно сказал Волдеморт. – Тот, кто оказывается настолько дерзок или глуп, что осмеливается бросаться в меня непростительными проклятиями, должен быть наказан за свою глупость. Или ты думаешь, что Лорд Волдеморт прощает такое? Кэтрин помотала головой. – Нет, прошу, только не здесь, не в школе. – Она боялась больше последствий, к чему это все может привести, если студента бросятся защищать преподаватели, нежели пыталась помочь идиоту, который посмел в одиночку напасть на Темного Лорда. – Зря ты его защищаешь, – наконец сказал Волдеморт после долгой паузы, – он тебя ненавидит. Она оглянулась. Брэдли лежал и тихонько постанывал от боли. Вспомнив свои ощущения, Кэтрин поежилась. – Что ж, если ты настаиваешь, пусть пока живет. И помни, каждый поступок имеет свои последствия. С этими словами Волдеморт спокойно направился к выходу из Большого Зала. Когда он ушел, Кэтрин выдохнула. Ей нестерпимо захотелось оказаться как можно дальше отсюда, чтобы на нее не глазели, она подошла к гриффиндорскому столу и взяла со скамейки свою сумку. Преподаватели расходились по своим местам, а к лежащему подошли двое его товарищей — один с длинной стрижкой, второй низкий и слегка полноватый, оба когтевранца — и помогли ему подняться, усадив на скамейку. – Нужно отвести его к мадам Помфри, – сказал тот, который был пониже. Кэтрин направилась в сторону двери, и когда проходила мимо них, второй намеренно толкнул ее плечом и зло бросил: – Ты еще ответишь за это, подстилка Пожирателей. Кровь прилила к ее лицу, она выхватила палочку и резко развернулась к нему лицом. Он уже стоял наготове с палочкой. – Что, осмелела, пока твой муженек рядом? Натравишь его и на меня? Она не могла поверить своим ушам. Только что она спасла его товарища, возможно, от смерти, а он смотрел на нее с такой ненавистью, будто она была виновата во всем происходящем. К ним тут же прибежал разъяренный Амикус. – Немедленно уберите палочки! Маркус, зайдешь ко мне в кабинет сегодня в девять вечера, ты наказан! Тот бросил на Кэрроу гневный взгляд, и процедив: «Да, сэр», вернулся к своим друзьям. Тяжело дыша, Кэтрин опустила руку с палочкой и обвела глазами когтевранский стол. Повсюду она натыкалась на взгляды, полные презрения и ненависти. Больше не задерживаясь, она развернулась и бросилась прочь из Большого Зала. В коридоре она распахнула первую попавшуюся дверь и зашла, закрыв ее за собой. Это был пустующий класс, и она рухнула на ближайший стул, уткнувшись лицом в сложенные на парте руки. Вроде же все так хорошо начиналось, учеба проходила относительно спокойно, она уж думала, что все привыкли к ее статусу за прошедший год и даже новые порядки ничего не изменили. Но тут появляется Волдеморт и наглядно всем показывает, что она тут не просто ученица. И вот черт его дернул появиться в Большом Зале, неужели нельзя было вызвать Северуса к себе и обсудить все в Имении. Это повернуло ее мысли совсем в другом направлении. Значит, Северус все-таки в Хогвартсе. Он просто не появляется в Большом Зале, и судя по всему, Кэрроу недовольны этим фактом. Будучи директором, Дамблдор всегда трапезничал вместе со всеми учащимися, а сейчас Снейп намеренно игнорирует эту традицию. Неужели он так буквально воспринял слова Кэтрин «я не хочу тебя больше видеть» или дело совсем в другом? Она не могла так долго сидеть, и спустя несколько минут нехотя встав, вышла из класса и направилась вниз по ближайшей лестнице в сторону двора. Уже подходя, она увидела, что двор был на удивление полон студентами, словно сейчас было не утро перед уроками, а обеденный перерыв. Кажется, почти вся школа высыпала сюда посмотреть на продолжение шоу. Кэтрин остановилась в коридоре, не желая выходить на всеобщее обозрение, и присела на подоконник, намереваясь перехватить Волдеморта здесь, где их разговора никто не увидит и не услышит. Ее надежно закрывали ветви деревьев, растущих по периметру двора. Прошло не более пяти минут, когда в конце коридора показался Волдеморт. Он подошел к ней и бросил насмешливый взгляд во двор. – Тебе незачем прятаться. – Я не прячусь, просто не хочу, чтобы на меня глазели. В этот момент справа вдалеке из-за поворота вышли те самые два шестикурсника-когтевранца. Вероятно, они только что проводили товарища в больничное крыло и сейчас шли во двор к остальным. Заметив их, они сначала остановились, затем один махнул второму рукой, показывая на обходной путь, и они развернулись и направились по другому коридору, который тоже выведет их во двор, только с другой стороны. – Ты прав, они и вправду меня ненавидят, – тихо сказала Кэтрин, провожая их взглядом. Волдеморт нахмурился. – Я могу быстро решить эту проблему. Ты не хотела, чтобы я делал это при всех... – Нет, – Кэтрин усиленно замотала головой, – они мне ничего не сделали, все в порядке, правда. – Ждёшь, пока сделают? Он был недоволен и не скрывал этого. Возникла пауза. Кэтрин больше не хотела продолжать эту тему и вообще жалела, что заговорила об этом. – Хорошо, – наконец сказал Волдеморт, оставляя этот вопрос на её усмотрение. – Но тебе стоит помнить, что не ты должна их бояться, а они тебя. Ты жена Лорда Волдеморта, ты в этой школе главная. На твоей стороне сила и власть, и ты должна им это показать. – Предлагаешь создать свою банду? – невесело усмехнулась она. Он промолчал, явно считая, что сказал все и данный вопрос неуместен. – Как у тебя обстоят дела с памятью? – Неожиданно поменял он тему. – Что-нибудь ещё вспомнила? Она удивлённо на него взглянула. Он что, пришёл сюда, только из-за того, что беспокоится о ней? – Многое, – неуверенно пробормотала она, – но так, ничего важного или... того, что мне хотелось бы вспомнить. – То есть, ты так и не вспомнила, о чем рассказал тебе старик в тот вечер? Понимание обожгло Кэтрин. Он так и не забыл о том разговоре с Дамблдором, и пришёл, чтобы спросить именно это. Что, если она и вправду вспомнит? Неужели ей и в самом деле придётся рассказать ему то, что так тщательно хотел скрыть Дамблдор? – Нет, не вспомнила, – она уверенно посмотрела на него, хотя голос её подвёл, дрогнув. Волдеморт несколько мгновений всматривался в её глаза, в то же время она почувствовала, словно что-то невесомое проникло в её голову и пощекотало там. Она дернула головой, пытаясь это отогнать и недовольно пробурчала: – Хватит лезть в мою голову. Он слегка улыбнулся. – Очень хорошо. Выходит, что навыки в окклюменции, которым тебя учил Северус, тоже возвращаются к тебе, раз ты чувствуешь моё вторжение. Но ты не врешь, ложь я бы сразу заметил. Чувство копания в голове пропало, и она выдохнула, все же это не было приятным чувством. Тем временем Волдеморт продолжил: – Самые эмоциональные воспоминания повреждаются сильнее, это не удивительно, что именно важные моменты твоей прошлой жизни к тебе возвращаются дольше и тяжелее. Но ты восстанавливаешься, значит не за горами дни, когда ты будешь знать о своём прошлом все. По правде говоря, я рассчитывал, что в Хогвартсе Северус продолжит с тобой занятия. Но он рассказал мне о вашем... раздоре. Не буду настаивать, если ты не хочешь с ним заниматься. Что же касается Кэрроу, то они не столь искусны в вопросах легилименции и окклюменции... – Что?! Я не позволю Кэрроу лезть в мою голову! Видеть мои воспоминания... Это ужасно! Она не могла подобрать даже нужных слов. Одна мысль о том, что Алекто или Амикус будут копошиться в ее голове со своими мерзкими ухмылками, претило ей и вызывало тошноту. – Разве не это будет главным мотиватором, чтобы ты лучше старалась? Волдеморт явно издевался, наблюдая за её реакцией. – Я... нет! Я справлюсь сама, мне не нужна помощь Кэрроу, еще чего! – Хорошо, продолжим занятия на каникулах, – он улыбнулся, довольный, затем неожиданно сделал шаг, встав почти вплотную и провел рукой по её щеке. – В конце концов, ты моя и только я могу владеть тобой, знать все твои страхи, скрытые желания и помыслы. Она судорожно вдохнула. Близость Волдеморта вызывала в ней то ли страх, то ли трепет. Он долго, дюйм за дюймом глазами изучал её лицо, слегка поглаживая большим пальцем правой руки. Она, вспомнив, что хотела спросить, отступила слегка на шаг, взволнованно поправила волосы и задала беспокоящий ее вопрос: - Тот пленник, в темнице в Имении, мистер Олливандер. Что с ним стало? Волдеморт ответил не сразу. - Ты его больше не увидишь. Я отправил его в Малфой Мэнор, подальше от твоего любопытства. - Зачем он тебе? Ты же знаешь, что он не врет и не может тебе помочь. Отпусти его. Глаза мужа сузились, и он медленно и четко произнес: - Кэтрин, ты лезешь не в свое дело. Тебе пора, урок скоро начнётся. Она кивнула и снова суетливо поправила волосы. Изготовитель палочек жив, но, как бы Кэтрин ни хотелось, она не могла ему помочь. Зря Олливандер надеялся на нее. Он, видимо, совершенно не понимал, в каком положении она находится. Не поднимая взгляда, она обошла мужа и поспешно направилась в сторону кабинета по Тёмным искусствам, бывшему кабинету по Защите.