Не пойман - не вор

      Солнце уже зашло в зенит, сильно припекая. Лужи после вчерашнего дождя медленно испарялись. Несмотря на хорошую погоду, Акира не вылезала из своего кабинета и даже не смотрела в окно. Она кружила над колбами, то и дело что-то добавляя, записывая и сверяя. Запахи химии пропитали всё, что находилось в помещении, включая саму девушку. Ей было в радость заниматься тем, что она делает сейчас. Создавать что-то новое, разбираться в чём-то чужом, составлять формулы и пропорции. Даже отсутствие сна не сказывается на её продуктивной работе, хоть вид у неё и был черезвычайно уставшим.       Когда что-то, в очередной раз, с сильным треском взорвалось, ирьёнин дёрнулась и поспешила отойти на безопасное расстояние. В этот самый момент дверь сильно распахнулась, ударяясь об стену. — Ой-ой, — пискнула Акира, когда в кабинет ворвался раздражённый Мадара. — Сколько уже можно? — вскрикнул он, яростно смотря на девушку, — Находясь на втором этаже, я слышу всё то, что тут происходит. И это сильно отвлекает! — Я не виновата в том, что вещества отказываются взаимодействовать друг с другом! — выпалила в свою защиту Саито. — Что ты вообще тут делаешь? И что за запах? — Почему всем не нравится этот запах? — пробубнила под нос Акира, — Я работаю. — А можно делать это менее громко? — задал вопрос Учиха, пристально смотря на девушку.       Ирьёнин же, пропустив вопрос Главы мимо ушей, каким-то боязливым взглядом смотрела на своё рабочее место, а если быть точнее, то на стол. Там стояла колба, из которой медленно валил пар и слышалось шипение. — Не нравится мне это. Сейчас что-то будет, — проскулила Акира и бегом добралась до стола, хватая ту самую колбу и выкинула её в раскрытое окно. — Чего? — вскинул брови Мадара, смотря на ирьёнина, которая спряталась под подоконником и закрыла руками уши. — Советую Вам сделать то же самое! — выкрикнула Саито, а через секунду с улицы послышался оглушающий взрыв.       Мадара поморщился от резкого звука и незамедлительно подошёл к окну, выглядывая из него. На месте выброшенной руками Акиры колбы красовалась дыра в обгоревшей земле. Саито поднялась на ноги, встав рядом с Мадарой и тоже высунулась в окно. — Ну вот что я не так делаю? — страдальчески протянула она и вернулась к столу, взяв блокнот в руки, — Всё составлено лучше, чем идеально! — Что это вообще было? — Учиха встал за её спиной и выхватил из её рук записную книжку, вглядываясь в выведенные формулы. — Я уже не знаю, что это, — поникла девушка, — Но должен быть усовершенствованный яд.       Мадара перевернул страницу, положив блокнот на стол. Кинув оценивающий взгляд на пробирки, он вернул своё внимание формуле на листе. — Может, стоит добавить меньше этого? — мужчина указал пальцем на смесь спирта с водой, — Горение происходит из-за того, что у спирта слишком большой процент. Добавь его, но при этом с большим количеством воды и у тебя должно получится, — объяснил Мадара.       Акира удивлённо посмотрела на него и решила пересмотреть собственную формулу. Взяв в руки карандаш, девушка сделала какие-то правки и снова взглянула на Мадару. — Вы правы! Спасибо большое! — девушка благодарно улыбнулась ему.       Учиха пропустил эти слова мимо ушей, лишь слегка кивнул. — Давай, добавляй.       Саито обошла стол, встав с другой стороны напротив мужчины. Смешав вещества, она добавила их в пробирку и стала ждать. Учиха также внимательно за всем наблюдал. Он не очень понимал, почему она находит это занятие интересным, но теперь, когда сам принял в этом участие, в душе разгорелся азарт. — Ну что? — поинтересовался мужчина, заметив, что Акира посерьёзнела. — Скажите честно, Мадара-сама, Вы уже работали с ядами или Вы просто прекрасны во всём? — выгнув бровь, спросила девушка, — Потому что сейчас всё вышло! — Разве это было так сложно? — удивился он. — Я бы в жизни не подумала, что проблема в этом, хоть сейчас и понимаю, что это было элементарно. Но Вы просто бесподобны! И чтобы я без Вас делала? — девушка громко засмеялась, облокачиваясь рукой об стол.       Мадара заслушался её смех и, наблюдая за ней, тоже улыбнулся. Смахивая выступившие от смеха слёзы, Акира вздохнула и перевела дыхание. — Ох, давно я так не смеялась! Кстати, можно теперь назвать яд в Вашу честь, — улыбнулась девушка и взглянула на мужчину. — Не стоит, — категорично заявил Учиха, — Это же глупо. — Ну, нет так нет, — пожала плечами Саито и потушила все свечи, нагревающие пробирки, — Вы извините, что отвлекла всем этим шумом от работы. — Ничего. Может, тебе помочь с чем-нибудь ещё? — с замаскированной в голосе надеждой спросил Учиха.       Ему хотелось провести с ней хоть немного времени. Побыть наедине, узнать получше. Хотя бы так, пока Изуны нет рядом. Чтобы не переживать по пустякам. Нет, он не станет забирать её у него. Совесть не позволит поступить так с любимым братом, но Мадара так хочет побыть вместе с ней. То, что он пришёл сюда лишь из-за шума — было лишь отговоркой, чтобы увидеть девушку. Сейчас у него выдалось свободное время перед собранием и он бы в любом случае зашёл к Акире. — Нет. Я как раз собиралась заканчивать, но спасибо за предложенную помощь, — она слегка поклонилась ему.       Мадара слегка разочаровался, но виду не подал, поэтому девушка продолжила спокойно прибираться на столе. — Ох, пока не забыла, — спохватилась Саито, — Хотела спросить, есть ли у Вас в клане конюшня? — Да, а что такое? — Ничего. Просто… — Акира замялась, — Люблю лошадей, вот и всё. Хотела как-нибудь сходить туда и посмотреть. — Хочешь, пошли сейчас, пока у меня нет дел, — безразлично предложил Учиха, а девушка просияла и радостными глазами посмотрела на него. — Правда? — с детской наивностью и надеждой спросила она. — Да. Собирайся побыстрее. — Я готова, Мадара-сама. Идёмте.       Когда пара вышла из дома и пошла в неизвестном для Акиры направлении, девушка почти хлопала в ладоши от радости. Мадаре оставалось лишь тихо вздыхать, наблюдая как ведёт себя девушка. Ему нравилось видеть её счастливой, но чтобы настолько. К тому же, такому её состоянию поспособствовал сам Учиха, чему был несомненно доволен. — Ты ведь взрослый человек, к чему такая радость от такой простой вещи? — спросил Мадара, обращая свой взгляд на неё. — Если человек перестанет радоваться простым вещам — он перестаёт быть человеком. Особенно, это касается шиноби, вроде нас с Вами. Мы погружаемся полностью в сражения, в миссии и убийства, и теряем в них часть себя, забывая про то, что до сих пор живём. Какой смысл жить, не радуясь чему-либо или кому-либо? Я хочу избежать этого, поэтому стараюсь не забывать, как живут простые люди. — То есть, чтобы избежать этого, достаточно найти человека, которому ты будешь рад? — усмехнулся Мадара. — Немного не так, — махнула головой девушка и посмотрела на мужчину, — Дабы избежать потери себя, нужно найти человека, присутствие которого рядом с Вами уже делает Вас счастливым. Рады Вы можете быть и отрубленной голове Сенджу, но по истине счастливым это Вас не сделает, так ведь? С каждым убитым, собственными руками, человеком — мы убиваем внутри половину себя. Радостные эмоции даны нам для того, чтобы не потонуть в ужасном океане пролитой крови, Мадара-сама. — Я никогда не смотрел на эти вещи с твоей точки зрения, но сейчас задумался над этим. Ты права во многом. — В чём же я не права, по-вашему? — удивлённо спросила Акира. — То, что делает тебя счастливым — может причинить тебе невыносимую боль, сделав тебя самым несчастным.       Акира втянула голову в плечи и понурила её. Мадара прав в этом. Иногда то, что делает тебя живым — убивает в считаные мгновения. — У Вас есть такой человек, Мадара-сама? Который делает Вас счастливым, — тихо спросила Саито, смотря под ноги. — Есть, — сразу же ответил он, — «И это ты», — мысленно закончил мужчина. — Кто он? — пнув ногой маленький камушек, девушка даже не рассчитывала получить ответ на свой вопрос. — Мой брат. — Он делает Вам больно? Или хоть когда-нибудь делал?       Мадара отрицательно покачал головой. «Он — нет, но ты… Ты можешь сделать меня самым счастливым человеком в мире и можешь сломать меня своими тонкими пальцами. И ты уже ломаешь, с каждым днём всё больше и больше. Ты манишь меня к себе, но я не могу подойти ближе к тебе. Я не могу сделать больно Изуне. Если бы ты знала, как я борюсь с самим собой, то что бы сделала? Помогла или же сломила ещё больше? — И для тебя он тоже является этим человеком, Акира?       Акира вздрогнула от этого резкого вопроса и взглянула в глаза Мадары, которые выжидательно смотрели на неё. Что-то в них притягивало её к нему, но она отказывалась хвататься за эту неизвестную ниточку. Сейчас взгляд старшего из братьев был так похож на тот, которым смотрел на неё Изуна перед тем как уйти на миссию, тогда, в её кабинете. И от этого взгляда девушке стало не по себе. Но Саито лишь ласково улыбнулась, вспоминая Изуну. — Я не буду скрывать от Вас это, поэтому да. Он делал мне больно, но всю эту гадость перекрывают тёплые чувства к нему. Когда я чувствую его рядом, мне становится так спокойно тут, — она ладонью коснулась груди в районе сердца, — Его улыбка стоит дорогого для меня, поэтому я стараюсь запомнить каждую из них. А ещё, когда он касается меня, кожа будто бы горит под его пальцами.       Саито не догадывалась, что резала Мадару без ножа. Каждое её слово отзывалось тупой болью в сердце. И так сильно хотелось её заткнуть, сказать, что он тоже есть, тоже рядом. Но не мог. И уже не потому, что она принадлежит брату, а потому, что она сама так счастлива с ним. Будь на её месте другая женщина, Мадара бы прогнал прочь из клана, но эту он не может. Рука не поднимается, язык не повернётся. Мадаре оставалось лишь смотреть вперёд, вглядываясь в деревья, да сжимать кулаки до неестественно бледных костяшек пальцев. — Значит, ты сказала ему? — хриплым от ярости и досады голосом начал Учиха, но прокашлялся в кулак. — Мне пришлось. Я не люблю переживать такие вещи внутри себя, от этого только хуже. Даже если бы он послал меня к чёрту, мне бы уже было легче. Неприятно, но легче. — И как далеко вы зашли в своём романе, если не секрет? — печально усмехнулся Учиха, внимательно наблюдая за тем, как Акира покраснела. — Вы о чём? Он же Ваш брат. Ничего не было, — запротестовала Саито, но Мадара всё понял.       Всё до единого понял. И стало ещё мучительнее, ещё омерзительней. От неё, от себя самого, от того, что с ней был не он. В ней был не он. Учиха выдохнул сквозь сжатые зубы. Старался вести себя спокойно, не сорваться, не дать признаков ей что-то понять. А Акира была настолько наивной в этот момент, настолько недальновидной, что ничего не видела. Ничего не замечала. Лишь шла, смущённо глядя под собственные ноги и улыбалась. Видя эту улыбку, Мадара внутри себя злился. Она была обращённая не ему, а брату, которого сейчас даже не было рядом. Но одновременно с этим был рад, что ей хорошо. Он отдаст ей всё, что имеет. Лишь бы улыбалась, лишь бы не знала горя. Ведь она и так много натерпелась за свою жизнь, а он, вместе с Изуной, подарит ей желанный дом и семью. Они вместе сделают её самой счастливой. Мадара сам постарается сделать её такой. Ведь она заслуживает. Потому что это — она. Их маленькая воровка. — Я рад за вас, — со всей, на которую он сейчас только мог, безразличностью, сказал Мадара, но внутри было всё также омерзительно.

«Неужели ты сломала меня до конца, Акира?»