Мечты имеют свойство сбываться

– Какого хрена тебе нужно, Эклз? «Большого», - страдальчески поморщился Дженсен и отодвинул телефонную трубку подальше от уха. Обиженные крики бывшего, который узнал, что ему дали отставку, били по голове не хуже драм-установки. – Почему ты не можешь быть довольным тем, что имеешь? Хочется, чтобы тебя, напомаженная задница, перли бейсбольной битой? Дженсен устало вздохнул и снова мысленно ответил: «Ну не градусником же», но говорить это вслух поостерегся, Уортингтон был той еще мстительной тварью и за недовольство величиной своего достоинства мог и отвесить. – Джейк, я все сказал, – ответил на вопли Дженсен, и контраст между его спокойным тоном и криками Джейка стал еще ярче. – Между нами все кончено. Он отключил телефон, едва Уортингтон снова начал орать. Настроение было испорчено, хотя Дженсен знал, что виноват в этом сам. Давно назревавшее желание послать хахаля к черту прорвалось именно сегодня и именно с утра, едва Джейк позвонил, чтобы пожелать удачного дня и хороших съемок. Эклз, взбудораженный приснившимися ночью сценами секса с горячим парнем и возбужденный фантазиями о большом, по-настоящему большом члене, с ходу рубанул Джейку об их расставании. И сейчас, поняв, что Уортингтон и его «задорная пипетка» – да, Дженсен сам придумал прозвище члену своего парня, и это было совсем не похоже на джейковское «мой бравый майор», – ушли из его жизни, заставил себя верить в лучшее. Плохое настроение окончательно смылось под теплыми струями душа, с первой чашкой кофе и тостом оно скакнуло до отметки «Все будет зашибись», и на улицу Дженсен вышел, улыбаясь, что твое июльское солнце. Даже разбитая дорога возле подъезда не испортила отличного расположения духа. Дженсен ловко проскакал между кучами щебня и осколков асфальта, услышав за спиной «Оу!», обернулся и послал широкую улыбку дорожному рабочему, который с восхищением смотрел ему вслед. Парень был высоченным, широкие плечи и объемные мускулы выделялись под футболкой, и Дженсен впечатлился тоже – это был его тип. Но снова вернувшийся к работе парень не делал больше попыток привлечь его внимание, и Эклз поторопился – опаздывать на съемки к Фреду было почти самоубийством. Спустя четыре часа Дженсен, с которого сошло восемь потов, допивал третью бутылку воды и слушал разглагольствования Фредерико, которому – впрочем, как обычно, – не нравилось то, что получилось на снимках. – Эклз, тебя вообще трахают? Дженсен скривился. Фотограф был той еще сволочью и не преминул подначить свою модель: – У тебя глаза голодные, никакого секса. Мне нужен человек, у которого все в порядке, а ты - как девственник-задрот, впервые попавший на стриптиз. Нет, серьезно, ты скажи мне: тебя вообще ебут? Дженсен сцепил зубы, чтобы не выматериться на Фреда. Он и сам прекрасно знал, что мольбы о сексе написаны на его лице, но слышать такое от зануды-фотографа ему совершенно не хотелось. – Тебя ебет, что меня не ебут? – отозвался он. – Тебе жопа моя для фото нужна или небесной красоты глаза? – Ты весь - небесная красота, поэтому тебя и пригласили на эти съемки. Но, твою мать, Эклз! Кто поверит в то, что у тебя, – он выделил это слово, – такие проблемы с сексом? Мне пожаловаться Джейку, чтоб тот приехал и вдул тебе прямо здесь, в гримерке? – Джейк послан на хуй, – сообщил Дженсен. – Большая ошибка, – покачал головой Фред. – Туда нужно послать тебя! – Найди мне член, который был бы больше пипетки, и я с удовольствием на него пойду, – огрызнулся Эклз. – И давай уже заканчивать этот сеанс психоанализа. Серьезно, тебе душа моя на фото нужна или жопа? – Вот именно, у тебя они ничем не отличаются, – не остался в долгу Фред. – Возвращайся на место. Дженсен снова встал под софиты, подтянул сползшие джинсы, рекламу которых сегодня снимали, и скорчил рожу фотографу, нацелившемуся в него объективом. – Сволочь ты, Эклз, – вздохнул тот. – Сам бы тебе вдул. – Больше пипетки, Фредо, я хочу член больше пипетки, – расхохотался Дженсен, и Фред показал ему средний палец. Съемки закончились уже под вечер. Дженсен чувствовал, что его можно выжимать, настолько уставшим и взмокшим он был. Фред, прекращавший быть сукой, когда заканчивалась работа, пригласил его выпить, и Эклз согласился. Холодное пиво обжигало сухое горло и обволакивало пустой желудок. Но главная заповедь - «Не жрать после шести, а лучше вообще не жрать» - уберегла Дженсена от заказа бургера или стейка. Захмелев после третьей пинты, Дженсен опасно расслабился, и этим воспользовался Фред. – Ты – настоящая принцесса, Эклз. Только настоящие ждут принцев на белом коне, а… – А я хочу просто мужика с крепким членом, – закончил за него Дженсен. – Тебе нужно, чтоб он до горла доставал? – Я, блядь, просто чувствовать его хочу, ты не втыкаешь, Фред? Когда меня трахал Джейк, я ржал в подушку, потому что это был не секс, а прием у проктолога. Во мне как будто пальцем ковырялись. А я хочу всего лишь нормального мужика! Это много? – «Много» каждый сам определяет для себя, – философски ответил Фред. – Но вот твое «много» мне совершенно точно напоминает бейсбольную биту. Дженсен вздохнул. – В жопу биту. – Фред поперхнулся, услышав это. Дженсен хлопнул его по спине и продолжил, едва собеседник отдышался. – Не так буквально, чувак. – Да тебя послушать, – просипел Фред, – так это просто несбыточное желание. Что, в мире мало мужиков, у которых такой член? – А ты их много видел? – возразил Дженсен. – Сам же рассказывал, как засовывал Мэтту в трусы носок. – Резонно, но не доказательство, – Фред помахал перед носом Эклза пальцем, и Дженсен почувствовал, что пора закругляться: пальцев он видел не то два, не то три. – Да матерь божья, сходи в какой-нибудь секс-клуб, там этих членов – хоть жопой ешь! Дженсен выпучил глаза, услышав это. Все-таки Фред был знатным извращенцем. – Мужик, посмотри на меня. Какой секс-клуб? Ты серьезно думаешь, что я пойду светить рожей по притонам? – Сходи в анонимный, – возразил Фред. – Там твоя рожа никому не будет нужна, только рот и задница. Уж их-то вряд ли узнают по фото. – Ты пьян, – расхохотался Дженсен. – И я тоже, раз слушаю твои бредни. Бывай, мужик. Дженсен хлопнул Фреда по плечу и поднялся из-за стола. На улице было прохладно и свежо, особенно после прокуренного паба. Эклз постоял немного на тротуаре, чувствуя, как ветер понемногу выдувает из его головы алкогольные пары, а через пару минут уже сел в такси, добавив водителю сверху десятку, чтобы побыстрей довез до дома. Асфальт еще не положили, но кучи мусора убрали. Дженсен, возблагодарив Господа, осторожно направился к подъезду, но не заметил неглубокую подлую ямку, которую не было видно в свете уличного фонаря. – Осторожно! – раздалось сбоку, и уже падающего Эклза придержал вышедший из подъезда парень. Дженсен навалился на него всем весом, но тот удержал его и помог снова выровняться. – Мы еще не закончили работу, – виновато улыбнулся незнакомец, и Дженсен узнал в нем рабочего, восхищавшегося им утром. Сейчас он был одет цивильно, лицо было чистым и веселым, а плечи, на которые опирался Эклз… о, эти плечи все еще были широки и хороши. – Ничего, я не люблю скорострелов, – ответил Дженсен и мысленно дал себе подзатыльник. Загруженный болтовней Фреда мозг мыслил только в одном направлении. Парень расхохотался и наконец отпустил Дженсена. Эклз, все еще чувствуя слабость в ногах, отошел на шаг назад и рассмотрел своего спасителя. Тот выглядел весьма примечательно. Но вспомнив, что и Джейк отличался только размерами мускулов, а никак не достоинства, Дженсен вздохнул и пошел к подъезду. Парень, явно напрашивавшийся на продолжение знакомства, немного постоял на тротуаре, глядя ему вслед, а потом, поняв, что это - отставка, тряхнул патлатой головой и двинулся к автобусной остановке. Расстроенный Эклз сидел за ноутбуком и рассеянно проматывал страницы порносайтов. Дрочить на видеоролики надоело после первых двух недель, и теперь он рассматривал их только, как домохозяйка из Квинса - каталоги дорогого нижнего белья. «Ведь есть же на свете парни с нормальными членами», - думал Дженсен. Вот один, второй, сто двадцатый. Но каждый из них чудесным образом не пересекался с самим Эклзом, и Дженсен начал подозревать, что это проклятие злой ведьмы. Поняв, что думает о какой-то ерунде, Дженсен вздохнул напоследок и отправился спать. Комната кружилась перед глазами, сон не шел, и Эклз снова поднялся с кровати и потащился к ноутбуку. Мысль об анонимном секс-клубе пульсировала на задворках разума, и Дженсен, успокоив себя тем, что никто не узнает, вбил в поисковик запрос. Таких клубов в одной Атланте было около пятидесяти, и это только те, которые не постеснялись заявить о себе в интернете. Да и по видам анонимности они различались очень сильно. Дженсена больше всего заинтересовал вариант «glory hole», да, черт, это было отличным способом, чтобы сразу увидеть то, что ему нужно. Дженсен хмыкнул, прочитав название клуба – «Монтичелло», но смешок прервался, едва он зашел в раздел правил. Господа, владевшие этим заведением, серьезно подошли к делу. Первое, что требовалось предъявить посетителю, - это медицинская справка из одной только клиники, видимо, единственной, которой доверяли хозяева. Дальнейшие контакты строились почти на тех же условиях, что и «speed dating». Если гостю не нравилось то, что он видел, то он мог сразу перейти в другую кабинку, выбирая то, что придется по душе. Это еще больше привлекло слишком разборчивого Дженсена. Уже начиная размышлять о том, как он может поучаствовать в этой забаве, Эклз снова одумался. Мысль о посещении такого клуба привлекала его, но Дженсен списывал все на опьянение. Да и встреча с тем парнем возле подъезда только добавила накала. Хлопнув крышкой ноутбука, Дженсен снова отправился в кровать. На этот раз заснуть ему удалось быстро, и во сне, причмокивая от удовольствия, Дженсен видел, как ласкает губами Самый Охренительный И Большой Член в своей жизни. Спустя пару недель мысли о посещении «Монтичелло» все еще не выходили у Дженсена из головы. Решив, что пора прекратить противиться своим желаниям, Эклз договорился об осмотре в клинике и через пару дней записался на посещение. «Попытка – не пытка», - твердил себе Дженсен, подходя к неприметному входу. Окна «Монтичелло» закрывали картинки с видами озера Берриесса. Если не знать правды, то о клубе не мог бы догадаться никто. Это успокоило все еще нервничавшего Дженсена, и он вошел внутрь. Хостесс встретила его радушной, но профессиональной улыбкой, взяла деньги – «Только наличные, сэр, сами понимаете» – и проводила в затемненный коридор, где располагались приват-кабинеты. Там, где над дверью не горели тусклые светильники, было занято, поэтому Дженсен огляделся и подошел к первой же свободной кабинке. Эклз брезгливо посмотрел на свисающий короткий толстый член, который его невидимый обладатель теребил короткопалой волосатой рукой. Восьмая дверь – восьмой промах, Дженсен уже знал, что ждет его за девятой: очередная невыразительная сосиска, отчаянно далекая от его идеала. Он открыл дверь и вышел, слыша вслед: "Ну же, детка, сучка, пососи его, пососи его, блядь, пожалуйста". Мужик, скрывающийся за стеной, ныл, просил и угрожал, не зная, как заставить возможного партнера прикоснуться к его обрубку. Дженсен сдержал рвотный позыв и вошел в кабинку с номером «14», а для него сегодня – девятую и последнюю, если и там он не найдет того, что ищет. Но и ему должно было когда-нибудь повезти. Из отверстия в перегородке показался член, какой до этого Дженсен видел только в грязных мокрых снах. Длинный, около восьми дюймов, и толстый, дюйма в два с половиной, ствол с темно-розовой головкой был будто рождественский подарок, и Дженсен похвалил себя за то, что весь год был хорошим мальчиком. Он встал на колени около отверстия, провел ладонью по стволу, а мужчина за перегородкой мучительно простонал. – Господи, это не сон, – мужчина словно отвечал на какие-то свои мысли. – Ты правда не испугался? Черт, если ты действительно отсосешь, я женюсь на тебе! Дженсен хмыкнул и осторожно коснулся кончиком языка под головкой. Мужчина застонал еще громче и притиснулся вплотную к отверстию. Теперь Дженсен видел и его мошонку, и она – аминь! – была под стать этому члену. Крупные яички, налитые, переполненные спермой, под нежной кожей, темной и уже влажной, так и просились в руку, и Дженсен не смог себе отказать. Он лизнул морщинку мошонки, провел языком выше и сомкнул губы вокруг головки, коротко вылизывая ее быстрыми движениями языка. Едва он обхватил ладонью основание члена, как мужчина задрожал. – Если ты и правда отсосешь, я найду тебя, клянусь, я женюсь на тебе, – парень бубнил, не затыкаясь, пока Дженсен, еще пробуя, впускал в рот его член. – Даже если не весь, даже чуть больше половины – все равно! – обещал болтун с самым офигенным членом из виденных Дженсеном, и Эклз улыбнулся этим мыслям. Лепет над головой заглушался фанерой перегородки и глухим боем пульса в ушах. Дженсен чуть приподнялся на коленях, все еще удерживая во рту головку, и расстегнул джинсы, выпуская свой вставший член. Все это не осталось незамеченным. – Ты?.. Ты что? – парня осенило. – О, да! Ты тоже возбудился? Тебе нравится? Детка, детка, соси, и тебе воздастся, обещаю! Дженсен не смог отказать такой горячей просьбе и начал сосать и облизывать, старательно и со вкусом, помогая себе сжатой в кольцо ладонью. Из-за перегородки больше не доносилось связной речи, только стоны становились все громче, скрывая за собой невнятный лепет про "да-да", "глубже" и "вот так, пожалуйста". Его собственный член окреп в руке до боли, капли смазки перемешивались с потом, ладонь скользила по стволу, и Дженсен, не сдержавшись, застонал вокруг двигающегося все глубже в его горло члена. – Нет-нет-нет! – запротестовал парень за перегородкой. – Не трогай себя, я потом тебя отблагодарю. И он вжался в хлипкую фанеру так, что круг обреза отпечатался на его лобке. Дженсен выпустил член изо рта, придержал его так, чтоб мошонка оказалась прямо перед его лицом. Он сглотнул скопившуюся во рту слюну, чувствуя привкус парня, и взял в рот сначала одно, а потом другое яичко. – Блядь. Вот это рот! Еще, еще, – коротко ругнувшись, потребовал он, и Дженсен, сдерживая себя, убрал руку со своего члена – эти горячие стоны и слова довели его до опасной грани. Он лизнул мошонку широко и мокро, взял ее в ладонь, а другой рукой снова направил член своей мечты в рот. – Да-а-а, – заныл парень. – Черт, ты просто бог минета! Клянусь, ты еще и красавчик, я уверен, ты просто фантастика, черт, так хочу увидеть тебя с моим членом в руке. Или во рту, или… Он запнулся, когда Дженсен полностью пустил весь его огромный ствол в свое горло. – Боже, я хочу трахнуть тебя на полную, чтобы яйца расплющило о твою задницу... Дженсен зажмурился. Его накрывало волной приближающегося оргазма, а бормотание кончающего парня будто подливало кипятка в кровь. Он застонал, понимая, что и сам бы хотел, чтобы этот мегачлен вывернул его наизнанку, а парень, почувствовав вокруг напрягшегося члена вибрацию, кончил, вдолбившись под конец в горло Дженсена до самого основания. Дженсен выпустил член изо рта, ему совершенно не хотелось захлебнуться, потому что парень был настоящим вулканом – сперма выплескивалась из него так, будто он не кончал полгода. Но и пропадать такому лакомству Дженсен бы не дал. Он слизал все, что стекло по члену, все еще крепкому и ненасытному даже на вид, а потом снова прижался губами к головке, досуха высасывая остатки спермы. – Боже, боже, я в раю, а ты там ангел, – парень за стенкой, казалось, зарыдал. – Еще никто, понимаешь? Ни у кого еще не получалось его весь – и до конца. Дженсен улыбнулся своей победе. Да, пусть челюсть свело и саднило горло, а член пульсировал в руке болью и неудовлетворением, но послеоргазменные всхлипы парня убеждали – это не сон, Дженсен только что сосал самый охуенный член в своей жизни, да еще и осуществил мечту этого парня о настоящем, глубоком минете. – Ты ведь еще не кончил? – тихо донеслось из-за стенки. – Нет, – хрипло ответил Дженсен. – Слушай, ты можешь отказаться, – голос парня стал еще тише, отдавался басами на фанере стен, – но… я бы так хотел тебя потрогать. Ты можешь прижаться задницей к этой дыре? Дженсен помедлил секунду. В правилах клуба ничего про это сказано не было, а ему ужасно хотелось, чтобы парень дотронулся до него. Дженсену казалось, что он сможет воспламениться от одного прикосновения этого мужчины. Поэтому он послушался, стянул ниже джинсы и встал возле стены, не прижимаясь пока к ней. В отверстии тут же показалась рука, и Дженсен сглотнул, увидев длинные сильные пальцы и широкую ладонь. Кажется, этот парень весь так же огромен, как и его член, а это уже было больше, чем Дженсен мечтал. Ладонь осторожно коснулась его ягодицы, погладила, небольно ущипнула, и Дженсен выпятил задницу так, чтобы изучающая рука чувствовала себя еще свободнее. Парень за стенкой не стал стесняться, провел двумя пальцами между ягодиц Эклза и присвистнул. – Еще минут пять – и я буду готов ко второму раунду. Подойди ближе. Дженсен сделал небольшой шаг назад. Пальцы парня скользнули еще глубже, фаланга среднего вошла в сжатый пока анус. – Слушай, я все еще боюсь, – повинился парень за стенкой. – Ужасно хочется присунуть тебе, но такая попка нуждается только в ласке и смазке. Он хихикнул. – Но присунуть жуть как хочется. Можно, я пальцами? Дженсен прокряхтел что-то маловразумительное и придвинулся ближе. Парню было достаточно этого разрешения. Рука пропала, но тут же появилась снова, и Дженсен почувствовал, как в его задницу тычутся пальцы, смазанные вязкой теплой слюной, будто парень сплюнул на руку после того, как у него пересохло во рту. Но и этого хватило, чтобы средний палец наполовину вошел в анус, а за ним толкнулся и второй. – Ты ведь чистый, да? – осторожно спросил парень. Дженсен выдавил только слабое: «Угу». – Ну и отлично… Два пальца – не толстый длинный член, о котором фантазировал Дженсен, но и эти пальцы были уже больше того, что он ожидал, придя в клуб. Парень быстро водил рукой вперед и назад, разводил пальцы, добавил третий, потом четвертый, и его рука двигалась уже с заметным трудом. Дженсен обвел глазами кабинку, и – вуаля – нашел на угловой полочке флакон «Астроглайда». – Стой, – он отвел от себя руку парня и, не глядя, налил между ягодиц смазку. – Ого, так лучше, – донеслось из-за стенки признание. – Слушай, а ты в самом деле такой высокий или стоишь на чем-то? Отверстие в стене находилось высоко, но для Дженсена оно было в самый раз. И для его неожиданного партнера, если он спрашивал, возможно, тоже. – Высокий, – признался Дженсен. – Аллилуйя! Я чувствовал, что ты идеальный, но чтоб еще и высокий! Ладно, иди сюда. Дженсен снова прижался к стенке, и пальцы незнакомца уже уверенно и легко проскользнули внутрь. То, что он ими вытворял, было на грани добра и зла, Дженсен только легко водил рукой по своему члену, а все остальное за него делали скользящие внутри пальцы. Парень умело раскрывал его, чувствовалось, что секс пальцами для него был не в новинку, – еще бы, с таким-то монстром в штанах. Но Дженсена именно это и заводило. Едва представив, как внутри него будет двигаться такой член, а не четыре пальца, чего и так было достаточно, он прикусил губу и завыл. – Больно? Тебе больно? – голос парня дрожал, выдавая страх. – Мне остановиться? – Нет, – крикнул шепотом Дженсен. – Еще, я уже близко… Парень хмыкнул довольно и снова начал перебирать внутри Дженсена пальцами, толкаясь в простату и растягивая мышцы ануса. – Еще, – шипел Дженсен, и получал все новое и новое «еще» до тех пор, пока, сильно толкнувшись в свой кулак, не кончил и почти не повис на замерших внутри него пальцах. – Ты - все? – осторожно поинтересовался парень из-за стенки. – Да, – прошептал в ответ Дженсен. – Круто, – рассмеялся незнакомец. – Все было круто. Он освободил руку, и Дженсен, прихватив с полки пару бумажных платков, привел себя в относительный порядок. – А как тебя зовут? – донеслось из-за стены. Дженсен напрягся. Парень почувствовал это. – Нет, ты не думай, что я извращенец какой-нибудь. Слышать такое в клубе анонимного секса было более чем странно. – Нет, я серьезно! Я понятия не имел, что смогу найти такого, как ты, чтоб его не испугал… этот монстр. Давай встретимся, а? Если не понравимся друг другу, то разойдемся, мне тоже не нужны проблемы. Но, кажется, что у нас могло бы… – он помолчал, – получиться. Держи. В отверстии забелел смятый комок бумажного платка. – Там мой номер, – сказал парень. – И меня зовут Джаред. Позвони, если захочешь, конечно. Дженсен промолчал. Парень за стенкой повозился, послышался звук застегиваемой молнии, и все стихло. Эклз подождал еще минуту и тоже вышел. Дженсен не мог заставить себя набрать цифры, которые коряво – на коленке, не иначе – вывел парень из клуба. Именно эта анонимность пугала больше всего. Одно дело – фантазировать о рослом красавце с большим членом, и совсем другое – встретить в реальной жизни квазимодо, единственным достоинством которого и был больший крепкий член. Две недели Дженсен кружил возле телефона, не в силах перебороть свои сомнения и страхи, но все же рискнул. Парень говорил, что они смогут разойтись без проблем, если их ожидания друг от друга не сбудутся, и Эклз решился. После пяти гудков трубку сняли, и знакомый голос произнес: «Алло». Дженсен вздохнул, набираясь сил и проговаривая про себя слова, которые вертелись в голове две прошлые недели, но его опередили. – Это ты? – с надеждой в голосе спросил незнакомец. – Ты… из клуба? Да? Дженсен выдохнул: «Да», - и это словно прорвало плотину. – Черт, как же я рад, что ты позвонил! Я думал, ты уже никогда!.. А я вспоминал о тебе все это время, дерьмо, это глупо – говорить такое по телефону, но я весь издрочился на твой рот! Ты ведь поэтому звонишь? Давай встретимся? Всего лишь встретимся, если не получится – разбежимся, просто, черт, я хочу увидеть тебя. Ты как? Дженсен прочистил горло и сипло ответил: – Да, давай. – Супер! Дженсен понял по голосу, что парень улыбнулся в трубку. – Слушай, я не знаю, где ты живешь, но тут в центре есть кафешка, она маленькая, и столики стоят на улице, «Висконти», это на углу рядом с кинотеатром, ну, там еще недалеко центральная библиотека и церковь какая-то. Знаешь или нет? – Видел, – уже успокоившись, ответил Дженсен. – А как я тебя узнаю? – Э… Ну, я большой, – ответил парень и рассмеялся – громко и раскатисто. – Хотя ты и так уже понял, наверное. Я буду за угловым столиком, слева. Если не понравлюсь – просто не подойдешь, ладно? – Хорошо, – ответил Дженсен. Он наматывал на палец кольца телефонного провода, уже предвкушая, что его ждет. Парень был просто водопадом: слов, эмоций и – Дженсен хмыкнул – секса. – Завтра в четыре, нормально? – Супер! Хоть в пять, хоть в двенадцать – когда захочешь, я уж точно этого не пропущу. Ну, до завтра тогда? – Да, – ответил Дженсен. – До завтра. – И спасибо, что позвонил, – голос парня стал тихо-счастливым. – Я правда очень ждал. – Да, – кляня себя за смущение, снова буркнул Дженсен. – Давай, до завтра. Парень на другом конце провода хмыкнул. – До завтра. И, когда Дженсен уже убрал трубку от уха, заорал: – Эй! А как все-таки тебя зовут? – Дженсен, – снова улыбнулся Эклз. – Меня зовут Дженсен. – Ну, пока… Дженсен. – Пока, – ответил он и положил трубку, довольно улыбаясь. Дженсен стоял за углом кафе, некрасиво открыв рот. Там, где должен был сидеть парень из клуба, был тот рабочий, что крутился возле его дома несколько недель назад. Это совпадение насторожило мнительного Эклза, и он раздумывал, стоит ли ему открываться. Все решило поведение парня. Он то и дело озирался, с надеждой заглядывая в лица проходивших парней, и с каждым прошедшим мимо кафе лицо его вытягивалось и грустнело. Когда же на горизонте было чисто, он тер свои огромные ладони – и Дженсен краснел, вспоминая, как эти пальцы растягивали и трахали его в клубе, – или начинал отбивать по коленкам рваный ритм, а чашка кофе подпрыгивала на столике. Поняв, что терзать его больше не может, Дженсен вышел из-за угла и пошел к кафе. Увидев его, парень снова с надеждой поднял голову, и Эклза ошпарило желанием. Он видел, что Джаред узнал его – весь его вид выражал удивление, неверие и неподдельную радость. Лицо его, пусть и с не самыми правильными чертами, привлекало к себе необычно живой мимикой. Широченные плечи были обтянуты тонким свитерком, ткань очерчивала мускулистую грудь, а длинные ноги не помещались под столиком, и Джаред раздвинул их. Хотя, неожиданно подумал Эклз, может быть, это монстр между ног мешал их сдвинуть. От этой мысли вдруг стало смешно, и напряжение чуть отпустило. Джаред наблюдал за ним, пока Дженсен шел по тротуару от кинотеатра, а когда Эклз остановился возле кафе, он и вовсе приподнялся, глядя на приближавшегося молодого человека с надеждой и недоверием. Дженсен кивнул, словно подтверждая, что да, это он, и Джаред вскочил со своего места. – Да не может такого быть, – выдохнул он, едва Эклз подошел к нему. Дженсен замер. – Охренеть, я сплю! Джаред открыл глаза и шагнул вперед, нависая над Дженсеном, всю жизнь считавшим, что вряд ли кто-то сможет посмотреть на него сверху вниз. – Дженсен? В том, как Джаред произнес его имя, были и надежда, и радость, и недоверие, которое Эклз поспешил разрушить. – Да, – кивнул он и протянул Джареду руку. Горячая влажная ладонь слишком сильно сжала его пальцы, но сам Джаред не замечал этого, уставившись Дженсену в лицо. Только после того, как Эклз с легкой гримасой боли попытался высвободить руку, Джаред отпустил ее. – Охренеть, – резюмировал он. – Я и не ожидал, что так… что ты… Что это ты. Его отпустило, и Джаред рассмеялся. – Н-да, – чуть скованно ответил Дженсен. Он присел за столик, жестом показал официанту, чтобы тот повторил кофе, и поерзал, устраиваясь на стуле. Джаред сел напротив, продолжая рассматривать его, будто не веря своей удаче. – Слушай, ты такой красавчик, зачем тебе эти клубы? О том, что он пришел тогда в клуб впервые, гонимый желанием всего лишь осуществить свою давнюю мечту, Дженсен предпочел не рассказывать. Но Джаред смотрел на него так открыто, улыбался и все еще суетился, не в силах поверить своему везению, что это заставило Эклза расслабиться. – А я, как дурак, черт, пошел туда, чтоб удачу попытать, представляешь? Джаред так солнечно улыбнулся, что Дженсен не смог не улыбнуться в ответ. – Ко мне в кабинку никто до тебя не заходил, все боялись. Не, я их понимаю, но и мне тоже хочется… А тут ты! Черт, я ведь, когда тебя в первый раз увидел, сразу понял, что это неспроста, что из этого что-то выйдет. И ты! Это как подарок, я и не верю до сих пор! Я слишком много треплюсь, да? – вдруг помрачнев, спросил Джаред. Дженсен рассмеялся. – Все нормально, – успокоил он парня. – Просто… Все нормально. Джаред продолжал что-то говорить, и с каждым произнесенным словом Дженсен оттаивал. Эта переливчатая болтовня успокаивала, а сам Джаред, хоть и производил впечатление пустомели, оказался отличным парнем. Размышляя о том, что и ему должно было когда-нибудь повезти, Дженсен опустил глаза, слушая излияния Джареда и едва качая головой им в такт. Его взгляд рассеянно скользил по брусчатке мостовой, по запылившимся ботинкам Джареда, вверх по джинсам, пока не остановился на том, что мгновенно добавило кипятка в кровь. Толстый, возбужденный, уже знакомый Дженсену член выделялся под денимом, привлекая к себе все внимание. В ушах набатом забил пульс, и Дженсен совершенно отвлекся от того, что говорил Джаред, наблюдая только за его левым бедром, к которому был прижат тканью член. Джаред замолчал, но Дженсен даже не заметил этого. – Нравится? – тихий низкий голос, казалось, забрался в подкорку мозга, задев в нем самые чувствительные центры. – Что? – поднял голову Эклз. – Он тебе нравится? – повторил Джаред. Дженсен сглотнул сухой ком в горле. – Да, – сипло выдохнул он. – К тебе или ко мне? – Ко мне, – решительно заявил Дженсен, и оба одновременно поднялись, забыв заплатить за кофе. Дженсен взмок. Рубашка неприятно липла к спине между лопаток, пояс джинсов натирал вспотевшую поясницу, и ткань трусов облепила почти затвердевший член. Он вытирал мокрые ладони о джинсы, но они все равно потели, а когда Джаред попытался взять его за руку, Эклз почувствовал, что и он находится в том же состоянии. – Мне ширинку разорвет, – шепотом признался Джаред, когда они ехали в такси. Дженсен быстро посмотрел на его пах и свекольно покраснел от ставшего еще удушливее жара. Джаред не соврал. Джинсы обтянули его до неприличия, под жесткой тканью обрисовывался весь член, и – Дженсен готов был поклясться, что ему не почудилось, – там, где была головка, на синем дениме показалось влажное пятнышко. – Мы почти приехали, – сохраняя видимость спокойствия ответил Дженсен. Джаред только вздохнул, странно, как будто всем телом – по нему прошла легкая волна, словно предвкушение, и это передалось Эклзу. Джаред устал ждать, он был слишком возбужден, и это чувствовалось, когда он прижимал Дженсена к стенке лифта, терся об него бедрами и пахом, раздвигал ноги коленом, чтобы дать и Дженсену потереться о себя. Дженсен сползал по стенке вниз, только пальцы, вцепившиеся в воротник рубашки Джареда, еще помогали ему удерживать тело прямо. – У меня руки дрожат, – признался Джаред. Шепот было сухо-хриплым, наждачным, проходился по оголившимся нервам. Дженсен сам чувствовал эту дрожь, когда Джаред расстегивал болты ширинки, гладил оголившуюся поясницу, поддевая резинку трусов. – А я теку, – признался в ответ Эклз. Джаред издал какой-то неясный звук и прижал Дженсена сильнее к стене лифта. Еще немного времени – и они начали бы получать передоз от каждого касания, но, мелодично тренькнув, лифт остановился, и оба молодых человека вывалились из него к дверям квартиры Эклза. Едва пустив гостя внутрь, Дженсен рухнул перед ним на пол, не замечая резкой боли в правом колене. Все внимание сосредоточилось сейчас на ширинке Джареда, которую он рванул с силой, освобождая член своей мечты. Боже, это был чистый героиновый кайф – толстый, влажный ствол, крупная головка, смазка, собравшаяся каплями на ткани трусов, и запах, острый и пряный, с привкусом тестостерона и адреналина. Дженсен облизывал член Джареда по длине, прикусывал губами под головкой, водил языком по щелке на верхушке, а Джаред, расставив ноги, принимал жадные ласки. Дженсен снова и снова облизывал и посасывал головку, а другой рукой неловко расстегивал свою одежду. Получалось плохо, рубашка висела на одном плече, джинсы съехали вниз, из-под них показался край трусов, а ботинки Эклз просто стянул с себя, даже не развязывая шнурки. Джаред наблюдал за ним, отвлекаясь от того, как Дженсен скользил по его члену губами, и наконец, осторожно удержав за плечи, отстранил от себя. – Нужно раздеться, – выдохнул он, и Дженсен торопливо кивнул. Они прошли в комнату, стягивая одежду по пути. Внутри кипело и жгло, и этот жар отчаянно просился наружу. Не дойдя до кровати, они остановились у письменного стола. Дженсен оперся ладонями о край стола, чувствуя спасительную твердость. Ноги уже не держали, подкашивались, а ступни скользили по гладкому полу. Джаред придерживал его за бок, но и сам был в едва ли лучшем состоянии. – У меня в яйцах кипит, – со всхлипом засмеялся он в ухо Дженсену. Тот промолчал, дернул плечом и выпятил зад, прижимаясь им к члену Джареда. – Да, я понял, понял, – глухим голосом продолжал Джаред, прикусывая мочку уха Дженсена. Руками он водил по телу Эклза кругами, размазывая по горячей коже выступивший пот. Ноги все еще подкашивались, поэтому Джареду пришлось крепче обнять Дженсена, придержав за пояс. Поцелуй был неглубоким и недолгим - не хватало дыхания. – Вот так, так, – Джаред отпустил Дженсена, заставив снова упереться в столешницу. – Держись крепче, у меня уже нет сил. Дженсен послушно замер, пытаясь устоять на нетвердых ногах, пальцы впились в края стола до боли. Это немного отрезвило, но ощущение твердой плоти, мокрой головки огромного члена между ягодиц, снова окунуло его в дикий жар. Дженсен дышал все чаще, воздух накалялся, пот застилал глаза, и Дженсен вытер лоб рукой. Это совершенно не помогло, взмокшая кожа лишь на секунду охладилась от движения воздуха, и жар затопил его снова. – Ну! Ну! – понукал Эклз, нетерпеливо толкаясь назад, прижимая собой член Джареда к его животу. – Спокойно, – осадил тот Дженсена. – Мне нужно чуть больше времени, чтобы подготовить тебя. Смазка была приятно-прохладной, но и она быстро нагревалась на коже. Зато пальцы – самые охуенные, длинные и сильные пальцы – толкались внутрь, пока осторожно, смазывая по краям, а потом все глубже и требовательнее. Гладкие, скользкие, они двигались медленно, растягивая старательно расслабленные мышцы. – Охренеть, горячо, – снова зашептал Джаред. – Ты горячий. Сухими губами он снова прошелся по шее Дженсена, прихватил зубами и потянул мочку уха. Дженсену хотелось кричать. Его член почти свело возбуждением, стягивающейся все плотнее пружиной, яйца подтягивались вверх. Но Джаред, наплевав на свое состояние, продолжал готовить его до предельно возможной и удобной для себя ширины. Дженсен подумал, что еще чуть-чуть – и его вывернет наизнанку, настолько растянутым он сам себе казался. Джаред чуть отступил, потянувшись к скомканным на полу джинсам за презервативом. Треск разрываемой упаковки заставил Дженсена поежиться, больше от предвкушения – до настоящего, не воображаемого, но совершенно фантастического секса оставалось совсем немного. Джаред положил руку ему на поясницу, а другой придержал свой член у основания, только головкой касаясь входа. – Шевелись, – прохрипел Дженсен, оборачиваясь через плечо. – Просто запоминаю, – обжег его улыбкой Джаред. – Это нужно снимать, потому что даже памяти я не доверяю. – Джаред, – почти зло повторил Дженсен. – Джаред! Но его партнер не торопился. Все еще удерживая Дженсена от нетерпеливых движений назад, Джаред медленно провел членом по расселине между ягодиц, ниже, до мошонки, оставляя на коже Эклза след от смазки. Потом он провел так снова, чуть задержавшись у кольца ануса, словно намеком. Дженсен смотрел на него через плечо жадно и зло, но уже не протестовал. Джареда хватило ненадолго. Когда Дженсен начал чуть плаксиво стонать и сбивчиво требовать, Джаред медленно толкнулся головкой внутрь и замер, давая Дженсену время привыкнуть к распирающей его ширине. Дженсен наклонился над столом ниже, уперся в него локтями и выгнул спину, чтобы партнеру было легче входить. Джаред толкнулся еще глубже, на половину длины, но снова замер. И вовремя. – О боже, боже, боже, – зашептал Дженсен и рухнул грудью на стол, бессильно распластав по нему руки. – Тебе больно? – в голосе Джареда слышалось волнение, но сам он не шевелился – боялся навредить еще больше. – Ох, нет. Давай еще! – Ты уверен? – с сомнением в голосе спросил Джаред. – Черт, да, – выдохнул Эклз. – Не торопись, но давай уже на полную! Джаред снова толкнулся в него, еще и еще, медленно, но вошел до самого конца и снова замер, чувствуя, как задница Дженсена полностью впустила его в себя, туго облепила горячими стенками. – Не тормози, – Дженсен с тихим рыком заставил его пошевеливаться. Джаред неуверенно хмыкнул и двинулся назад, но, выйдя едва ли наполовину, снова толкнулся внутрь. Дженсен не выражал ничего, кроме горячего нетерпения, ему точно не было больно, и Джаред отпустил себя. Он убрал руку с бока Дженсена, но сразу же положил ладони на его ягодицы, раздвинув их так, чтобы видеть двигающийся внутрь и наружу член. Дженсен только охнул, ощутив это. Еще никогда он не был настолько откровенно открыт и растянут, настолько заполнен. Член предательски вздрагивал при каждом толчке, мошонка подобралась, подтянулась выше, и Дженсен почти чувствовал, как движется по его члену сперма. – Придержи, придержи, – быстро зашептал он, но Джаред не слышал его. Эклз сам перехватил член у основания, не давая себе кончить раньше Джареда, и уперся в стол одной рукой. Но она скользила по гладкой столешнице, толчки Джареда вжимали Дженсена в край столешницы, а ноги разъезжались на гладком паркете. – Блядь, – коротко ругнулся он. – Стой! До Джареда не сразу дошел его приказ, и остановился он, только когда услышал, как Дженсен болезненно застонал. – Что? – Джаред даже не сразу сфокусировал размытый взгляд на зажатом между собой и столом Дженсене. – Больно, черт! Вытащи, давай по-другому. Джаред аккуратно вытащил член, встал, держа его в руке, и глядел на то, как Дженсен, морщась, забирается на стол и разводит поднятые вверх ноги. – Давай так. – Охренеть! – восхитился Джаред. – Ты снова запоминаешь? – приподнял голову Дженсен. – Клянусь, я подарю тебе фото своей жопы, только дотрахай меня! Джаред ухмыльнулся, подошел к нему и, уже не медля, снова ввел в растянутое отверстие член. – Ох! – Дженсен откинулся назад, крепко вцепившись в края стола, чтобы удержаться. Джаред обхватил его лодыжки и толкнулся глубже, уже не заботясь о целости задницы партнера. – Черт, ч-черт, – задохнулся, ругаясь, Дженсен. – Какой же ты огромный, твою через колено. – Ты сам хотел, – прохрипел Джаред. – Теперь не отпущу, пока не кончу. Он сдержал обещание. Дженсен крутился на его члене, елозил спиной по столешнице и держался крепче, потому что от каждого толчка Джареда стол двигался по полу. Джаред же не отпускал его ноги, только развел их еще шире и продолжал смотреть, добавляя градусов в их общее опьянение. Эклза вело от ощущения толстого члена, его движений, распирающих изнутри. Казалось, что Джаред задевает собой каждое нервное окончание. Дженсен чувствовал себя одним огромным узлом, в который завязались возбуждение и удовлетворение, и момент, когда этот узел развяжется, полоснув по телу жаркой волной, был все ближе. Дженсен с трудом отлепил руку от стола и прижал ею член к животу, чтобы еще хоть ненадолго отложить свой финиш, но это было уже бесполезно. Джаред до боли сжал пальцами его лодыжки, толкнулся особенно глубоко, вжавшись в Эклза до склеившейся кожи, и кончил. С каждым выплеском спермы его будто покидали силы, и он оседал на распластанного под ним парня. Тот опустил руку и на последнем толчке огромного члена внутри себя кончил тоже, спуская себе на живот струю густой теплой спермы. Джаред удержался над Дженсеном, опершись о стол. С его лба текли крупные капли пота, несколько сорвались на грудь Эклза, волосы мокрыми прядями свешивались вниз, а сам Джаред часто и неглубоко дышал, приходя в себя. – Охренеть, чувак, ты просто чума. Дженсену стало смешно от такого корявого комплимента. Он попытался встать, но спина приклеилась к столешнице, и звуки, которые раздались, пока Эклз отлеплялся, рассмешили уже обоих. – Черт, я, кажется, разучился ходить, – признался Дженсен, глядя в сузившиеся от смеха глаза Джареда. Тот наконец стянул презерватив и, завязав узлом, бросил его на пол. – Херня, – успокоил Джаред и играючи поднял Дженсена. Ему было тяжело, руки дрожали, но он мужественно донес Эклза до кровати, куда они оба и рухнули. – Точно как новобрачные, – заметил Джаред, выпростав из-под Дженсена одеяло и укрыв его. – Ну, ты же хотел на мне жениться, – вяло отозвался тот. – Ты уже не против? – Джаред поднял голову с подушки и внимательно посмотрел на Дженсена. – Если получу в приданое твоего гиганта, то согласен жениться хоть завтра. – А почему не сейчас? – Джаред действительно выглядел обиженным, и это смотрелось комично. – Потому что снова начать ходить я смогу только завтра, – успокоил его Эклз. – О, ладно, – улыбнулся Джаред. – Тогда спим. Дженсен еще несколько минут смотрел на то, как засыпает Джаред, как лицо разглаживается, а губы складываются в мальчишескую улыбку. Вздохнув, Эклз прижался к любовнику, чувствуя бедром его еще влажный член. Самый, черт побери, обалденный член в своей жизни.