Blood in the Water

      На улице было куда холоднее, чем днем и я вспомнила о куртке, которая осталась в номере, но возвращаться за ней не хотелось. Кай спал на момент, когда я ушла, а мне было до ужаса скучно. Еще когда мы остановились у мотеля я заметила бар напротив. И почему бы и нет? За последнее время на меня столько всего навалилось, что пару стопок текилы мне бы точно не помешали.       Я вошла в бар и немного расслабилась. Здесь было куда теплее. Чувствовать холод для меня было непривычно. Впрочем как и все, что чувствуют люди. В облике лисы я мерзла крайне редко. Зима в нашем округе была не такой холодной, как, к примеру, в Миннесоте и будучи лисой я ее и вовсе не ощущала. Однако лису алкоголь не продадут.       За барной стойкой стоял парень, который не мог не привлечь внимание. Темноволосый, накачанный парень, наверное, чуть старше меня, с оливкового цвета кожей, но самым примечательным были его глаза. Они были даже не голубыми — синими, с каким-то озорным блеском смотрящие на все вокруг. Он был красавчиком, которому самое место на обложку журнала.       Как только я села, он сразу обратил свое внимание на меня.       — Привет, что будешь? — спросил он.       — Текила. Две… Три стопки, — чего уж там. Пить, так по совести.       Парень усмехнулся, достал бутылку и заполнил три рюмки.       — Тяжелый день? — спросил он.       — Скорее жизнь, — усмехнулась я и выпила первую стопку.       — Дерек! — послышался мерзкий, писклявый голос.       Бармен закатил глаза. Из двери (наверное, это подсобка) вышла противная, как и ее голос, женщина лет сорока. На самом деле, она была очень красивая, но мне не понравилась сразу. Что-то в ней такое было, что отталкивало.       — Да, босс? — вяло ответил Дерек.       — Нужно провести ревизию. Останься после работы, — ответила она.       — Что? Почему ты этим не займешься? Или Крейг? Я не собираюсь торчать здесь полночи!       — Придется. Выбора то у тебя нет, — с каким-то удовольствием в голосе ответила женщина. Ну и противная же!       — Ладно. Почему нельзя заняться этим днем?       — А работать за тебя кто будет? Ты все еще должен, мальчик.       — Я отработал уже вдвое больше, — сквозь зубы ответил он.       — Будешь спорить, я найду для тебя еще работы. Ее здесь, как ты заметил, полно, — ответила она и скрылась в дверях.       — Надменная сука, — прозвучал тихий голос. Ой, так это же мой.       Парень посмотрел на меня и снова расслабившись, усмехнулся.       — Еще какая, — ответил он.       — Чего ты здесь работаешь? С таким противным начальством я бы уже давно свалила, — спросила я, раз уж начала разговор.       — Как она и сказала, выбора у меня, собственно, нет.       — Это как? — не поняла я.       — Два месяца назад напились с друзьями по колледжу и кто-то из них предложил залезть в дом. Этот дом пустовал, наверное, полгода и мы думали, что там никого нет. Хотя, на тот момент мы вообще не думали. Оказалось, что дом больше не пустует. Приехали хозяева, которые обнаружили нас, как только вернулись. Друзья успели удрать, а я попался. Вот они и поставили ультиматум: либо отрабатываешь долг, либо звонок в полицию. Мне проблемы были не нужны, решил поработаю с месяц и они меня оставят. В результате два месяца бесплатно пашу на них, а долг как был, так и есть, — ответил он.       — Ну так уходи. Ты все отработал, больше им не должен.       — В залог они взяли мои документы. Так что я здесь как бесплатный раб, — сказал он, а затем посмотрел на меня и торопливо добавил: — Не забивай голову. Пустяки.       — Ладно, как скажешь, — ответила я.       Странно, но меня очень заинтересовало, что рассказал мне парень. В последние годы меня не особо волновали чужие проблемы, которые меня не касались. Наверное, все дело было в обаянии Дерека, который располагал к себе с первой встречи. У меня вдруг возникло желание помочь ему, ведь ему наверняка это все надоело куда сильнее, чем он пытается показать.       Немного подумав, я закатила глаза. Становишься сентиментальной, Ева. Уже снова человек, да?       — Может тебе помочь с ревизией? Вдвоем управимся быстрее, — произнесла я.       — Да ладно. Сам разберусь, это не твои проблемы, — поспешно ответил он.       — Брось, мне не сложно, — настояла я.       — Зачем оно тебе? Мы же не знакомы, — он был слегка удивлен, но меня это не смущало.       — Ну, это легко исправить. Я Ева.       — Дерек. Но ты и так поняла, — усмехнулся он. Наверное, мысленно он окрестил меня странной, но мне все равно. Может это алкоголь?       — Ладно, Дерек, во сколько вы закрываетесь?       — В одиннадцать.       До одиннадцати оставалось еще два часа, которые я просидела в баре. Допив оставшиеся две стопки, больше я не пила. Дерек продолжил работать, выполняя заказы. К моменту закрытия я доедала третью картошку-фри. Да, плохим аппетитом я никогда не отличалась, а после последних двух лет он только усилился.       Дождавшись, когда бар совсем опустеет, парень запер дверь.       — Все еще не знаю, зачем оно тебе, — ответил он, но я была уверена, что Дерек рад тому, что я не ушла.       — Скука и не то с людьми делает, — пожала плечами я, отставив пустую тарелку. — С чего начнем?       — Пойдем, — произнес Дерек и пошел в сторону двери, из которой выходила неприятная дамочка.       За дверью был коридор, вдоль которого было сразу несколько дверей. Мы зашли в самую ближнюю, которая и являлась подсобкой. Дерек принес какие-то бумаги и в процессе отмечал там все, что мы находили и пересчитывали. Сначала мы сидели в полной тишине и я уже начала жалеть, что напросилась. Однако, через некоторое время мы завязали разговор, в ходе которого наконец оба расслабились. Перебирая товар, мы оживленно беседовали на самые разные темы. С этим парнем было очень приятно общаться, как оказалось, помимо внешности и обаяния, он был еще и очень интересен сам по себе.       Оказалось, что Дерек учится на втором курсе и собирается стать художником-архитектором, что было довольно интересно. За два часа мы перебрали половину товара, переговариваясь и смеясь.       Наверное, такое вот простое дружеское общение — это единственное, чего мне не хватало в облике лисы. Волкам проще, они группируются в стаи, но я не волк и все это время пребывала в гордом одиночестве, лишь раз в месяц оборачиваясь обратно, чтобы посещать собрания стаи, которые по глупым правилам главы нельзя было пропускать ни в коем случае.       Через какое-то длительное время мы наконец начали подходить к финишу.       — Хочешь сказать, Ева — не твое имя? — спросил Дерек, отставив очередной ящик с бурбоном на полку.       — Ну вообще-то я привыкла, что меня так называют. Знаешь, это что-то на подобии прозвища, — усмехнулась я.       — А настоящее имя? — спросил он, оставляя отметку на бумаге.       — Офелия. Кошмар, правда? — рассмеялась я.       — Офелия? Имя… необычное.       — Брат меня так назвал. Наша мать очень любила «Гамлета», — я улыбнулась, совсем не заметив, как ступила на опасную территорию.       — У тебя есть брат? — задал вопрос Дерек и теперь то я поняла, какую тему подняла и чем для меня это кончится, если я ее продолжу.       — Да, был. Кэррик умер два с половиной года назад, — ответила я, стараясь сказать это как можно более спокойно и равнодушно.       Я назвала его имя.       Я уже давно не произносила его имени.       — Черт, прости, — произнес Дерек и сразу сменил тему, за что я была ему до смерти благодарна. — Кажется, это все. Быстро мы, один бы я тут всю ночь просидел, если бы, конечно, не умер от скуки.       — Пожалуйста, — усмехнулась я.       Поднявшись с пола, мы снова вышли в зал и вдвоем начали наводить приборку, которая тоже лежала на парне. Мне все меньше и меньше нравилась Доротея — так звали ту женщину. Вместе мы вытерли столы, помыли полы, а затем вышли на кухню и начали мыть посуду, продолжая без устали болтать обо всем, что только придет на ум. Покончив с этим, Дерек ушел в подсобку и вернулся с бутылкой бурбона, которых в итоге мы выпили две.       — Я не представляю, как проснусь завтра утром, — сказал Дерек без какого-либо намека на грусть по этому поводу.       — Утром? Если меня оставят в покое, то я просплю до вечера, — рассмеялась я. К сожалению, в покое меня не оставят.        Взглядом зацепившись за ту же самую дверь, я внезапно спросила:       — А где этот Крейг держит твои документы, ты не в курсе?       — Здесь, — уловив мою мысль, ответил он, — но паспорт лежит в сейфе, я уже заходил туда.       — Там кодовый замок? — уточнила я.       — Нет, обычный, навесной, — ответил он и я довольно кивнула.       — Быть может, я могу помочь, — сказала я и не дожидаясь ответа, сорвалась с места. — Которая дверь — его кабинет?       — Последняя, — ответил парень, все еще смутно понимая, к чему я клоню.        Мы подошли к двери и я попробовала открыть ее, но та не поддалась.      — У тебя есть ключ? — спросила я.       — Нет, ключ от кабинета есть только у него и его премерзкой женушки, — ответил Дерек.       Я присела на корточки и посмотрела на замочную скважину.       — Хорошо, это не проблема, — ответила я. — Есть булавка или скрепка?       — Хочешь сказать, ты умеешь взламывать замки? — скептично усмехнулся он.       В прочем, его скептицизма хватило не надолго. Когда я все-таки отворила дверь, с помощью скрепки, найденной где-то в той же подсобке, Дерек присвистнул, а я, довольная собой, горделиво усмехнулась.       — Всего один вопрос: откуда? — спросил он.       — Брат научил когда-то, — ответила я и прошла внутрь.       — Если ты взломаешь и сейф, то я буду твоим должником до конца жизни, — сказал парень.       — Судя по всему, роль должника — твоя любимая, — рассмеялась я и подошла к сейфу.       Тут замок был куда сложнее, но я не сдаюсь без боя. Испортив три скрепки, замок все-таки щелкнул, когда я уже чуть было не бросила это дело, решив, что оно безнадежно.       — Черт возьми. Ты это сделала! — воскликнул Дерек. Я довольно улыбнулась и открыла сейф. Отложив все ненужное, я достала что-то, напоминающее паспорт, чем это и оказалось.       — Ну что ж, Дерек Харбор, вы официально свободны от заточения, можете поклониться королеве, — рассмеялась я, поднявшись и захлопнув сейф.       — Ева, ты необыкновенная! — от переизбытка чувств он резко обнял меня и я снова рассмеялась.       — Добби свободен, — сказала я. Мне не следует пить, определенно.       Дерек чуть ли не сиял. Мы наспех убрали какие-либо следы своего пребывания в кабинете, заперли дверь кабинета, а затем и парадную. Часы показывали уже пять утра и я даже охнула. Не ожидала, что мы просидим так долго.       — Я хочу знать их реакцию в подробностях! — весело сказала я, записывая его номер в телефоне, после того, как он записал мой.       — Уже не терпится увидеть это, — рассмеялся он. — Ты уезжаешь завтра?       — Да. Есть какие-то дела в Вирджинии, — ответила я.       — Очень жаль. Я ведь даже не отблагодарил тебя, — сказал Дерек.       — Еще успеешь, в следующий раз, — улыбнулась я.       — Обязательно, — он тоже улыбнулся.       С большой неохотой мы все же разошлись. За эти несколько часов я чуть ли не записала Дерека в святые. Как бы не было странно это признавать, мы подружились и это было будто бы незнакомое мне чувство. Видимо, я все-таки действительно слишком долго пробыла лисой, раз дружба с кем-то для меня теперь незнакомое чувство.       Я медленно пошла в сторону мотеля. Почему-то мне вспомнился наш утренний разговор с Каем, когда он спрашивал, почему я не воспользовалась возможностью и никому не позвонила, чтобы попросить о спасении от ненормального, которому безумно любящая меня жизнь предназначила меня в фамильяры. Я, кажется, огрызнулась и на том вопрос был исчерпан.       Только сейчас мне кажется, что я не ответила не просто так. Дело было не в том, что я не хотела никому звонить. На самом деле, звонить было некому.       Безусловно, все в стае уважали меня после того, что я сделала для них и пришли бы мне на помощь, если бы она мне понадобилась, но в этом вопросе они были бессильны и ничем бы не смогли помочь. Фамильяр — это проклятие, которое ложится на чьи-то плечи. Разница в том, что другие с благоговением принимают его, как свое предназначение, а мне попался психопат.       В таком вопросе я могла бы обратиться лишь к одному человеку, но Кэррик мертв и все, что у меня осталось — это одиночество и полный бардак в жизни.       Да, после того, как я вслух произнесла имя брата, произносить его мысленно стало куда легче, но я, наверное, никогда не смогу вспоминать о нем без боли. Мой брат мертв, а я осталась в полном одиночестве.       Стараясь быть как можно тише, я вошла в номер. Не хотелось бы мне будить психа, да еще и в пять утра. Однако, как оказалось, Паркер не спал, что немало удивило меня. Он вальяжно развалился на кровати, положив руки под голову и моя пьяная голова по достоинству оценила каждую черту его проклятого горячего тела.       — Где ты столько времени шаталась?       — Собаку выгуливала, — ответила я и стянув обувь прошла в комнату. Плюхнувшись на кровать, я услышала со стороны его кровати смешок.       — От тебя несет алкоголем, лисенок.       — От счастья находиться в твоем обществе напилась, — в очередной раз съязвила я.       — Ох, это лишнее, милая, — ухмыльнулся он.       — Я не милая! — тут же ответила я. Ему, судя по всему, нравится меня злить, а в моем нынешнем состоянии и трудиться не надо. Я села на кровати и недовольно посмотрела на него. — Я пытаюсь заснуть, если ты не заметил.       — Прости, я тебе мешаю? — откровенно смеясь надо мной спросил он. Да что ему так весело?       Знаете, пить мне и правда не стоит. Я запустила в него подушкой, но не учла, что с его то рефлексами это было бесполезно. Эта же подушка прилетела в меня, но в моей голове что-то щелкнуло и я твердо вознамерилась что называется «отдубасить» его. Поэтому не твердо стоя на ногах (пьянство до хорошего не доводит) я подошла к нему и этой же подушкой заехала ему по физиономии. А ему хоть бы что! Надо было торшером въехать.       — Чего тебе все время так весело? — сказала я.       — Так ты же веселишь! — усмехнулся он.       — Клоуна себе нашел что ли? Я фамильяр, а не шут, моя работа помогать тебе, вбивать в твою голову правильные мысли и бегать за тобой хвостиком, а не развлекать тебя! — заявила я.       — Ну пока с работой клоуна ты справляешься лучше, — поддел он меня.       Я снова заехала по его лицу подушкой, но теперь он дернул за нее и я свалилась к нему. Глупая ситуация. И я глупая.       — Ты меня так бесишь, Паркер!       — Ты просто без ума от меня, вот и злишься, — усмехнулся он. Его, судя по всему, совсем не смущало, что я буквально лежу на нем. А вот меня да. Очень.       — Это тебе во сне приснилось? — уточнила я.       — Зачем же? И наяву достаточно, — усмехнулся Кай.       — Что, женского внимания не хватает? Мерещиться начало? — усмехнулась я.       — О, женского внимания у меня полно, дорогая. Всем нравятся горячие психи, — усмехнулся он. Надеюсь, это он не мои предыдущие мысли озвучивает.       — У меня на тебя только два слова, — ответила я.       — Самый замечательный?       — Напыщенный индюк! — буркнула я и попыталась встать, вот только это было моей ошибкой.       В одно мгновение он перевернул нас и теперь я была прижата его телом к кровати. Что ж, это хотя бы мягкая поверхность, а не кирпичная стена. Он впился в меня взглядом потемневших, ставших почти черными глаз, а я почувствовала себя… очень странно.       — Ты зол? — тихо спросила я. Мой голос прозвучал как-то наивно, как у ребенка и я почувствовала себя совсем бессильной. Пить я больше не буду!       — Почему же? — усмехнулся он и я почувствовала касание его пальцев, которые вели дорогу от моего бедра к талии.       — Когда ты злишься твои глаза темнеют.       — Что еще ты заметила? — довольный, как кот, спросил он. Я собралась и попыталась взять себя в руки.       — Ну… Знаешь… — начала я.       — Что?       — Я заметила, что ты… — для эффектности я чуть-чуть приподнялась и оказалась к нему еще ближе. Я сама себе выкапываю яму и лучше бы мне лечь в свою постель и заснуть, не обращая внимания на его издевки, но тогда я буду не я. Я положила ладонь на его шею. От этого прикосновения мне стало еще хуже. — Напыщенный индюк, — закончила я и выдохнула.       — Ты играешь с огнем, Ева, — ответил он и стал еще ближе. Он делает это специально!       — Ты тоже, Кай.       Я бы очень хотела, чтобы этого не случилось, но все шло именно к этому. Ситуация приняла слишком опасный оборот и я сама виновата. Когда-нибудь, Ева, твоя глупость тебя погубит!       Паркер обрушился на меня волной. Его губы на моих разожгли такой пожар, что я, наверное, никогда больше не смогу нормально реагировать на него. Он целовал меня, а я ему это позволяла! Это совсем не правильно! Он псих, который при первой встрече чуть не убил меня, который погубил ту девушку, убил своих родных и едет в Вирджинию, чтобы прикончить собственную сестру! Я должна остановить это! Если бы только мое тело дружило с головой…       Но я отвечала ему. Я запустила руку в его волосы и прижималась к его телу, позволяя делать все, что он пожелает. Он доводил меня до исступления лишь своими прикосновениями, заставлял чувствовать такое, о чем я и не помышляла. Каждая клеточка моего тела безудержно тянулась к нему сейчас. Я расслышала в тишине номера стон и о, Боже, это был мой стон. Я выгнулась навстречу ему, чувствуя твердость его тела, желая быть к нему еще ближе. Я сошла с ума?        Зная, что это абсолютно неправильно, я хотела Кая Паркера.