Поцелуй, вместо тысячи слов...

А в это время была сильная метель…

***

      Проснувшись в обнимку с Тордом, Том еле вздохнул. Вроде только вчера поссорились, а сегодня снова спят вместе.       Попытавшись выбраться из объятий норвежца, Том снова лёг, узнав, что пока тот не проснётся, ему не встать. Закрыв глаза, он снова уснул, прижимаясь к своему другу…

***

А метель всё бушевала за окном, снося телефонные вышки…

***

      Вскочив от громкого звука, подростки проснулись и нервно оглянулись, ища причину их пробуждения. Только сейчас они заметили, что в окнах ничего не видно. Будто что-то загородило им обзор. Поднявшись наверх, друзья посмотрели в окно, заклинившее насмерть. И обнаружили, что вход и окна завалило огромным сугробом, через который им не пробиться. — У меня идея! — воскликнул Мэтт, — давайте позвоним в спасательную службу и нас обязательно спасут! — Неа, не получится. Связи нет. — и для достоверности показав телефон, где показывало, что связи нет, Том ухмыльнулся. — Чего ты ухмыляешься? — с дрожью в голосе проговорил Эдд, — а если нас не найдут?! — Успокойся. О нас начнут волноваться, после того как мы не выйдем на связь. Через несколько дней приедет помощь. А смешно мне от того, что мы остались совершенно одни. Мы изолированы от общества. Мы можем делать всё, что захотим! Мы вне закона! — радовался Том, очень странно жестикулируя. — Это конечно хорошо… Но мы должны что-то придумать! — согласился Торд, потрепав черноглазого по голове. — Давайте сначала уберёмся в доме, а потом продумаем план. — ответил Эдд. — Ну коне-е-е-чно, сначала уборка… — протянул Мэтт, недовольно поглядывая на своего парня.

***

      15.55. Оба семейства волновались за своих сыновей, не выходивших на связь. Они же обещали, что позвонят им, как только встанут и уберутся. — Может с ними что-то случилось? Они попали в беду? Вчера была сильная метель! — волновалась мисс Гулд.        После её слов, все нервно переглянулись между собой, показывая беспокойство. — Спокойно. Может, им просто захотелось личного пространства? Мы же практически не даём им побыть наедине… — спокойно произнёс Ларрсон — старший, оглядывая всех присутствующих, ища поддержку в их взорах.        Но никто не согласился. — Они же понимают, что мы будем волноваться. Наши сыновья даже не отвечают на телефонные звонки! — волновалась Матильда, нервно перебирая пряди своих волос. — Я знаю своего сына… Он бы никогда так не поступил… — отпив из бутылки с вином, проговорила Тамара. — А что нам остается? Только ждать, что они выйдут на связь на следующий день… — сказал отец Торда.

***

       Убрав в гостиной обертки от подарков, грязные тарелки со стола, пустые бутылки из-под шампанского, разные обертки, подростки, позавтракав вчерашним ужином, сели на диван и стали думать, как им выбираться из дома. — Итак, плюсы: электричество, телефоны, мы и всё. — рассуждал Эдд. — Минусы: связи нет и вход в дом замело огромным сугробом. — пессимистично подвёл итог Том, закрыв глаза.        Подростки вздохнули от такого расклада. Но делать было нечего. — Может, мы попробуем открыть окно на втором этаже? — спросил Мэтт, вопросительно оглядывая друзей. — Оно заклинило от холода. Но даже, если мы его откроем, что дальше? Прыгать со второго этажа? Я пас… — ответил Нарциссу черноглазый, ища поддержку со стороны друзей. — А что нам ещё остаётся? — сказал Эдд, положив руку на ладонь Мэтта. — Вы издеваетесь?! Тут высоко! Если мы спрыгнем, то рискуем сломать ноги! — в разговор вступил Торд — Но внизу сугроб! — не согласился Эдд. — Он твердый, как лёд! По нему же видно! — продолжал настаивать норвежец. — Ну… А что нам ещё остается? Мы будем пытаться выбраться отсюда или будем дрочить друг другу, пока нас не спасут? — проговорил гитарист.        После этих слов, Торд и Мэтт очень странно переглянулись. Это насторожило Тома. — Блять, вы издеваетесь? Давайте голосовать! Это всё решит! — решил черноглазый, даже не слушая, что могут предложить другие. — Хорошо сладкий, кто за открытия окна и попытки выбраться наружу? — спросил Торд, оглядывая присутствующих.       Лишь одна рука поднялась вверх. Мэтт. — Да ладно ребят! А что нам ещё остаётся?        Но остальные лишь промолчали… Пока Торд не сказал: — Нам остаётся лишь ждать нашего судного часа…

***

      Спустя несколько часов, подростки сидели и играли в настольную карты на желание, пытаясь хоть чем-то себя отвлечь.        Выигрывал Торд и… Мэтт. Норвежцу до сих пор не ясно, как Нарцисс мог выиграть, но это было неважно. — Ит-а-а-ак, наши дорогие… Ваша очередь исполнять наши желания~ — проговорили вдвоём подростки.        От этих слов, британцы нервно сглотнули, не зная, что и ожидать от этих двух извращенцев. — Только давайте без пошлостей! -ответили друзья. — Конечно-конечно~. Без пошлости… — саркастично проговорили победители.        Но несмотря на их тон, они пожелали, чтобы проигравшие носили одинаковые свитеры, таскали для них разные вкусняшки и кормили их с рук…        Это конечно им не понравилось. Но что оставалось?        Подростки ходили в одной одежде, почти совершенно голые, кормили их виноградом, и сидели на них, принимая ласку.        И всё бы ещё ничего… пока не отрубили электричество… — Что случилось? — спросил Том, нервно оглядываясь, ища Торда, который был под ним. — Электричество отрубили. Ну вообще заебись! Мало нам связи, так давайте отрубим свет, а заодно и отопилку, работающей от электричества! — ругался норвежец, проклиная Господа за это. — Ну… Если нас завтра не спасут, мы умрём… — подвёл итог Мэтт, прижимая Эдда к себе, будто боясь, что он исчезнет.

Их правда.Им оставалось только надеяться на спасение…

***

      На следующее утро оба семейства метались из угла в угол, ожидая звонка своих сыновей. Казалось бы, всё ещё более-менее в порядке. По крайней мере, пока они не включили новости… — По нашим данным, мы потеряли связь с одним из наших регионов из-за вчерашней метели. Непогода снесла телефонные вышки, оставляя нас в неведение, что же там случилось. А дальше новости спорта…        Все были в шоке от происходящего. Поэтому они и не выходили на связь! — Нам надо ехать к ним прямо сейчас! Без лишних разговоров! — кричала мисс Гулд. — Полностью с ней согласны! — согласились остальные, выжидающе глядя на Ларрсона — старшего, ожидая, что они сейчас сядут по машинам, вызовут спасателей и поедут спасать детей. — Не собирайте вещи! Берите телефоны, звоните спасателям, мы едем прямо сейчас!.       Семейства лишь кивнули и начали одеваться…

***

      В это время наши герои дрожали от холода, плотнее прижимаясь друг к другу.       Теплых вещей особо не было, только свитера и лёгкие пальто. Ведь подростки совсем не ожидали, что попадут в такую передрягу…        Они уже просто не знали, как ещё можно согреться. Электричества нет, вход в дом завалило, связи нет. Что же ещё могло пойти не так?       Ну конечно. Куда уж без проблем.       Том стал дрожать сильнее обычного… Его дыхание стало утихать. Еле сжимая кулон, подаренный норвежцем, Том начал терять сознание… Теперь Торд практически не слышал его дыхания. Ему оставалось прижимать его к себе, надеясь, что остаточное тепло его тела сможет хоть немного, но согреть черноглазого…        Теперь в зале лишь изредка издавалось чьё-то дыхание…        У Торда потихоньку закрывались глаза. Он чувствовал невыносимый холод, сковывающий его тело… Как обычное Рождество могло обернуться этим? Норвежец не знал ответа. Ему хотелось плакать от такой безысходной ситуации, но сил уже не осталось. Поэтому он потихоньку умирал в объятиях Тома, поцеловав его на прощание. — Увидимся, Томми. Я люблю тебя… — из последних сил проговорил Торд, закутываясь в шарф, сделанный гитаристом. Но в ответ не услышал ничего…

***

       Прибыв на место назначения, родители ужаснулись. Огромный сугроб загородил вход и окна загородного дома, оставляя людей в заключении. — О Боже! Они наверное очень замёрзли! Я вызываю скорую! — прокричала Матильда, судорожно набирая телефон скорой.        Пока спасатели откапывали дверь, Ларрсон-старший решил осмотреть дом с каждой стороны, дабы убедиться, что есть запасной вход.       Его взгляд упал на окно второго этажа, откуда можно было спрыгнуть в сугроб, находившийся рядом с ним.       Ощупав сугроб, мистер Ларрсон понял, что если бы они выпрыгнули оттуда, то сломали бы себе ноги. Снег был твердый, как лёд и прыгать на него было небезопасно.       Развернувшись на одной ноге, Ларрсон-старший пошёл обратно к двери, ожидая, когда её откопают.

***

       Наконец со снегом было покончено. Теперь осталось только сломать дверь, закрытую на замок.        Мужчины оба семейства выбивали дверь, которая упрямо не поддавалась грубой силе…        Наконец вход был открыт. Женщины, не дожидаясь приглашения, вбежали внутрь и приглушённо закричали.       Их сыновья лежали, прижимаясь друг к другу. Они были белее снега, их дыхание почти не было слышно. Холод в здании стоял такой, что даже в теплой одежде ты бы замёрз.       Подбежав к Тому, Тамара опустилась на колени, прощупала его пульс и заплакала. — Томми, сынок… — женщина не могла подобрать слов.        Хоть он ещё был жив, но это очень слабо ощущалось. Как и у остальных…

***

       Наконец подъехала скорая. Медработники обнаружили страшную ситуацию. Матери сидели около своих сыновей, пытаясь их хоть чем-то согреть. Одна даже сняла шубу и одела на ребенка.       Попросив её надеть предмет гардероба, врач уже осматривал пациентов, оценивая их состояние.        Они были на грани… Но живы! Попросив их отцов, отнести подростков в машину, врач успокаивал неутешных матерей. — Всё будет хорошо, мы их спасём. Обещаю вам. — Только попробуйте не сдержать своё обещание, доктор… Иначе, я сама вас убью. — тихо поговорила черноглазая женщина.        Мужчина понял, что с ней лучше быть осторожнее. — Я сдержу своё слово! Идёмте в машину, мы едем в больницу.        Женщины встали, вытерли слезы, успокоились, только ради своих сыновей.       И дойдя до машины, матери сели в неё, надеясь, что их сыновья смогут выжить…

***

       Проснувшись в незнакомом месте, Том оглянулся вокруг. Больничная палата.       Наконец вспомнив происходившее ранее, черноглазый вскочил с кровати, ища Торда.       Его любимый лежал рядом с ним, на соседней койке. Он выглядел таким умиротворенным, даже казалось, что он мертв.       Его рожки немного подрагивают, глаза и губы до сих пор хранили небольшой синий оттенок.        Тому стало плевать на эти приборы, поддерживающих его состояние, он вскочил с кровати, подходя к Торду.        Прислушавшись к его сердцебиению, гитарист успокоился. Дышит.        Но спустя несколько секунд, черноглазый упал на плитку из-за ослабленного состояния.        И так было несколько раз подряд. То Том к Торду. То норвежец к черноглазому.        Врачам это порядком надоело. Поэтому, сдвинув их кровати друг к другу, работники больницы ушли довольными собой.        В очередной раз проснувшись, Том обнаружил себя рядом с Тордом. Он никогда не чувствовал себя таким счастливым! Обняв одной рукой норвежца, а другой схватив кулон, гитарист уснул с мыслью:

Интересное выдалось Рождество…