See you soon...

Пятнадцатью минутами ранее Тэхен, молча, сидел на больничной койке, понуро опустив голову, вместе с тем выслушивая слова врача, адресованные матери Тэ: — Госпожа Ким, мы никак не могли предвидеть этого… Ситуация все осложняется, и мы ничего не можем с этим поделать. Потребуется время, чтобы повторно связаться с заграничной больницей… — начал оправдываться доктор, но его тут же остановил властный, разгневанный голос женщины. — Не могли предвидеть?! Как врачи не могли предвидеть этого?! Двадцать первый век, а вы не можете ничего предпринять? А как же химиотерапии? Облучение? Радиотерапии? Иммунные таблетки? Я не верю, что уже ничего не сможет помочь моему сыну! Доктор! — взревела женщина, ошарашенно распахнув глаза и вцепившись в простынь, которая укрывала Тэтэ, — а как же обещанная трансплантация костного мозга?! Разве вы не можете взять мою кровь или найти подходящего донора? — Госпожа Ким… Я вам неоднократно повторял, что ваша кровь — не подходит Тэхену по генетическому материалу, а также, что в донорском банке Кореи еще нет подходящей крови для вашего ребенка, поэтому мы сейчас пытаемся связаться с клиникой Соединенных Штатов, где обнаружились подходящие клетки. Если же провести облучение, состояние Тэхена ухудшится сразу же на несколько процентов, что усугубит успешную пересадку костного мозга… Можно было бы провести химиотерапию, но это опять же может сказаться на его здоровье, — врач вздохнул, посмотрев на прикрывшего веки Тэхена с жалостью. — Что же это такое… — мать готова была разреветься, — если заграничная клиника не идет на контакт, мы сами приедем туда! — Но, госпожа Ким, для перелета в Соединенные Штаты нужно разрешение главного и лечащего врачей больницы, а также директора, есть большой риск ухудшения состояния в самолете. Как-никак полет займет более тринадцати часов, и, кто знает, что случится за это время? Я не хочу брать ответственность… — онколог поспешил отвести взгляд в сторону, пока на него взирала мать с жалобным видом. — Но ведь вы можете сопровождать нас! Я заплачу, только, пожалуйста, вылечите моего сына… — госпожа Ким склонила голову над Тэхеном, крепко обняв его. — Я сделаю все возможное, — врач немедленно кивнул и поспешил уйти из палаты. Женщина не могла больше сдерживать слез. — Дорогой, как бы я хотела… как бы хотела, чтобы ты не страдал этим. Как бы хотела, чтобы эти муки выносила я, а не ты, мой дорогой, маленький мальчик, — грустно мямлила мать, гладя холодные руки и целуя в макушку своего сына. Глаза Тэхена застелила пелена слез, но он сдержался. Нужно быть сильным. Всегда есть надежда. — Мам, я не хочу, чтобы Чонгук страдал, — неожиданно сказал Тэ, отчего мать ненадолго замерла, а после вновь продолжила гладить сына, — я не хочу ему говорить о том, что я скоро, возможно, умру, не хочу видеть его слезы… — Я понимаю, дорогой, — женщина тепло улыбнулась, — тебе ведь нравится Чонгук? Тэхен резко повернулся в сторону улыбающейся матери, вопросительно склонив голову, на что мать только горько хмыкнула: — Мой сынок, мать всегда чувствует, когда ее дитя влюбляется… — И ты не против? — Ким младший даже рот приоткрыл от шока. — Сынок, я очень тебя люблю, и даже то, что ты влюбился в человека того же пола, что и ты, ничего. Любить от этого я тебя меньше не стану, это только твой выбор, — женщина тепло улыбнулась, хотя на душе у нее сейчас царил тайфун, — но Чонгук и правда не должен страдать. Я намереваюсь уехать из этой страны и жить в Америке, чтобы обеспечить максимум комфорта для тебя и твоего здоровья. Я бы не хотела вас разделять, но, в силу обстоятельств, должна… Прости меня, милый, — женщина поцеловала Тэ в лоб. — Я понимаю, — Ким заторможенно кивнул, до сих пор не веря, что мать одобрила его отношение к Чону, — но что мне тогда делать? — Пока мы не уехали, я даю тебе возможность быть с ним, но если ты не хочешь сильно привязываться к нему, ты не должен причинять себе и ему боль, лучше отказаться, пока не поздно, — спокойно говорила мать, накрыв ладонь Тэхена своей. В следующую секунду неведомая сила распахнула дверь, и в ее проеме показался Чон Чонгук. Увидев черноволосого парнишу, Тэ поспешил отвернуться к окну, скрывая проступившие слезы на глазах: — А, Чонгук… Можешь больше не приходить ко мне, — непривычным для себя высокомерным тоном, пытаясь скрыть дрожь в голосе, бросил Ким Тэхен.