Признаки того, что Вы маг из России

      Кольцов решил проявить уважение к Уайтхеду и поэтому не стал сваливаться как снег на голову в пять утра.       Он сделал это в девять.       Зато целой делегацией, которая появилась перед дверями АООМУ, как раз, когда ректор в крайнем волнении выходил из стен родного университета.       Впереди шел сам Кольцов с Гамаюн на плече, Рихтер с Алконостом и Селиверстов с Сирин. Птица печали сочувственно смотрел на некроманта, неловко приобнимая его крылом. За ними шла Елисеева, на ее вытянутой руке сидела Жар-Птица, от которой исходил такой яркий свет, что глаза Уайтхеда заслезились. Следом за Елисеевой молча шла Кассандра, задумчиво оглядываясь по сторонам. А замыкали процессию Даша, Аня, Дарриэль и Стефан. Последний был в темных очках, а грудь украшал солидных размеров медальон. Меньший артефакт просто не способен был помочь ему находиться без дискомфорта так близко с Жар-Птицей.       Заметив своих студентов, Уайтхед, который чуть с ума не сошел, когда они пропали, испытал сначала невероятное облегчение, а потом желание зарыть на месте. Он готов был поклясться, что у него за ночь прибавилось седых волос.       — Андрей, — произнес Уайтхед.       — Доброе утро, Артур, — отозвался Кольцов. — Извини, что без звонка. Дело слишком серьезное.       Уайтхед закатил глаза, а потом еще раз обвел глазами странную процессию, в которую умудрились вклиниться еще и два его студента. И кто! Ладно Стефан, который с поразительной для вампира общительностью постоянно находился в компании магов. Но Дарриэль?! Эльфы, в принципе, всегда держались в АООМУ особняком, а не шлялись по Камчаткам.       — До конца года я запрещаю собирать клуб чистокровок, — очень тихо сказал Уайтхед, но вампирский слух Стефана уловил его слова.       Вампир заметно помрачнел, шепнул что-то на ухо Дарриэлю, и тот, тоже состоящий в клубе, отвел глаза, кончики ушей у него покраснели.       На этом ректор останавливаться не собирался, но вынужден был признать, что просто не знает, как наказать этих студентов. Да и судя по выражению лица Кольцова сейчас были вопросы поважнее.       — Все на занятия! — приказал он студентам, которые уже начали толпиться, с интересом оглядывая незваных гостей.       Толпа за спиной начала неохотно рассасываться.       — Артур, нам очень нужно поговорить, — тихо сказал Кольцов. — Собери педсовет или как он у вас называется? Даша, Дарриэль, вы тоже нам нужны. Речь пойдет о личе.       — Личе? — послышался громкий голос Евгения. Студент стоял чуть поодаль, прислонившись к стене. — Нам с Васей тоже есть, что рассказать!       Уайтхед удивленно посмотрел на студента, который из-за своей слепоты больше времени проводил в своей комнате. Однако в этот раз он был в компании всего десятого курса ОРУ, которые во все глаза смотрели на прибывших преподавателей.       Переведя взгляд на коллег из России, Уайтхед заметил, что Селиверстов иронически поднял бровь. Сирин в этот момент прижалась щекой к его голове.       — Вы тоже успели сгонять на Камчатку?       — Мы читали Призрачную книгу, — ответил Евгений, скрестив руки на груди.       Лица Уайтхеда и Селиверстова удивленно вытянулись.       — Вы можете читать Призрачную книгу?       — У вас есть Призрачная книга?       Два голоса прозвучали одновременно.       — Так, хорошо, — кивнул Уайтхед, — нам всем, действительно, нужно поговорить.       Он еще раз устало обвел взглядом прибывшую процессию и не смог подавить вздох.       Часть студентов АООМУ ждал неожиданный подарок — у них отменили занятия, и даже не стали придумывать какую-нибудь активность, чтобы они не шатались по университету. Уайтхед только мимоходом бросил: «сидите в комнатах», но ни о каких возможных санкциях не заикнулся.       В кабинете Уайтхед собрал свой костяк преподавателей: Хоггса, Матиса, Аддамса и О’Салливан. Блэквуда он очень вежливо, тактично, но твердо выставил за дверь, так как «вы же сами говорили, что разрабатываете новую программу для обучения боевых магов. С удовольствием ее послушаю. Подготовьте выступление».       При виде делегации ОРУ Матис вскочил на ноги, его примеру последовали остальные. Уайтхед тут же махнул рукой.       — Коллеги, разговор будет долгим.       Последними в кабинет неуверенно вошли Вася, Евгений, Даша и Дарриэль, и Елисеева тут же захлопнула дверь перед носом Ани и Стефана.       — Но…       Елисеева выглянула.       — Нет! — беспрекословно заявила она. — Вот лучше возьми, — она передала Ане Жар-птицу, от которой Стефан тут же отпрянул. — Последи, чтобы она университет не спалила.       Елисеева повернулась к остальным. Другие птицы заняли места на шкафу, столе и на спинке стула Уайтхеда.       — Мистер Уайтхед, — Кольцов подчеркнуто вежливо обратился к ректору АООМУ, — я, с вашего позволения, введу всех в курс дела?       Уайтхед на мгновение прикрыл глаза.       — Вводите, мистер Кольцов, — кивнул он, присаживаясь за свой стол. Гамаюн с интересом на него посмотрела. Уайтхед невольно отодвинулся.       Кольцов, подавив улыбку, максимально подробно начал пересказывать последние события. Про нестабильный магический фон, древнюю магию, походы к личам и, наконец, появление в стенах ОРУ четырех студентов и всей фауны Буяна.       Все слушали, не перебивая, но дело было, скорее, просто в воспитании, потому что, едва Кольцов замолчал, чтобы перевести дыхание, тут же послышался резкий, взволнованный голос.       — Вы ходили к личам? — спросил Матис.       — Я и Таисия Михайловна, — кивнул Кольцов.       Матис просверлил взглядом Рихтер. Та спокойно его встретила и сложила губы в чуть надменной улыбке.       — А что хотел этот лич? — Хоггс задумчиво потер подбородок. — Уничтожить остров?       — Он… — Даша замялась, подбирая слова. — Такое ощущение, что ему просто было интересно, сможет ли он управлять островом.       — Скорее, ему интересно, что случится, когда он будет управлять островом, — хмуро сказал Селиверстов и повернулся к своим студентам. — Ну а что там насчет Призрачной книги?       Вася вытащил из кармана небольшую записную книжку, в которую он, под диктовку Евгения, перенес строки из книги:       «Магическая аномалия, вызванная магией, уничтожается только вместе с источником магии»       «Маг питается аномалией и может забирать силы у тех, кто ему противостоит»       «Контроль над аномалией ослабевает контроль над другими формами магии»       «Маг, контролирующий мертвецов, контролирует магический фон вокруг них»       Аддамс поправил ворот черной рубашки и вопросительно взглянул на Евгения.       — Я не хочу показаться грубым, но как вы можете читать?       Удивительно, но самым укоризненным взглядом преподавателя наградил Уайтхед, а вот Евгений лишь спокойно улыбнулся, поворачивая голову на звук голоса.       — Боюсь, я не смогу вам объяснить весь алгоритм, — учтиво произнес он. — Но для этого нужны способности к некромантии.       — Но…       — Мистер Аддамс, в АООМУ был слепой преподаватель некромантии в 1920-х годах, — Васю задело подобное отношение больше, чем Евгения. — Неужели вы думаете, что доктор наук не умел читать?       Аддамс вопросительно взглянул на Уайтхеда. Тот кивнул.       — Было такое, — он повернулся к ребятам. — Если вам интересно, то он – автор Призрачной книги.       Оба студента аж подпрыгнули. У Васи распахнулись глаза, и, если бы не Селиверстов, оба тут же бросились бы на поиски призрака.       — Давайте по пунктам, — посоветовал некромант, для надежности положив руки на плечи обоим студентам. — Что мы вообще имеем, кроме психа, который хочет уничтожить Буян и магический фон просто, потому что хочет посмотреть, что получится?       Рихтер придвинула к себе записную книжку и сощурилась, пытаясь понять почерк.       — Так, ну все не очень позитивно: хотим уничтожить аномалию, нужно уничтожить лича.       Все непроизвольно поежились.       — Я вообще за дипломатию, — тут же сказал Уайтхед.       — Я тоже, — вздохнул Кольцов. — Но, если и разговаривать с ним, то пойду я. А если договориться не удастся…       — То у вас не будет острова, — усмехнулся Хоггс.       — И у вас тоже не будет острова, — сообщила Елисеева. — Острова, который называется «Великобритания». Ну, может, фактически он останется, а вот магии на нем уже не будет.       — В Японии, кстати, фон уже скачет, — мимоходом заметила Рихтер. — Так, ладно. Дальше что?       — Аномалия будет его подпитывать, — ответил Селиверстов. — Если миром договориться не удастся, то на Камчатке лучше ему не противостоять…       — Там было написано, что, когда маг контролирует аномалию, контроль над другой магией ослабевает, — заметил Вася.       Рихтер заинтересованно посмотрела сначала на него, а потом в записи.       — А вот это уже интересно, — произнесла она.       — Интересно… — кивнул юный некромант. — А что это значит?       Ответил Селиверстов.       — Это означает, что у него будет выбор: либо контролировать остров, либо использовать стихийную магию. Одновременно он это делать не сможет.       — Слишком большой кусок откусил, — усмехнулся Кольцов. — Не проглотит.       — Что еще расскажете, читатели? — поинтересовался Селиверстов. — Почему магия работает наоборот?       — Потому что он тренируется, — тихо сказал Вася.       — Что?       — Тренируется, — повторил парень, разглядывая свои пальцы. — Он концентрирует магию внутри себя и выдает ее порционно. И… если все работает хорошо, значит, лич хорошо контролирует остров.       — А если плохо, значит, не контролирует, — протянул Селиверстов. — Значит, нужно будет делать так, чтобы он потерял контроль над островом.       — А я сразу сказала: учитесь колдовать на Камчатке, а во всем остальном мире делайте наоборот, — усмехнулась Рихтер.       Уайтхед закрыл лицо руками на пару секунд, а, когда открыл, то долго смотрел в глаза Кольцову.       — Андрей… — он вздохнул, а в голосе появилось что-то мученическое. — Андрей, почему я?       Кольцов совершенно искренне вздохнул.       — Я тебе доверяю, — он сначала хотел сказать это шутливо, но сказал абсолютно серьезно. — И знаю, что ты нам поможешь.       Уайтхед потер виски пальцами.       Кольцов помолчал немного, дожидаясь, пока студенты выйдут из кабинета, и только потом снова посмотрел на ректора.       — Слушай, у тебя не найдется какой-нибудь пещеры, чтобы приютить огромную крылатую змею?