Рабыни

      Наутро Эльзу и Анну разбудила Криста. Уставшее от долгой поездки тело Эльзе очень не хотелось отрывать от мягких подушек. Но их новая знакомая настойчива. Эльза открыла глаза. Анна уже не спала, сидела рядом, протирая сонные глазки. Блондинка потянулась, ощущая истому. Вот так-то. Привстав, Эльза огляделась. В зале пусто, все девчонки, за исключением их самих, да еще Кристы с Ирмой, куда-то исчезли. Криста стоит рядом, Ирма у окна.       — Доброе утро! — поздоровалась Криста и присела на корточки. — Сегодня отличный день!       — Я бы не сказала, — возразила Эльза.       — Ну-ну, зачем же так сразу? Ведь мы с вами идем гулять! — улыбнулась та. Анна резко обернулась на нее.       — Гулять? — переспросила Анна.       — Да-да, вы не ослышались. Вам ведь вчера должны были сказать, что гулять можно. И мы с Ирмой с радостью составим вам компанию! Правда, дорогая? — Криста оглянулась на подругу. Ирма кивнула.       — Что ж, я не прочь наконец-то пройтись. — Эльза оглядела себя. — А мы так и пойдем?       — Ну да. — Криста удивилась. — А как же иначе? Да не бойтесь вы! Здесь все так ходят. Никто ничего нового не увидит.       — Все рабыни…       — Ну и что? Так, встаем, встаем! — Криста поднялась и взмахнула руками.       Сестры поднялись, бросив свои подушки там, где они и лежали, и направились в уборную. Приведя себя в порядок, они присоединились к Кристе с Ирмой, уже ждавших их у выхода. Охранник Рональд не обращал на них никакого внимания, и девушки пошли дальше по коридору. Валиры, грозившейся устроить им сладкую жизнь, не было видно, ну да и ладно.       — Давно ты здесь? — спросила Эльза Кристу.       — Пятнадцать лет уже.       — Пятнадцать?! — похоже, ответ очень поразил и огорчил сестер. Если она здесь уже столько, значит, шансов на побег действительно нет… Криста уловила настроение девушек.       — Я знаю, о чем вы подумали. А знаете, я особо и не пыталась. Первые полгода еще было желание, тоска по родине. А потом я привыкла, и мне стало здесь нравиться. Понравится и вам!       — Расскажи о себе, — попросила Эльза вместо возражений. Чем больше она узнает, тем лучше.       — Мне 30 лет почти. Да-да, не удивляйтесь, — засмеялась Криста. — Я очень хорошо за собой слежу. Попала сюда в 15 лет. Так что, я здесь полжизни. А вам сколько?       — Девятнадцать только исполнилось, — ответила Анна.       — Двадцать два.       — О, так вы в самом соку! Отлично! Конечно, чем раньше начинается обучение, тем лучше, но я скажу, это не принципиально. Любая девушка становится первоклассной жрицей меньше чем за год, независимо от возраста. Джинни и Агнес помните? Похожие такие. Им сейчас по 15. А они здесь уже второй год.       — Ты их обучала?       — Ну, а кто же еще? Из всего состава я здесь самая старшая. И была в гареме Хозяина первой. Потом появилась Ирма. — Криста взглянула на подругу с нежностью.       — Ты ее любишь, ведь так?       — Конечно! Мы все здесь друг дружку любим! — хихикнула Криста.       — Я не про то. Я про другое.       — Я поняла тебя. И это тоже.       Тем временем они вышли из коридоров во внутренний двор усадьбы господина Доминико. Он был весьма обширным, содержал в себе сад, беседки, фонтаны, и даже конюшни. На выходе Эльза и Анна увидели еще охранников. Они с опаской взглянули на них, но те никак не реагировали. Криста же невозмутимо шла вперед, виляя голой задницей. Интересно, она это специально?       На другом конце двора Эльза и Анна заметили еще таких же рабынь, как и они сами. Это их девочки? Отбившись от компании, Эльза направилась к ним. Но, подойдя поближе, увидела, что это совершенно незнакомые ей рабыни. Значит, у владельца их много. Кто бы сомневался! Вот только татуировки на животах иные, нежели у обитательниц гарема. У одних были узоры в виде деревьев, у других напоминали рога. Эльза захотела познакомиться. Но едва она сделала еще пару шагов в направлении ближайшей кучки рабынь, чья-то рука схватила ее сзади и резко дернула назад.       — Ты что творишь? — Криста была весьма недовольна. Она потащила Эльзу за руку обратно.       — Отпусти, ты делаешь мне больно! — Эльза выхватила руку и потерла место, за которое держала ее Криста.       — Нельзя с ними разговаривать!       — Почему?       — Рабыням разных категорий нельзя общаться между собой, — пояснила Криста. — Тебе повезло, что я увидела. И что тебя не заметила охрана.       — Но почему нельзя?       — Чтобы не было заговоров или восстаний. Меньшие группы легче контролировать. Заговори ты хоть с одной из них, проблемы были бы и у них, и у тебя. Так что, считай, что я тебя спасла.       — Благодарю.       — Не за что. Ну, — Криста вновь повеселела, — идем дальше!       — А что у них за татуировки? — спросила Эльза спустя минуту. — Я видела дерево и рога.       — Дерево означает принадлежность рабыни к хозяйственным работам. Они вроде садовниц, уборщиц или дровосеков. Эта, наряду с нашей, самая распространенная категория. А рога — значит ухаживают за скотиной. Еще есть три кирпича — те строители. Ну про пламенную розу я не буду рассказывать, тут все ясно. И последний вид татуировки — змеящаяся полоса по диагонали. Очень редкий вид.       — Как у Валиры? Девушка, что привела нас вчера, — пояснила Эльза.       — Да, как у нее. Я ее видела. Это знак воина. Дают тем, кто особо отличился перед хозяином и доказал свою преданность.       — Но, погоди, ее ведь тоже дают рабам?       — Да, ты права. А что?       — Выходит, раньше Валира была самой заурядной рабыней. Но где тогда ее старая татуировка? — недоумевала Эльза.       — Я не знаю об этом. Спросишь у нее самой, если захочешь.       — Вряд ли она мне скажет.       Девочки вышли из имения Доминико на настоящую городскую улицу. Народу здесь было довольно много, туда-сюда ходили горожане, крестьяне, грузчики, торговцы, бегали дети и конечно же, были и рабыни. Среди одетых в разноцветные платья свободных жителей они выделялись своей наготой.       Эльза и Анна покраснели и невольно попытались прикрыть руками груди и лобки. Одно дело — разгуливать так во дворе или внутри дома, и даже там им до сих пор было некомфортно, и совсем другое — появиться голыми в людном месте. Нечто похожее сестры испытали вчера в порту. Но, как и там, здесь на это никто не обращал внимания. Рабынь много, они тут были всегда, что изменится с приходом еще двоих новеньких?       Ирма заметила, как смущаются Анна и Эльза. Она слегка ударила их по рукам и покачала головой. Сестры скованно выпрямились, наливаясь пунцовым цветом. Ирма тронула Кристу, шедшую впереди, и сказала ей что-то на языке жестов. Криста кивнула.       — Так, дорогие мои. Я понимаю, вы новенькие, и для вас все еще подобное в дикость. Так что давайте сейчас постоим, успокоимся и привыкнем. — Криста взяла обеих сестер за плечи. — Все нормально. Про стеснение забудьте. Посмотрите, — она указала рукой на толпу. — На вас никто не пялится. А даже если и так, то для нас это наоборот, должно быть приятно. Такая уж мы категория, — улыбнулась девушка.       — И что, впрямь ни лоскутка нельзя? — робко спросила Анна.       — Ни единого. Даже самого маленького.       — Криста, я просто не могу не поинтересоваться, — подала голос Эльза. — Скажи, бывает такое, что рабыню насилуют прямо на улице? Я не поверю в то, что здешние мужчины, даже будучи в курсе ситуации, и наблюдая такое каждый день, добросовестно и благородно подавляют природные инстинкты.       — Можешь не верить, Эльза, но такое происходит очень редко. Будь спокойна. У нас в городе достаточно жриц любви, и любой мужчина или даже женщина, может за довольно скромную сумму снять себе любую из них в ближайшем заведении. В то же время, за изнасилование чьей-то рабыни он будет должен ее хозяину в 10 раз большую сумму. Какой смысл переплачивать, если и так все легко доступно?       — Мало ли… может, кому-то нравится, когда им сопротивляются.       — Все-то ты хочешь знать сразу, дорогуша! — усмехнулась Криста. — Так знай же, что имитация изнасилования это одно из наших умений. И я научу вас ему. А теперь, я вижу, что вы немного привыкли, так что идемте!       Девушки шли по улицам города и удивлялись тому, как много рабынь вокруг. На некоторых улицах их было даже больше, чем горожан. Сейчас утро, а утром рабынь больше всего. Сплошное скопление голых тел с разномастными татуировками. Эльзе это показалось похоже на дикий нудистский пляж. Они с сестрой никогда не были на таком, но знали по рассказам и даже пару картинок видели. Ох, как краснели они тогда! Эльза спросила Анну, помнит ли она об этом. Анна ответила, что сама как раз вспоминала. А чуть позже шепотом призналась Эльзе на ушко, что всегда хотела побывать на таком пляже. Эльза удивилась. А у Анны, оказывается, те еще чертики в голове! Но ругаться на сестру Эльзе было не за что.       — Расскажи о нас, — попросила Эльза Кристу, пока девушки шли вдоль одной из улиц. Встречные люди бросали на них взгляды, и хоть они не отличались от обычных взглядов случайных прохожих, бывшая королева Эренделла едва сдерживалась, чтобы в порыве захлестнувшего ее чувства стыда не дать деру и не скрыться в какой-нибудь подворотне, желательно потемнее. Так что уж пусть россказни их новой подруги отвлекают от этого.       — Что ты хочешь услышать? — Криста, не оборачиваясь, шла вперед, виляя бедрами.       — Все. Мы же, как никак, будущие представительницы. Я заметила, что наше положение отличается от остальных рабынь. Нас, не побоюсь этого слова, лелеют.       Криста расхохоталась.       — Ох, как же порой забавно слышать! — ответила она в своей привычной слегка игривой манере после того, как успокоилась, обернувшись на недоумевающую Эльзу. — Нас не лелеют. Вспомни хотя бы спину Лейлы. Да вот! Далеко даже ходить не надо! — она поймала Ирму за руку. — Язык Ирмы. А я его помню! Боже, как же она искусно им владела!       Эльзе на миг показалось, что Криста всплакнула.       — То, что вы, не пробыв здесь еще и суток, решили, будто все будет так же гладко и дальше… я понимаю. Но для этого надо очень и очень стараться!       — Подожди, ведь ты же сама говорила, что нам здесь понравится! — возразила Эльза.       — Говорила. У нас есть мягкие подушки, возможность ублажать себя и друг дружку постоянно.       — Криста! Что ты несешь? — раздраженно воскликнула Эльза, заметив, как сникла Анна, слушая их беседу.       — Позволь объяснить, моя милая Эльза. — Криста коснулась плеча девушки. — Вас везли сюда, постоянно заботясь о внешнем виде, правильно? Правильно. Мыли, кормили. А все потому, что товар должен выглядеть так, чтоб его хотели купить. Купили бы вас, если бы вы обе были тощие и грязные? Сомневаюсь. Здесь — то же самое. Аппетитные попки и груди вызывают куда большее возбуждение, чем кожа да кости, тем более с увечьями. Соответственно, приносят больше дохода. Ты же королева, сама говорила. Стало быть, разбираешься в вопросах казны да торговли. И я вовсе не отрицаю, что у нас есть определенное удовольствие. Надо просто научиться ловить его!       — А что же насчет Лейлы и Ирмы? — не унималась Эльза.       — Зависит от хозяина. Что касается нашего, я вчера, кажется, упоминала о том, что с ним лучше не дерзить.       Тут Криста наклонилась к уху Эльзы и перешла на шепот:       — Ирма как-то в разговоре между девочками назвала его вонючим жирным засранцем. Шуточек да колкостей от нее было хоть отбавляй, но те, кому они были адресованы, не стали бы ей резать язык. А тут или кто доложил, или Хозяин услышал, уже не важно, но в тот же день Ирме доходчиво объяснили, что так делать больше не следует. Да она теперь и не может.       Криста, сделав паузу, снова перешла на обычную громкость:       — А Лейла, она просто назвала его по имени. Будь она любимицей Хозяина, может быть и обошлось. Но такой привилегии у нее не оказалось. Крики бедной девочки слышали очень далеко. Так что, Эльза, никаких особых поблажек у нас нет. Но, если вести себя подобающе, то все будет хорошо. Идем же дальше! — Криста опять игриво поманила сестер за собой.       Услышав столь мрачные перспективы от Кристы, Эльза и Анна и сами стали мрачными. Ну да, а на что они надеялись? Эльза и раньше не сомневалась, что хорошего тут мало, ну, а Анна? Нет, надо все же упросить хозяина дать Анне другую работу. Пусть за деревьями смотрит или за кроликами ухаживает. Ночью, тайком, они будут встречаться и разговаривать так, чтобы никто не услышал.       Солнце поднималось все выше и пекло все сильнее. Горячие булыжники на мостовой доставляли немало неприятных ощущений при ходьбе, поэтому как Эльза, так и Анна то и дело пошатывались, охали и прихрамывали. Криста старалась вести их в тени городских стен, но чем ближе дело шло к полудню, тем меньше оставалось таких мест.       — Я устала! — недовольно произнесла Анна. — Мои ноги бы сейчас да в холодную воду!       — Потерпи, девочка. Мы уже скоро вернемся, — ответила Криста.       И действительно, они уже возвращались к усадьбе Доминико, описав по городу полукруг. Теперь они подходили к ней с другой стороны. Анна увидела знакомые белые башни, но ворот, из которых они вышли, не было. Вместо них впереди виднелся пристроенный к усадьбе трехэтажный дом с таким же знаком, как и на татуировках. Кольцо и косые линии. Криста, Ирма, Эльза и Анна подошли вплотную. Откуда-то сверху доносились вздохи и стоны. Вдруг из парадных дверей вышла Лейла и соблазнительно встала, поглаживая себя.       — Это что? — спросила Эльза.       — Это дом удовольствий Хозяина, — гордо ответила Криста. — Здравствуй еще раз, Лейла!       Лейла приветливо помахала ручкой. Тут к ней подошел какой-то мужчина и они вдвоем скрылись внутри.       — Бордель, значит, — хмыкнула Эльза.       — Все наши девочки ходят работать сюда, — пояснила Криста. — Поэтому утром вы никого не видели. Что касается меня и моей сладкой Ирмы, то нам поручено обучать вас, и мы остались.       — А нам можно внутрь? — спросила Анна.       — Пока нельзя. Вы еще не обучены. Но не беспокойтесь, я позабочусь об этом. А если вы просто захотите получить удовольствие, так этого и у нас в гареме хватит, уж будьте уверены. Ладно, идемте обратно, сейчас как раз время обедать, а после приступим к занятиям.       Криста повела девушек в обход усадьбы обратно к воротам, а оттуда — через двор в уже знакомые коридоры, и вскоре они снова оказались в прохладном относительно улицы гареме, и сели на подушки в ожидании трапезы.