Нити Судьбы. III. Узники Клятвы.

      Мафуно и Лу расположились в дальней комнате дома. Помещение представляло собой заваленную многими вещами комнату, в центре на чистом отполированному полу имелся неизвестный для Лу рисунок. Оглядев нарисованный круг, в котором заключались звезды, солнце, луна, — почему-то три, — да множество непознаваемых знаков, Лу пришел к выводу, что впредь его никаким художеством не удивишь.       Спрашивать назначение сего изображения, мужчина не стал. И пока Мафуно стучал горшочками у стеллажа с одной стороны комнаты, остался стоять рядом с рисунком. Собственно больше все равно не где было остановиться. На веревках, натянутых между стенами, висели не только пучки трав, но и косточки с палочками. У окна располагался один стол, заваленный бумагами и книгами. Напротив, комод, заполненный разнообразной посудой, больше глиняной, но Лу заметил несколько каменных и железных.       — Возможно вы еще о чем-то хотите меня попросить? — подал голос Мафуно, оборачиваясь к гостю с котелком, который поставил в центр рисунка на полу.       — Вообще да, но даже толком не знаю, — пожал плечами Лу. — Вы когда-нибудь сталкивались с носителем воли Защиты?       Мафуно вернувшись к стеллажам, подхватил два глиняных блюдца и поставил у котелка.       — Младший король ее носитель. Я знаю. Хотя лично не встречал таких людей. Но очень бы хотел. Я долгое время уже пытаюсь воссоздать их силу.       — Воссоздать? — удивился Лу.       — Именно. Сегодня вы вылечили моего сына, не Хирона, именно моего. Он станет продолжателем рода, наследником моего дара. Многие ошибочно полагают, что с каждым новым поколением колдуны становятся слабее. Но уверяю вас, все совершенно наоборот. Например: мой малыш предчувствовал ваш приезд. Ему всего лишь три с половиной года, но он уже проявляет свои способности. И именно для того, чтобы он дожил до сознательного возраста, и чтобы смог передать свою силу дальше, мне необходимо защищать его.       — И как успехи с воссозданием? — спросил Лу. Мальчика действительно беспокоили боли, на данный момент Микро вылечил его, но это не означало, что в дальнейшем не возникнет другой болезни.       Мафуно лишь ладонью покрутил, давая понять, что пока немного удалось сделать.       — Что касается помощи для младшего короля, то я поищу.       Закончив расставлять по всему рисунку различные приборы и приспособления, Мафуно, скрестив ноги, сел с одной его стороны, кивнув Лу, потребовал того же.       Сев, мужчина уставился на то, как колдун из множества мешочков стал ссыпать траву и порошки в котелок. Их было так много, что мужчина и не пытался определить. Хотя в первом мешочке явно хранилась молотая в порошок корица.       — Отец сказал, что я должен буду заплатить. Какой будет цена?       Мафуно увлечённо смешивал порошки в котелке, но от слов Лу вскинул взгляд и усмехнулся.       — Я не настолько слаб, чтобы подвергать своих клиентов какой-то оплате, — в его голосе четко звучала гордость. — Тут главное сделать все правильно. К тому же, ваша проблема не столь серьезна, как многим казалось. Я тоже не предполагал, что все исправить на самом деле так просто. У меня даже все ингредиенты имеются. Это наверно от того, что никто не пробовал изменить что-то.       В наступившей тишине, Мафуно продолжил творить над котелком. В комнате резко стало сначала темно, после по коже прошелся холодок. Лу даже за озирался, ища источник сквозняка, но, когда заметил, что колдун тоже поежился, лишь тихо выдохнул.       Мафуно не произнес ни слова, по крайней мере вслух, но спустя еще несколько минут из котелка появился свет, в это же мгновение Мафуно протянул руку к Лу и тот вложил в нее свою кисть с меткой.       Пальцы колдуна поражали холодом, но свет шедший от котелка согревал. Накрыв руку гостя второй, Мафуно несколько минут сидел с закрытыми глазами. Лу замер, затаив дыхание, он ничего не чувствовал, кроме холода. Но подсознательно понимал, что-то происходит. Возможно слишком сильное для его понимания, поэтому он не видит и не слышит творимой вокруг ворожбы.       Свет в котелке погас, внутри посудины что-то булькнуло. Хотя Лу точно видел, что Мафуно жидкость не добавлял. Отпустив руку гостя, колдун повернул к нему свою ладонь и раскрыл ее.       На бледной коже лежал маленький круглый предмет черного цвета с руной.       Вскинув взгляд на Мафуно, Лу увидел его улыбку.       — Видите, просто, — прошептал колдун. Отложив камешек рядом со своими ногами, мужчина стал с помощью половника с тонким носиком собирать в металлическую бутылочку жидкость из котелка. Наполнив посудину, заткнул пробкой. После наполнил и кубок, протянув его Лу.       — Выпейте.       Без лишних вопросов Лу, принялся пить терпкий напиток странного зеленного оттенка с проблесками желтого. Мафуно тем временем его наставлял, протянув бутылочку.       — Когда встретитесь со своим омегой, он должен тоже выпить. Тогда клятва будет окончательно разрушена.       — За определенное время необходимо это сделать? — проглотив напиток, отставив кубок к ногам, уточнил Лу, принимая бутылочку.       — Нет, отныне времени у вас много.       Взяв в руки руну, Мафуно оглядел ее внимательнее. В этот же момент комната вновь наполнилась светом дня, стало теплее.       — Хотите погадаю? — предложил колдун. — Самому интересно, что вам уготовано.       — В другой раз я бы сказал, что не верю в предсказания, но вашу работу я уже видел, — пожал плечами Лу.       Мафуно улыбнулся и, подскочив, убрал с рисунка все, что на нем имелось. Присев вскоре назад, тряхнул мешочком, в котором лежали косточки с вырезанными на них рунами.       В этот раз Мафуно что-то говорил на совершенно незнакомом языке, когда кости оказались на полу, внимательно изучал их какое-то время. Лицо колдуна постепенно становилось хмурым.       — Насколько вы готовы, к тому, что я могу сказать? Это хоть и гадание, но к вашему сожалению, я никогда не ошибался.       Лу напрягло, что Мафуно сказал к его сожалению.       — Говорите, как есть.       Пару минут Мафуно вновь всматривался в косточки, но все же заговорил:       — Ваш возлюбленный, — прошептал он, а Лу напрягся всем телом. — Встретил своего истинного. А так же...       — Черт! — Лу вскочил на ноги и метнулся к двери.       В голове помутнело от новости. Но ведь он предполагал, что так произойдет.       Что же делать? Получается, не имело смысла искать решение, для него все равно все кончено. Он не посмеет появиться перед своим любимым человеком, когда тот может стать счастливым, пусть и с другим. Само по себе знать, кто твой избранник, намного лучше всего того, что Лу способен предложить Мойлу. Более, что бы он не предложил, этого окажется недостаточно, дабы сделать его счастливым. Ведь истинный одним своим присутствием наполняет жизнь омеги счастьем и смыслом.       А он, Лу?       Он же только мучил его все это время, рвал его сердце на кусочки из-за собственной глупости и жадности.       — Стой, — хватка колдуна оказалась сильной, и мужчина остановился, тяжело дыша, сжимал и разжимал кулаки. Повезло, что бутылочка, зажатая в руке, была металлической.       В один миг его душа пошла множеством трещин.       Вся его любовь уже не имела значения.       — Я не договорил, — заявил Мафуно, но Лу перебил его.       — А какая разница? Если Мойл встретил истинную пару, уже не важно ничего, этого не изменить.       — Но он любит вас по-настоящему, — возразил колдун.       — Даже если в его сердце пока еще теплится любовь ко мне, вскоре она пройдет, — с хлопком Лу приложил одну ладонь к лицу. Слезы боли готовы были сорваться из глаз, но вовсе не из-за удара.       — Пусть боги и даруют человеку его партнера, это вовсе не значит, что с этим нужно мириться. Разорвать узы возможно.       — Зачем?       — Как я уже сказал, ваш избранник любит вас.       — Но...       — Откуда вам знать, изменятся ли его чувства? — впервые повысил голос Мафуно. — Поезжайте к нему, поговорите. Решите это вместе. Он еще борется.       Лу замолчал на некоторое время, обдумывая слова Мафуно. Возможно ли, чтобы Мойл выбрал его, а не своего истинного? Нужен ли он ему.       Прав был отец, лучше бы Лу обдумал все хорошо, порой за любые действие приходиться платить, в любом случае. И пусть он еще не видел Мойла, не услышал от него лично, что больше не нужен, сердце уже рыдало от потери возлюбленного.       Да и самому Мойлу лишний раз встречаться с Микро будет весьма неудобно. Даже если он еще любит, вовсе не означает, что решит выбрать его.       И все же...       Они столько вместе пережили, что бросить его вот так, будет слишком жестоко со стороны Лу. И пусть его любимый в конечном итоге выберет другого мужчину, Микро способен помочь ему на пути к трону. И хотя бы немного, но побудет рядом еще.       Мафуно глядя на мужчину, молчал, понимая его тревоги, поэтому не решился открыть еще несколько новостей. На фоне одной лишь этой, остальное не имело большого значения.       — Я дам вам одну вещь, — проговорил он. — Когда определитесь со своим возлюбленным, что делать, — если он выберет вас, — дайте ему это.       Микро обернулся, кинув взгляд на небольшой камешек в руке колдуна. Обычный плоский камень серого цвета.       — Просто дать?       Мафуно кивнул.       — И не забудьте про зелье, — указав кивком головы на бутылочку, в руках альфы, напомнил альбинос. Собственно, именно поэтому он просил Хирона делать подобные вещицы, для таких случаев, когда глиняный кувшин или горшок можно легко разбить, сломать.       Зарывшись рукой в волосах, Лу растрепах их.       На душе лежал тяжелый камень. Но он альфа, и обязан с улыбкой сделать все возможное, чтобы его омега был счастлив. Даже если ради этого придется отдать свое сердце.       

***

      — Тирас, где ленты для волос? — крикнул мужчина, спустя десятиминутных безрезультатных поисков.       — В выдвижном ящике, в тумбе у постели, средний, — отозвался в ответ бета, находясь в данный момент в ванной комнате. — С твоей стороны.       Альфа подскочил к тумбочке рядом с постелью и стал выдвигать каждый из трех ящиков. Ничего так и не найдя, обошел постель ко второй тумбе.       Открыв ее первый ящик, перебрал рукой сложенные бумаги, но снова так ничего и не нашел. Следом выдвинув почему-то сразу третий ящик, удивленно распахнул глаза, видя небольшой деревянный сундучок, без каких-либо украшений.       Нахмурившись, он вынул его из ящика и поставил на тумбу.       — Нашел? — появившись в дверном проеме, спросил Тирас.       Но Саджо уже открыл сундучок.       — Тирас! — взревел он, резко разворачиваясь. Заметив бету в дверях, прищурился.       Сам же Тирас округлил от страха глаза и шагнул обратно в ванную комнату, но когда Саджо взбешён, он намного быстрее кого-либо вообще.       Рукой схватив содержимое сундучка, мужчина стремительно подбежал к супругу и схватил его за руку.       — Что это значит? — прорычал он, пылая гневом. Одной рукой он схватил супруга за шею, едва сжимая, но напряжение кисти чувствовалось все равно. Во второй руке альфа сжимал плетеных волков.       — Амулеты, — только и смог выдохнуть Тирас, понимая, что муж сейчас способен его разорвать голыми руками. С одной стороны, он понимал его состояние, ведь они оба знали к чему приведет использование новых волков. С другой, Тирас не обещал, что больше не создаст ни единого.       — Издеваешься! — рявкнул Саджо, швырнув амулеты в огонь камина. — Неужели ты не понимаешь, к чему это приведет? Я пытаюсь помочь тебе, спасти. А ты, наплевав на мои чувства, создаешь новых! Кому успел отдать их?       Приблизив лицо к лицу беты, альфа смотрел в его зеленые глаза с такой яростью и болью, что сердце самого Тираса болезненно сжалось.       — Никому, честно! — отозвался он, умолчав о том, что этим амулеты сделаны давно, и даже не заряжены. Некоторых плетеных волков он действительно дарил другим людям, просто потому, что это само по себе оберег по вере его родины. Заряжать их какой-то силой вовсе не обязательно.       Видя и осознавая испуг в глаза любимого человека, Саджо схватил черноволосую голову и прижал к своей груди.       — Зачем ты рвешь мое сердце?! — в его голосе было столько отчаяния, что Тирас едва погасил в себе желание действительно помочь ему и рассказать всю правду, о том, как можно вернуть его потраченные года жизни.       Но вовремя сдержался.       — Такова моя сущность, — прошептал в грудь Саджо Тирас. — Такие как я не доживают и до совершеннолетия, а мне уже двадцать три.       Смешок, выданный им в самом конце фразы, заставил Саджо напрячься всем телом. Рука на волосах беты похолодела. Наклонив голову ниже, мужчина прошептал на его ухо с таким льдом, что тот задрожал:       — Тогда возвращайся к отцу.       Саджо отпустил его и шагнул назад. Заглянув в зеленые глаза, еще холоднее отчеканил:       — Либо поклянись, что никогда больше не станешь использовать свою силу.       Сейчас Саджо был настроен серьезно. Если Тирас не даст клятву, он увезёт его домой, к Мелану. Таким образом измениться немного план, — он как раз собирался завтра отправляться в путь, — вместо визита вежливости, получится сопровождение супруга на родину, на всегда.       Замерев на мгновение, Тирас сжал руки в кулаки и ответил:       — Если я способен защитить или хотя бы помочь своим дорогим людям, то не имеет значения, сколько мне осталось жить.       Альфа нахмурился сильнее, желваки ходили ходуном по его загорелому лицу, невольно он с каждой секундой все сильнее сжимал кулаки.       — Поклянись! — с нажимом потребовал он.       — Не могу, — опустил голову бета, дрожа всем телом.       Тирас вовсе не хотел возвратиться к отцу, ведь любит Саджо, расставание будет слишком жестоким наказанием. Но он хотел, чтобы Саджо понимал его, хотя бы немного. Если бы не чудовищный способ восполнить утраченное, конечно же он обо всем рассказал альфе. Умирать желание у него не имелось.       Несколько минут Саджо смотрел на него, сжимал и разжимал кулаки, пытался обуздать себя.       — Я ставлю тебя перед выбором, — спустя казалось вечность, проговорил он ледяным тоном.       — Что? — вскинул голову Тирас, недоверчиво взглянув на мужа, надеясь, что ослышался.       — Либо ты поклянешься, что никогда больше не используешь свою силу, либо возвращаешься в дом отца, — вскинув голову выше, он смерил его взглядом, что пробрал бету до костей. — Только имей в виду, когда ты вернешься, я снова нападу на твою страну. Но только в этот раз перемирие не будет заключено через брак.       Развернувшись, Саджо шагнул к дверям в коридор. В душе был вихрь из эмоций, где преобладало отчаяние, боль и страх. Тирасу плевать, что Саджо останется один на один со своей утратой. О какой же тогда любви может идти речь.       — Ты же понимаешь, какой ответ я дам, — крикнул ему вслед Тирас, по щекам покатились слезы. — Зачем мучить меня?       — Мучить? Тебя? — обернулся Саджо, прожигая супруга взглядом. — А обо мне ты подумал?!       Снова повернувшись к двери, выдохнул, беря себя в руки.       — Твой ответ?       Едва подавив всхлип, Тирас, дрожа всем телом, опустился на колени.       — Клянусь, никогда больше не использовать свою силу, — устало и повержено прошептал он.       В следующий же миг дверь захлопнулась за Саджо, оставив бету одного.