Blood in the Water

      Очень знакомое чувство разливалось по всему телу. Кажется, я уже подзабыл, какого это так злиться.       Что ж, мой чертов ковен даже после смерти умудряется доставлять кучу проблем. Перед своей смертью они успели перенести детей Джо в тело блондиночки-вампира. Даже при смерти они играли в благородных, пытаясь спасти нерожденных наследников. Все лучше, чем я. Кто бы мог подумать.       На улице было слишком холодно для сентябрьского вечера. Для меня, как для вампира это не имело никакого значения.       Я уже представлял себе злость своей лисички. Она придёт в ярость, когда я вернусь. Ее невыносимо злит отсутствие выбора, которого я ее постоянно лишаю. Меня это лишь веселит, от чего она злится еще больше.       Главное успеть первым — Локвуд наверняка уже несется на всех парах за моей девочкой.       Будто бы у него есть шанс.       Офелия Блейк. Насколько необычное имя, настолько же необычен и его носитель. Видимо, не зря именно она была предназначена мне в фамильяры — единственная игрушка, которая не сломалась и не вызывает желания самому ее прикончить.       Казалось бы, меня должно злить ее упрямство. Слишком наглая, слишком гордая и слишком… всего в ней слишком. До нее не попадалось еще никого, кто бы в открытую выказывал при мне свою храбрость, в некоторых случаях, наигранную. Она кажется слишком интересной, чтобы убивать ее. Как бы странно для меня это не звучало.       Впрочем, конец итак известен. Рано или поздно она надоест мне точно так же, как и все, но прежде нужно разобраться со всей этой историей с фамильярами. Пока что я, как ни странно, не имел никакого желания убивать ее. С другими все работало иначе.       Хотя мне безумно нравилось видеть в ее глазах страх. Это было приятно хотя бы потому, что Ева в моем понимании никак не ассоциировалась с трусихой. Даже в моем присутствии она вела себя… абсолютно обычно. Еще один балл в пользу малышки Блейк. Она вызывала некоторый интерес. Возможно, она была особенной.       Как оказалось, еще и верной. А может быть просто равнодушной, что меня тоже устраивало. После посещения моего дома, туповатый на голову Тайлер даже не удосужился подумать о конспирации, оставив послание Еве прямо у меня под носом. Еще один глупый поступок — даже несмотря на то, кем она является.       Она жестко его отшила, что меня, надо сказать, даже впечатлило. Я рассчитывал совсем на другой расклад, но не ожидал, что она откажет Локвуду. Казалось бы, она должна больше всех желать избавиться от меня — это ее пропуск на свободу. Не нужно было бы таскаться с еретиком-убийцей по всей стране, участвуя во всех его грязных делишках. В таком случае, я бы знал каждый шаг Сальваторов наперед.       Вот только Ева играет по правилам, известным только Еве, от чего становится еще интереснее. Думаю, прежде, чем покончить с ней, пройдет немало времени — каждый день новые сюрпризы и ни одного дня, когда бы она покорилась полностью, на все сто процентов.       Поднявшись на крыльцо сразу стало понятно — Локвуд уже был здесь. Оборотню не терпится умереть. Пора помочь ему с этим. Сегодня будет много крови.

***

      Время тянулось невыносимо медленно. Стрелки часов будто нарочно не торопились двигаться дальше на циферблате. Близился вечер, который обещал быть веселым, если к тому моменту, как Паркер вернется, он будет в том же дрянном настроении, в котором ушел.       Я перелистывала очередную страницу второй за сегодня книги, когда уловила на крыльце какой-то едва слышный шум. Затем последовал звук открывающейся двери.       Почему-то я была уверена, что это не Кай. Бесшумно поднявшись с кресла, я настороженно посмотрела в сторону коридора.       Кому могло взбрести в голову вломиться в дом Паркера? Ответ не заставил себя долго ждать.       Тайлер. Наверняка это снова он. Не вовремя же он пришел, ох не вовремя…       И действительно, немного помедлив, в гостиную вошел Локвуд собственной персоной и сразу же посмотрел в мою сторону. Что-то в его взгляде еще больше меня насторожило.       — И ты снова нарываешься на неприятности, — я скрестила руки на груди. — Что привело тебя сюда на этот раз? Я же сказала, что не буду в это вмешиваться.       — Ты должна пойти со мной, — парень пошел ко мне, но я мгновенно сделала шаг назад, жестом показав, чтобы он не приближался. — Послушай, Паркер убьет тебя, как только ему надоест возить тебя с собой, как прицеп. Он все знает, теперь его ничто не останавливает. Они всего лишь дети, Ева!       — Я не хочу в это ввязываться! — я нахмурилась. — И не буду.       — Тебе не в первой, — парировал он.       Так, а вот это уже интересно.       — Что ты знаешь? — жестче нужного спросила я.       — Прости, но ты единственная, кто имеет на него влияние. Если ты не поможешь добровольно, то придется поступить иначе, — заявил Тайлер, чем вызвал мой нервный смешок.       — Интересно, ты думаешь, что сможешь меня заставить? Локвуд, не играй с огнем. Решайте свои проблемы самостоятельно!       Он снова направился в мою сторону, намного более решительно и я инстинктивно напряглась, но отступать было некуда. Локвуд схватил меня под локоть и тут же одним пинком улетел в стену на которой, кажется, осталась небольшая вмятина. Однако он не собирался так легко сдаваться. Я отчетливо расслышала с его стороны рык, когда его глаза засветились желтым.       Подпрыгнув с четверенек, он успел задеть меня, прежде чем получил мощный удар по челюсти.       Я медленно начинала злиться. Вся эта ситуация не приведет ни к чему хорошему — это я знала точно.       На самом деле, я прекрасно понимала правоту Тайлера — Кая надо остановить, он собирается жестоко убить двоих ни в чем не повинных детей. И мне действительно было жаль их и при упоминании того, что Паркер собирается с ними сделать я испытывала противоречивые чувства. Я не хотела их смерти, но знала, что не смогу остановить это. Потому что я… боялась? Паркера? Того, что потеряю над собой контроль? Или возвращения всех ночных и дневных кошмаров наяву, от которых с таким трудом бежала, которые только-только потускнели, перестали беспокоить ежедневно, смогли немного затихнуть, отзываясь во мне отголосками намного реже, чем когда-либо до этого?       Ответ был очевиден. Это не моя борьба. Пусть это бесчеловечно, аморально и в полной мере неправильно, но я должна избежать участия в этом любой ценой.       Видимо, у Вселенной были другие планы.       В самом разгаре нашего противостояния, появился Кай. Я заметила его в ту же секунду, как он появился, даже несмотря на то, что двигался он с вампирской скоростью. Свернув шею Локвуду, он бросил на меня взгляд, от которого я внутренне сжалась, таким жутким он был.       — Чертов Локвуд, заноза в заднице, — выругался он, перешагивая через тело гибрида. Его клыки говорили о том, что он точно не обычный оборотень.       — Что ты творишь, чокнутый псих?! — не сдержалась я, когда он потащил меня за собой. — Отпусти меня сейчас же!       — Прости, Ева, но без тебя действительно не обойтись, — холодно ответил Паркер. От него прямо-таки несло злостью, но в этот раз она была адресована не мне.       — Я же сказала, что не хочу в это лезть! И не полезу. Мы оба знаем, что я бесполезна, Кай, — я дернулась, заставив его остановиться.       Он обернулся ко мне и взяв за плечи сильно встряхнул, заставив посмотреть на него.       — У тебя нет выбора, ясно?! Ты мой фамильяр и если это не сработает, я убью тебя за ненадобностью! — кажется я говорила, что он был зол? Так вот, он был в ярости!       Однако это не возымело на меня должного эффекта. Я подалась вперед, теперь сама ощущая злость. Пусть попробует повторить, что сказал и я ударю его и плевать я хотела, что он будет с этим делать.       — Убьешь меня? Серьезно, Паркер? Тупой садист! Носишься как угорелый, пытаясь прибить все, что движется! На планете семь миллиардов человек, всех однозначно не перебьешь, зато найдется хоть один, кто когда-нибудь убьет тебя!       — Ты что ли? — со злобной усмешкой поинтересовался он.       — Не я. Но кто бы это ни был, буду ему искренне благодарна за истребление таких выродков, как ты! — зло ответила я.       Я понимала, что ступила на опасную дорожку. Как-то раз Кай мельком упоминал, что его отец всю жизнь называл его выродком за то, что тот не имел собственных сил и сейчас, в порыве гнева назвав его так я увидела опасный блеск в его глазах. Но слова не заберёшь обратно и от него никуда не денешься.       Однако, вопреки моим ожиданиям, он вдруг заговорил абсолютно спокойно, хотя слова его все еще звучали угрожающе:       — Благодарна, да? — он усмехнулся. — А я так не думаю.       — Вот и зря, — выдохнула я.       — Ты любишь меня, — промурлыкал он. — И ты никуда от меня не денешься. Никогда.       — Чего? Совсем сбрендил? — поинтересовалась я. — Да чего я спрашиваю, собственно? Конечно сбрендил!       — Отрицай сколько угодно. Я замечаю любую твою ложь, даже если ты лжешь себе, — самодовольно ответил Кай, сократив эти пару сантиметров, которые между нами оставались, вглядываясь в мое лицо. Он выглядел… абсолютно спокойным. Словно бы не был в ярости буквально пять минут назад.       — Мечтать не вредно, — фыркнула я, вызвав у него очередной смешок.       Он грубо прижал меня к себе, положив руку на талию и властно поцеловал прямо посреди темной безлюдной улицы, выбив меня из колеи. Кажется, моя злость тоже немного поутихла… но никуда не делась.       Немного отстранившись, он снова посмотрел на меня, продолжая держать меня одной рукой.       — Если бы в этом не было необходимости, я бы не заставлял тебя.       — Но заставляешь, — я отпихнула его от себя, нахмурившись.       Он вновь взял меня под локоть, не так грубо, как до этого, но ощущения были не из приятных и снова поволок за собой, вдоль по улице.       Я не успела и глазом моргнуть, как мы свернули к огромному дому, который сразу привлек мое внимание. И, видимо, не зря, потому что Паркер направлялся именно к нему.       — Что ты собрался делать, Кай? — чем дальше мы шли, тем больше я напрягалась, готовясь… к чему-то.       — Просто держись за меня и когда нужно будет, расслабься и откройся мне, — ответил он.       — Открыться… Ты меня проводником решил сделать? Да ты действительно спятил! Я же могу умереть!       О проводниках я — а точнее мы вместе, — читала в книгах, которые стопками оставлял мне Кай. Это один из немногих фактов, что мы узнали о фамильярах и узнав о нем, больше никто из нас его не упоминал.       Использование фамильяра как проводника значило, что маг может удвоить свою магию, проведя ее через своего фамильяра. Все звучало довольно безобидно, если бы не одно «но». Если впустить в фамильяра слишком много магии, он может погибнуть от перенапряжения.       — Не паникуй раньше времени, — невозмутимо ответил он. — Я все сделаю правильно.       — Или поджаришь меня изнутри, — добавила я.       — Не доверяешь мне? Ты ранишь мои чувства, Ева! — театрально произнес он. Вот уж кто точно пришел в норму.       И как я вообще докатилась до того, чтобы рисковать собой ради ничего?       По сути, так оно и было. Этот риск был лишь для того чтобы Кай держал в себе всю магию его ковена. Я не понимала его тяги к могуществу, ведь он итак был достаточно силен, чтобы защитить себя и сражаться с кем угодно. И его магию у него не мог отнять никакой ковен.       Его проблема лишь в нем самом. В его злости. И хочешь не хочешь, мне приходится в этом участвовать.       Одна из причин, почему я никогда не хотела быть фамильяром.       — Ты хмуришься больше нужного, Офелия.       — Это тридцатый или тридцать первый раз, когда я говорю, что не хочу участвовать в этом? — съязвила я.       — Вообще-то всего лишь седьмой, — усмехнулся он.       Я закатила глаза и врезалась в него, когда он резко остановился почти у самого дома.       — В чем дело?       — Силовое поле, — ответил он, будто ожидал чего-то подобного.       — Ты же вытягиваешь магию, в чем тогда проблема? — я на самом деле не понимала, что происходит. Мысли снова путались. Что-то в этом месте напрягало меня даже больше, чем то, зачем Кай привел меня сюда.       — Не сомневаюсь, что ведьма Беннет оставила приветственный сюрприз, — он повернулся ко мне. — Готова?       — Даже не думай, — я отступила на шаг назад. Упрямиться было бесполезно, я видела и знала это, но ничего не могла с собой поделать. Чем дальше это заходит, тем сильнее становится чувство, что сейчас что-то пойдет не так. Может быть… всего лишь может быть я испытывала страх и хоть для него было множество причин, я все еще не могла понять, почему.       Паркер схватил меня за руку и дернул к себе. В одну секунду его взгляд и голос изменился, как это бывало обычно, когда он злился. Вырываться тоже было бесполезно, чтобы убежать от него потребовалось бы немало усилий, а для того, кто не может ему навредить это было невозможно.       — Мне все равно, хочешь ты того или нет. Ты это сделаешь или я тебя заставлю, уяснила?       И он начал читать заклинание, вцепившись в мою руку. Взявшись за вторую, он отошел на шаг, образовав таким образом круг из наших рук. А я в это время застряла на этом моменте и предчувствии чего-то плохого. Может ли быть еще хуже?       Хотелось бы верить, что нет, но интуиция меня никогда не подводила.       В какой-то момент все смешалось, кажется, что наступила полная тишина. Для меня. Я не слышала и не ощущала ничего.       Это длилось не больше минуты. Затем стало невыносимо холодно. Как будто меня со всей силы бросили в ледяную воду и не давали выбраться на сушу. Что было еще более странно, если снаружи я ощущала холод, то внутри кровь словно превратилась в раскаленную лаву. Такое противоречие сбивало с толку и не позволяло двинуться с места. Кажется, я даже перестала дышать.       Сквозь пелену я едва могла заметить, что Паркер поставил над нами защиту, через которую пытался кто-то пробиться. Пытаясь сосредоточиться, все еще в смешанных чувствах, я «пришла в себя», если это можно так назвать.       Барьер, который до этого останавливал Кая теперь пал. Каким образом я смогла это понять для меня оставалось загадкой.       К дому, прямиком до входной двери пролегала дорожка из яркого свечения. Казалось, что вижу ее только я. Внутренности жгло, тем временем как сама я дрожала от холода.       На крыльце дома, к которому пролегала эта самая дорожка творилось что-то, что своим смешанным сознанием я не совсем понимала.       Две маленькие девочки — наверное, те самые, из-за которых мы здесь. Одна цеплялась за белокурую девушку, в сумраке я едва различала ее, хотя раньше зрение перевертыша меня не подводило. Другая же медленно, словно под гипнозом, шла вдоль той самой дорожки, которая пролегала к крыльцу. Ее удерживал мужчина, который, кажется, едва мог пошевелиться. Так же, как и я.       Пытавшийся пробиться через защиту человек или кто бы то ни был сейчас лежал на траве и кажется не дышал. Рядом с ним стояла девушка, которая говорила… шептала что-то, что я не могла расслышать. Слух меня тоже никогда не подводил и я бы насторожилась, если бы могла.       Вместо этого я чувствовала абсолютное спокойствие. Прострацию, через которую не могла пробиться я и не мог пробиться никто другой снаружи. Никто? Кажется я поторопилась с выводами.       Потому что в следующую секунду я расслышала отдаленно знакомый голос.