Арракис - Блэк полукровка

Мне нужны были деньги, большие деньги. Они были нужны не конкретно сейчас, а вообще. Чтобы их заполучить, я решил воспользоваться одним из способов попаданцев, подходящим не только к миру Гарри Поттера, а именно — выиграть в казино. Кажется, в каком-то фанфике было что-то подобное. Главный герой в том фике выиграл крупную сумму в Лас-Вегасе, или это было в Нью-Йорке? Да и про Гарри Поттера ли был тот фанфик? У гоблинов при заключении пари в обязательном порядке подписывается магический договор в который включена клятва, что спорщик не использовал зелье удачи, хроноворот или другой магический способ точно узнать результат спора или обеспечить себе победу. Кроме того, в клятве предусмотрено множество не магических способов мошенничества. В маггловских заведениях всё гораздо проще, как я полагал. Для гарантии выигрыша я решил воспользоваться зельем удачи. Готовый продукт стоит тысячу галеонов за порцию, что мне было не по карману. Ингредиенты выходили по стоимости в двести — двести пятнадцать галеонов, с учетом колебания цены. Кроме того, из этих ингредиентов получалось сразу две порции зелья. Денег мне хватило почти впритык и еще немного осталось на первую ставку. Были и другие риски, даже не считая того, что зелье удачи я изготавливал сам, а не мастер-зельевар. Волшебник, выпивший неправильное зелье удачи, заражался патологической неудачей на срок до двенадцати часов. Время в двенадцать часов определили расчетами, исходя из времени действия нормального зелья, полная порция которого действует именно такое время. Еще на повестке стоял большой вопрос: Как я буду играть в казино? Детей в казино не пускают. Верно? А я внешне и организмом как раз такой и есть. Выходов из ситуации я видел два: зелье старения или оборотное. Оборотное зелье довольно дорогое в ингредиентах, что было не в его пользу. Ясное дело, что не такое дорогое, как зелье удачи, но всё же, у меня и таких денег уже не оставалось. Кроме того, я не знал, как одно зелье ляжет на другое. О совместимости различных зелий пишут работы кандидаты в подмастерья зельеваров. Обычно, такая работа рассматривает совместимость двух зелий, на три зелья разных направленностей даже мастера не замахиваются. Слишком много разных нюансов, начиная от качества исходных ингредиентов и качества самих зелий, и заканчивая порядком их использования и временем между употреблением. Слишком много побочных эффектов и их наслоений друг на друга. Несмотря на условную дороговизну оборотного зелья, я склонялся к его использованию. Кроме взрослого вида я получал еще и некоторую маскировку, ведь меня взрослого могли узнать или спутать с отцом, что всё равно навело бы на мой след. Уж если преподаватели в Хогвартсе видели сходство со мной маленьким, то меня взрослого наверняка опознают, как Блэка. Не каждый опознает, но по закону подлости, такой свидетель найдется. Вот так я открыл для себя первоочередное на данный момент направление для изучения — зельеварение. Лаборатории для опытов у меня не было, поэтому приходилось заниматься расчетами и поднимать, и перетряхивать память предков. Конкретно по этой теме информации в памяти предков не обнаружилось. Ну, да, не совсем типичное совмещение зелий. В памяти предков нашел совмещение зелья удачи с общеукрепляющим, костеростом, кроветворным, универсальным противоядием и успокоительным. Такой же набор совместимости был и для оборотного зелья. Все распространенные медицинские зелья делались с большой степенью совместимости между собой и другими зельями. Хорошо, что тонкое искусство зельеварения в какой-то мере поддавалось научным методам прогнозирования, были таблицы совместимости ингредиентов, зависимости воздействий по усилению каких-либо эффектов или нейтрализации при смешивании. Но, составить четкую картину по имеющимся данным чисто из расчета я не смог. Для подтверждения нужны были испытания и накопление статистических данных. Такой роскоши я себе позволить не мог, но надеялся на хитрость. Надежда была на особый эффект зелья удачи. При действии правильно сваренного Феликс Фелицис я не смогу выпить оборотное зелье, если оно будет нести серьезную угрозу здоровью, так я рассудил. Расчеты всё равно провёл, проверил всё на совместимость и возможные побочные явления. Всё должно работать нормально, эффекты пройдут штатно без искажений и наложений, будут действовать отдельно друг от друга, возможно небольшое усиление или ослабление эффектов, влияющее на время действия, но не на качество воздействия или его суть. Для покупки ингредиентов на оборотное зелье мне пришлось занимать деньги у Кортеса. Денег он мне дал почти без разговоров, только вместо возврата займа просил поделиться результатом, если всё получится, как надо. Для меня такой вариант был даже более предпочтительным, чем возврат деньгами. Зачем Кортесу оборотное зелье я не спрашивал, как и сам Кортес не задал мне аналогичного вопроса. Пересечь границу с Монако — было еще одним тонким местом в моём плане. Если ты француз или англичанин, или из еще какой страны входящей в Шенгенскую зону, то ничего сложного в этом нет, но есть нюанс — должны быть документы. Пришлось мне налечь на разные магглоотталкивающие чары и чары копирования. Всё это мне понадобится, чтобы нормально пройти паспортный контроль на границе. Оборотное зелье тут поможет еще дополнительно замести следы. Можно будет пользоваться документами того магла материал которого использую в оборотном зелье. Другой проблемой была палочка. Чары контроля не дадут мне свободно пользоваться даже простым конфундусом, поэтому мне нужны хотя бы одноразовые зачарованные предметы аналогичного действия, на которых не будет чар контроля. Благо, что такое зачарование я знал, и заниматься этим в Шармбатоне мог совершенно свободно, без ограничений. Для зачарования использовал горсть сантимов. Монета мелкая, если потеряю, то жалко не будет. Чары срабатывают, попадая в область чужой ауры, то есть при соприкосновении с другим человеком или при сильном приближении — как возможность, если выйдет из зоны моей собственной ауры. В магической Франции магловские деньги были довольно сильно распространены. В отличие от Британии, где фунты в магическом мире практически не имели хождения, во Франции франки были столь же нормальной валютой как и галеоны. Договоры министерства магии Франции с Гринготтсом отличались от договоров британцев. Вообще, такого жесткого разделения денежной системы на маггловскую и магическую в других странах не было, что сильно выделяло британцев на общем фоне. Две стандартные порции Феликс Фелицис были готовы к сроку. Было время, когда зельевар изготовитель, чтобы подтвердить качество продукта использовал одну порцию на себя. Но такая проверка действительна, если можно быть уверенным, что нет подмены. Клятвы? Клятвы не столь распространены, как может показаться. Это у гоблинов на каждом шагу магические контракты с клятвами. Далеко не каждый волшебник готов давать клятвы, раскрывать своё имя и подписывать гарантии. Да и конечный потребитель не всегда готов поверить в такие гарантии, видимо, есть способы обойти такие клятвы или ослабить откаты, ну, и вероятность использования смертника никто не отменял. В своём зелье я был уверен почти полностью. Пусть оно считалось сложным в изготовлении, но оно было довольно стабильным в плане используемых ингредиентов, в нем не нужно было особого сверхъестественного чутья мастера зельевара, когда от качества составляющих нужно бросить три листка соцветия белладонны, а не два — как пример. Зная рецепт, и в точности ему следуя, можно было быть уверенным в результате. А поверье, что это зелье может изготовить только мастер, проистекало из-за смертельной опасности испорченного зелья, и невозможности определить качество, не употребляя его. В случае зелья мастера, на кону стоит репутация всего общества зельеваров. Можно быть уверенным на сто процентов в качестве зелья. Однако, смертельно рисковать, употребляя своё зелье без проверки, мне не хотелось. Поэтому я придумал альтернативный способ приема зелья. Нет-нет, вводить напрямую в кровь было нельзя, слишком много засоряющих примесей в нем было, да и использование в малых количествах, буквально по капле, мне показалось опасным. Я собирался вводить зелье через контакт с кожей. Если оно будет ядовитым, то кожа должна будет покраснеть, да и эффект от такого способа введения ослабнет… надеюсь. Для такого способа применения я сделал специальный браслет на руку, внутри которого располагалась полость в которую заливалось зелье. Через тоненькую трубочку-капилляр зелье смачивало ватный тампон, который плотно прижимался браслетом к коже руки. Способ проверки так себе, но хоть что-то, а не сразу полной порцией выхлебать или по капле цедить. Эффект должен был проявиться не сразу и не в полную силу. Была надежда, что ограниченный эффект не будет столь смертелен, как во всех других случаях. По описаниям, неправильное зелье создавало эффект одного, любого из главных героев фильма «Пункт назначения», как я это оценил. Как наступило лето, я был полностью готов. Окончились экзамены и все студенты разъехались на каникулы. В Шармбатоне я остался почти один. Быть или не быть? Я надел браслет. Через полчаса в месте контакта с зельем на коже стала ощущаться чесотка. Я решил терпеть. Еще через полчаса возникло ощущение жжения и я снял браслет. Но на коже не было ни единого следа. Решил поносить браслет подольше, чтобы дождаться еще какого-нибудь эффекта, чесотку и жжение перетерпеть. Подействовало ли зелье, или это событие должно было произойти само собой, но за мной в Шармбатон, где я безвылазно должен был отбывать срок каникул, в общежитии своего факультета, явился Дамблдор. Для Дамблдора место нахождения Шармбатона не было тайной, подозреваю, что не только места перехода, но и реальное. У меня тоже есть возможность определить реальное место, всего лишь нужно воспользоваться достаточно точными приборами для навигации, долгота и широта определяются по звездному небу довольно точно. Но мне было достаточно знать места перехода к Шармбатону. Быстро переговорив с мадам Максим, Дамблдор забрал меня под свою ответственность. — Арракис, — обратился ко мне Дамблдор, — я во Франции всего на один день, специально за тобой. Нам срочно нужно в Англию, для решения кое-каких твоих дел. — После этих слов, мне показалось, что директор решил ввести меня как фигуру в какие-то свои мутные планы, но все оказалось гораздо проще. — Дело касается приюта, к которому ты приписан, — объяснил он. — Тебя хотят взять под патронаж. Ну, да, в Британии уже давно действовала программа усыновления. Все детские дома подлежали ликвидации и замене на воспитательные дома. Так и наш детский дом таковым уже не являлся. Но сами порядки меняются не так скоро как названия, многое зависит от степени ранее установленного порядка, контроля и финансирования, а не от декларируемых лозунгов и ничего не значащих коэффициентов и процентов разных общих и средних показателей. Видимо, финансирование возросло, и программа начала работать как надо. Хотя, нельзя сказать, что раньше она совсем не работала, меня самого уже один раз усыновляли. Если бы я не был волшебником, у меня не случилось бы выброса, приемные родители не испугались бы «чертовщины», и у меня была бы нормальная семья. После всех этих событий я сам как-то влиял на потенциальных родителей, чтобы они отказывались меня усыновлять. Сейчас же я уже больше подходил под возраст патронажа, а не усыновления. Подобная благотворительность была весьма выгодным делом. Пусть прикарманить деньги, выделяемые на программу патронажа было почти невозможно, за этим строго следят, нецелевое использование бюджета строго карается, но патрон получает существенные налоговые льготы, что само по себе совсем немало, особенно, если есть свой бизнес. — Заодно заедем в Хогвартс, — улыбнулся мне директор. — Не забыл еще родную школу? Занесу твой табель успеваемости. Филиусу и мне есть чем гордиться. Далее была апарация в министерство магии Франции, а потом из министерства портал в Британию и так далее. От последовательности порталов и аппараций у меня закружилась голова. В приют мы попали только через четыре часа, уже ближе к вечеру. Мне удалось немного расспросить директора о некоторых тонкостях взаимодействия министерства магии с различными маггловскими структурами. Оказалось, что в министерстве магии есть специальный отдел работающий совместно с обливиаторами, который отвечает за разные бюрократические действия на стыке двух миров. При поступлении в Хогвартс ребенка из приюта старались воздействовать на маглов в минимальных рамках, память о детях не стиралась, ведь каждое лето такой ребенок должен был возвращаться в приют, хотя, на мой взгляд, проще было бы организовать свой Хогвартский приют. В приюте оставляли «координаты», по которым можно было бы связаться с администрацией Хогвартса, отправить почтовый запрос. Да-да, у министерства магии Британии в маггловском мире был почтовый адрес, числился за другой организацией, естественно, по которому можно было связаться, пусть и был он во многом только ширмой. Так вот, пришел запрос из приюта. Мне следовало в обязательном порядке приехать в свой родной приют для оформления патронажа. Патронаж надо мной брал некий мистер Эткинсон. Дамблдор, оставляя меня в приюте, выдал некоторые инструкции, по которым мне не следовало распространяться о существовании магического мира, естественно, это касалось и моего патрона, мистера Эткинсона. Из слов Дамблдора выходило, что закон магической Британии касательно статуса секретности волшебного мира в отношении патронажа не имел четкой трактовки. Да, на приемных родителей он (статус секретности), не распространялся, приемная семья считалась близкими родственниками, приемные родители — это родители. А вот патроны-воспитатели уже не совсем родители. Раскрытие волшебного мира в этом случае рассматривалось судом в каждом конкретном случае отдельно. Фигня какая-то? Вовсе нет! Патронаж практикуется для уже довольно взрослых детей, детские выбросы в этом возрасте уже редкость, на большинство волшебных вещей наложены чары отвода глаз и невнимательности, которые на маглов действуют без сбоев. Поэтому на единичные случаи проявления магии применяется метод стирания памяти, если патрон обычный магл. Для попечителей-сквибов или злостного нарушителя статута есть другие способы воздействия или другие решения. Дамблдор предупредил, что в случае единичного нарушения статута мне ничего серьезного не грозит, но просил воздержаться от нарушений. Рассказал, что имеет место несовершенство совмещения магловских и магических законов (законов министерства). В случае отсутствия однозначной трактовки в законах министерства магической Британии рассматриваемого случая суд нередко обращается к магловскому законодательству как основанию для принятия решения. Однако, магловское законодательство не служит однозначным основанием законности и должно быть принято судом, после чего действует прецедентное право. Такое право действует, пока не будет принят другой закон или опровергнуто предыдущее решение, доказана неверность применение существующего прецедента. Ага, примерно таким языком Дамблдор и говорил. Мой случай частичного усыновления не был первым. Министерство магии уже наработало небольшой, но ценный опыт нарушения статута школьниками перед глазами своих попечителей. В одном таком случае попечитель оказался сквибом уже знающим о магическом мире и суд однозначно признал законным право раскрытия магического мира, ага — по факту, что раскрытия как такового и не было. В другом случае, ученика Хогвартса вернули в приют, стерев попечителю и всем ответственным лицам память о неудачном усыновлении, кому стерев, кому подправив. Бумаги тоже подправили. Самого несовершеннолетнего волшебника предупредили о каре за использование несанкционированной магии. Мой попечитель оказался стопроцентным маглом, на мои школьные принадлежности он не обратил никакого внимания. Да и на меня самого он не обращал внимания больше, чем требовала ситуация. В обращении ко мне он был холоден и действовал строго… по протоколу. Мистер Эткинсон был женатым человеком, немолодым, но еще крепким мужчиной. При встрече со мной он не пытался произвести какое-либо впечатление. Он сразу объяснил, что у него есть взрослый сын и никаких надежд в качестве наследника он на меня не возлагает, как и с моей стороны не следует надеяться на что-то подобное. В приюте у него работает знакомый, который и посоветовал усыновить меня, взять надо мной опеку, патронаж, с целью получения льгот по налогам. Выбор пал на меня по причине моего почти круглогодичного пребывания в школе интернате. Это очень удобно, когда ты по бумагам являешься опекуном, но самой опеки не требуется, всю ответственность большую часть времени несет школа. Пару месяцев в году он готов был потерпеть и оказать необходимую заботу, тем более, что я не маленький мальчик и во многом могу сам о себе позаботиться. У мистера Эткинсона был свой дом, который соответствовал уровню зажиточного бизнесмена. Мне выделили просторную комнату на втором этаже, не самую большую, но и не самую маленькую. Необходимый минимум мебели, полуторная кровать и телевизор в комнате присутствовали. Поблизости имелся санузел, который перешел практически в мое единоличное пользование. Сам Брюс Эткинсон большую часть времени бывает в съемной квартире в Лондоне, как и его жена, адрес он мне дал. Хотя, предупредил, что мое присутствие там нежелательно. От своего попечителя я получил визитку с телефонами и адресами, по которым я смогу с ним связаться. Пояснения по правилам, которые для меня устанавливались. И карманные деньги на два летних месяца. Правила простые, если я решу кого-нибудь привести домой, то должен сначала познакомить с этим приглашаемым мистера Эткинсона и получить разрешение. Мне запрещалось лазить по дому, особенно это касалось закрытых на ключ комнат. Холодильник был в полном моём распоряжении, но я сам должен был следить за его наполненностью. Однако, на это дело выделялась достаточная сумма ежемесячно, и она выделялась не из моего пособия, а из средств Эткинсона. Эткинсон оказался тем еще чопорным англичанином, но правила установил разумные и в мой карман не залазил. Все излишки средств, что государство выделяло на моё содержание, он обещал класть на мой счет в банк. — Эти деньги твои, мистер Блэр, — сказал он немного задрав подбородок, — никто больше на них не претендует. — В каждом слове Эткинсона чувствовалась гордость. — Ты можешь оставаться в этом доме столько, сколько пожелаешь. Администрация воспитательного дома может оформить все необходимые бумаги без тебя. Своё согласие ты подпишешь здесь в присутствии инспектора и представителя воспитательного дома. — Мне бы хотелось еще раз съездить в приют, — сказал я, — у меня там были друзья. Хотелось бы узнать их судьбу и возможно обменяться контактами. — Нет-нет, мистер Блэр, — покачал Эткинсон головой, — я настаиваю, чтобы ты подписал бумаги тут, в этом доме. Однако, после подписания бумаг, я не стану тебя ограничивать в передвижении. Мне характеризовали тебя как очень умного, самостоятельного и порядочного молодого человека. Поэтому ты сможешь сам посетить приют. — Спасибо за доверие, мистер Эткинсон, — сказал я. Брюс кивнул мне в ответ, как будто одобряя моё поведение. Такая свобода действий, которую мне даровал Эткинсон, была весьма кстати. Можно было заниматься чем угодно, главное не создавать проблем для попечителя. Дамблдор должен был забрать меня только в конце августа. Всё время принадлежало мне. Следовало еще подготовиться к планируемой операции. Мне самому было глубоко непонятно, зачем я выбрал действие. Ведь люди не любят принимать решения. Важные решения часто откладываются, просто ради привыкания. Вроде бы всё ясно и понятно и решение уже готово, но прежде чем пустить его в дело оно еще некоторое время лежит, вызревает. Конечно, это не относится к наболевшим решениям. Там решение принимается вследствие необходимости, когда уже «не до жиру». У меня проблем с финансами пока не было, но оценив свое положение трезво, заключил, что я не буду готов ни к чему в момент возрождения Воландеморта. У меня не будет супермагии, в лучшем случае я буду равен сильному волшебнику. У меня не будет своей команды сподвижников, в лучшем случае пара-тройка друзей. Миллионов галеонов на счету в Гринготтсе мне не видать, и не стоит рассчитывать на наследство Блэков. Наследство Блэков… То еще дело. Большая часть собственности Блэков была растащена разными «родственниками». Растащили всё, до чего смогли дотянуться. Некоторым даже удалось доказать какие-то долги и потребовать их погашения через счета Гринготтса. Правда, такое погашение оказалось возможно только с суммы доходов с разных предприятий, но не с основных счетов, которые имеют физическое воплощение в виде конкретных хранилищ. А так как и предприятия находились либо вне возможности влияния кредиторов, либо были присвоены другими лицами, то погашения долгов шло мизерными частями. Никто не дал мне ознакомиться с материалами финансовых дел, юридически по законам министерства я не имел никакого отношения к Блэкам, по законам магии, которые имели силу для гоблинов, которые работали по старым договорам, я также не имел никаких прав. Но можно было догадаться, что имели место быть разные махинации. Конечно, буде появится наследник, он сможет отбиться от всех этих внезапно возникших «долгов». Возможно, даже сможет получить компенсации, если докажет факт мошенничества или незаконного присвоения, хотя, вряд ли получится. Так вот, возвращаясь к принятию решения, я ничем не отличался от большинства. Меня гнал страх. Я боялся не успеть стать сильным магом, не успеть собрать сторонников, не успеть накопить денег. Всё это станет мне нужно в один момент, который я чувствовал почти физически. Более того, я видел, что уже не успеваю. Возможно, это было чисто психологическим эффектом, но в мире, где существует магия, нельзя отбрасывать другие возможности. Моя придумка с браслетом оказалась частично успешной. Когда неприятные ощущения стали невыносимы, и я уже почти принял решение отказаться от применения испорченного зелья, да и от плана вообще. Мне казалось, что проклятый браслет прожег мне руку до кости, но когда я его снял, то не увидел даже маленького покраснения. Жжение пропало через пару часов. Подумав, я решил, что жжение не является ощущениями физического тела, а лежит в области магии и всех этих, ядер, магоканалов и прочего. Само зелье удачи считалось умеренно токсичным, хотя в описаниях действия я не нашел ни одного типичного симптома отравления, кроме небольшой эйфории. Испытания было решено продолжить, и я снова нацепил браслет, но теперь на другую руку. Решил менять место ношения, чтобы не вызвать каких-нибудь непоправимых магических нарушений в организме. Не думаю, что сыграла свою роль удача от ношения браслета с зельем, но и однозначно отрицать его роль не берусь. Через несколько дней я получил письмо от директора, в котором он просил меня тринадцатого августа в час дня быть в министерстве магии Британии. До этой даты я снова посетил свой приют, разузнал о судьбе Стейси и других ребят. Да-да, вероятно, программа усыновления начала работать как надо, оказалось, что большинство ребят, которых я знал, уже усыновлены или под патронажем. Адреса мне ничьи не сообщили, запрещено законом. Как ни крути, а я постороннее лицо, не имеющее право на получение подобной конфиденциальной информации. Съездил практически вхолостую. Но это ничего, потом найду кого надо, подтяну к себе, если сам на плаву буду. Тринадцатого августа в час дня Дамблдора в условленном месте в министерстве магии не оказалось. Меня встретил профессор Флитвик, мой декан из Хогвартса. — Месье Блэр, — поприветствовал меня полугоблин, — очень рад вас видеть. — Профессор? Директор Дамблдор назначил мне здесь встречу. — У него возникли срочные дела, — сказал Флитвик, — поэтому, он попросил меня встретить тебя и проводить во Францию. — А, понятно… — У нас еще есть немного времени поговорить, портал для тебя назначен на два часа. Мне было бы очень интересно узнать, как ты там учишься, что нового узнал, не решил ли остаться в Шармбатоне? Мне бы не хотелось потерять такого умного ученика как ты. — Мне предложили остаться в Шармбатоне, — не стал я делать тайну из предложения мадам Максим, — но я решил сначала окончить обучение в Хогвартсе. Мадам Максим говорила, что я смогу приехать в Шармбатон и после Хогвартса. — Да? — немного удивился Флитвик. — Вообще-то, такое предложение весьма нетипично. Обычно Шармбатон никого не принимает после окончания обучения в другой школе. Вероятно, ты смог произвести на директрису впечатление. Ну, или она хочет переманить во Францию потенциального наследника Блэков. — Профессор, — решил я перевести тему на более интересные для меня темы, — мне хотелось бы узнать кое-что про полукровок. — Я так понимаю, что ты хотел спросить про полукровок волшебников с другими расами? — Именно! — Ну чтож, кого еще спрашивать, как не полугоблина? — улыбнулся Флитвик. — Я не хотел сказать что-то такое, или тем более оскорбить… — начал я, но был прерван своим деканом чуть ли не на полуслове. — Не нужно оправданий, мистер Блэр, я не обиделся. Тем более, что тема довольно интересная и весьма неоднозначная. — Существует множество полукровок или волшебников с проявленной кровью, наследием магических рас. Возьмем, к примеру, меня. Я — полугоблин, однако, министерство магии позволило мне иметь палочку и признало за мной равные права с волшебниками. Возьмем другой пример — полувейлы, ты же наверняка знаешь о них, во Франции это редкость, но вполне нормальная и встречаемая. Флёр Делакур сейчас учится в Шармбатоне. Ты же её видел, верно? — подначивал меня декан. А мне казалось, что я стал красным как вареный рак. — Во Франции полувейлы приравнены в правах с волшебниками, но в законах министерства Британии они не являются равными. Почему? — задал вопрос Флитвик. — Я не стану отвечать тебе на этот вопрос напрямую, но дам несколько подсказок. Вот, взгляни! Мы как раз находились рядом со знаменитой скульптурной композицией, на которой магики преклонялись перед парой волшебников. — Что не так с этой скульптурой? — задал вопрос полугоблин. — Э-эм, выражение лица гоблина? — предположил я. — Ха-ха-ха, — немного развеселился Флитвик, — нет-нет, кроме этого. — Не знаю. — Ну, хорошо, — сдался Филиус, — тут я тебе подскажу практически напрямую. В центре композиции должны были стоять вовсе не взрослые волшебники, а дети. Но замысел автора скульптуры был изменен, искажен. — Это и есть первая подсказка? — Да. А вот тебе вторая подсказка: Гоблины на самом деле являются полумагической расой, а не магической. У гоблинов нет яркой расовой способности. У гоблинов есть только некоторые расовые магические особенности, как у великанов повышенная устойчивость к прямым магическим воздействиям. — А третья подсказка? — Хватит тебе и двух, — улыбнулся полугоблин. — Пойдем в портальную комнату, тебе уже скоро отправляться. За минуту до отправления мне передали портальный предмет и активировали его до того, как таймер сделал бы всё сам. Я оказался в положенном месте в министерстве магии Франции. Меня сразу же попросили покинуть портальную площадку. Меня никто не встречал. Возможно ли, что Дамблдор забыл предупредить мадам Максим о необходимости меня встретить. Примерно целый час я болтался неприкаянным, ожидая, что меня кто-нибудь встретит, пока один из служащих не заинтересовался непонятным мальчиком школьного возраста. — Эй, мальчик, — обратился ко мне француз, — ты кого-нибудь ждешь? — Здесь такое дело, месье, — начал я держать ответ, — я учусь в Шармбатоне и думал, что меня кто-нибудь встретит с академии. — Ничего не понимаю, — сказал француз, — зачем тебя нужно встречать? Ты не знаешь, как добраться до Шармбатона или ты какой-то особенный? — Вообще-то я знаю, как добраться до академии, да и каким-то особенным я себя не считаю, — вежливо ответил я. — Тогда не стоит кого-либо ждать! — улыбнулся француз и широким жестом указал мне на выход. Пока слонялся по министерству магии во Франции успел обдумать задачку от полугоблина. Выходило так, что дети волшебников какие-то особенные, даже более особенные чем взрослые волшебники. Флитвика признали волшебником из-за этой неизвестной особенности и из-за того, что у самих гоблинов нет своей яркой расовой способности, которая строго определяла бы их к гоблинам. У вейл такая способность есть — всем известное очарование вейл. Мне уже известно, что если полувейла или четверть вейла или ещё какая сколько-то там вейла родит мальчика, то её кровь магика признают затухающей. С этого момента она будет иметь равные права с магами. Ответ в затухающей крови магиков? Но ведь Хагрида тоже признали волшебником, хотя он и не доучился. У него нет какой-то явной магической способности, но есть некоторые свойства, как у магиков. Нет, не с той стороны подошел к задаче. Зайдём с другой стороны. Дети волшебников, чем они отличаются от других? Хм… Дети, как дети, только иногда магические выбросы случаются. Вот оно! Может ли быть, что у таких магиков как вейлы не бывает магических выбросов? Нужно будет это как-нибудь разузнать.