Глава 3. Синий огонёк надежды
6 октября 2018 г., 10:59
Прикасаюсь тёплою рукою к ледяному стволу. Мёртвая петля воспоминаний не даёт мне дышать. Снова я бегу, себя не помня, сквозь ночную мглу, Только если б можно было от такого убежать(1).
Рон с особой тщательностью обвязывает верёвкой тощую грудь поганого профессора, приматывая того к стулу. Глупо, возможно, лучше бы «Инкарцеро», но простое механическое действие приносит успокоение. Когда он заканчивает с этим нехитрым делом, Гарри уже готов взорваться от нетерпения. Друг мечется туда-сюда по палатке, заламывая руки и теребя края длинной футболки с кузеновского плеча. — Что ты копаешься? — чуть не кричит он, а Гермиона в примирительном жесте поднимает руки и затем направляет палочку на лицо Снейпа. — Агуаменти! «Энервейт» был бы куда эффективнее», — вяло думает Рон, но замечает мстительный огонёк в глазах Гермионы, вносящий ясность в происходящее. Снейп приходит в себя, широко раскрывая рот, как рыба, брошенная на берег, громко втягивая воздух. Капли воды стекают с его жирных чёрных волос, окончательно усиливая их сходство с сосульками. — Поттер! — выпаливает Снейп с таким видом, будто готов одновременно убить и расцеловать Гарри. У этих двоих получалось по щелчку выводить друг друга из себя, и Рон был уверен, что и этот раз не станет исключением. — Пропустим любезные приветствия, Снейп, — зло и чётко проговаривает Гарри, наставляя на профессора палочку. Рон неловко передёргивает плечами. Всё-таки это странно: такой плевок на субординацию. — Где Джинни? Рону кажется, что Снейп бледнеет. — В ставке Тёмного Лорда, конечно же. Или у тебя напрочь отбило мозг, Поттер? — Гермиона изумлённо открывает рот от подобной грубости. — И где эта чёртова ставка? — Гарри делает резкое движение, как если бы хотел задушить давнего недруга. Рон подвигается чуть вперёд, намеренно оказываясь между профессором и лучшим другом, чтобы не подпустить взбесившегося Гарри выместить на Снейпе всё то зло и отчаяние, которое его сейчас разрывает. — А ты-то сам как думаешь? — не может Снейп не понимать, что такими высказываниями запросто может напроситься на скорую смерть. Рон переглядывается с Гермионой, одновременно придя к странному выводу: Снейп явно старается поскорее им что-то сообщить. — Профессор, отвечайте по существу, — тонкий голос Гермионы как нельзя кстати режет накалившуюся атмосферу. — В поместье Малфоев, — слишком быстро сдаётся Снейп, что тоже не может не насторожить. — Проведёшь нас туда, — констатирует Гарри, и Рон мысленно стонет: как всегда, без подготовки. Точь-в-точь второй курс: профессор, Джинни в лапах злодея, даже злодей всё тот же… Такая стабильность была Рону не по вкусу. — Исключено, Поттер. Тебе надо сначала получить последний инструктаж Дамблдора, — вновь теряет терпение Снейп. Имя Дамблдора действует не хуже красной тряпки на быка. — Какое ты имеешь право упоминать его… — Снейп дёргается в своих путах и вместе со стулом подаётся вперёд. Гермиона стремительным взмахом палочки накладывает на стул заклинание приклеивания. — Всё сказал? Мозг включать собираешься? Думаешь, он честно отдаст Уизли в обмен на твой бездыханный труп? — вновь резко одёргивает Снейп. — Вам-то какая забота? — брякает раздражённо Рон, и друзья согласно кивают. — Хорошо, что спросили, Уизли, — Снейп отвешивает шутовской поклон в сторону Рона, насколько позволяют верёвки. — Меч в озере помните? Моя работа. Не простудились? — участливо спрашивает он. Ребята растерянно смотрят друг на друга. Гарри как будто теряет весь запал. — Что ты хочешь этим сказать? — голос друга нервно дрожит, то повышая, то понижая тембр. — То, что профессор Дамблдор велел показать тебе пару интересных воспоминаний. И я бы посоветовал на них взглянуть прежде, чем полезете прямо в объятия Тёмного Лорда или решитесь покончить со мной. Желваки на лице Гарри ходят туда-сюда, а кулаки сжимаются и разжимаются. Однако своей резкой речью профессор добивается того, что Гарри прислушивается к его словам и не тащит их всех в поместье Малфоев немедленно. Гермиона кладёт ладошку на плечо друга. Шрам-надпись «грязнокровка» выглядывает из-под рукава спортивной куртки. Рядом со Снейпом, выряженным в свои многослойные тёмные одеяния, они — во всём маггловском для удобства — выглядят странно. Гарри зло кивает и молча выслушивает инструкции Снейпа по нахождению в кабинете директора тайника с воспоминаниями. Получает пароль на вход и уходит на свою лежанку дожидаться раннего утра, чтобы незаметно проскользнуть в Хогвартс.* * *
Рон и Гермиона сидят в молчании на входе в палатку, пока небо полностью не усыпается звёздами, едва видными за сине-чёрными громадами гор и ветвями деревьев, тянущимися вверх вокруг поляны. Рон вновь и вновь прикладывается губами к шраму на запястье Гермионы, словно прося прощение за то, что не смог уберечь от кинжалов Лестрейндж, и совсем чуть-чуть — стараясь изгладить из её памяти воспоминания о боли. Пока он себе живо представляет эту картину, в глубине сознания всплывает образ Джинни, малышки Джин. В душе поднимается волна ненависти. Сколько ещё в этой войне будут страдать невиновные? Лучше бы он был на её месте. Должно быть, на часах матери все стрелки застыли на смертельной опасности и он, Рон, ничего не может с этим сделать. Ничего не может сделать минимум до утра. Пока Гарри не посмотрит воспоминания, окончательно прояснив картину. Вот только смерть Фреда останется такой же незыблемой, как и день, и два назад. Гермиона вздрагивает и потирает руками озябшие плечи. Уизли понимает, что девушка замёрзла, и так же молча заводит её в палатку. В общей комнате они садятся на видавшую виды софу. Снейп сидит, по-прежнему примотанный к стулу, и его голова бессильно свешивается на грудь. Из-под жирных косм, падающих на щёки и лоб, тускло и зло в свете небольшой масляной лампы поблескивают чёрные глаза. Профессор молчит, и после того разговора даже Гарри не решается с ним заговорить. Хотя Поттер вообще больше не произносит ни слова. Он сидит где-то в спальной части их походного жилища, в темноте. Палатка погружена в трагическую тишину и трепещущий больной жёлтый свет лампы. Вокруг витает дух тёмного предзнаменования. Прямо по Трелони, только совсем не смешно. Рон гасит лампу и достаёт знакомую стеклянную баночку, на дне которой жизнеутверждающе бьётся, словно сердце, синий огонёк Гермионы. Когда Рон возвращается на софу, девушка оплетает холодными ладонями его локоть, прикасаясь ледяными пальцами к тёплым бокам Уизли. Он не морщится — он хочет, чтоб ей никогда больше не было холодно или страшно, или больно… Её голова с укрощёнными в косу волосами покоится на его плече. И так бы вечно сидеть и слушать её тихое равномерное дыхание…* * *
Сна ни в одном глазу. Рон почти не спит уже двое суток, как и Гарри, который шепчет имя любимой девушки в предрассветном сумраке и яростно закусывает костяшки пальцев, чтобы не заорать в голос, прерывая чуткий сон друзей. Но Рон всё равно его слышит и даже видит очертания сгорбленной фигуры в свете синего огонька Гермионы. Гарри долго сидит, свесив ноги с нижнего яруса двухэтажной кровати, на втором ярусе которой обычно спал Рон. Когда солнце наконец встаёт, он выходит из палатки, от утренней прохлады зябко передергивает плечами и накидывает мантию-невидимку. Сухой ковёр прошлогодних листьев и новой свежей травы шуршит под его ногами, а лёгкий ветерок качает молодые травяные побеги. И Рон слышит этот шорох, подходя к самым границам их небольшого лагеря. Ему бы хотелось пойти с другом, но он, конечно, не может оставить Гермиону со Снейпом. Хоть тот и спит, закинув голову назад, вовсе не пытаясь сбежать. Наверное, ему страшно неудобно. Но терпеть осталось недолго. Ещё буквально час или два, и они определятся с его судьбой. Рона охватывает лихорадочное возбуждение перед грядущим действием. Он всё-таки больше гриффиндорец, чем ему самому бы этого хотелось. На месте замка, вероятно, руины. Болезненным осознанием приходит то, что вместе с разрушением Хогвартса ушло и их детство.* * *
Рон макает в чашку ароматного чёрного чая кусок подсохшей булочки, чтоб размягчить её. Хорошо, что у них есть Гермиона, которой пришло в голову наведаться на кухню перед отступлением. Он даже готов был распрощаться с обоими своими носками, чтобы освободить парочку домовиков. Но ни одного эльфа не обнаружилось в пустой кухне. Тогда они просто покидали внутрь безразмерного ридикюля Гермионы всё, что смогли найти. — Извините профессор, что не предлагаю вам завтрака… — Да-да. Еда покойникам не полагается, — хрипит Снейп осипшим во сне с открытым ртом голосом. Он немного крутится в своих путах, пытаясь размять занемевшее тело. — Рон! — Гермиона осуждающе смотрит на Уизли и даже отталкивает его руку с протянутой чашкой чая. — Ничего, мисс Грейнджер. Это пустое. Можно мне воды? Гермиона поспешно вскакивает и плескает «Агуаменти» в стакан, чувствуя подспудные угрызения совести. А Рон не понимает, к чему такие церемонии. Пожиратели-то, наверное, с Джинни не особенно миндальничают. — Как она? — спрашивает он, оборачиваясь к худощавой фигуре Снейпа, с лёгким хрустом крутящего головой вокруг оси. — Жива, по крайней мере, — очень тихо отвечает он. — Её пытают? — Рон сжимает руки вокруг обжигающе горячей чашки. — Лорд пока не отдавал приказов. Но всё может перемениться в любой момент. С проклятием Рон ставит чашку на маленький столик, в недоумении смотря на покрасневшие от горячей поверхности ладони. Сигнальные чары трещат, и Гермиона выходит из палатки, чтобы впустить Гарри. Рон на всякий случай, идёт следом. — Я готов, профессор. Нет смысла ждать, — первым делом заявляет Поттер, входя в палатку. Новый скачок со «Снейпа» на «профессор». Рон, наверное, придаёт слишком большое внимание мелочам. Но должен же он хоть попытаться понять, что у людей в головах, чтоб Гермиона наконец перестала упрекать его в отсутствие чувств и такта. На Поттере нет лица, словно его разом протянули через десять порталов. Защитников замка больше нет. За эти два дня егерские отряды, затаившиеся на территории, раз за разом устраивали набеги на оставшихся в замке. Несмотря на то, что большие силы Волдеморта были отозваны, его противникам в итоге всё-таки пришлось покинуть школу, опасаясь новых и новых нападений на свои малочисленные силы. В итоге теперь здесь пожирательский патруль и Снейп, вновь ставший главой Хогвартса. — Может, вы меня развяжете, наконец? — предлагает Снейп как ни в чём не бывало. Лицо его вновь спокойно. — Что ты там увидел? — спрашивает Гермиона, не спеша приближаться к Снейпу. Рон тоже умирает от любопытства, что же там такого узнал Гарри, что вновь поменяло его мнение о профессоре. Точь-в-точь маховик от часов: туда-сюда. — Мы переместимся в поместье прямо сейчас? — Гарри внимательно смотрит на бывшего учителя, игнорируя вопрос. — Нет никакой гарантии, что Тёмный Лорд отпустит Уизли. Нам надо собрать этот ваш отряд. Всё-то он знает, этот Снейп! Рон недовольно поджимает губы, пока Гермиона растеряно смотрит на Гарри. — Что вы предлагаете? — Вот освободите меня, и свяжемся с Долгопупсом. С ним мисс Браун. Пока ты, Поттер, отвлечёшь Тёмного Лорда, другие — проберутся внутрь и попробуют освободить Уизли. Звучит так, будто профессор уже какое-то время думал над этим, но это всё ещё чертовски плохой план.
Примечания:
(1) © Flёur
