Жена Темного Лорда

Утро наступило внезапно. Казалось, вот она только что лежала и украдкой наблюдала за спящим Северусом, а вот в следующую секунду из окна ей прямо в глаза бьют солнечные лучи. Учитывая, как высоко уже было солнце, Кэтрин поняла, что опоздала на завтрак. Повернувшись спиной к слепящим лучам, она улыбнулась и прижалась щекой к подушке, которая пахла ИМ. Вчера, услышав требование Северуса, чтобы она осталась тут на ночь, она потеряла дар речи от удивления. Почти задыхаясь от восторга, она смотрела, как он готовится ко сну и не верила своему счастью. Она спала на кровати Северуса! Было одновременно немного неудобно и так волнительно. Жаль, что он сам не лёг рядом... Она фыркнула и постаралась выкинуть эти мысли из головы. Только сейчас она поняла, что монотонный шум, слышный за соседней дверью, это шум воды. Значит, мужчина сейчас там, принимает утренний душ... Она вздохнула и закрыла глаза, снова вдыхая родной запах. Да, вчерашний приступ пошёл совсем не по плану. Вместо нескольких минут отключки, Кэтрин пробыла в мыслях Волдеморта больше часа. Она видела своими глазами, от первого лица, как в далёком прошлом Тёмный Лорд убивал родителей Гарри Поттера. Видела, как он направил волшебную палочку на беззащитного младенца, а затем Кэтрин очнулась здесь, в руках Северуса, смотрящего на нее с ужасом. Что она тут вытворяла? Шум воды стих, и Кэтрин поспешно села на кровати, судорожно осматривая себя. Несколько коротких заклинаний и помятая со сна одежда пришла в более-менее приличный вид. Ещё одно заклинание, чтобы привести волосы в форму, менее похожую на воронье гнездо. А ведь Северус вчера так ничего и не спросил о её видениях, а просто лёг спать. Это было странно. Надо будет с ним поговорить. Дверь в ванную открылась, и зельевар вышел в комнату, одетый в длинный до пят, чёрный и тёплый халат. Это так контрастировало с его обычным безупречным с иголочки видом, что Кэтрин сама не заметила, как беззастенчиво уставилась на него. - Доброе утро, - как ни в чем ни бывало, поприветствовал ее Северус. - Ванная свободна, полотенце там есть. - Доброе утро, - спохватилась Кэтрин, чувствуя, как её щеки заливает румянец. Она поспешила прошмыгнуть боком в ванную и закрыла за собой дверь. Здесь ещё царила влажность. Просторная директорская ванная вовсе не была похожа на ванные студентов или даже старост. Это больше было похоже на обычную ванную комнату в её поместье, разве что обставлена более аскетично. Полотенце действительно нашлось, даже не одно, они аккуратной чистой стопкой лежали на полке. Наскоро приняв душ и высушившись, Кэтрин вышла в комнату, где её уже ждал завтрак на столе и одетый в свою обычную мантию Северус. Кольнуло небольшое разочарование, что она так быстро убежала - когда ещё у неё будет шанс увидеть директора в халате, который, кстати, так ему шёл. - Как ты себя чувствуешь? - поинтересовался Северус, когда она, благодарно улыбнувшись, села за стол. - Всё отлично, но мне нужно тебе кое-что рассказать. - О том, что ты вчера видела? - спросил Северус, сразу посмурнев. - Да. Он налил им обоим кофе из чайника, открыл сахарницу, насыпал себе в чашку две ложки сахара, слегка перемешал, неспешно отпил глоток и посмотрел на неё. - Я слушаю. - Вчера Лорд, - после прошлой вспышки она предпочитала называть мужа при Северусе именно так, чтобы не вызывать раздражения от упоминания имени, - чудом не поймал Гарри Поттера. Он был в Годриковой впадине. Брови Северуса поползли вверх - кажется, он ожидал услышать что-то другое. - Поттер? Ты уверена? - Ну... Лорд был уверен, что это он, хоть и под оборотным зельем. И ещё, Гарри там был не один, а с кем-то ещё - женщиной, наверное, тоже под оборотным. Может Гермиона? Снейп нахмурился. - Расскажи подробнее. После короткого рассказа встречи Волдеморта с Гарри в обветшалом доме, Кэтрин слегка запнулась, не зная, говорить ли о том, что она видела после. Это было странно даже для её видений - видеть прошлое другого человека его глазами. Но всё же решила коротко упомянуть, без подробностей. - А потом... Лорд вспомнил, что там же в Годриковой впадине в соседнем доме много лет назад потерял своё тело. Наступило гнетущее молчание. Северус молчал, а Кэтрин гадала, о чем он думает. Считает её чокнутой? Что она творила вчера в беспамятстве? - Северус, что вчера было? Когда я пришла в себя, ты был сам не свой... Он посмотрел ей в глаза и медленно проговорил: - Ты говорила его голосом. Произносила убийственные проклятия, смеялась. Ей стало совсем не по себе. Лучше бы Северус не становился этому свидетелем, наверняка решил, что она окончательно свихнулась. - Тебе нельзя позволять этому происходить. - Северус говорил абсолютно серьёзно. - Твои навыки окклюменции достаточны, чтобы ты научилась держать блок на своём сознании постоянно. Днем и ночью. Первое время будет непросто. Ты будешь чувствовать, что на это уходят все силы, тебе придётся всё время контролировать свой щит, но это временно. Потом ты к нему привыкнешь и это будет казаться тебе само собой разумеющимся. Ходить без ментального блока будет всё равно, что ходить голой. Она смотрела на него во все глаза. Он признал её навыки окклюменции достаточно серьёзными, чтобы противостоять вторжению Волдеморта? Неужели она действительно сможет носить щит все время и не бояться, что её мысли читают, пока она этого не чувствует? - Попробуй сейчас выставить щит. Она судорожно принялась выкидывать мысли из головы и попыталась успокоиться. Выдохнула пару раз, прикрыла глаза и когда ощутила, как невидимая стена огораживает её сознание, открыла их. - Я готова. - Хорошо, приятного аппетита. И Северус принялся есть. Кэтрин недоуменно смотрела на него пару секунд, затем осторожно спросила: - Ты не будешь проверять мой блок? - Обязательно проверю, после завтрака. А ты ешь и держи щит. Она аккуратно проверила блок и, стараясь не забывать про него, начала есть. Было не просто. Либо она забывала донести ложку до рта, занятая ощупыванием своего щита и попытками уследить, чтобы её мысли не были так явно заметны для любого легилимента, либо начинала есть, а потом обнаруживала, что щита и след простыл. Когда с завтраком было с горем пополам покончено, они вышли в директорский кабинет. Кэтрин по привычке встала в конце кабинета, где она обычно стояла во время занятий окклюменцией, но Северус решил схитрить, и не доходя до своего места напротив неё, резко обернулся и бросил в неё заклинанием: - Легилименс. К счастью, щит, который Кэтрин тщательно проверяла ещё выходя из спальни, был на месте и не позволил Северусу так легко забраться в её мысли. За что она была удостоена короткой удовлетворенной улыбки Северуса. Она скромно улыбнулась ему в ответ. - Хорошо. Не забывай проверять его постоянно, пусть войдёт в привычку. Иди, иначе опоздаешь на поезд. - Меня, как обычно, встретят Малфои? - Да. Теперь, надо полагать, ты уже не против их общества? - он коротко усмехнулся. - Чего уж там, - махнула она рукой. - Уж всяко приятнее, чем с Кэрроу. Дойдя до двери и взявшись за ручку, Кэтрин обернулась и на прощание тихо сказала: - С рождеством, Северус. На пару секунд ей показалось, что в его взгляде что-то изменилось. В нём промелькнула... нежность? - С рождеством, Кэтрин.

***

Имение встретило Кэтрин привычной болью в области ключицы и украшенной по случаю Рождества гостиной. Нарцисса Малфой встретила их с Драко на вокзале Кингс-Кросс, откуда они сначала отправились в Малфой Мэнор, и затем уже через камин переместились в Имение. Их уже ждал Волдеморт. Выпрямляясь после прошедшей боли, Кэтрин поспешно проверила ментальный щит и взглянула на мужа. Он выглядел нервным и злым. Когда они встретились глазами, на секунду его взгляд потерял колючесть, он коротко осмотрел её с головы до ног, затем обратил внимание на Нарциссу и только что появившегося из камина Драко. - Цисси, Драко, приятно видеть Вас в моём Имении. Вы здесь редкие гости в последнее время. - Милорд, - низко поклонился Драко, избегая смотреть ему в глаза. - Благодарю за приглашение, милорд. Для нас это честь. Люциус предупреждал, что будет ждать нас здесь. Нарцисса разговаривала спокойно и вежливо, улыбаясь доброжелательной улыбкой. - Он здесь, проходите в зал. Волдеморт жестом показал на двери главного зала, и Нарцисса с Драко отправились туда. Кэтрин думала, что, оставшись наедине, они поговорят, но Волдеморт молча протянул руку и приобняв её за талию, повёл в зал вслед за Малфоями. В зале было людно - отпраздновавшие Рождество вчера в кругу семьи сегодня пришли сюда продолжить празднество. Возле камина стояла большая под потолок рождественская ель, сам зал был заботливо украшен домовиками в цвета Слизерина. Казалось бы, ничто больше не напоминало то холодное тёмное место, где валялась в муках Кэтрин, но при взгляде на камин, по затылку невольно пробежали мурашки. После продолжительного ужина гости разбрелись по диванам по краям зала, часть гостей навеселе принялись танцевать, Волдеморт же занял своё место у камина на небольшом возвышении. Рядом с ним призывно пустовало второе кресло для Кэтрин, но она не спешила сегодня туда. Она хотела поговорить с ним наедине, без множества любопытных зрителей. Поэтому она направилась к Драко. К счастью, он был не среди остальной молодёжи, а стоял отдельно от всех возле маленького круглого стола с закусками. - Не в настроении? - спросила Кэтрин, на ходу забирая бокал вина с проплывающего мимо подноса. - Я всегда чувствую себя здесь неуютно. - Почему не с остальными? - кивнула она на диван, где сидели Крэбб, Гойл, Забини, Пэнси и Милисента. - Тогда ты бы не подошла ко мне, - без всякого ехидства ответил Драко. - Пойдём к ним? - Нет, спасибо. Не хочу быть там, где мне не рады. Она села на ближайший пустой диван и отпила из бокала. Драко сел рядом. - Ты иди, веселись. - Я никогда здесь не веселился, - отозвался он. - Просто делал вид. Он посмотрел на неё, проследив, как она бросила слегка нервный взгляд на мужа и усмехнулся. - На прошлом празднике ты была более раскованной. Этакой гордой и, не побоюсь этого слова, довольной жизнью Тёмной Леди. - Была ей. Недолго. Я слишком многое вспомнила с тех пор. - Вот и оставайся такой. Вспомни те ощущения. Меня даже восхитило тогда то, как ты не боялась его. После всего, что было. Она снова посмотрела на мужа и вздохнула. - Я не боюсь его. Опасаюсь. Мне нужно поговорить с ним обо всём, что я вспомнила, о том, что случилось, но я не уверена, что сейчас стоит поднимать эту тему. Вчера случилось кое-что..., и он очень зол. Может быть, лучше немного повременить с разговорами. Драко внимательно и слегка более уважительно посмотрел на неё. - Не думал, что ты в курсе. Мать говорит, отец едва на ногах стоял утром. Многим досталось. - В каком смысле? - испуганно спросила Кэтрин, находя взглядом в толпе Люциуса. Он и впрямь выглядел помятым. Хоть и волосы, и одежда были безупречны, как и подобает Малфою, но под глазами залегли тёмные тени, которые на фоне бледного лица выделялись, как синяки. И если присмотреться к тому, как он стоит, можно было заметить, что он слишком сильно опирается на трость и частично на жену. Нарцисса рядом стояла, взяв его за локоть, и со стороны казалось, что она просто мило держит его за руку. - А какой тут ещё смысл. Когда Тёмный Лорд не в духе, достаётся всем вокруг. - И тебе? - удивлённо посмотрела она на него, охватывая его расслабленную позу взглядом. - Нет, я же был в школе. Кэтрин с беспокойством вспомнила о Северусе. Он ведь тоже в школе, с ним ведь ничего не случилось? - А ты не знаешь, почему Северуса нет на празднике? - Нет, не знаю. А ты уверена, что тебе вообще нужно разговаривать с Тёмным Лордом о том, что ты вспомнила? Не думаешь, что снова окажешься на полу этого зала? Она внутренне содрогнулась от воспоминаний. - Нет, не думаю. Драко только покачал головой и замолчал. Праздник продолжался, гости веселились и с каждым выпитым бокалом становились всё громче и раскованнее. Спустя какое-то время, устав от шума, Кэтрин решила уйти к себе в комнату. Танцевать не хотелось, пить дальше тем более, а больше здесь делать было нечего. Драко вежливо откланялся с ней и ушёл к своим друзьям, а девушка направилась к выходу из зала. Подходя к дверям, она заметила, что Волдеморт встал со своего кресла и пошёл прямо к ней. Гости поспешно расступались перед ним, а Кэтрин застыла у дверей, не зная, что дальше делать. Волдеморт подошёл к ней и взмахом руки открыл двери. - Идём, - сказал он, первым выходя из зала. Кэтрин покорно отправилась следом. Они пришли в комнату, бывшее место заточения похищенной Кэтрин, и текущую их спальню. - Ты хотела со мной поговорить? - спросил Волдеморт, жестом закрывая дверь и зажигая камин. - Откуда ты знаешь? Она поспешно поверила свой ментальный щит, который всё ещё был на месте. - Понял это по выражению твоего лица, когда ты вышла из камина. Она опустила голову, почувствовала жар и духоту от камина, прошла к гардеробу и сняла мантию, в которой провела весь вечер, оставшись в лёгком платье. Почему-то сразу пробрал озноб. Она вспомнила слова Драко, и попыталась вспомнить свои ощущения в день первой встречи с мужем после комы. Она тогда сильно волновалась, но не боялась его, не ожидала от него ничего плохого, она видела восхищение в его глазах. Восхищение ей. То, как она ведёт себя сейчас с ним не может вызвать восхищение. Она вела себя, как напуганная овечка, которая может вызвать разве что жалость. Кэтрин вздохнула, распрямила плечи и повернулась к мужу. - Да, я хотела с тобой поговорить о том, что происходило между нами. Она наконец увидела в его глазах заинтересованность. - Я знаю, что Северус уже доложил тебе о том, что я вспомнила и про беременность, и про пытки. Но я не понимаю, почему ты так поступил со мной. Я не рассчитываю на какие-то чувства с твоей стороны, знаю, что ты на это неспособен, что я для тебя лишь красивая игрушка, с помощью которой ты надеешься увеличить свою силу... На этом моменте её голос дрогнул, и она замолчала, глубоко задышав, чтобы унять подступающие рыдания. Плачущие девушки могут вызвать у Волдеморта лишь раздражение, но никак не восхищение. Подняв взгляд, чтобы продолжить речь, она увидела, что муж, не сводя с неё внимательных глаз, сделал два шага к ней. Ей пришлось приложить усилия, чтобы не отступить. - Я хочу знать, почему вместо того, чтобы дать мне прийти в себя, ты начал меня ломать? День за днём... Ком в горле очень мешал говорить. Волдеморт подошёл к ней совсем близко и взял её за плечи. - Ты уверена, что готова говорить об этом? Нет, она не была готова, но она должна была это спросить, почему-то это было очень важно. - Я хочу знать... - Кэтрин, мне, конечно, сказали, что ты смогла перешагнуть эту боль, но я бы не хотел, чтобы ты своими воспоминаниями довела себя до нервного истощения. В своё время я приложил много усилий, чтобы попытаться вытащить тебя из этого состояния, но потерпел неудачу. Я не пытался сломать тебя, я пытался найти в том призраке, в который ты превратилась, отголоски эмоций своей жены. Признаю, я перегнул с этим, был неправ. Я торопил события вместо того, чтобы дать тебе больше времени, я решил, что каждый день промедления фатален для тебя. Ты хочешь, чтобы я извинился? Так вот, прости меня, Кэтрин, больше я не совершу такой ошибки. Она больше не могла сдержать слез, они градом катились по её щекам. Она не могла даже толком удивиться его извинениям, его поведению, тому, как он изменился с тех пор, как она помнила его жестоким и бескомпромиссным. Что послужило тому причиной? Известие о её гибели? - Скажи, он значил для тебя хоть что-нибудь? Ты ждал его хотя бы вполовину, как я? Жалел ли ты о том, что он не родился? Волдеморт притянул её поближе и стер пальцем её слезы со щек. - Я скорбел вместе с тобой. Но ты не могла этого видеть, потому что потерялась в своём горе. Этот ответ и был нужен ей. Знать, что есть ещё кто то, кому был важен и нужен этот нерожденный малыш, знать, что она не одинока в своём горе. Она уткнулась ему в грудь, обильно орошая его мантию солёной влагой. Ведь не собиралась же плакать. Но Волдеморт лишь понимающе обнял её и стоял так, пока она не выплакалась. После уложил её на кровать, накрыл одеялом, а сам вышел из комнаты, позволяя ей спокойно заснуть.