О собственниках

Однажды меня спросили: - Бакуго, чего ты хочешь? Я тогда перевёл взгляд на парня с тупыми веснушками и такими же тупыми кучерявыми зелёными волосами. Гребаный Деку. Почему мне так хочется пересчитать твои веснушки, чтобы потом каждой коснуться губами? Почему мне хочется зарыться рукой в твои непослушные волосы, сжать их, чтобы твоё лицо исказилось гримасой боли, и ты слабо застонал? Подари мне свои стоны, пожалуйста. Я хочу наслаждаться ими. Чего я хочу? Я хочу заполучить одного смазливого парня в своё личное пользование, и чтобы больше никто не смел смотреть на него. Я хочу ежедневно втрахивать его в матрас и выбивать из него крики жёсткими и грубыми толчками. Я хочу, чтобы он каждый день находился рядом со мной и думал лишь обо мне. Все мои желания крутятся вокруг Деку, и большинство из них слишком неприличные, чтобы говорить о них. - Ничего. Пусть лучше все думают, что я ничего не хочу, чем будут знать о моих желаниях и кривить удивленные либо презрительные рожи, и считать меня ненормальным. Но я с ними отчасти согласен. Хотеть одного человека на протяжении долгого времени без возможности коснуться, грезить о нем, просыпаться со стояком после снов с его участием, хотеть запереть его у себя в подвале, чтобы ни с кем не делиться, болеть им - это ненормально. Мне плевать. Я получу желаемого, чего бы мне это ни стоило. Мидория должен принадлежать мне. Только я знаю, как с ним нужно обращаться. Нежно и медленно? Нет. Резко и глубоко. Да, я извращенец и мне не стыдно. А знаешь, Деку, что меня бесит? Точнее, кто. Твои блядские друзья, которые постоянно крутятся вокруг тебя, такого наивного и беззащитного. Ты думаешь, что они могут дать тебе, что ты хочешь? Дружбу, любовь, заботу, поддержку? Они не дадут тебе это, да и тебе такая ерунда не нужна. А вот я знаю, что тебе нужно. Тебе нужен я. А мне нужен ты. Весь. Без остатка. А знаешь, что ещё, Деку? Я привык избавляться от того, что меня бесит. Как же мне было смешно, когда эта сука Урарака орала, хватаясь за раздробленную ногу. Мне очень нравился её жалкий вид. Я даже засмеялся, глядя на то, как она пытается ползти. - Гребаный псих! Тебя посадят! Думаешь, я это так оставлю?! Тебе мало не покажется! Гляжу на неё сверху вниз. Заношу кувалду двумя руками для следующего удара. - Уверена? Наверное, выглядел я реально как маньяк, потому что она во все глаза смотрела на меня. Смотрела, не скрывая страха вперемешку с ужасом, прежде чем зажмуриться и никогда больше не открыть свои карие ублюдские глазенки. Мне жаль, Урарака, тебе не стоило вставать у меня на пути. В тот вечер я хорошенько подрочил, представляя на месте шатенки Деку. Нет, убивать я его не собираюсь, но я бы не отказался увидеть страх на его лице и слышать, как он умоляет меня о пощаде. Это чертовски возбуждает. Через неделю я стал свидетелем разговора между Деку и его дружком Тодороки. Это чмо половинчатое бесит меня больше всего. Почему? Потому что у этого недоноска виды на МОЕГО Мидорию. Никто не смеет думать о нем, кроме меня, черт побери! Они сидели в столовой недалеко от моего стола поэтому мне все было хорошо слышно и видно. - Думаешь, с ней все в порядке? - от переживаний Деку я только сильнее разозлился. Какого хуя он волнуется о какой-то левой шалаве? В его мыслях должен быть только я! Я! - Не переживай, Изуку, - Изуку, блять, - я уверен, с ней все хорошо, - уверен он, блять. А вот я уверен, что тебе скоро крышка, чмо цветное. И уверенность моя возросла в разы, когда я увидел, как двумордый обнял МОЕГО Деку и осторожно прижал к себе. Не, он совсем ахуел! Как посмел этот ублюдок прикоснуться к моей собственности?! Я не люблю, когда всякие отбросы трогают то, что принадлежит мне. Деку, а ты знаешь, что происходит с теми, кто так делает? Двумордый оказался на удивление тяжёлым, но мне всё-таки удалось затащить этот кусок дерьма на водительское кресло его же машины. Я люблю разговаривать с без пяти минут покойниками, поэтому мне пришлось снять с его головы бумажный пакет и похлопать по щекам, приводя в чувство. - Ну, давай, открой свои блядские глаза, мразь, - я схватил его за чёлку, приподнимая голову. По левому его виску текла кровь, и я почти залип на этом прекрасном зрелище, если бы не моё дело. Тодороки, наконец, открыл глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. - На меня смотри, тварь. - пришлось снова похлопать его по щеке. - Ч-что? Черт, Бакуго? - он задергал руками, но безуспешно - они были крепко связаны за спиной. Так же, как и ноги. - Ну, ну, не рыпайся, а то ещё сотрешь кожу на запястьях. Не ухудшай свое положение. - Что ты несёшь? Развяжи мне руки. Кто-то напал на меня и.., - тут он увидел канистру у меня в руках. - Сиди молча и наслаждайся, двумордый. - Подожди, что ты собираешься делать? Дерзко ухмыляюсь в ответ на его растерянный взгляд и лью ему на футболку бензин. - Стой! Черт, что ты творишь, придурок?! Продолжаю поливать его и салон автомобиля бензином, после переходя на капот и двери. - Бакуго! Остановись! - этот ублюдок чуть ли не в истерике извивался на водительском сиденье. А мне снова стало смешно. Бо-о-оже, до чего же он жалко выглядит. - Я, кажется, попросил тебя сидеть молча, - плещу бензином ему в лицо. Часть попадает в открытый от криков рот, и парень тут же начинает плеваться. Интересно, а если кончить в рот Изуку, он будет плеваться или все послушно проглотит? Обещаю себе это проверить позже и лью "дорожку", ведущую от машины, пока не оказываюсь на более безопасном расстоянии. - Двумордый, ты любишь огонь? - говорить приходится громче. Достаю из кармана зажигалку. Ловлю перепуганный взгляд уже бывшего соперника, который все ещё плюется и подавляет рвотные позывы. Он в ужасе мотает головой. Полагаю, это означает "нет". Одним движением руки бросаю зажигалку на землю. - Вот и я не люблю, но ты красиво будешь в нем гореть. И правда, красиво. Меня поражают наши правоохранительные органы. Либо они такие тупые, либо я так хорошо заметаю следы. Ну, не важно. Главное, что никто ничего не подозревает,и теперь я могу заняться более важными вещами. Например, наконец, присвоить себе Деку. Сделать его своим. Несколько дней трачу на слежку и разведку. Его мать в отъезде, сейчас Мидория один. Все складывается как нельзя лучше. Да это точно знак, что я должен действовать. Вечер. На улице довольно прохладно, и я застегиваю замок на толстовке. Поднимаюсь на крыльцо дома Деку и стучу в дверь. Колени аж дрожат от предвкушения, что скоро я получу желаемое. Никак не могу стереть дебильную улыбку со своего лица. Мидория обязан стать моим. У него, кроме меня, никого не осталось, уж я об этом позаботился. Скоро, скоро все будет. Потерпи, Кацуки, скоро ты сможешь сделать с этим мальчиком все, о чем раньше мог только мечтать. У Мидории просто нет выбора, ему придётся быть со мной.. Слышу шаги по ту сторону двери. Ну же... - Каччан? ... иди ко мне, Деку.