5 ноября

— Она скоро проснётся? — спросил кто-то рядом. Я резко открыла глаза. Прямо в лицо светила лампа, и голова, вздрогнув, закружилась. Я прищурилась, чувствуя какую-то слабость. Передо мной сидели два парня, в одном из которых я узнала Чонгука. — Что происходит? — прохрипела я. — Где я? Меня немного тошнило и мутило, казалось, будто это всего лишь сон. — Ты в нашем доме, — ответил другой парень. Он выглядел старше и разумней, чем Чонгук. Парень был прилично одет и не выглядел, как негодяй. Мои шестерёнки ещё не до конца начали работать, и я не сразу осознала, что мои руки связаны. Я опустила глаза на кисти, которые были обвязаны веревкой. Кожу неприятно саднило. Щиколотки, как и руки, тоже крепко были обвязаны канатом. Я медленно перевела взгляд на Чонгука, который вообще не смотрел на меня. Его взгляд был направлен в сторону, он без эмоций пялился вниз и даже не моргал. Урод. — Что я здесь делаю? — снова сломанным голосом спросила я. — Ты будешь здесь работать, — ответил тот парень. — Пусть он скажет, — я слабо кивнула в сторону Чонгука, что не сдвинулся с места. Его глаза вдруг впились в мои, и было видно, как он сильно сжал свои челюсти. Но несмотря на моё положение, я чувствовала злость. Злость не только на этого мудака Чонгука, но и на себя. Как я могла сразу не понять, что он не тот, за кого себя выдаёт? Я даже не пыталась отвести своей стальной взгляд от его мрачного. Я совершенно точно решила для себя, что ненавижу его. Если раньше, смотря в его глаза, мне становилось неловко, то теперь я хочу смотреть в них, хочу почувствовать его раскаяние за его наглую ложь. Но сейчас в его взгляде был только холод. — Ты теперь работаешь на нас, — твёрдо сказал Чонгук. Я попыталась вспомнить, что произошло: мы ехали в машине, потом позвонил Хосок, и… Чёрт! — Развяжите, — у меня не было даже сил, чтобы пошевелиться. Что этот урод подсыпал мне в воду? Но, как и ожидалось, мой приказ никто не стал выполнять. Они оба не сдвинулись с места и продолжали пялиться, и если взгляд парня был немного сочувствующим, то Чонгука — нет. — Завтра твой первый день, — сказал парень, имя которого я все ещё не знала. — В качестве кого? Шлюхи? — грубо спросила я, сверкнув яростными глазами и резко посмотрев на Чонгука. — Ты ей рассказал? — спросил тот. — Нет, это все её дружок, — прошипел Чонгук. — Он всё время лезет туда, куда ему запрещено. Речь шла о Хосоке. Боже, надеюсь, с ним сейчас всё в порядке. Мы находились в какой-то непонятной тёмной комнате, которую освещала лишь одинокая лампа. Окно было маленьким, будто форточка, и дверь старая и обшарпанная. — Если ты ещё не поняла, то я тебя использовал, — как невзначай сказал Чонгук. — Ты повелась. — Повелась на твоё наглое враньё, — подтвердила я. — Но ты заплатишь. — К сожалению, ты больше не выйдешь отсюда, — сказал тот парень. — Теперь ты здесь навсегда. «Навсегда…», — эхом пронеслось у меня в голове. Только сейчас я вспомнила про свою мать. — Где моя мама? — сразу спросила я. — Она в порядке, как и все твои друзья. Делай меньше того, что нам не нравится, и они будут в безопасности, — сказал парень. Они сразу оба встали со старых скрипучих стульев и покинули комнату, хлопком закрыв дверь. И что это сейчас было? После того, как они ушли, я не услышала звука замка, а это значит, что они меня не заперли. Я все равно не могу двигаться, а если у меня получается, то очень плохо. Я заметила, что моих вещей не было, и мне нечем было помочь себе. Я взглянула на руки, на свой браслет. Шармы из Pandora красиво переливались на свету, и тут мне в голову пришла идея. Я кое-как сняла свой браслет (благо, руки были завязаны спереди), и, взяв в ладони металлический ободок с шармами, перекинула его через туго завязанный канат и начала быстро тереть им верёвку. Руки быстро уставали, но я не давала себе ни секунды покоя — на кону моя жизнь. Я поняла, что если не действовать сейчас, то здесь действительно можно оказаться навсегда. Неприятный запах от трения металла о полугнилую верёвку дошёл до меня и очень обрадовал, ведь это говорило о том, что план начинает работать. Я потеряла счёт времени, но мне удалось каким-то образом ослабить верёвку и, резко дёрнув руками, разорвать её. Части тела тряслись и были ослаблены, но я не обращала внимания. Я быстро уже свободными руками приступила к веревкам на ногах и уже через некоторое время я была полностью свободна. Пришло время побега. Окно было слишком маленьким для моих бёдер, но если постараться, то, в принципе, можно попробовать сбежать. Я приставила один из трёх стульев к двери, чтобы задержать их в случае, если они узнают. Второй стул я приставила уже к стенке у стены и, встав на него, я медленно открыла скрипучую форточку. Пролезть надо было лицом вперёд, и, высунув голову, я поняла, что комната находилась в подвале. С огромным трудом трясущимися руками я схватилась за траву снаружи и, оттолкнувшись ногами о скрипучий стул, начала всем телом толкаться вперёд. Нет, я не буду проституткой, только не в этой жизни! Протолкнув себя из последних сил вперёд, мне удалось большей частью тела оказаться снаружи. Теперь требовалось только закинуть ноги и всё, я на свободе. Я легла на траву и глубоко дышала. Чёрт, это так сложно. Вдруг я услышала приглушённые голоса за домом. — Она в подвале, — этот был точно Чонгука. — Ты всё-таки испугался? — усмехнулся другой. Стоп… это голос Юнги! Он с ними заодно?! — Я испугался за Дженни, — рявкнул Чон. — Тебе стоит прекратить свои грязные игры. Ты не представляешь, как ты подставил меня. Они говорят обо мне? Что происходит вообще? — Извини, мне нужны только деньги, — хмыкнул Мин. — Подонок, — плюнул Чонгук. — Я защищу её, тебе ясно? — Ты уже потерял доверие, — засмеялся Юнги. — Она тебя ненавидит, она даже не знает, что ты спас её. Стоп, что? Чонгук меня спас? Как-то не похоже на спасение, ведь он только недавно сказал мне, что я новая игрушка в его бизнесе. Голоса стихли, и я поняла, что надо действовать. Я была уверена, что кто-то вот-вот зайдёт меня проведать, поэтому я быстро поднялась с земли и аккуратно пошла по периметру дома, прижимаясь к стене. На горизонте никого не было, и я заметила заветную калитку ворот. Чёрт, я даже не знаю, где я. Может, я даже не в Корее, куда я пойду? Ай, плевать, главное больше ни на минуту здесь не оставаться. Я как можно более незавидного прокралась к калитке и, оказавшись на расстоянии нескольких метров от неё, я как бешеная рванула наружу. Сердце колотилось, как ненормальное, и я, уже оказавшись за воротами, решила взглянуть на дом. Моя челюсть медленно отвисла вниз: дом был огромным, здесь было четыре этажа с большими окнами и балконами, будто тут жило очень много людей. Твою мать, куда меня привезли вообще? Не теряя не минуты, я двинулась вверх по дороге и обнаружила, что это целый посёлок. Здесь повсюду были мажористые дома, и я даже не была уверена, что бегу именно туда. Тут вдалеке я увидела машину, что с бешеной скоростью ехала, кажется, прямо на меня. Я успела отбежать в сторону, чтобы она меня не сбила, но автомобиль с резким звуком остановился рядом, а из окна показалась голова моего друга. — Хосок! — воскликнула я. — Забирайся быстрее! — нервно сказал он. Я, ни секунды не раздумывая, прыгнула в машину, и Хосок дал заднюю, вскоре выезжая на какую-то другую дорогу. — Как ты меня нашёл? — облегчённо спросила я на заднем сидении авто. — Я отследил IP адрес Чонгука и Юнги, мне удалось недавно загрузить вирус на их телефон, который позволял отслеживать местоположение, — быстро проговорил Хосок. — Куда едем? — В участок! — твёрдо сказала я, оборачиваясь назад и надеясь не увидеть другую преследующую нас машину.