Цветы у дороги

      В жилище Пита было очень грязно и темно. Пустые бутылки, обертки, бумажный и прочий мусор валялся прямо под ногами, пол был усеян слоем грязи, отчего ступать было боязно. Пройдя в дальнюю комнату передо мной предстал хозяин жилища.       Пит ужасно изменился. Когда я видел его в последний раз он выглядел вполне здоровым и светящимся от счастья, глаза юноши горели, а рыжие волосы были аккуратно зачесаны назад — это было на выпускном, строгий костюм не мог скрыть спортивного телосложения, в общем в то время он был мечтой каждой девушки. Теперь же Пит не был похож сам на себя: впалые щеки, пустой стеклянный взгляд и бледная, как у трупа кожа. Юноша был лишь в грязных темно-синих джинсах которым явно не помешала бы стирка. Верхней части одежды на нем не было, от былого пресса не осталось ни следа, ребра сильно обтянула кожа, впрочем, не только ребра, но и все остальные кости, Пит был похож на живой скелет. Вот, что делают с людьми наркотики…        — Ты кто такой?! — только сейчас я заметил, что бывший одноклассник держит в руках биту и готов вот-вот разнести мой череп. На уровне инстинктов я отскочил назад и скрестил руки в защитном жесте. Должно быть тело среагировало раньше разума, ведь будь иначе я бы остался на месте и позволил ему меня убить.        — Я… Я просто пришел поговорить с тобой, мне нужна твоя помощь. Я Ларри, мы вместе учились в школе, неужели не помнишь? — я сделал еще пару шагов назад. Думаю, если Пит пару раз ударит по мне битой это не убьет сразу, а обеспечит сотрясения или же несколько часов мучений с последующей смертью, этот вывод я сделал на основе того как слабо он выглядел. Умереть я хочу, а вот мучиться в мои планы не входило, поэтому провоцировать я его не стал.        — Помощь? От меня? — Пит опешил. Должно быть не каждый день его просят помочь. Парень опустил биту, продолжая удивленно смотреть на меня и ждать объяснений. Я же замер на месте решаясь произносить то, что задумал. Тяжело было сказать это, ведь совсем недавно я и подумать боялся о таких вещах, а тут иду на столь отчаянный поступок. Уверен — после употребления наркотиков жизнь никогда не станет прежней. Впрочем, это не так важно, как раньше уже не будет никогда.        — Можешь продать мне дозу и научить ее принимать? — на одном дыхании выпалил я и даже зажмурился, не зная, что будет дальше.       Пит лишь усмехнулся и отошел от проема. Пропуская меня в комнату, кажется сейчас в его глазах проскочил живой огонек и это несколько настораживало. Достав из прикроватной тумбочки небольшой пакетик с граммом белого порошка Пит протянул его мне и запросил около ста пятидесяти долларов всего за грамм вещества. Я хотел было возмутится, но вовремя одумался. В конце концов вариантов у меня нет. С горем пополам я протянул деньги и взамен получил заветный порошок.       Внимательно рассмотрев героин я не понял, что с ним делать, слышал, что его употребляют внутривенно, но как это же порошок, может его нужно разбавить водой? Мое недоумение вызвало у Пита усмешку и высыпав немного наркотика на ложку юноша поднес зажигалку, нагревая железо, а вместе с ним и порошок. Наркотик плавился как сахар и через пару минут вместо порошка в ложке находилась прозрачная жидкость, которую опытный наркоман набрал в шприц и отложил в сторону. Пит снял ремень и закатив рукав толстовки до боли перетянул им мою руку.       Было очень страшно, казалось, что это не просто инъекция, а нечто, что в корне изменит мою жизнь (и я не ошибался). Чтобы не видеть действий бывшего одноклассника я откинулся на кровать, прогнувшуюся под моим весом и прикрыл глаза. Я знал, что сейчас произойдет и страстно желал этого, но частицы здравого разума кричали мне «беги». Укол в вену и легкая боль, а затем все стало хорошо…       Сначала появилась необычайная легкость во всем теле, казалось, будто бы я парю над кроватью, а легкое головокружение лишь дополняло это незабываемое ощущение. Все мысли покинули меня, и голова стала очень легкой. За легкостью пришла эйфория, подобного я не испытывал никогда прежде, все проблемы стали совсем незначительными, далекими и не важными, на их место пришло счастье. Эмоции переполняли меня, настолько счастливым я никогда не был и теперь наслаждался каждым мгновением этого восхитительного состояния, подаренного мне белым порошком…       В себя я пришел лишь поздно вечером, Пит лежал рядом и судя по его счастливой улыбке — тоже принял дозу. Сев на кровать я снова глупо улыбнулся, вспоминая незабываемые ощущения. И почему я не сделал этого прежде? Сегодня я испытал рай на земле и твердо решил, что повторю это снова и снова, столько раз сколько смогу, слишком уж божественные ощущения дарил героин. Мысли до сих пор немного спутаны, проблемы все еще были не значительными, а в душе осталось счастье. Захватив свой героин я направился домой.       Луна ярко освещала улицу синевато-серебряным светом, а на небе горели яркие звезды. Ночной город особенно прекрасен, а шарм ему придавали разноцветные огни на фоне темного неба. Почти в каждом окне ярко горел свет, а вместе огоньки сливались и походили на светлячков, витающих над лесной поляной. Ночной воздух самый свежий и прекрасный, даже в городе чувствуется запах ночи — это непередаваемый аромат влажной земли, асфальта и свежих листьев в ночном воздухе. Иной раз я открывал окно нараспашку чтобы насладиться этим парфюмом, а ночные прогулки доставляли особое удовольствие.       После приема наркотика жизни снова вернулись краски, и я смог почувствовать всю полноценность своего существования, проблемы отошли на дальний план, сейчас мне просто было хорошо, непередаваемо хорошо. Мысли про самоубийства остались где-то позади, теперь мне хотелось жить, наслаждаясь каждым мгновением бытия.       Дойдя до дома я тут же повалился на кровать и даже не переодеваясь заснул со счастливой улыбкой на лице.       Следующее утро стало для меня таким же серым и мрачным, как и прежде, в голове снова крутились мысли о смерти родителей и моем изнасиловании. На душе стало так паршиво, что подтянув коленки и обняв себя я снова заплакал. От чувства безысходности слезы не прекращали катиться по щекам и крупными каплями падать на белую простынь.       Так продолжалось довольно долго, до тех пор, пока я не вспомнил о чудодейственном «лекарстве» способном спасти от всех проблем и принести невероятное облегчение. Дрожащими руками я достал из кармана пакетик с героином и снова завороженно посмотрел на белый порошок. Вчерашний день я помнил плохо, единственное, что въелось в память надолго — эйфория от инъекции. Пришлось напрячь память, чтобы вспомнить, что делал Пит.       Принеся с кухни ложку и высыпав туда немного белого порошка я начал разогревать наркотик с помощью зажигалки. Героин таял и превращался в прозрачную жидкость, этот процесс казался чем-то таинственным и завораживал. Взяв шприц я набрал наркотик и отложил его в сторону. В предвкушении облегчения мои руки затряслись, а на лице снова появилась глуповатая улыбка. Перетянув руку чуть выше локтя ремнем я попытался сделать инъекцию, что было не так-то просто, с непривычки попасть в вену было очень сложно, я то и дело попадал в мышцу или протыкал вену насквозь, лишь с десятой попытки мне удалось удачно ввести иглу и пустить по венам счастье.       Быстро сняв ремень я опустился на кровать и меня снова накрыло необычайным удовольствием. Сейчас я намерено сосредоточился на своих ощущениях стараясь запомнить каждое мгновение столь прекрасного состояния. Как и в прошлый раз в теле появилась легкость и волшебное ощущение полета. Казалось будто я парю в паре метров над кроватью. Проблемы снова вытеснило безграничное счастье и радость. Затем в комнате нависла синеватая дымка из-за которой я почти ничего не видел. Счастье и радость на время отступили, появилось приятное ощущение удовлетворенности и спокойствия. Сейчас все происходящее или произошедшее не беспокоило меня, я просто чувствовал спокойствие и мне было хорошо.       Отпустило меня ближе к вечеру. Ярко-красные лучи солнца освещали комнату сквозь большое окно. Из него была видна улица и лишь несколько ближайших домов, мне же захотелось в полной мере насладиться закатом, поэтому встав с кровати и выйдя из квартиры я поднялся на крышу.       Дом, в котором я жил был довольно большим и высоким и находился на небольшой возвышенности, так что с крыши открывался восхитительный вид на вечерний город и горящий горизонт. Пурпурные облака, гонимые ветром медленно проплывали у меня над головой и чем ближе они становились к горизонту, тем сильнее их освещало солнце последними лучами делая их коралловыми. На крыше ветер довольно сильный, а после захода солнца он стал совсем ледяным, но я почти не обращал на него внимание, сейчас я просто ощущал себя спокойным и счастливым.