Малика с восточного побережья: Начало

Принцесса поглядела на Малику недоверчивым взглядом, произнесла осторожно: — Не знаю насчёт язычества, но двубожие даёт ответ на этот вопрос. — Язычество бывает очень разное, — недовольно нахмурилась Малика, — но я совсем о другом. Ты никогда не задавалась вопросом, как живут люди за пределами побережья? Последовала пауза. — …Я не очень тебя понимаю, — сказала принцесса по её окончании. — В каком смысле «за пределами»? Ты про север или юг? — Я не про те земли, что лежат на берегу, — ответила Малика. — Кстати, ты знаешь, почему на карте с севера и юга горы смыкаются с морем? Ведь никто дотуда не дошёл. — Серьёзно? — удивилась принцесса. — Да. Эта карта — предположительная. Считается, что и на севере, и на юге есть непреодолимое препятствие, не дающее людям издалека прийти к нам. — Каким ещё людям издалека? — продолжала недоумевать принцесса Динка. — Тем, кто не живёт на восточном побережье. Точнее, на западном побережье. — Западном побережье? — как эхо повторила принцесса, уже не слишком способная на обдумывание. — Да. Ведь для людей с материка мы живём на западе. — С чего ты вообще взяла, что там есть какие-то люди?! — наконец не выдержала принцесса. — Лала, — коротко ответила Малика. Короткого ответа не хватило: — Что — лала? — Когда-то здесь были люди, говорившие и писавшие на лале. И они куда-то ушли… возможно. — …А почему не просто умерли? — Тогда мы бы нашли больше древних трупов, — просто пояснила Малика. — Хотя есть и те, кто думают как ты. Кто знает, может быть, трупы просто завалило под скалами. Земля под нашими ногами удивительна… — Тебя восхищают землетрясения? — поёжилась принцесса Динка. — Есть немного, — ответила Малика, не заметив неодобрительных интонаций. — Только в теории, конечно. У папы сестра погибла… Так я о другом. Ушли они или умерли — в любом случае, люди, говорившие на лале, пропали отсюда. А потом как-то появились мы. С севера или с юга, с гор или с моря. Как думаешь, откуда? Принцесса промолчала. — Принято считать, что мы приплыли с запада, Динка-химэсама. А всё потому, что мы восточное побережье — значит, для тех, кто пришёл на эти земли, они были востоком. — С этого и надо было начинать, — заметила принцесса. — Ты сама задала вопрос, — возразила ей Малика, и принцессе пришлось притихнуть и спросить: — Так что там с песней? — Скорее всего, она была написана ещё до того, как люди оказались на этом побережье. — Так вот почему она такая путаная, — быстро смирилась с новостью принцесса Динка. — Да. Она понятна людям, которые жили в тех условиях. Когда, скорее всего, начало убывать море. — В каком смысле? Там героиня утонула, не думаю, что ей было мелко. — Ага. Но смотреть надо не туда. Тут, в общем, всё подряд, кроме смерти лирической героини, об этом… — Ну? — нетерпеливо поторопила Малику принцесса. — Вся история про море, которое некогда было богато — это история о рыбаках и мореплавателях, которые, видимо, высоко ценились ещё до начала сюжета песни. Скорее всего, когда море было глубоким, оно было опаснее, и глубоководная рыба много стоила. В одном из вариантов поётся «сколько рыбацких достали тел». — Как разумно — пойти в бушующее море с золотом в карманах, — хмыкнула принцесса. — Вряд ли они правда выходили с золотом. Некоторые думают, что они были хорошо одеты и имели при себе какие-нибудь ценные вещи типа дорогих пряжек, которые могли сохраниться в море…Но, скорее всего, просто нашедшим трупы платили. Почему-то. В любом случае, — Малика покачала головой, — со временем море стало убывать, и когда-то прибившиеся поближе к берегу тела обнажились. Что ещё там в первом куплете... Героиня говорит, что она с кем-то «топтала тропы» — значит, возникло новое место, где нужно было прокладывать пути. Полагаю, ходить среди камней, водорослей и трупов было не очень удобно… Весь остальной куплет — не то лирика, не то до сих пор не понято. Малика оглянулась на принцессу. Та молчала, глядя на стихийную лекторку в упор, и Малике пришлось продолжить: — Во втором куплете тоже интересно. Вот как ты думаешь, что за «земля под ногой слаба»? Принцесса Динка на секунду задумалась, после чего ответила: — Пошли в горы, а порода осела. — Ага. Судя по всему, герои упали в пещеру, когда играли. Причём почему-то в тихую — «солнце не светит, ветер не свищет», — но это могло быть просто для размера вставлено. Пещер тогда должно было стать много из-за уходящей воды… И по какой-то причине спастись мог лишь один — может, нужно было подсадить другого на плечи или что-то подобное. После этого люди в поселении дождались отлива — видимо, нашли «бога», который «море увёл с собой», — и пошли искать, но в прилив пещеру залило, и героиня утонула. А её другу в отлив вода была мелка, чтобы с горя тоже утопиться. Вот и всё, — завершила Малика. Принцесса вздохнула, будто ей нужна была пауза в поглощении информации. Но спустя какую-то пару секунд заговорила снова: — Ну хорошо, море убыло. И… что? — И, видимо, люди снарядили корабли и отправились исследовать мир. Кто-то добрался до нашего побережья и почему-то не смог плыть дальше. Может, они крушение потерпели, кто знает. — Погоди, — вдруг осознала принцесса Динка, — если ты говоришь, что море убыло, тогда побережье… — Да, — кивнула Малика, — это третья гипотеза, тоже довольно популярная, как и то, что носители лалы просто ушли. Возможно, они никуда не уходили. Возможно, они просто живут на скалистых склонах, как и раньше, просто до моря им теперь далеко. А нам — близко. Наше побережье просто образовалось, когда ушло море. — А откуда у нас тогда источники лалы? — заинтересовалась принцесса, как всегда зрящая в корень. — Обвалился или осел утёс, или кто-то с него упал, мало ли что может произойти, — пожала плечами Малика. — Во-от оно что, — задумчиво протянула принцесса и вдруг завершила мысль совсем не так, как того могла ожидать её скромная подчинённая: — Малика, а ты бы хотела взобраться на скалы?