Признаки того, что Вы маг из России

      Кольцов нервничал. Предложенная личем идея научить студентов поддерживать магический фон ему не нравилась, но и других вариантов он не видел. Если боевых магов еще можно отыскать, то некромантов, которые бы еще и хорошо знали Буян – нет, тем более, что те, кому написала Рихтер и вовсе не поверили в наличие лича, ограничившись отписками.       Отчасти он был рад, что английские коллеги изъявили желание им помочь. С О’Салливан и так было понятно — ее взгляды, обращенные к Селиверстову, замечал, наверное, даже Евгений Сапов. Уайтхед скорее всего считал себя немного виноватым, плюс сказывался шок от встречи с личем.       Интересовали его Хоггс, Аддамс и Матис. Первые два не горели особым желанием помогать иностранным магам, однако согласились. Хоггсу, видимо, было интересно поучаствовать в настоящем противостоянии (Кольцов даже в мыслях старался не называть это «битвой»). А вот что двигало Аддамсом ректор ОРУ так и не мог понять, но колдун коротко кивнул и удалился в свой кабинет, заявив, что займется подготовкой заклинаний, которые им пригодятся.       К нему Кольцов собирался сейчас заглянуть, но сперва Матис. Что двигало им ректор тоже понять не мог. Разве что интерес к Рихтер — светловолосый маг даже в лице менялся, когда оказывался рядом с Таисией Михайловной. И Кольцов осознавал, что чувствует легкие уколы ревности, хотя его с Рихтер не связывали никакие отношения кроме рабочих, ну разве что еще немного дружеские.       Он в целом был против служебных романов, а теперь, когда на глазах разворачивались сразу два, зубы сами начинали скрипеть.       В таких мыслях он дошел до кабинетов зельеварения. Они не шли ни в какое сравнение с лабораториями ОРУ, все-таки в АООМУ был сделан больший акцент на преподавание, чем на научную деятельность, но выбора не было. Самое необходимое – котлы, мешалки, основные ингредиенты имелись.       Таисия Михайловна была там. Вместе с Матисом она находилась рядом с котлом, нарезала какие-то корни, а коллега деловито размешивал кипящее в котелке варево. В воздухе отчетливо пахло имбирем, мятой и чем-то еще неуловимым.       Но самое главное, что успел увидеть Кольцов, прежде чем его заметили — Матис не улыбался. Обычно на его лице была усмешка, обнажающая крупные зубы. Но сейчас он был серьезен и даже несколько грустен. Казалось, что даже его светлые волосы потемнели.       Однако, увидев ректора, он тут же вернул себе привычное выражение лица.       — Добрый день, мистер Кольцов, — улыбнулся он.       — Здравствуйте, Андрей Савельевич, — кивнула Рихтер. Рыжие волосы у нее на этот раз были спрятаны под шапочку, чтобы защитить их от паров зелья.       — Добрый, — отозвался Кольцов, с интересом глядя на булькающее зелье. — Как успехи?       — Это пока просто для укрепления иммунитета, — ответила Рихтер, превращая корень, который нарезала практически в труху и отправляя его в котел. — У ребят будут очень сильные нагрузки…       — Мы хотим вместе с Аддамсом разработать для ваших некромантов зелья и заклинания, которые помогут усилить их природные данные, — блеснул серыми глазами Матис.       — Допинг? —подозрительно переспросил Кольцов, глядя на Рихтер, ожидая, что та возмутится.       Однако женщина только хмуро кивнула.       — Да, — коротко ответила она, выразительно глядя на Матиса, и тот начал быстрее мешать зелье. — Конечно, не хорошо усиливать молодой организм подобным, но других вариантов я не вижу. Без подобных зелий ребята с Буяном не справятся.       Видно было, что обсуждалось это все заранее.       — Хорошо, — скрепя сердце ответил Кольцов. — Студентам нужно будет сообщить обо всех рисках.       — Само собой, мистер Кольцов, — быстро, опасаясь, как бы ректор не передумал, кивнул Матис. — Я пойду сообщу Аддамсу, что вы согласны.       Он напоследок блеснул зубами и быстро пошел к выходу. Рихтер хмыкнула, глядя ему вслед, убрала огонь под котелком и накрыла его крышкой.       — Да, Андрей Савельевич, —она подняла глаза на ректора. — Ребятам нужно будет куда-то концентрировать магию.       Кольцов хмуро кивнул. Он и сам думал об этом. Концентрация магии в предмет требовала дополнительных усилий, поэтому обычно такой необходимости не было. Зато магия не рассеивалась и удар получался сильнее. Этим обычно пользовались боевые маги, используя посохи, но с некромантами было немного сложнее.       — Есть варианты? — поинтересовался Кольцов.       — Спросим у ребят, во-первых, — отозвалась Рихтер. — Шилова, я думаю, своего зомби использует, у Брика есть флейта… с остальными тоже посмотрим.       Кольцов кивнул, задумчиво барабаня пальцами по парте.       — Посмотрим… — повторил он. — Слушай, что у вас с Матисом? — не выдержав, напрямую спросил Кольцов.       Рихтер бросила на него короткий взгляд и принялась убирать по ящикам неиспользованные ингредиенты.       — Вы же слышали. Хотим улучшить магические показатели наших ребят. Кстати, Матис целитель по основной специальности, так что его помощь будет очень кстати.       — Тась.       — Что? — губы женщины прорезала улыбка.       — Я серьезно. Вы странно держитесь друг рядом с другом.       Рихтер замерла, открывая ящик, но лишь на секунду. После этого она спокойно убрала туда оставшиеся кульки и задвинула обратно.       — Андрей Савельевич, а вы с какой целью интересуетесь? — спросила она, начиная протирать стол от попавших на него капель зелья.       — Ты его ненавидишь? — спокойно спросил ректор.       — С чего бы это?       — Не знаю.       Рихтер резко швырнула тряпку на стол. Она повернулась к Кольцову. Глаза у женщины яростно сверкали.       — Я. Была. За. Ним. Замужем.       И, прежде чем Кольцов успел что-то сказать, продолжила.       — Андрей Савельевич, наши личные отношения не мешают работе. Тем более, что мы остались друзьями.       — А сколько?.. — неуверенно спросил Кольцов.       — Три года, — коротко ответила Рихтер. — Развелись семь лет назад.       — Я не знал…       — Вот и замечательно.       — Но… — Кольцов вдруг почувствовал себя неуверенно. — Почему?..       — «Но мне пора за дело приниматься, а ваш удел катиться дальше, вниз», — несколько исказила есенинские строки завуч. — Встал выбор: семья или работа. Матис выбрал семью. Я — работу.       — И теперь?..       — И теперь я воскресная мама, которая исправно платит алименты и проводит выходные со своими детьми, — коротко ответила Рихтер.       — У тебя есть дети?       — Не у «тебя», а у «вас». Андрей Савельевич, я попрошу соблюдать субординацию.       Рихтер закончила уборку и села за стол, спиной Кольцову. Тот неуверенно к ней приблизился, протянул руку, чтобы положить ей на плечо, но, так и не решившись, убрал ее.       — Почему?       Рихтер молчала так долго, что Кольцов решил, что она и вовсе не ответит. Однако женщина, помолчав, все-таки спросила:       — Во сколько у вас проявились магические способности?       Кольцов задумался.       — Лет в семь, наверное, — постарался припомнить он. — Или чуть раньше. А что?       — У меня в шестнадцать, — коротко ответила Рихтер.       Кольцов удивился настолько, что не смог вымолвить ни слова. Учитывая успехи Таисии Михайловны в магии, он думал, что ее дар возник еще в младенчестве. В среднем, способности появлялись в пять-восемь лет. Реже ближе к десяти. Кольцов лично знал мага, у которого способности к колдовству возникли в тринадцать, но особых успехов он не достиг.       — Мои родители тогда только вздохнули с облегчением, что «проклятье» прабабки обошло нашу семью стороной, но магия проявилась, — сказала Рихтер. — В школу я не пошла. Не хотела заниматься с десятилетними детьми. Осваивала это все по книгам, а в восемнадцать уехала в деревню, откуда была родом прабабка и нашла там учителя. Отличный маг. Занимался со мной днем и ночью. Смог за пять лет подтянуть меня до какого-то приемлемого уровня, чтобы я смогла поступить в университет, пусть и в самом хвосте. А там уже дело пошло легче…       — Тася…       Женщина обернулась на него. Глаза у нее блестели, но губы были сложены в усмешку.       — Не жалей меня, — коротко бросила она. — Сейчас я не последний человек в науке. Но. Семья — это не мое. Я была счастлива, что магический дар мне передался. И счастлива до сих пор.       Она выразительно посмотрела на дверь. Кольцов понял без уточнений.       У него было еще очень много вопросов к ней, но он их не задал. Не смог. Оставалась надежда вывести на разговор Матиса. С другой стороны, Кольцов испытывал гадкое чувство в душе, словно он собирает сплетни.       Но к Аддамсу он все равно пошел. Теперь нужно было узнать, что он готовит для студентов. Кольцов сам занимался именно заклинаниями, так что он в любом случае будет принимать в этом участие. Главное теперь думать о безопасности студентов.       Когда он открыл кабинет Аддамса, Матиса там не было, а хозяин склонился за письменным столом. Он, как всегда, был весь в черном, а под взглядом проницательных глаз практически каждый чувствовал себя неуютно. Впрочем, Кольцов уже очень давно преподавал у способной к сглазу Киры Долговой, так что лишь протянул руку.       — Здравствуйте, мистер Кольцов, — отозвался Аддамс, пожимая ее. — Кристофер говорил, что сообщил вам о нашей идее.       Кольцов нахмурился, полувопросительно глядя на мага.       — Кристофер Матис, — пояснил тот, приглаживая черные волосы.       — А, точно, — не стал притворяться, будто знает всех по именам, Кольцов. — Вы что-нибудь разработали? — спросил он.       Аддамс отрицательно покачал головой.       — Работать будем вместе с некромантами, — сказал он. — Кристофер, Та…— он замялся на непривычном имени. — Таи-си-я, я, и, видимо, вы? — Аддамс прищурился.       — И видимо я, — подтвердил Кольцов. — Аддамс, скажите…       — Роберт, — усмехнулся маг.       — Андрей, — кивнул Кольцов. — Роберт, скажите, зачем это вам? Неужели альтруизм?       Аддамс хмыкнул.       — Интерес и дружба с Кристофером, — ответил он. — И… тщеславие, мистер Кольцов, — он улыбнулся, растягивая бескровные губы. — Обыкновенное тщеславие. Хочу приложить свою руку к спасению магического мира.       Кольцов хмыкнул. Это звучало даже логично.       — Пойдемте, — предложил он. — Не будем же мы громить ваш кабинет.