Еще один титан на голову Разведки

Кабинет главнокомандующего Легиона Разведки. Эрвин Смит, наконец-то разобравшись со всеми документами, откинулся на спинку стула, расслабившись, но долго отдохнуть не вышло. Почти сразу, как Эрвин закончил с документами, дверь кабинета резко распахнулась, врезавшись в стену и вызвав небольшой обвал штукатурки. В кабинет вбежала запыхавшаяся троица, мигом захлопнув и заперев на засов дверь за собой. Эрвин вскинул брови, выжидательно смотря на запыхавшихся. Когда троица отдышалась и разогнулась, Смиту удалось признать в них заместителя Ханджи, члена Элитного Отряда Леви и лидера Отряда Наблюдения. Эрвин удивился такой спешке и приготовился узнать о падении Стены Роза, но задать какой-либо вопрос не успел. - Мы все знаем! – проорал Оруо, скорчив в торжествующей гримасе свое красное лицо. Видимо на лице Эрвина отразилось замешательство, поэтому Моблит поспешил добавить: - Мы знаем кто такой капрал! Вам больше не удастся это скрыть! Вот увидите, к вечеру о нем будет знать вся Разведка. Главнокомандующий замешкался: они узнали, что Леви был бандитом и жил под столицей? Но ведь об этом и так всем известно. Вон даже новичков просвещают в первую очередь. Или же известно не всем? - И что вам известно? – решил все же уточнить Эрвин. - Все! Мы все знаем, сэр! Вам не удастся это больше скрыть! – продолжил Оруо под одобрительные взгляды Моблита и Майка. - То есть вы хотите сказать, что знаете о темной стороне Леви? – буднично поинтересовался Смит. От такого повседневного тона у всей троицы по спине пробежали мурашки. Как можно так спокойно говорить о наличии зомби в Разведке? А если он кого-нибудь укусит и начнется зомби-апокалипсис? Неужели Эрвин затеял переворот, собираясь устроить этому миру «веселую» жизнь, а затем захватить власть? Тогда выходит, что они лишнее препятствие на его пути и сейчас, выломав дверь, сюда ворвется капрал, чтобы они замолчали навсегда или, ещё того хуже, пополнили собой ряды живых мертвецов?! Косясь на дверь, Моблит нашел в себе силы выкрикнуть: - У Вас ничего не получится! Узнали мы, узнают и другие! Вас казнят за такое! Та~ак, а вот это уже интересно. И за что же его, Эрвина, должны казнить? Все правительство знает, что он взял под свою опеку и личную ответственность Леви Аккермана. - Казнят? Что же такое вы узнали обо мне? – уже с явным интересом спросил главнокомандующий. Ему еще и интересно! - Мы знаем о произошедшем у водонапорной башни! Знаем о том, что с капралом! Ты больше не сможешь скрывать правду! – на этот раз уже кричал Майк. Поморщившись от громкого крика, Эрвин захотел хлопнуть рукой себя по лицу. Конечно! Ведь никто еще не успел узнать о том, что капрал Леви пришел в себя и даже покинул лазарет, вернувшись в свою комнату. Весь Разведкорпус по-прежнему думает о том, что капрал лежит где-то там в лазарете с тяжелыми травмами, после которых неизвестно сможет ли вернуться в прежнюю форму. Слух о случившемся у башни уже вышел за пределы Разведкорпуса, поэтому фанаты капрала готовы будут на клочки порвать Смита, если не узнают в ближайшее время о том, что ничего жизни Леви не угрожает. Однако при чем тут бандитство Аккермана? - Вы правы, нужно было сразу рассказать об этом. Он сейчас должен быть у себя. Хотите остаться с ним наедине? Тон Эрвина был раскаянным и доброжелательным. От этого тона у всех троих обвинителей волосы на голове постепенно вставали дыбом. Нет уж! Они так просто не сдадутся! Не дождется Эрвин пополнения ими своей армии зомби! Так же быстро как влетели, все трое выбежали из кабинета, захлопнув дверь. Эрвин, удивленно проследив взглядом за очередным отвалившимся куском штукатурки, перевел взгляд на захлопнувшуюся дверь. Да, он сильно погорячился, не сказав всем сразу. Вон как эти трое живо бегом припустили проверять самочувствие капрала Аккермана. Северный выход штаба Разведки. Леви резко дернулся в сторону, когда поток чужих воспоминаний внезапно прекратился. Эти воспоминания… Как такое может быть? Как он может видеть сам себя глазами другого человека, при этом еще и осознавая себя этим человеком? Будто всю жизнь им и прожил. Да еще этот аристократ в дорогой марлийской одежде. Кем он ему является? Вернее не ему. Капрал резко замер, уставившись в одну точку, но ничего не видя перед собой. Погодите-ка, в какой-какой одежде аристократ? Марлийской? Но что такое Марлия? Аккерман уж точно не был человеком следящим за последним писком моды, но точно знал, что никакой крупной фирмы с похожим названием,которая выпускает столь дорогую одежду, в этих стенах нет. Леви отмер и встряхнул головой, сбрасывая наваждение. Это все странно. Это все очень странно, но сейчас есть проблемы поважнее. Когда он на прошлой вылазке получил смертельные ранения и странным образом выжил, ещё и повысив свои навыки, то Святой Культ Стен, наслышавшись о чудесах капрала от поклонников Леви, как бы невзначай, прихватив с собой десяток Военных полицейских, потребовал выдать им « страдальца одержимого демоном», дабы «они очистили его от всех грехов и изгнали из него демона». Военные полицейские при этом недвусмысленно держали ружья в руках, намекая, что изгнание демона будет моментальным. После пули в лоб любой «демон» сразу же покинет тело капрала. Благо члены Культа застали Разведчиков посреди города, когда Эрвин, взяв с собой Элитный Отряд Леви и самого Леви, отправился пополнять запасы для базы, поэтому Эрвин Смит, блестяще сыграв на публику, отбился от священников и полицейских, при помощи все тех же обожателей Сильнейшего Воина Человечества. Однако в первый раз это прокатило, а вот на второй не выйдет. Каким бы замечательным оратором Эрвин не был, даже ему не удастся внятно объяснить, как в очередной раз капрал вышел сухим из воды, особенно когда у капрала Леви нащупали переломы и ушибы, а он в тот же день мало того, что выписался из лазарета, так еще и все травмы исчезли! В том, что слухи о инциденте у водонапорной башни вышли за пределы базы сомневаться не стоит: замок располагается в десяти километрах от среднего по размерам города, а Разведчики все же иногда получали увольнительную на один день в город. Возможно бы эти самые Разведчики и не проболтались, сохранив засекреченную информацию, если бы капрал не был объектом споров на тему « Зомби или все же вампир?». Поэтому они, не стесняясь, спорили на эту тему когда и где угодно, лишь бы этого не слышал сам капрал Аккерман. Леви, картинно стоная и хромая, направился в направлении лаборатории Ханджи. Если уж и решать проблемы, то решать по мере их поступления. Культисты Стен сейчас не стоят перед воротами, а вот кристалл очень даже может спалиться перед чьим нибудь взглядом. Повезло, что в Разведке есть такой фанатик науки как Ханджи. У нее в лаборатории, помимо сотен ей же и написанных книг и заметок о титанах, наверняка должны быть книги о минералах, а если повезет, то и о конкретных кристаллах. В лабораторию к Ханджи Аккерману идти совершенно не хотелось: лаборатория была единственным местом в штабе, где Леви был не властен над уборкой, поэтому там всегда царил полный срач и разруха. Однако выбора не было абсолютно, капралу жизненно были необходимы эти книги. Просить их у Ханджи напрямую- это значит подписать себе смертный приговор. Леви Аккерман никогда не интересовался какими-то минералами и прочими камешками в их духе. Поэтому внезапное проявление интереса к ним вызовет подозрение даже у Эрвина, который привык доверять брюнету, чего уж говорить про Ханджи. Единственный выход: внезапно для Ханджи нагрянуть в ее лабораторию, наорать за разведённый срач, увидеть кучу книг, сто лет не протираемых, и изъять их все под видом дезинфекции от поселившихся в ней тараканов и вытряхивания пыли. Учитывая характер Леви и выводы Эрвина об одном добравшемся до головы капрала кирпиче, это должно подействовать. Только для этого придется Ханджи и ее помощников заставить вылизать до блеска всю лабораторию, а это будет сделать очень не просто: Ханджи не очень хочет расставаться со своей антисанитарией, называя ее творческой обстановкой. Наконец доползя до лаборатории, распугав при этом всех встречных солдат своими стонами, Леви решил приоткрыть дверь. Ханджи с улыбкой и взглядом не то безумного гения, не то маньяка, что-то липкое и красное упорно и быстро смешивала в сосуде. Помимо Зое в лаборатории больше никого и ничего живого не было, что не сказанно порадовало капрала. Без лишних глаз и ушей задуманное было намного проще провернуть. - Очкастая! – окликнул ученую Аккерман. Ханджи застыла на пару мгновений, но после резко повернулась к Леви, безумно блестя глазами. - Ле~еви, так Эрвин не соврал? Ты и правда в порядке! – Ханджи бросилась с намерением «обнять» капрала, при этом не выпуская сосуд с красной гадостью из рук. Леви не прельщало быть задушенным или, еще того хуже, быть облитым этой дрянью, поэтому он успел вовремя увернуться, а Зое обнялась со стеной своей лаборатории. - Со мной все в порядке! А вот порядком в этом сраче, именуемом твоей лабораторией, даже не пахнет, - морщась проговорил Гроза титанов, недвусмысленно смотря на стоящие на столе бутерброды, которые забыли съесть дня два назад. Ханджи, не заметив попыток Леви морщась вытянуть первую попавшуюся книгу, оказавшуюся книгой с описанием минералов, продолжила щебетать: - Ты как раз вовремя! Я разрабатываю новое лекарство, которое поможет быстрее заживать ранениям. Не смотри на меня так! Я знаю, что моя область изучение титанов, а не лекарств, но если у меня все получится, то у Легиона Разведки будет надежное лекарство, помогающее заживлению! – сияя, Ханджи покосилась на красную гадость в ее колбе, которая по виду и по запаху скорее добьет, чем вылечит кого-то. - И при чем здесь я? – поинтересовался капрал, незаметно спрятав книгу за спиной под рубашку. - Ты должен мне помочь! От этого зависит много жизней, а также сохранение бюджета Разведки! –продолжала гнуть свое ученая, не забывая периодически одаривать Аккермана своим фирменным взглядом маньяка. - И что от меня требуется? – Леви был согласен уже на все, лишь бы поскорее и незаметнее покинуть этот рассадник грязи, прихватив с собой книгу. - Ооо! Всего лишь сущий пустяк! Я вытряхну из сосуда содержимое тебе на ладонь, а ты скажешь: покалывает оно не или нет. На себе я сделать этого увы не могу: я целый день его готовила и уже не понимаю покалывает это оно или же у меня просто руки уже отваливаются от длительного мешания. Леви перевел взгляд на не перестающий вонять отрыжкой титана сосуд и передернулся. Подходить к нему близко, а тем более держать его содержимое в руке он бы не согласился даже под угрозой казни, но выбора в очередной раз не было. Если счастливая Ханджи отвлечется на свое «лекарство», то она не заметит как капрал, прихватив ещё пару книг, идет на выход с оттопыренной под весом книг рубашкой, под которой даже слепой обнаружит украденные книги. Брюнет перевел ещё раз взгляд на сосуд и, подумав ещё с десяток секунд, сдался: - Хорошо, я сделаю это, но ты в замен отодраишь весь этот рассадник клопов и тараканов доблеска! Вечером я вновь сюда вернусь и проверю, и если увижу хоть одно пропущенное пятно, то ты будешь драить ещё и конюшню. Неделю. Ханджи, будто не услышав последнее, поспешно закивала и встряхнула резко сосуд. Жидкое содержимое сосуда реактивно выплеснулось вверх, заляпав живот и грудь ученой, но та на это не обратила никакого внимания, вытряхнув на ладонь Леви склизкий ком, похожий на вырванный из тела невиданного доселе существа орган. «Орган» медленно вытряхнувшись из сосуда, плюхнулся на ладонь Аккермана, забрызгав тому лицо и одежду. - Ну как? Покалывает? Что ты чувствуешь? – подлетела к нему Ханджи, склонившись над его ладонью и рассматривая свое творение. В этот момент дверь в ее лабораторию резко распахнулась, чуть не слетев с петель, и в помещение вбежали Моблит, Майк и Оруо. Открывшаяся перед ними картина заставила заорать всех троих. Рядом с заваленными различными склянками столами стояли Леви и Ханджи. Ханджи, залитая кровью, склонилась над ладонью капрала, схватившись за живот от резкого появления троицы. По лицу учёной блуждало странное выражение, поскольку глаза были под отсвечивающими стеклами очков, со стороны могло показаться, что гримаса Зое предсмертная. Над Ханджи возвышался капрал, держа вырванный из ее тела орган, с брезгливым выражением лица. Леви стоял в пол оборота к присутствующим и разглядеть в его взгляде, а уж тем более в чуть-чуть исказившемся лице, брезгливость было почти невозможно, а вот списать ее на хищное выражение - очень даже да. Не успели капрал и ученая обернуться, как все трое ломанулись на выход, крича, что слишком поздно, они опоздали. Что поздно и куда опоздали ни Ханджи, ни Леви не смогли понять. Аккерман, брезгливо скинул воняющий ком на стол ученой и, сказав, что никакого покалывания не чувствует, поспешил на выход, пока Зое не опомнилась и не заметила, что капрал одет в ее подарок, через который недвусмысленно просвечивают одолженные незаметно для Ханджи книги, еще несколько которых удалось прихватить в последний момент. Выйдя в коридор Сильнейший Воин Человечества облегченно выдохнул, прислушавшись к звукам в лаборатории и обернувшись в другой конец коридора, Леви убедился, что никто ниоткуда не собирается выходить, поэтому, уже не притворяясь, быстрым шагом пошел в сторону своей комнаты. Повезло с временем, после полудня у солдат очередные тренировки или поручения, и никого в коридорах замка почти не оказалось. Были лишь пара патрулирующих, которых капрал успешно миновал, притворившись тяжело травмированным. Выпирающие книги были списаны на гипс, благо Леви прошел мимо солдат согнувшись, а все попытки солдат помочь дойти капралу до своей комнаты, были отвергнуты его убийственным взглядом. Когда за Леви закрылась дверь его комнаты он, не забыв ее запереть, полностью расслабился скинув оттягивающие рубашку книги на кровать. Обед был еще не скоро, поэтому брюнет решил развязать надоевшие повязки. От синяка на ноге не осталось и следа, а Леви наткнулся на ещё один факт о своей броне, вспомнив, что говорил Генджи. По его словам кирпичи отлетали как от руки капрала, так и от его левой ноги, той самой ноги, что была сломана. Похоже, что кристалл не был одновременно и на ноге и на руке, а переместился с ноги на руку, ведь рука, прикрывающая голову, с точки зрения выживания намного важнее, чем нога, тем более, что капрал все равно не успевал отскочить. Леви рассмотрел книги, которые ему удалось добыть. Первая книга про описание минералов и их свойств, вторая про редкие породы камней и третья, связанная с образованием различных ископаемых в горных породах. Да, не густо. Спустя три часа краткого изучения и отсылания солдат драить сортир, которые долбились в дверь его комнаты с объявлением обеда , капрал встал из кресла и отшвырнул книги обратно на кровать. Ничего даже мимолетно похожего на его кристаллическую броню в них и в помине не было. Аккерман подошел к окну. Злость, ярость и непонимание происходящего переполняли его. Очередной солдат, решивший доложить, что для него отложили обед, был послан куда подальше, а капрал, стоящий слева у окна представил, что его окружают шипы, через которые никто не пробьется, даже если, выломав дверь, сам Эрвин потащит его силком в столовую. Сейчас было не до еды. Необходимо было разобраться в происходящем или на худой случай взять это происходящее под контроль, пока сюда опять не заявились Культисты. После падения Стены Мария они приобрели громадное влияние на людей. Капрал развернулся и хотел было ещё раз перечитать все книги, на сей раз целиком, надеясь выцепить из них хоть какую-то зацепку, но в результате застыл в шоке. Прямо за его спиной, как раз в том месте, где он представлял себе шипы, выросли прямо из пола, проткнув ковер, эти самые шипы. Шипы были полностью белоснежными и походили больше на тонкие колья ростом ему по пояс, но, казалось, были даже тверже брони на руке Леви. Брюнет молча взирал на колья и думал как объяснить всем решившим заглянуть в его комнату возникновение этих непробиваемых сталагмитов, растущих прямо сквозь его ковер. На ум не шло ничего, попытки их убрать таким же способом как заставив их появиться, представив в уме их исчезновение, не увенчались успехом. Сталагмиты только подросли на пять сантиметров и стали толще. Где-то на складе завалялись банки с коричневой и темно-коричневой краской. Можно попробовать при помощи этой краски замаскировать колья под деревянные, добавив в маленькие расстояния между ними по горшку с цветами. Эрвин, увидя это чудо посреди комнаты капрала, спишет все на кирпич упавший на голову, а остальные последуют его примеру. Тихо прокравшись на склад, Леви стащил банки с краской, прихватив еще и зеленую для создания нарисованных листиков, чтобы колья меньше походили на колья. Разрисованные под острые деревяшки с листиками, колья не выглядели так правдоподобно как в уме, но сойти за незамеченное сотрясение мозга капрала могли. Особенно дико и экстравагантно между «деревяшками» торчали откопанные, все также незаметно для окружающих, в саду цветы в горшках. Капрал сел на кровать, не отрывая взгляда от креативно торчащего через ковер художества. За всей этой лихорадочной беготней за краской и раскрашивания в попыхах кольев, он пропустил одну очень важную вещь. В голове Леви возникло четкое знание как создавать эти колья, а также сколько сил и энергии на это уходит. Самым занимательным фактом в этом было то, что все это создавалось из отделившейся от тела и затвердевшей кожи Аккермана. С каждым часом Сильнейший Воин Человечества все больше и больше начинал сомневаться в собственной человечности. Происходящие с ним вещи все больше начинали выходить за грань обыденного.