Young Dogs

Тема для фона: Ingrid Michaelson – Parachute. А теперь коротко о главном. Я пропадаю на неопределённый срок:с Увы, но у Кэпа начинаются сессичные, так что нужно хотя бы сейчас начать обсасывать гранит науки, а иначе мне армагедец._. Стоило Кагами пожелать парням спокойной ночи и выйти из гостиной, как Кисе резко подскочил на футоне, и толкнул Мурасакибару кулаком между лопаток. - Да, да, Ки-чин, я тебя тоже люблю и желаю тебе спокойной ночи, - пробубнил барабанщик, зарываясь носом в подушку. Негодующе фыркнув, блондин снова толкнул любовника, при этом требовательно заявив: - Не отмазывайся, ты прекрасно понимаешь, что я хочу сказать! - Правда? - фиолетововолосый саркастично ухмыльнулся и, перевернувшись на спину, уставился на вокалиста. - Кривда. Короче, повторю для тех, кто на бронепоезде. Я ХОЧУ ПОПРОБОВАТЬ СВЕРХУ. С минуту Атсуши внимательно смотрел на Рёту, словно видя его в первый раз, а потом почему-то улыбнулся. - Ну, раз ты так хочешь, - пожал он плечами и заразительно зевнул. - Ты серьёзно? - Кисе не ожидал того, что в этот раз ударник согласится так быстро, поэтому вытаращился на него во все глаза, приоткрыв от удивления рот. - Вроде да. - И когда? - Давай сейчас? - Ээ, нет. Нет, нет и ещё раз нет. Вообще-то мы в гостях, и в любую минуту сюда может кто-нибудь зайти! - возмутился Кисе, укладываясь на футон и накрываясь одеялом с головой. - Ну как хочешь. Другого раза у тебя не будет. - Равнодушно проговорил Мурасакибара, переворачиваясь на бок и вновь зевая. А Кисе лежал и покусывал губу, соображая как ему поступить. С одной стороны обстановка и наличие друзей за стенкой очень нервировали, а с другой, когда ему ещё раз удастся уломать Атсуши на подобное. Досчитав до десяти, блондин тихонько перевернулся и начал сверлить цветастый затылок барабанщика пристальным взглядом. Робко сдвинув ногу, он упёрся коленом в задницу парня, и опять замер. Атсуши даже не шевельнулся, казалось, что он вообще уснул. Тогда Рёта придвинулся ближе и провёл пальцами по светлой коже, вновь застывая, и прислушиваясь к дыханию любовника. - Ки-чин, если тебе есть что сказать, то говори. Не надо вести себя, как престарелый извращенец с девизом "И хочется, и колется!" - насмешливо проговорил Мурасакибара. Вспыхнув, гитарист из вредности довольно-таки болезненно ущипнул Атсуши и вновь вернулся в исходную позицию, то есть повернулся спиной к парню. Однако надолго его не хватило, и он вновь предпринял попытку, но в этот раз более настойчиво. Многозначительно вжавшись твердеющим членом в ягодицы любовника, Рёта ощутимо куснул его за плечо и прошептал: - Ат-су-ши, давай всё же сейчас, мне не терпится. Хмыкнув, Мурасакибара развернулся и, склонив в голову ниже, поцеловал парня. Кисе радостно отозвался, тут же пытаясь захватить контроль над ситуацией. Сначала фиолетововолосый действовал как обычно, но потом всё же ослабил напор, предоставляя блондину полную свободу действий. Довольно рыкнув, Кисе повалил парня на лопатки, нависая сверху и вновь начиная целовать драммера с яростной настойчивостью. Бёдрами он уже активно тёрся о пах Мурасакибары, намекая на то, что он уже на взводе. Когда он потянулся руками к резинке боксёров ударника, Мурасакибара перехватил его запястья и дёрнул на себя. - Ты чего творишь? - зашипел блондин, недовольно морщась от боли в руках. - Хочу немного расслабить тебя, перед тем, как начнём… - выдохнул Атсуши, облизывая пальцы, а затем этой рукой проникая в трусы вокалиста. Сообразив, что сейчас будет, Рёта начал дёргаться, но барабанщик прижал его к себе, не давая пошевельнуться. - Эй, мы же договорились, что я буду сверху. - Будешь, будешь! Говорю же, что просто хочу, чтоб ты расслабился для начала и получил удовольствие. Я только пальцами. Рёта с подозрением посмотрел в глаза Атсуши, которые в полумраке комнаты казались практически чёрными, блондин смилостивился и отдался в плен осторожных движений пальцев, медленно и мучительно сладко растягивающих его. Мурасакибара то вытаскивал их, то раздвигал пальцы, то надавливал на простату, заставляя гитариста поскуливать и изгибаться. - Тише, Ки-чин, ты же не хочешь, чтобы нас услышали? - прошептал ударник, проводя языком по шее блондина. Кисе кивнул и зажал рот ладонью, блаженно зажмуривая глаза. Когда пальцы любовника в очередной раз нажали на нужную точку. Мыча в ладонь и теряясь в приятных ощущениях, Рёта не сразу заметил, что пальцы пропали, а в его грудь упёрлась холодная ладонь Атсуши, заставляя приподняться. Двигаясь за руками парня, словно слепой котёнок за матерью, вокалист приподнялся на коленях, довольно вздрагивая, когда его ягодица оказались в плену пальцев Мурасакибары. Очнулся от сладострастного наваждения парень в тот момент, когда почувствовал, что в него настойчиво проталкивается член. Пелена наслаждения тут же спала, и он распахнул глаза, устремляя взгляд на Атсуши, который ехидно улыбался. - Вот чёрт, немного не успел. - Мурасакибара! Как это понимать? - вспыхнул Кисе, дёргаясь и тем самым только ещё больше насаживаясь на член. С его губ слетел предательский стон, и он тут же закрыл рот ладонями, испуганно уставившись на межкомнатную дверь. Но к счастью их видимо не услышали, поэтому он смог немного расслабиться и вновь спустить всё своё негодование на Атсуши. - Вообще-то я хотел быть сверху! - Вот именно. Посмотри внимательнее, ты и так сверху, - ухмыльнулся Мурасакибара, сжимая ладони на стройных бёдрах вокалиста. - Вообще-то я не это имел в… мх, - новый стон чуть было не слетел с искусанных губ, когда барабанщик настойчиво толкнулся в него, но Кисе в последний момент успел прикрыться. Гневно сверкнув глазами на парня из-под растрепавшейся чёлки, он прошипел, - Атсуууши, ты прид-дурок! - Ну чего тебе не нравится? - деланно удивился барабанщик, вновь толкаясь бёдрами и тем самым полностью насаживая на себя блондина. Глаза Рёты блаженно прикрылись, а из-за плотно сжатых губ раздалось мычание. - Я же сделал то, что ты хотел. - Я не… это… хотел, - рвано выдыхал Рёта после каждого толчка. - Да брось ты, сам же знаешь, что твоему организму нравится именно эта позиция. Когда я вхожу в тебя раз за разом, надавливая на одну интересную точку внутри, - томно зашептал Мурасакибара, не переставая двигаться. - За… замолкни… ты… - ахнул Кисе, прогибаясь и откидывая голову назад. Он никогда и подумать не мог, что все эти пошленькие рассказики про звёзды и искры из глаз могут быть правдой. Он никогда не верил друзьям, когда те рассказывали, что занимались любовью до фейерверков перед глазами, до цветных кругов, которые мутными пятнами расплывались во все стороны, перекрывая собой окружающие предметы и превращая их в размытое нечто. А теперь с ним происходило именно то, во что он упорно отказывался верить. Через какое-то время Рёта принялся двигаться сам. Сначала медленно, потом всё быстрее, до того момента, пока Мурасакибара не заставил его притормозить. Простонав, блондин приоткрыл один глаз и с большим трудом проговорил: - Мура-чи, давай… давай быстрее, я больше не могу. - Но ты же сам этого хотел, - проурчал Атсуши. Ему хотелось бы ещё помучать Кисе, но он уже и сам был на пределе. А развратно двигающийся блондин, то и дело мычащий от удовольствия, просто-напросто сносил и крышу, и тормоза. - Давай же… ну, - проскулил Кисе, умоляюще смотря на своего парня. От этой просьбы и подобного взгляда, Атсуши чуть было не взвыл, вовремя одумавшись. Прижав к себе Рёту, он принялся двигаться резко и рвано. Блондин едва слышно постанывал ему на ухо, при этом отдрачивая самому себе. Чувствуя, как его живота касается влажная рука и горячий член любовника, драммер откровенно млел. Из-за бешеного темпа парни не смогли долго продержаться, поэтому один за другим кончили. Прижимая к себе влажное от пота тело любовника, Атсуши глупо улыбался и смотрел в потолок. Очухавшись, Кисе начал ёрзать, а потом осторожно слез с парня и попытался нащупать где-нибудь свои трусы. - Что ты делаешь? - Что, что, - передразнил блондин, - труселя ищу. Кое-кто кончил в меня, а мне теперь мыться идти, чтоб не щеголять завтра с засохшей спермой в жопе. Атсуши прыснул и, притянув ворчащего вокалиста к себе, звонко чмокнул его в нос, и зарывшись носом в золотистые прядки, шепнул: - Я люблю тебя, Рёта. Гитарист довольно улыбнулся и, обняв парня в ответ, тихо произнёс: - Я люблю тебя, Атсуши. Ты просто не представляешь как. - Представляю, - мурлыкнул фиолетововолосый, сжимая руки крепче.