Вот тебе моя любовь

1939г.

      Вы раньше не задумывались над тем насколько легко может разгореться пожар? Подумаешь одна маленькая искра, многие ее даже не заметят, но вот если дать ей кров в тихом, не продуваемом месте среди сухих трав и накормить ими она с рвением пожрет все. Мы все об этом знаем, так почему допускаем одну и ту же ошибку на протяжении всей нашей жизни? Достаточно возненавидеть одному и возненавидят все. И кого же они ненавидят в той же степени, что и бояться? Ответ до нелепости прост — ребенка. Даже больше-лишенного всего сироту. А почему? А потому, что он другой. Белая ворона среди черни. Да, а почему и нет? Белый — это цвет благородства, а они чернь. Никчемные маглы, грязь под ногами волшебника. Они не смогли выучить урок, преподнесенный им однажды Томом, и даже были достаточно глупы повторить свою ошибку.       По возвращению в приют его встретили с особой «любовью», от всего сердца так сказать. Дети по своей природе жестоки, а все потому, что не понимаю всю степень своих деяний, они не терпят отличных от них людей. Еще хуже дети взращенные в вечной зависти к другим и осознанием своей ничтожности. Они видели, они знают, что есть другая, лучшая жизнь. И вот к ним возвращается прямое доказательство этой жизни. Их самый ненавистный из всех людей — Том Реддл. Они с жадностью выискивали в нем изменения и к собственной злости находили их. *Он стал увереннее* — Шептали они, глотая комок в горле. *Его щеки уже не такие впалые*- Рычали они в исступлении. *У него новые вещи* — Роптали они с завистью, даже не подозревая, что эти вещи были куплены из третьих рук.       Ослепленные своей ненавистью они не заметили обрыва под ногами.

***

      Работа в теплицах была закончена и Том уже хотел пойти и заняться исследованием родословной Слизерина, как встретил преграду. Не то чтобы их нападение было совсем уж неожиданно для Реддла, нет он ждал этого, но их нападки успели порядком приесться. Так вот, группа подростков во главе все с тем же Стаббсом окружила мальчика. — Приперся назад? А, урод? Неужели и там тебя никто не принял? — С издевкой проговаривал Билл. — Я, кажется, уже говорил, что тебя мои дела не касаются. Животные и то понимают быстрее чем ты.- С равнодушием ответил Том.       Их предупреждали, что нельзя колдовать вне Хогвартса, но никто не говорил о том как и чем колдовать. Полезно, однако, что каждая палочка зарегистрирована на своего владельца и если кто-то другой воспользуется ею, то он останется чист. Том, был бы глупцом если бы он не воспользовался этой информацией. Но он же не глупец, верно? Том украл палочку после одного «случайного» случая во время дуэли и наложил на нее блокирующее акцио заклинание. Именно поэтому он без лишних опасений вытаскивает чужую палочку и с тихим шепотом накладывает на маглов летучемышиный сглаз.       Внезапно из палочки вылетели летучие мыши и напали на хулиганов. С криком дети разбежались от кусающих и бьющих их крыльями монстров.       *Обожаю магию* — С мстительным удовольствием подумал Том и направился дальше.       

***

      Нельзя прожить год на своем факультете и не узнать абсолютно все общеизвестные и не очень факты о своих основателях. Хотя бы потому, что первое вы узнаете из книг, а второе из слухов. И Реддлу не составило труда догадаться откуда он родом. Осталось только доказать это другим слизеринцам. Хоть он и показал, что он лучший, признания он не получил. Ему недоставало одной детали, чтобы прорваться через стену толерантности. Ему не хватало благородного происхождения. Конечно, самый простой способ добиться признания — это заговорить со змеей прямо в центре общей комнаты. Но на то он и простой, чтобы не подойти наследнику Слизерина. Лучшим ходом будет тот, который загонит врагов на самый край пропасти, а шокирующее открытие должно будет подтолкнуть их к падению. Они будут молить его о пощаде.       *Кроме, Гарриэт* Нет, конечно не она. Поттер была неприкосновенна для него. Можно даже сказать, что больше всего он жаждет именно ее внимания и восхищения. Гарриэт Поттер Певерелл — чистокровная наследница двух древнейших и благороднейших родов. Ее судьба была предрешена еще до ее рождения и такому как Том там не было места. *Но будет. Я не позволю взглянуть этим ведьмовским глазам на кого-то другого так, как они должны смотреть на меня.*       

***

      Новый учебный год ничем не отличался от прошлого. Дети все так же делились своими впечатлениями о каникулах, первокурсники нервничали, а учителя заваливали новыми знаниями опустевшие головы учеников.       Том как раз искал книгу о монстрах, когда к нему подошла наследница Певерелл. -Привет, Том! Ты же пойдешь записываться в дуэльный клуб? — прошептала Гарри. — А ты как думаешь? Звание лучшего дуэлянта ждет меня. — По мальчишечьи ухмыльнулся слизеринец. — Ах, ну как я могла забыть о твоей хваленной скромности. — Закатывая глаза пробубнила юная леди.– Ты мне лучше скажи, кто по твоему мнению будет преподавать? Профессор Вилкост, конечно, боевая женщина, но уже не молода. Может ей поможет профессор Дамболдор? — Надеюсь нет. — Какая кошка между вами пробежала? Что ты, что он постоянно нагнетаете атмосферу, когда находитесь в одном помещении. — Тебе не обязательно это знать. А что касается твоего вопроса, то скорее всего профессор Флитвик будет помогать профессор Вилкост. Чары будут полезнее трансфигурации. — Да. Наверное, ты прав. — Присев за стол прошептала Поттер.       Разговор был закончен и каждый занялся своим делом. Гарри уроками, а он разгадкой того, кем может оказаться чудовищем Слизерина. Слишком много существ говорили на парселтанге и не все из них достаточно ужасающи и живучи для охраны тайной комнаты. С усталостью в напряженных глазах Том откинулся на спинку стула. Его взгляд упал на сосредоточенное лицо гриффиндорки. Его забавляла как она, забыв о своих заплетенных волосах, норовила запустить свои руки в них и в последнею секунду отдергивала ее. Создавалось впечатление, что Поттер непривычно с такой прической, что было подозрительно. Чистокровная наследница и не любит вычурные прически? Но Том и так занят разгадкой местонахождения тайной комнаты, чтобы разгадывать чужие. — Слушай, Гарриэт, — Девочка рассеяно переключила свое внимание на него- представь, чисто гипотетически, что ты умеешь говорить на языке змей и ты должна выбрать одно из существ, подчиняющихся владельцу этого языка, для охраны чего-нибудь важного. Кого бы ты выбрала? — Не слишком ли прямой вопрос для слизеринца? Тут бы даже Крэб с Гойлом поняли, что ты ищешь чудовище тайной комнаты. — Не придирайся, ответь. — Извините, мой лорд. — Со смешком поклонилась Гарриэт.- Но если быть честной, то я бы выбрала василиска. — Почему его? — Ну… во-первых, кто может быть вернее того, кого ты вырастил сам? Василиска можно вывести только искусственно, да ты и сам это знаешь. Во-вторых, это так увлекательно иметь питомца и охранника по совместительству в чьи глаза посмотреть без страха быть убитым сможешь только ты. Поэтому василиск — это отличный вариант. — И вправду… -* даже на гербе Слизерина изображена огромная змея с короной… Царь змей, да? Но если это и в самом деле он, то где его могли спрятать? В подземельях однозначно… канализация с сетями труб, тянущимися по всей школе.* — Я пошел. — Уже? Неужто догадался, где может быть наследие основателя твоего факультета? — Да. Не преуменьшай мои дедуктивные способности, S: Дорогая: S — При звуке шипения глаза Поттер расширились, а Том, воспользовавшись замешательством девочки, поспешил уйти из библиотеки. — Что? Стой! А ну вернись! Ты обязан устроить мне экскурсию!!! — ШШШШШ!!!

***

      И как бы не были интересны разгадки своего наследия учеба переняла все внимание молодого волшебника на себя. Единственное, что вносило хоть какое-то разнообразие в серые будни — это дуэльный клуб. Как и говорил Том вторым учителем стал Флитвик. Занятия разбивались на две части: теоретическую (Вилкост) и практическую (Флитвик). Каждая победа Реддла повышала его авторитет не только среди Слизерина, но во всей школе. Юный гений радовал всех учителей. Ну кроме Дамболдора, конечно. Тот всегда смотрел на него с подозрением. Может его домыслы и не были беспочвенны, но двенадцатилетний мальчик такого к себе обращения еще не успел заслужить.       Была середина зимы, коридоры замка наполнил гул радостно щебечущих детей. Реддл обустроился в одном из кресел гостиной своего факультета и делал заметки в дневнике. Он уже в прямом смысле этого слова облазил все доступные ему трубы. Ни в одних из них не было намека на то, что в них когда-то проползал змей. Но больше чем василиск мальчика волновала внезапный переход от терпимости к его персоне до лояльности. Он не знал чего от них ему ожидать.* Такое поведение вполне может оказаться затишьем перед бурей, а может…* — Скучаешь, Том? — Малфой. Да вполне может быть и он причастен к смене расстановки отношений на факультете.       Древний и благородный род Малфой давно заработал непоколебимую репутацию как самых сильных и богатых темных волшебников. Можно сказать, что семья Абраксаса возглавляет совет священных 28 чистокровных семей. И потому его влияние на слизеринцев не вызывает у Тома удивления. — Нет, но твоя компания не испортит остаток моего вечера. Чем обязан таким вниманием от такого человека как ты? — ц-ц-ц как на счет того, чтобы мы забыли старые обиды и в самых лучших традициях нашей страны выпили чашечку чая? — по щелчку пальцев на рядом стоящем столике появились две чашечки с душистым чаем. — Если только в моей не будет яда. Какие проблемы ты хочешь со мной обсудить? — С чего ты взял, что мы поговорим именно о них? — Как ты и сказал, мы англичане. И мы пьем чай только тогда, когда все сложно. — Хорошо, не будем ходить вокруг да около. Я давно заметил, что ты поддерживаешь дружественные отношения с мисс Поттер. А точнее меня заинтересовал один при любопытнейший разговор между вами. Я не глуп и могу сложить дважды два. — На этих словах Малфой замолчал и наклонился поближе к Тому. Его глаза сияли как у кота, наконец, поймавшего канарейку за хвост. -Ты наследник. Не так ли?       Торжественность и мрачность атмосферы прервал тихий смех, исходящий из уст Реддла, но не доходящий до темных глаз. Он откинулся на спинку кресла с иронией проговорил: — А если и так? Что ты сделаешь? Расскажешь всем и тем самым опустишь себя — чистокровного мага ниже меня — жалкой грязнокровки? Оставишь все в тайне и позволишь сделать ход мне? Как ты верно подметил, ты не глуп и потому не станешь совершать подобной ошибки. Чтобы ты не делал, всё обернётся против тебя. Я тоже не дурак, заметил как твои дружки перестали зубоскалить в мою сторону. Хочешь стать моим союзником? — Да. — Без лишнего лукавства ответил Абраксас. — Ты прав, твоя кровь будет чище и благородней моей. Они с радостью перебегут под крылышко более могучего мага. Поэтому я сделаю это первым. Прими мою дружбу и я помогу тебе подняться на вершину. — Что ты хочешь получить от этого союза? — Место правой руки тоже неплохо. Ты вроде как и участвуешь во всей гуще событий, но шишки полетят не на тебя. А ты, я смотрю уже научился уворачиваться. — Нет, я их уничтожаю. Но ты прав, ты мне пригодишься.