Рабыни

      В последние несколько недель у Эльзы и Анны прибавилось самостоятельной работы. Их бессменная наставница и, можно сказать, даже опекунша Криста, после того, как получила травму руки, больше не могла заниматься с ними в полной мере и тренировать, как следует. К тому же, она тяжело переживала обман и предательство Ирмы, с которой жила бок о бок более двенадцати лет. Так что ее вмешательство в процесс становления Эльзы и Анны жрицами любви стало минимальным и ограничивалось лишь замечаниями, пожеланиями и наставлениями. К тому же, Криста, помимо учительской работы, должна была, как и все, удовлетворять клиентов в борделе, а иногда и самого хозяина. Теперь же, это стало тяжелой ношей для нее. Криста стала брать только тех клиентов, с которыми можно было ограничиться минетом, остальную же массу взяли на себя Эльза, Анна и остальные девочки. Когда-нибудь Криста поправится, и вернется к работе в полной мере, а пока что так.       Работая и тренируясь в поте своих тел и лиц, сестры помнили про свой план и следовали ему, практически не жалуясь в открытую. Лишь наедине могли иногда поплакаться друг дружке, после особо жестких клиентов. Но, тем не менее, девушки сделали вывод, что грубые клиенты — не самое страшное, что может быть. Прийти, отработать попкой или ртом свое время, стерпеть — и жить дальше. Постепенно как Эльза, так и Анна поняли, что многие из занятий действительно начинают им нравиться.       В один из тех дней, когда занятием руководила Криста, Эльза и Анна разучивали новую позу. Исполнить ее было непросто: сначала необходимо было научиться делать колесо. Сестры заработали немало шишек и синяков, пока не стали уверенно переворачиваться через голову. Теперь же задача усложнилась: нужно было на середине движения остановиться и замереть, ногами кверху. Вся масса тела при этом переносилась на руки, а к голове приливала кровь. Анна как-то раз пошутила, что перед таким лучше не есть. Криста бы с удовольствием продемонстрировала, как уверенно это делает она, но ее левая рука беспомощно висела на привязи, и ей было далеко не то что до таких трюков, но и вообще до простейшей работы.       — Тебе не кажется, что мы стали озабоченными? — спросила Эльза сестру, когда они отдыхали после упражнений. Анна, чья голова покоилась у Эльзы на груди, привстала и посмотрела ей в глаза.       — Мы позволяем себе то, о чем раньше даже подумать было стыдно и противоестественно, — продолжала Эльза, глядя вдаль. Анна снова улеглась поудобнее. — На практике нас большую половину времени трахают сзади, как собак, а остальную половину мы или сверху, или делаем минет. Но это еще не все. Мы здесь, и то и дело изучаем позы для секса, движения, техники… Да мы голые все время, о чем говорить! Мы можем даже с тобой поцеловаться и приступить к большему. Я, наверно, схожу с ума, но мне это нравится!       — Мне тоже, — подумав, ответила Анна. — Охереть можно. Я же приличная девочка! — тут она хихикнула.       — Какие вы молодчинки! — раздался голос Кристы, что слышала беседу сестер. — Я рада за вас!       Эльза и Анна замолчали и некоторое время просто тихо сидели. Анна вздремнула. Криста медленно поднялась и направилась в уборную. По пути, споткнувшись о подушку, чертыхнулась и наделала шуму. Это разбудило Анну и отвлекло внимание Эльзы, которая уже тоже начинала клевать носом.       — Эльза! — шепотом обратилась к ней Анна.       — Что, моя хорошая?       — Скажи, ты была бы готова заняться со мной любовью?       — Если того потребует хозяин, то да. Мы же уже не раз ласкали друг дружку на занятиях и перед клиентами.       — Я знаю. Но я не об этом. Я спрашиваю: а сама, по своему желанию? Вдруг накатит страсть?       — Анна, помнишь, я тебе когда-то давно говорила: "Я люблю тебя, как сестру, знай это"?       — Помню, конечно. Да, мы делаем все это лишь для того, чтобы нам верили. Таков план. Извини за вопрос.       — Ничего.       Эльза нежно погладила Анну по голове, та опять немного поерзала, меняя позу на более удобную, и прикрыла глаза. А Эльза задумалась. Значит ли вопрос Анны про добровольную половую связь то, что младшая сестра уже перестала отличать, где игра, а где реальность, и влюбилась в нее, как в женщину? Как же далеко это, однако, зашло! Эльза не винила Анну, она и сама с трудом разделяла притворство от настоящих чувств, лишь усердно продолжая твердить себе про план. Да когда же, наконец, они его осуществят-то, план этот, будь он неладен?! Не вечно же здесь торчать, развращаясь все больше и больше… Про пятнадцать лет Кристы Эльза старалась не вспоминать. Но вот то, что слова сестры вызвали у нее теплые ощущения, Эльза отрицать самой себе не стала.       Спустя несколько дней после этого разговора, словно нарочно, сестер потребовал к себе Доминико. Делать нечего, девушки пошли, сопровождаемые охраной. Быть под конвоем молчаливых и, в общем-то, безразличных стражников им больше нравилось, нежели когда их сопровождала Валира. Но та постепенно маячила над душой все реже и реже, по-видимому, ей надоедало церемониться. Эльза скорее попыталась подумать о чем-то другом. Не ровен час, объявится. Вряд ли у нее атрофировался садизм. Лучше сосредоточиться на том, что же возжелал Хозяин.       Снова его покои. Все так же обставлены, та же кровать, ковер, кресло. На сей раз Доминико сидел на краю своего ложа, и его жирное тело прикрывала лишь легкая туника. Неужели он захотел лично опробовать каждую из сестер, а, может, и двоих одновременно? Хотя нет, запыхается. Так думала Эльза, мысленно готовясь. Анна была настроена соответствующим образом, но на всякий случай взяла сестру за руку.       Охранники вышли, закрыв за собой двери. Доминико оглядел сестер, медленно встал с кровати и прошелся по комнате, постоянно отдуваясь. Эльза и Анна встали в вызывающую позу. Хозяину такой ход понравился.       — Я вижу, вы быстро учитесь. Это хорошо, иначе пришлось бы вас наказать. Но сегодня я позвал не за этим. Я хочу посмотреть на то, чему вы научились. Удивите меня, и я, возможно, поощрю вас. А нет — так вернемся к запасному варианту. Начинайте.       Сестры сходу уловили посыл хозяина и без лишних слов приступили к взаимным ласкам. Перспектива поощрения мотивировала их, они смогут еще на шаг приблизиться к выполнению плана. Страстно целуя Анну с использованием языка, Эльза синхронно вместе с ней начала плавные движения бедрами и тазом. Медленно приблизившись к кровати, обе девушки повалились на нее. Анна начала спускаться от губ Эльзы к ее груди. Когда она начала облизывать ее соски, от наблюдаемого зрелища завелся и сам Доминико. Задрав тунику, он нащупал в жировых складках свой член и начал активно его массировать.       Сестры вошли в раж. Соприкоснувшись промежностями, они, не забывая издавать стоны, активно двигали тазом и терлись друг об дружку своими чувствительными зонами. Отработав в такой позе, сменили ее, переключившись на оральную стимуляцию. И без того потный Доминико сейчас просто исходил потоками от напряжения. Сестры слышали чавкающие звуки от активного самоудовлетворения хозяина, но не обращали внимания. Они всецело сейчас заняты собой.       После того, как девушки применили недавно разученную позу вверх ногами, при этом вставшая на колени Анна ублажала Эльзу, что стояла на руках, Доминико не выдержал. Он весь затрясся, закатил глаза, и на ковер чуть впереди упало несколько мутноватых капель. Шумно вздыхая, он облокотился на стол и повалился в свое кресло. Поразвлекавшись еще немного, закончили и Анна с Эльзой. Девушки оттянулись на полную и были чрезвычайно довольны. Доволен был и хозяин. Отдышавшись, он отпил немного воды из графина, вытер руки о тунику, посмотрел на девушек, на их блестящие и разогретые тела, вздымающуюся грудь, растрепанные волосы, дикий блеск в глазах, и сказал:       — Великолепно! Вот так бы сразу! Сегодня вы меня порадовали. Такими темпами вы очень скоро станете замечательными рабынями любви. И да, насчет поощрения я не забыл. Очень скоро вы будете удостоены чести провести ночь со мной! Ну все, ступайте. — Он махнул рукой в сторону двери.       Улыбки сползли с губ Эльзы и Анны, лишь только они, закончив благодарить и кланяться, очутились снаружи в коридоре. Хорошее поощрение, ничего не скажешь. Многое они уже успели повидать, ко многому привыкнуть на практике в борделе, но вот от перспективы близости с хозяином, этим ходячим потным мешком сала, им становилось противно. Да и слова Кристы о том, что у него слишком специфичные желания, они хорошо помнили. Лучше о них не знать… Или все же, наоборот? Анна обсудила это с сестрой. Эльза настояла на том, чтобы все-таки разузнать, и быть готовыми.       Они нашли Кристу в гареме, девушка сидела и рассматривала свою забинтованную руку. Пальцы на ней уже довольно хорошо сгибались, и Криста могла даже слегка сжимать их в кулак. Эльза тогда позаботилась о руке на совесть. Только бы зажила до конца.       — Ну, что там? — спросила их Криста, завидев на входе.       — Есть две новости, хорошая и не очень. С какой начать? — ответила Анна.       — Давай с хорошей.       — Мы там охуенно позабавились! — Анна улыбнулась до ушей, а Эльза приобняла ее.       — Умнички! — просияла Криста. — Я рада за вас! А что не очень хорошо?       — А это то, что нам сказали готовиться к ночи с ним.       — Да ладно! Да вы что? — изумилась Криста. — Это честь! Но… готовы ли вы?       — Не знаю, — задумчиво ответила Эльза. — Посвяти нас.       — Ох… Я даже не знаю.       — Ты тогда сказала, что мне лучше не знать его вкусы.       — И скажу это вновь.       — Но ведь сейчас самое время! Мы должны быть готовыми!       Криста посидела, подумала, затем поднялась.       — Идем.       Она привела сестер в уборную. В полу, примыкая к стене, тянулась длинная и достаточно глубокая канава, что затем переходила в трубу и примыкала за пределами усадьбы к общей городской канализации. Канава была обшита досками, а над ней в ряд располагались соответствующие отверстия, куда девушки и ходили делать все свои дела.       — Готовы ли вы сейчас сделать то, о чем я скажу? — спросила Криста. Эльза и Анна не понимали, к чему она ведет, но ответили утвердительно.       — Если вы не сможете, то к Хозяину лучше не лезть как можно дольше.       — Говори, Криста. Что мы должны сделать?       — Эльза, садись. — Криста указала на туалет. — Теперь давай, облегчись.       — Как-то не хочется…       — А ты, Анна?       — Я… ну, можно. Но для чего это надо?       — Потом объясню.       После того, как Анна сходила в туалет, она по привычке потянулась к лежащей рядом стопочке мягкой бумаги. Криста не дала ей взять, выхватив стопку.       — Что? — недоумевала Анна.       — Пусть она это сделает. — Криста кивнула на Эльзу. Обе сестры страшно покраснели.       — Может, не надо? — покраснела Анна. Еще этого не хватало. — Я сама прекрасно справляюсь.       — Вы хотите понять, что может ждать вас у Хозяина?       — Да, хотелось бы…       — Анна, давай, просто сделаем это, — сказала Эльза.       Анна вздохнула. Что это нашло на Кристу? А может, она и права. Вряд ли им будет лучше, если они придут к хозяину неподготовленными. Борясь с сжимающим чувством стыда, она слезла со стульчака и встала на четвереньки.       — Молодец. Повернись ко мне. — Эльза взяла кусочек бумажки, и сложила его вдвое. — Вот так. Ничего не бойся. Это же я.       Анна послушно выполняла указания сестры. Почувствовав прикосновение сухой бумаги к своему заднему проходу, она затаила дыхание. Это… это… даже приятно! Еще бы, наконец шаг к чистоте! Но не только поэтому. Руки Эльзы очень заботливые и нежные. Анна словила себя на мысли, что хочет, чтобы они коснулись ее там еще раз. Только не при таких обстоятельствах. И без бумаги. Нет, так нельзя. О чем она только думает!       Израсходовав первый кусочек и выкинув его в ведро, Эльза взяла следующий. Так, раз за разом, проходя по попке сестры, Эльза нежно забирала все лишнее и делала ее все чище. Анна, выгнувшись, закрыла глаза и испытывала удовольствие. Только бы не застонать! И когда Эльза, оторвав очередной клочок, смочила его своей слюной, а затем прикоснулась влажной бумагой к коже Анны, та едва сдержалась. Проведя последним куском по промежности, Эльза будто шутя, шлепнула Анну по ягодице и улыбнулась.       — Вот и все! — сказала она.       Анна встала, неловко поглядывая то на Эльзу, что уже шла мыть руки, то на Кристу.       — Так, Криста, и что это сейчас было? — спросила она.       — Что вы ощутили?       — Стыдно было, вот что! — бросила Анна.       — Не назвала бы это приятным, — сказала Эльза, вытирая руки.       — А теперь повторим вопрос: вы готовы идти к Хозяину?       — А что, у него такое будет? Та ну его, нет конечно! — воскликнула Анна. Эльза согласилась с ней, и на всякий случай понюхала свои пальцы.       — Тогда, единственное, что могу посоветовать — тяните время. Пока не будете готовы, — ответила Криста.       — Криста, скажи мне, только честно, — подошла к ней вплотную Эльза. — Ты это имела ввиду? Ты этим занималась тогда, когда задабривала его после моего проступка?       — Не совсем это, но близко. Извините.       Криста повернулась и вышла из уборной. Эльза взглянула на Анну, глаза той вдруг округлились, девушка закашлялась и быстрее бросилась к сливному отверстию, где ее хорошенько вывернуло. Глубоко хватая ртом воздух, кашляя и сплевывая, утирая покрасневшие глаза от слез, Анна повернулась к сестре:       — Прости. Я просто сейчас ясно представила, что там может быть, чем он заставит нас заниматься. Эльза, я не хочу такого!       — Понимаю, Анна. Сама в шоке. Ничего, что-нибудь придумаем.       Чем больше пытались Анна и Эльза вдуматься в то, чем грозит им проведение ночи с самим Хозяином, тем меньше желания у них оставалось и больше страха накапливалось. Одно дело — стерпеть близость с его жирным и потным туловищем, и совсем другое — делать то, что заставила делать Криста. Фу! А может, она просто подшутила над ними? Или хочет оставить эксклюзивное право спать с хозяином за собой?       Как бы там ни было на самом деле, пока что Доминико не тревожил ни Эльзу с Анной, ни Кристу, ни других девочек. Эльза иногда допускала мысль о том, что это была просто шутка, ведь иначе они бы о таком уже давно знали. Не могла ни одна рабыня в коллекции Доминико отказать ему на просьбу… нет, на приказ прийти и полностью отдаться ему на ночь. А такие приказы он точно отдавал. А вдруг они просто не хотят об этом вспоминать? Эльза подумала так, и ощутила холодок по спине. Ладно, лишь бы этот момент не наступал как можно дольше.       Момент не наступал еще около двух недель, и девушки даже чуть подзабыли о нем. Но вот на пороге гарема вновь возникли стражники, явившись по Эльзу и Анну. Эльза сразу поняла, что время пришло, когда был озвучен приказ Хозяина о том, что они должны к нему явиться.       — Анна, сегодня не усердствуй. Будь посдержаннее. Я возьму все на себя, — шепнула Эльза ей, готовясь к выходу.       — Эльза?       — Не переживай за меня. Это все во имя плана.       Представ перед Доминико, как и в тот раз, девушки по его приказу занялись взаимными ласками. Помня совет сестры, Анна не проявляла особой страсти, лишь механически отрабатывая заученные движения. Зато Эльза выкладывалась на полную. Ее дерзкие изгибы, дикий взгляд, стоны вновь завели Доминико. Удовлетворив себя, он остановил девушек.       — Довольно! — сказал он, вытирая руки. — Было неплохо, но я несколько разочарован одной из вас. Анна, тебя ведь так зовут?       Доминико посмотрел прямо на нее. Девушка быстро закивала головой.       — Анна, ну что это такое? Ты словно забыла месяцы тренировок. Если бы не твоя сестра, вот она была великолепной, я бы приказал тебя выпороть. Но, так и быть, я останусь великодушным и всего-навсего лишу тебя привилегии провести со мной сегодняшнюю ночь. А жаль. Иди работать над собой! А ты, Эльза, начинай готовиться. Сегодня в девять вечера у меня здесь! Свободны!       Думая, что карает девушку, Доминико на самом деле сделал ей благое дело. Самодовольный кретин, решил, что трахаться с ним — величайшее счастье! Ну, главное, план Эльзы сработал. Эльза была рада тому, что избавила Анну от отвратительных забав сегодня ночью, но вот от того, что сама попала в это, ей было отнюдь не приятно. Она могла бы тоже сейчас быть вялой, но тогда бы перепало и ей, и Анне. Будь что будет. Надо готовиться.       Первым делом Эльза в очередной раз сбрила все волоски, хоть и делала это последний раз только вчера. С бритвой она уже отлично управлялась, и брила себе лобок с подмышками довольно быстро и аккуратно. Закончив там, она пощупала себя дальше, уже между ягодицами, и позвала на помощь Кристу. Та привела в порядок все остальное. Далее Эльза тщательно вымылась, сначала в ванной, затем под душем. Потратив больше часа на натирание своего тела благовонными маслами, а затем еще столько же нанося макияж, и зачесывая волосы, Эльза во всеоружии приготовилась ждать назначенного часа. Анна и Криста пожелали ей удачи, и Эльза, следуя коридорами и лестницами, направилась в покои Доминико.       Ровно в 9 часов она предстала перед парой уже знакомых охранников, что караулили двери к хозяину.       — Она здесь! — сказал один из охранников в комнату.       — Пусть войдет, — послышался хриплый голос Доминико. Эльза вздохнула, надела на себя улыбку и вошла.       Доминико ждал ее на своем ложе. Что ж, надо отдать ему должное — он тоже вымылся перед этим. Значит, по крайней мере первые полчаса должны пройти нормально. За время практики в борделе Эльза уже научилась закрывать глаза на недостатки фигуры, сделает это и сейчас.       Девушка подошла поближе. Ее гладкая кожа, натертая приятно пахнущим маслом, слегка поблескивала от пламени свечей. Особенно интересно это смотрелось на ее груди, плечах, бедрах и маленьком бугорке между ее ног. Доминико поманил ее пальцем.       — Приступай. Ты знаешь, что делать, я надеюсь. Удиви меня, — произнес он.       Эльза послушно опустилась коленом на кровать, начав расстегивать пуговицы на рубахе Доминико. Справившись с этим, она медленно начала покрывать его тело поцелуями, спускаясь все ниже и ниже. Жирный, невероятно большой живот. Что же под ним? Расстегнув хозяину брюки и стащив их вместе с бельем, между его жирных бедер и под складками на животе Эльза увидела его, с позволения так сказать, член. Теперь-то она поняла, почему Хозяин так задыхался, когда мастурбировал на ее с Анной ласки. Попробуй отыщи такого кроху среди этих жировых масс! Посмеявшись про себя, но не смея хоть как-то выразить это на своем лице, Эльза продолжила работать.       Поначалу и правда все шло более-менее гладко. Эльза вполне нормально сносила свалившееся на ее голову испытание в виде жирного и уже потного тела с маленьким членом, трущегося об нее. Хм, помимо массы, даже не чувствуется. Он там хоть вошел? Устав стоять на четвереньках и выдерживать массу опиравшегося на нее Доминико, Эльза перевернулась и приступила к работе ртом. Так будет быстрее и эффективнее. Уже через пару минут Доминико не выдержал. Эльза молча вытерла лицо салфеткой. Все? Или еще что-то будет?       Хозяин повалился на кровать, тяжело дыша. Эльза легла рядом, обнимая его, а сама думая о том, что не так уж и плохо все оказалось. Теперь дождаться, пока он уснет, и свалить. Ну Криста, ну шутница! Заметив ее улыбку по этому поводу, Доминико спросил:       — Тебе понравилось? Ну, погоди. Передохнем, и по новой. Еще вся ночь впереди.       Вот блядь! — чуть не вырвалось у Эльзы, но она лишь кивнула и провела рукой по животу Доминико. Ладно, еще парочку раз она вытерпит, а на большее этого борова и не хватит.       Поставив Эльзу после перерыва раком еще раз, Доминико вновь начал шлепать своим животом ей по ягодицам. Он не мог попасть, куда надо, мешался жир, и длины не хватало. Ну, давай, повернись, начни работать ротиком! Эльза не поворачивалась, Доминико злился. Вдруг он резко остановился, шлепнул Эльзу ладонью по заднице и слез с кровати.       — Что-то не так, Хозяин? — задала Эльза вопрос.       — Черт! — выругался тот, но взял себя в руки. Хорошо, если так не идет, будем по-другому.       — Идем за мной, — он схватил Эльзу за руку и повел в свою ванную.       Ничего не понимая, Эльза проследовала за ним. Уже оказавшись в его ванной комнате, она догадалась, что сейчас может произойти. Но бежать было некуда. Значит, Криста не шутила!       — Ты! Садись на пол! — велел Доминико, указывая пальцем.       Эльза уселась в ожидании. Пол холодный и твердый. Доминико сейчас стоял прямо над ней, шумно дыша. Спустя минуту он полез руками к своему члену. Эльза лишь успела широко раскрыть глаза. Закрой скорее рот, дура!       В лицо девушки ударила теплая струя с резким запахом. Эльза вскрикнула, зажмурилась и отплевываясь, попыталась отвернуться, но Доминико неожиданно схватил ее за волосы и заставил держать голову прямо, пока полностью не облегчился на нее. Теперь она вся мокрая и воняет! Боже, мерзость! Эльза чуть не расплакалась. Капли повсюду: на лице, на груди, на руках, на полу… Они затекают в глаза и пощипывают. Только бы не в рот! Черт! Мудак! Выродок! Так вот, что делала Криста! Точнее, он с ней…       Стряхнув последние капли на девушку, Доминико рывком заставил ту встать. Прижав ее к себе, он начал тереться о ее мокрую кожу всем телом. Эльза лишь жмурилась и терпела. Вдоволь натершись об нее, Доминико, однако, издевательств не прекратил.       — Так-то лучше! — сказал он, ухмыляясь. Эльза лишь робко стояла, постоянно принюхиваясь.       — Я даже чувствую, как у меня стоит! А теперь, будь добра, доведи дело до конца: сделай мою кожу чистой! — приказал Доминико, глядя на рабыню сверху вниз. Эльза в панике начала искать глазами мыло и губку. Только бы на этом все кончилось! Доминико ее прервал.       — Нет, дорогуша. Все, что нужно, у тебя с собой. Языком! — его голос повысился.       — Хозяин! Я не могу! — не выдержала Эльза. — Позвольте…       — Не позволю! Ты кто такая, чтоб мне возражать? Или, может быть, ты хочешь, чтобы твоей сестре пришлось это делать? Или сломать ей руку? Выбирай! — упивался властью Доминико.       Поглядев на него с ненавистью и отвращением, Эльза сглотнула слова и приступила к делу. Уж кто, а он точно может исполнить свои угрозы. Стоит ему лишь щелкнуть пальцами, и сюда прибегут его стражники. Коснувшись языком соленой и липкой кожи, Эльза не сдержалась и разрыдалась. Так мерзко ей еще никогда не было. Упырь. Жирный урод! Ничего, близок тот час, когда Эльза с тобой расправится! — думала девушка, облизывая дурно пахнущее тело.       Вылизав хозяина дочиста, Эльза наконец была отпущена. Но ненадолго, лишь чтобы умыться. После Доминико потащил ее обратно в постель, где Эльза снова сделала ему минет, и, удовлетворенный, он наконец захрапел.       Брезгливо откинув его руку, Эльза выбралась из кровати и подошла к выходу. Обернулась на настенные часы: была уже практически полночь. Да уж, за эти три часа она натерпелась на три года вперед.       Охранники не обратили на нее особого внимания, когда Эльза вышла в коридор и постепенно ускоряясь, скрылась из виду. Выбежав на свежий воздух, Эльза обхватила ближайшее дерево и ее немедленно вырвало. Его моча… у нее на языке… Скорее отмыться!       Дрожа от пережитого шока и от ночного холода, Эльза вернулась в гарем. Девушки уже давно видели седьмой сон, что было ей на руку. Не нужно, чтобы ее видели такой. Оказавшись в душевой, Эльза включила воду и долго и тщательно отмывала себя. Но, как бы усердно она не терла кожу, которая даже покраснела местами, ей не переставал мерещиться этот запах. Эльза нюхала себя, мылилась, смывала, снова нюхала, снова мылилась.       — Не задалась ночка? — голос сзади заставил Эльзу вскрикнуть от ужаса. Она оглянулась.       — Криста, ты меня напугала! — упрекнула она подругу. — Ты чего не спишь?       — Да так, не спится, — ответила Криста. — А что у тебя?       — Ох, не спрашивай…       — Ага, значит было. Ну вот, теперь ты обо всем знаешь.       — Да, только Анне не рассказывай.       — Я не буду. Захочешь — расскажешь сама.       — Это было так мерзко! — воскликнула Эльза, выходя из-под душа. — Понюхай мою руку!       — Ничем не пахнет, — ответила Криста, понюхав.       — Точно? А вот мне до сих пор кажется. Боже мой, мне так противно!       — Ну, успокойся. Всякое бывает, — обняла ее Криста. — Идем спать, завтра ты про это и не вспомнишь.       — Я и через год не забуду! Криста, ты героиня!       — Ты тоже, Эльза. Ну все хорошо, не переживай. Ты справилась, молодец. Горжусь тобой!       Криста и Эльза в эту ночь легли спать вместе. Эльза боялась, чтобы Анна вдруг не проснулась и не начала расспрашивать. А вдруг от нее все еще пахнет? Нет, лучше с Кристой. И Эльза еще долго шепотом беседовала с ней, выговариваясь вволю. А Криста утешала ее, как могла. Она прекрасно понимала, что значит испытать такое в первый раз. Вот такая незавидная судьба у рабынь. Их голая жизнь.