Признаки того, что Вы маг из России

      Кольцов спал. Впервые за долгое время Кольцов спокойно лег часов в одиннадцать вечера и в свою кровать, а не как обычно в два часа ночи и на письменный стол. Сил уже не было. Хотелось просто вытянуться и забыться.       И впервые с начала аномалий он улыбался без иронии, а спокойной улыбкой отдыхающего человека. Снилось какая-то конференция в Лукоморье, где он с видом много чего повидавшего человека устало пересказывал историю их победы над личами, а журналисты щелкали фотокамерами, делали вид, что им очень интересны тактические действия Кольцова, и терпеливо ждали момента, когда можно будет задать вопросы насчет слухов о его романах.       При этом на подкорке головного мозга все равно сохранилось ощущение опасности и готовность к быстрому реагированию, поэтому, когда комнату ректора сотряс грохот, он среагировал моментально и вскочил с кровати. На половину комнаты моментально развернулось силовое поле, послышался приглушенный вскрик, и только после этого Кольцов открыл глаза.       У стены, выставив вперед руку, согнутую в локте, стояла Даша Гимлевич, закрывая магическим щитом себя и парня с тонкими чертами лица, длинными каштановыми волосами и острыми ушами, который сейчас накладывал стрелу на лук.       — Эльф… — констатировал Кольцов, с опозданием осознавая, что ему удалось попасть в тот промежуток времени, когда магия работала нормально. В противном случае, он бы с этим силовым полем переломал бы себе все кости.       — А вы мистер Кольцов? — неуверенно уточнил эльф, не спеша опускать оружие. — Ректор ОРУ?       Кольцов хотел возмутиться подобному способу ведения переговоров. Он сам обычно не брал на мушку тех, с кем хотел пообщаться. Но потом понял, что обычно ректоры чего бы то ни было не стоят в пижамах. Особенно перед студентами. Особенно перед студентками!       Впрочем, студенты тоже обычно не вламываются в личные комнаты ректоров.       — Вон! — быстро скомандовал Кольцов, в котором уже начала подниматься волна ярости и на себя, и на непрошеных студентов. Даже выяснять причины их появления пока не хотелось. Хотя бы до момента, пока он не наденет нормальные штаны!       — Андрей Савельевич… — начала Даша.       — Вон! — повторил ректор.       — Там… — она покосилась на окно.       — Гимлевич, на каком языке мне повторить?! — разъярился Кольцов. — Вышли отсюда! Живо! И в деканат!       Даша хотела что-то возразить, но передумала и потащила эльфа вслед за собой. Тот постоянно оглядывался на Кольцова, скорее всего, не зная, что ожидать от странного ректора общемагического российского университета.       Едва за ними закрылась дверь, Кольцов начал торопливо одеваться. Кошмар какой-то! Сглазил! Как пить дать сглазил! Теперь сон только в положении сидя за письменным столом. Выспится хуже, но, в случае подобных визитов, выглядеть будет приличнее.       Он устало прислонился лбом к холодному стеклу окна.       И тут же раскрыл его, высовываясь почти наполовину, чтобы лучше разглядеть то, что там происходит.       Двор университета заполонили звери и птицы. Это было видно даже при отсутствии освещения, но Кольцов, пока магия работала как надо, зажег уличные фонари.       По двору, крякая, и смешно косолапя прошла ватага уток. На пристройках ОРУ сидели ястребы и филины с огромными вытаращенными глазищами. Три волка трусливо отскочили в сторону от немногочисленной группы великанов-волотов, каждый из которых был с булавой в половину человеческого роста.       Где-то рядом недовольно заревел медведь. Кольцов повернул голову направо и увидел, что к зверю подошел какой-то мужчина, который пристально посмотрел мишке в глаза, и тот успокоился. Значит, и волколаки, которые присматривали на Буяне за хищными животными, тоже здесь. Спасибо, что они в человеческом обличие.       Кольцов присмотрелся внимательнее, задерживаясь на каждой группе в отдельности. Лешие взяли на себя живность помельче, и сейчас пытались собрать их всех в одном месте. Пока получалось плохо: испуганные животные кричали, ревели, шумели и категорически не хотели вести себя, как разумные.       Послышался женский плач, в котором Кольцов узнал голос Сирин. Прислушиваться к словам он не стал, но рыдала птица о Буяне, который стал ловушкой для всех обитателей. Приглядевшись, ректор увидел и Алконоста с Гамаюн, которые сконфуженно помалкивали, косясь на товарку. Алконосту петь было не о чем, так как ничего веселого уже давно не происходило. А Гамаюн, похоже, не видела ближайшее будущее вообще.       Кольцова неожиданно обдало жаром, и он отпрянул. Мимо, взмахнув величественным золотым хвостом, пролетела Жар-Птица, кажется, немного опалив ректору брови.       — Ох ты ж… — только и смог выдохнуть Кольцов.       Да тут весь Буян!       Он тут же надел первую попавшуюся рубашку и выбежал из кабинета, одновременно набирая Селиверстова, зажигая свет во всем замке и будя коллег.       Как и следовало ожидать, некромант ответил только после пятнадцатого гудка.       — Андрей Савельевич? — сонно пробормотал он.       — В ОРУ быстро! — крикнул ректор в трубку и отключился.       Из соседней комнаты выглянула взлохмаченная Елисеева. В глазах у нее читался вопрос.       — В деканат! — коротко приказал Кольцов. — И не убей студентов. По крайней мере, тех, что не наши.       — Что? — непонимающе переспросила Елисеева, но Кольцов уже выбегал с этажа, попутно колотя во все комнаты.       Он выскочил на улицу, за ним уже выбегали Саныч и Петрович.       Вблизи все безобразие выглядело еще хуже. Лешие и волколаки пытались собрать живность по группам, но непонятно было, куда кого отводить, поэтому и попытки были почти бесплотными. Собранные в одном месте животные тут же разбредались по окрестностям. Сирин надрывала голосовые связки, и ректор чувствовал уже головную боль. Хорошо, что гипнозу пока никто не поддался. С этой птички станется. Он бы лучше сейчас Алконоста послушал из всех них. Но тот вместе с Гамаюн молчал. Последняя представительница магических пернатых - Жар-Птица поменяла место и теперь сидела в опасной близости от деревянных сараев.       Кольцов тихо выругался, глядя на все происходящее.       — Не волнуйтесь, — тихонько посоветовал подбежавший завхоз. — Мы разберемся, — он побежал к кучке леших неподалеку.       Саныч согласно кивнул и бросился к трем волколакам. Толпы постепенно становились более собранными. Лешие под предводительством Петровича начали уводить животных помельче в одну сторону; волколаки и Саныч взяли на себя медведей и волков и повели их в другую. Кольцов взмолился богам, чтобы хотя бы полчасика магия работала как надо, и всем смогли соорудить хотя бы временные загоны.       — Андрей Савельевич! — за рукав Кольцова схватила Аня Шилова.       На лице у нее была сажа, смешанная с потом. Губы испуганно подрагивали.       Кольцов испытал странное желание одновременно обнять и убить девчонку. Он взглянул на студентку, и тут понял, что испугалась она не заполонивших двор животных. На земле, закрываясь от яркого света рукавом сжался юноша с мертвенно-бледной кожей.       Кольцов выругался и перенесся с обоими студентами в учительскую. Здесь уже находились Кассандра и Елисеева, но главенствовала в небольшом помещении Рихтер.       — Кто вообще дал вам право прибывать на Буян?! — разорялась она. Даша старалась не смотреть в глаза преподавательнице. Эльф и вовсе только ошеломленно моргал. — А вот и вторая партия! — почти удовлетворенно произнесла она, заметив Кольцова, который, не глядя ни на кого, прошел к столу и налил себе стакан воды из графина. — Шилова! А тебе и твоему зомби закон не писан? — крикнула она.       Аня устало опустилась на диван рядом с подругой. Вампир присел на пол, опершись на подлокотник дивана.       — Отлично! У нас теперь межрасовые экскурсии на Буян! — возмутилась завуч. — Жду ответное приглашение в Румынию и — ты откуда? — еще куда-нибудь!       Кольцов налил еще полстакана воды и почти в ту же секунду в учительской появился Селиверстов. Выглядел он невыспавшимся. Впрочем, он лег спать всего несколько часов назад, и когда ему позвонил Кольцов, он сначала даже не понял, что происходит и снова рухнул на подушку. Чтобы спустя пару минут вскочить, словно его окатили холодной воды.       Когда он явился в ОРУ, ярче всего на бледном лице проступали синяки от недосыпа.       — Что здесь?.. — несколько раздраженно начал он, но не закончил фразу. — ВЫ ЧТО ЗДЕСЬ ДЕЛАЕТЕ?! — от крика притихла даже Рихтер, в ее взгляде появилось явное уважение.       — Аркадий Семенович… — попыталась встрять в разговор Аня.       — Там был некромант! — воспользовавшись паузой, вставила Даша. — И он повелевал огнем. И я чувствовала боевую магию, — быстро выпалила она.       Наконец-то наступила тишина. Селиверстов тяжело задышал, сверля взглядом всех четверых студентов. Эльф и вампир почувствовали себя свободнее и чуть поменяли позы, в которых сидели. Каждый подумал, что по-честному будет, если позже на русских студенток наорет еще и Уайтхед.       На лице у преподавателей отразилась серьезная мыслительная деятельность. Некромант? Этот вопрос уже обсуждался на педсоветах регулярно.       — Так… — протянул Кольцов. — Давайте по порядку.       Даша, подбирая слова и стараясь не разболтать лишнего, рассказала о Магистре. Аня в это время сидела как на иголках, изредка исподтишка прикасаясь к руке подруге, призывая ее уменьшить градус рассказа.       Но преподавателям, кажется, стало не до ночной прогулки с целью упокоить несчастного Якова по всем правилам, в первую очередь, моральным.       — Он назвал себя Магистром? — переспросила Рихтер.       — Да, — ответила Даша под подтверждающий кивок Дарриэля.       — Боевой маг, некромант, стихийник… — Кольцов раздраженно щелкнул ручкой. — И чтец, и жнец, как говорится. Что он еще умеет делать?       Рихтер молча подошла к ноутбуку, смерив еще раз суровым взглядом студентов. Те вздохнули с облегчением, когда завуч отошла, но тут же посмотрели на Селиверстова и снова потупились.       — Скорее всего, на этом все, — не очень уверенно произнесла Рихтер, быстро просмотрев какую-то схему. — Природная магия вступает в конфликт со стихиями. Даже гению не под силу заниматься всем сразу. Провидец тоже вряд ли. Боевая магия требует постоянного контроля над настоящим, а не предвидения будущего.       — Он может быть метаморфом, — предположил Кольцов.       Рихтер сломала карандаш, который вертела в руках.       ― Не хотелось бы! ― огрызнулась она.       Кольцов устало потер глаза пальцами.       — Значит, он уже на Буяне? — спросил он у студентов и, дождавшись их кивка, продолжил. — Если Артур перестанет со мной после этого здороваться, я его пойму, — вздохнул он.       Селиверстов устало опустился на диван, сжимая пальцами виски.       — Так, секунду, — он внимательнее посмотрел на студентов. — Аня, ты своего зомби нашла на Камчатке. Почему вы оказались на Буяне?       — Эм-м, — промямлила Даша. — Ну-у…       Селиверстов прищурился.       — Аркадий Семенович, ну это не совсем наша тайна… — пробормотала Аня. — Все, что связано с нами, мы рассказали. Я хочу упокоить Яшу после диплома, ребята случайно оказались с нами в одном портале. А Буян… ну… так получилось…       Селиверстов фыркнул и задумался, припоминая, кто из студентов так или иначе связан с Буяном. Зимин и Сапов. Ясненько, понятненько, кому парламентеры понадобились.       — Андрей Савельевич, — он посмотрел на ректора. — А со зверинцем что делать будем? В Англию их…       — Не отправишь, — закончил за него Кольцов. — Здесь будут.       — Здесь?! — вытаращила глаза молчавшая до этого Кассандра.       — Здесь, — повторил ректор. — А вот Алконоста, Сирин, Гамаюн, да и Жар-Птицу с собой возьмем.       Перед глазами всех присутствующих против воли появился образ полыхающего АООМУ.       — Может, лучше в Лукоморье? — совершенно серьезно спросила Рихтер. — А то, может, вы еще и аспида с собой возьмете?       — Он у нас? — ахнул Кольцов и тут же вспомнил.       Гигантская крылатая змея с птичьим клювом еще лет пять назад обитала в Лукоморье, спрятанная глубоко под знаменитым дубом в специально отстроенной для него каменной пещерой. Изредка в ночи она вылетала, делала круг почета над Лукоморьем, а потом снова возвращалась домой. Но потом местные чиновники «вспомнили», что зверушка не может сидеть на земле, ей нужна каменистая почва, более суровый климат, и, в общем, на Камчатке аспиду самое место, и защитники животных возмущаться не будут.       Так аспид и поселился сначала на Камчатке, а потом, когда Кольцов не выдержал такого соседства, на Буяне. Там ему климат был самое то. И остальных обитателей особенно не трогал: мало кто заглядывал в гористую часть острова.       — В АООМУ для него не будет условий, — тут же вступил Селиверстов.       На самом деле честная фраза звучала бы: «В АООМУ для нас не будет условий, если мы возьмем с собой аспида», но все и так все поняли.       — Нет, он тут пусть побудет, — решил Кольцов. — Полгода обитал и не жаловался. А то еще с василиском Артуровым не поделят территорию…       — Андрей Савельевич, — неуверенно заметила Даша. — Этот Магистр может управлять, как минимум, огнем, — ректор посмотрел на нее скептически, но девушка продолжила: — огонь может уничтожить змея.       А вот и представители Гринписа! Кто бы мог подумать, что так близко.       — Даш, — Кольцов закатил глаза. — Ничего с ним не случится.       А вот Селиверстов, похоже, не разделял его точку зрения. У магического биолога промелькнула искренняя жалость в глазах.       — Андрей Савельевич…       — Ты сам минуту назад говорил, что в АООМУ для него не будет условий! — отрезал Кольцов.       — Условия там будут плохие, — согласился некромант. — Но допустить смерть аспида я не позволю.       Если бы можно было застонать, Кольцов бы взвыл. Но перед студентами и подчиненными он старался держать лицо.       Ответить ему не дал заглянувший в кабинет Саныч. Выглядел он вымотанным: поспать не дали, а сейчас он еще и волков с медведями загонял на стадион, который раньше студентами использовался для физкультуры. Если бы не волколаки, то эта прогулка могла стать для него последней.       — Андрей Савельевич, мы присмотрим за университетом, если что, — коротко сказал он. — Домовые помогут, лешие, остальные, кто поразумнее. Да и мы с Петровичем тоже не самые бестолковые в университете.       Кольцов вздохнул.       — Бестолковых у нас вообще нет, Дмитрий Александрович, — вздохнул Кольцов. — Спасибо, — грустно улыбнулся он. — Нет, правда, спасибо. Вы не представляете, насколько это сейчас важно.       И прежде, чем Селиверстов снова заикнулся об аспиде, он вышел из кабинета.       — Пойдем в лабораторию, — позвала Рихтер, тоже возвращаясь к рабочим обязанностям. — Покажу, как отслеживать фон и какие показатели, что означают.       Наступал рассвет.