Любопытство

Женя ввалился в собственную квартиру, сбросил тяжеленную спортивную сумку с плеча и рюкзак. Он сел прямо на пол и уже сидя принялся расшнуровывать массивные ботинки. Съёмки новогоднего обзора находились в очень горячей стадии. На улице и так творился какой-то кромешный ад, а они ещё довольные среди этого с камерами бегали… Жене очень хотелось посмотреть, что у них сегодня получилось, особенно когда начало темнеть, а главное – можно ли это будет вытянуть по цветокоррекции, чтобы их страдания не прошли даром. Раздалось урчание и к нему в коридор вышла кошка. Она потягивалась и по пути обтиралась обо все шкафы, показывая, что довольна появлению хозяина. Конечно, потому что теперь снова появится еда в миске. - Приве-е-ет, - выдохнул Женя, отпихивая от себя ботинки и облокачиваясь на входную дверь спиной. Кошка, ничего не стесняясь, забралась на бедро блогера и прошагала по нему до самой груди, где и затарахтела уже на полную мощность. - Опять спала весь день? - Женя обоими руками стал гладить ту за ушами, начёсывая и лаская. - Проголодалась? Я уж точно, - потёрся о мягкую шерсть лбом. Баженов не был уверен, надолго ли он залип в таком положении с кошкой на груди, но очнулся, когда телефон в его нагрудном кармане свибрировал, а кошку подбросило вверх от испуга. - Боже, блять, когти... мм... - простонал парень и, наконец, поднялся на ноги. Нужно было заставить себя дойти до кухни и покормить себя и кошку, а потом сесть за работу. Конечно, кошке положили еду первой, и только после этого Женя на скорую руку соорудил себе толстый бутерброд. Свободной рукой он достал телефон и разблокировал его, смотря на то, кто ему пишет. Михаил. "Как насчёт потрахаться завтра вечером?" Как оказалось, про него вспомнил его частый партнёр по удовлетворению интимных потребностей. Познакомились они с ним уже давно в интернете, когда Женя ещё пытался как-то использовать сайты знакомств. В сайтах он совершенно разочаровался, зато определённые знакомства остались. С Михаилом они абсолютно не сошлись в плане отношений и вообще у них оказались слишком разные характеры, зато секс без обязательств устраивал обоих. - Ммм... чертовски хорошая идея, - с набитым ртом простонал Женя, запихивая в рот остатки бутерброда и параллельно с этим набирая примерно такое же сообщение. Его рука застыла на кнопке отправить. Его внезапно шарахнуло осознанием того, что теперь что-то с чем-то не стыкуется. Владимир... Ну, конечно же. Женя понял, что его остановило. Технически ведь у него теперь есть Мединский и логично, что эта часть отношений тоже должна присутствовать, если они вообще состоят в каком-то подобии отношений. Женя скипнул экран и открыл диалог с Владимиром. Сегодня они не переписывались, но обычно хотя бы что-то за день друг другу отправляли. Ехидный смайлик от Жени так и висел последним в диалоге со вчерашнего дня. Баженов задумчиво постучал пальцами по столу. Министр видимо принял его просьбы к сведению и не лез особо, не был навязчивым и никуда не звал, только писал ему регулярно, но тут Женя и сам с удовольствием отвечал. В общем блоггер понял, что своими истериками в Большом театре напугал Мединского прилично и теперь придётся самому звать его куда-то. С одной стороны, у него съёмки, у него особо нет на это сейчас времени. А с другой, он давно уже ни с кем не спал, а после такого прямолинейного предложения от Миши захотелось. Женя знал, что совесть его загрызёт, если вместо того, чтобы позвать куда-то Владимира, он согласится на встречу с Михаилом. В конце-концов, с министра и спрашивать. Женя вздохнул, открыл фронтальную камеру и сделал селфи со своим заебавшимся лицом. Фото было не презентабельное, ничего такого, скорее просто живое. Владимир просмотрел почти сразу же и Женя увидел, что он начал что-то печатать в ответ. Правда, потом перестал. Женя усмехнулся. - Ну? - спросил Баженов у телефона, потому что больше никто не печатал. Может быть, его отвлекли по работе, хотя время уже было далеко не рабочим. Телефон просигналил, и вместо текстового сообщения Мединский прислал ему своё селфи в ответ. Судя по всему, он ещё был на работе, в своём кабинете, а на фото сам политик очень воодушевлённо смотрел на висящую на стене саблю. Женя рассмеялся, - "Ахах ты выиграл". Ануар "Женя, ты где блин? Мне уже нужны материалы, я не хочу всю субботу с этим провозиться". Женя решил, что ничего плохого нет в том, чтобы написать Ануару, что он уже буквально загружает компьютер. Паралельно с этим ответа требовал от него Михаил и Владимир что-то написал. Владимир "И где мой приз тогда?" Женя "Золушка может пойти на бал? То есть, домой." Баженов вздохнул, смотря, как ему печатают ответ. Как же этот министр любил жаловаться. "Встретимся завтра?" - даже для себя неожиданно написал Женя, потому что принял решение. И кажется, поставил этим в тупик Мединского. Совсем. Блоггер пока ответил своему партнёру, что завтра не может и вообще сейчас слишком занят для встреч, может в другой раз. У него вежливо попытались уточнить, нашёл ли Женя себе кого-нибудь и ждать ли его вообще, но он не хотел отвечать. Если бы он ещё сам знал ответ. "Что-то случилось?" "Нет, просто" "А где? Вечером, если только. Самое раннее в семь смогу освободиться." "Отлично, сходим куда-нибудь." "Куда?" "Понятия не имею пока, завтра с утра напишу, договорились?" – честно написал Женя, потому что слишком устал, чтобы раздумывать сейчас над чётким планом. "Ну... ты же помнишь, что..." "что ты министр культуры? Мне этого не забыть, поверь. Да и я светиться не везде хочу, не переживай, что-нибудь придумаю". "Хорошо" *** Мединский заблокировал телефон и растерянно уставился в бумаги, лежащие перед ним. Ну, вот теперь точно пора идти домой, потому что о работе он думать больше не сможет. Он окинул взглядом ещё раз весь рабочий стол и тяжело вздохнул, что-то он закопался и забыл, что вообще искал. Часы показывали начало девятого. Он устало потер лицо и решил всё так и оставить до завтра, с утра на свежую голову вспомнит, что нужно было и разберёт. Или попросит помощника, что очень заманчиво. Владимир накинул пальто, шарф и написал водителю. Ну, по крайней мере, дома он будет уже через полчаса, пробки почти рассосались. Он завис на выходе, ещё раз окидывая взглядом кабинет и пытаясь понять, не забыл ли он что-то важное. Наверняка забыл, но сейчас это не важно. Выключив свет, политик закрыл за собою дверь. Снег не прекращался, но температура немного повысилась, и потому он быстро таял, образовывая на улице характерную для их страны слякоть. Он всего лишь метров тридцать до машины прошёл, а всё пальто теперь было мокрое. А ещё в воздухе висела какая-то непонятная дымка из-за влажности и мороза. Устроившись поудобнее около окна, он ещё раз перечитал их переписку с Женей. Он совсем не ожидал, но и отказываться не хотел. Завтра не очень удобно на самом деле, но он даже не знал, когда удобнее, по мере приближения к концу года, график тоже стал уплотняться… А Женя сам предложил, надо пользоваться. Ещё бы знать, куда они идут и где встречаются. Владимир не очень любил неизвестность. Он сумеет накосячить, даже прекрасно зная, где и с кем окажется. Владимир пролистнул переписку и открыл свежее селфи Жени, у него тоже был трудный день, судя по выражению лица. Дома было как-то тихо. Он разделся, взял портфель и попытался добраться до своей комнаты незамеченным, но был застигнут врасплох дочерью. - Пап, привет, - бодро и звонко поздоровалась Кира, которая уже была в пижаме и шла видимо из ванной. - Ш-шш… не так громко, Кира, - он присел на корточки, встречая ту и обнимая, - ты сейчас разбудишь… - Папа! – второй голосок раздался из комнаты. - Софи… - обречённо подтвердил он. - Прости, - как-то совсем без сожаления сказала Кира и, поцеловав отца в щеку, отправилась в их с сестрой комнату. – Спокойной ночи. - Сладких снов, - успел сказать ей вслед, прежде чем мимо сестры пронеслась София и повисла у него на шее. - Ты сегодня долго! – высказала свою претензию блондиночка, потому что обычно он успевал пожелать им спокойной ночи. - Я работал, милая. Ты уже спала? – он погладил её по волосам. - Да, но теперь я проснулась и тебе придётся снова меня уложить, - заулыбалась девочка, беря того за руку и начиная тянуть за собою в комнату. - О, боже… Я же даже ещё не переоделся, солнце. Ладно, только быстро. - Ты разбудил девочек! – обвинительно раздалось из конца коридора, и Владимир понял, что его план абсолютно провалился. - Я… я не будил, - виновато вздохнул мужчина и, обернувшись, улыбнулся жене. - Он разбудил Киру, а она меня, - объяснила Софи, решая помочь отцу, но по факту сделала только хуже. Марина покачала головой, тяжело вздыхая. - Нет, Кира вообще не спала и просто… - Так, всё, стоп. Ты – быстро спать, - указала на девочку. – А ты – проследи. У вас есть ровно пять минут. - Договорились! – согласился на всё Владимир и, подняв дочку на руки, скрылся с ней в комнате. Конечно, он не хотел портить все труды жены, но так уж вышло, что теперь не спал никто. Кира хоть и лежала в своей кровати, избежав маминого гнева, но тоже смотрела на них с Софией совсем не сонными глазами. Он всегда считал, что манипулятор из них двоих именно София, но сейчас стал в этом сомневаться. - Спать! – накрыв Киру одеялом с головой, приказал Владимир. Конечно же, в ответ раздался лишь приглушённый смех. - Вы надо мной издеваетесь! – пожаловался Владимир, укладывая Софию, - вы меня не любите, - расчётливо добавил Мединский. - Это не правда! – сразу же возразила Софи. – Зачем ты так говоришь? - Ну а как по-другому? Вы же знаете, что мама будет злиться на меня из-за вас, - трагически вздохнул, следя за тем, как хмурится София. Она недолго что-то напряжённо обдумывала, после чего сама отвернулась, укрываясь одеялом. - Я так и думал, сладких снов, - Мединский поцеловал ту в висок, потом проделал тоже самое с Кирой, и довольный собой вышел из комнаты. Кстати вот Марина была ему нужна. Он заглянул в гостиную, но там никого не оказалось. Владимир прислушался и понял, где её искать. - Марин, я хотел поговорить с тобой… - Владимир зашёл в комнату сына. Гриша сидел за письменным столом, а жена сидела на диване, что-то выискивая в тетрадях. – Уже ведь поздно. Ты ещё не сделал уроки? – вопросительно посмотрел на подростка, переключая внимание. - Сделал, - нахмурился парень. – Мама проверяла просто, - отвернулся обратно к компьютеру. - Марин… - предпринял вторую попытку поговорить Владимир. - Слушай, я занята, если не видно. Хочешь поговорить, тогда помоги сначала с уроками, - серьёзно посмотрела на него женщина, сравнивая что-то из тетради с учебником. - Зачем вообще ты это делаешь? Ему пятнадцать, он взрослый и должен всё делать сам уже! – закатил глаза Мединский, недовольно смотря на жену. Она постоянно возилась с ним, хотя тот был далеко не в начальной школе. В конце концов, он уже должен прекрасно понимать, что делает это ради себя, а не ради них. - Ты действительно хочешь опять это обсуждать? – предостерегающе спросила та. - Нет, я просто… Ты только тратишь свои нервы и силы. Он сам так ничему не научится, - указав на подростка, взмахнул руками Владимир. Возможно, начинать спор при Грише было плохой идеей, но вся это тема была уже настолько острой между ними, что сдерживаться не получалось. - Помогать – это другое, - Марина встала с дивана и подошла к мужу. - Вот, держи, - вручила ему учебник с очень воинственным видом. - Что? – не понял Мединский, смотря на большую рабочую тетрадь по иностранному языку формата А4. - Мама, не надо! – тут же запротестовал Григорий, потому что быстрее отца успел сообразить, в чем подвох. Это очень плохая идея. - Французский. Проверяй. Я, как бы ни хотела, не могу просто, - пожала плечами женщина. Она язык не знала даже на базовом уровне, поэтому не могла никак проверить то, что делал Гриша. Разве что само наличие выполненного домашнего задания. - Но это… - Мам! - Так, я иду проверять девочек, надеюсь, они спят, - безапелляционно заявила женщина. - Вы делаете французский к моему возвращению. Да, Владимир, я знаю, что сегодня не воскресенье, но ты не только воскресный папа, - ткнув тому пальцем в грудь, женщина вышла из комнаты, а Гриша тихо выругался, натягивая улыбку и надеясь отобрать учебник. - Ладно! – раздражённо принял вызов Владимир. - Французский? Легко, - фыркнул политик и, скинув с себя пиджак, занял место матери на диване. – Что задали? – вопросительно посмотрел на сына, листая учебник. - Ничего, - безрадостно ответил парень, бросая карандаш, который крутил в руках. – Давай просто скажем, что ты проверил? – безразлично пожал плечами. - Гриша! – недовольно осёк того Владимир, подкладывая подушку под спину и сползая чуть ниже. Он сегодня вообще дойдёт до спальни? Ещё бы желательно в душ попасть… - Читать и переводить текст, - нехотя ответил парень. - Иди сюда и показывай какой, - помахал учебником Владимир, напоминая, что читать мысли он не умеет. Гриша перебрался на диван к отцу и, выхватив учебник, открыл на нужной странице, - вот этот, - показал. Уже в последние секунды он подумал, что можно было соврать и выбрать какое-нибудь из старых заданий, но ведь ещё недавно ничего не предвещало беды! Он всё сделал и надеялся ещё часик успеть поиграть в комп перед сном. - Ну-ка, - забрал книгу старший. - Слушаю перевод, - зевнул Владимир, пробегаясь глазами по тексту. Ничего особенного. Гриша с облегчением выдохнул. С этим проблем не было, в конце концов, он нормально знал грамматику, и с переводчиком выходило вполне себе. Отец казался расслабленным и возможно его больше ни о чём спрашивать не будут. Стараясь не выдать волнения, он спокойно перевёл текст максимально дословно, но всё же заменяя что-то на русские обороты. Отец казался расслабленным, за текстом не следил и просто слушал его. - Сказал же, что всё сделал, - Гриша довольно закрыл учебник, откладывая его в сторону. - Мм.. ну отлично всё, правильно, - с закрытыми глазами подтвердил Владимир. - Зачем надо было устраивать столько шума? – пробормотал в сторону коридора. – Давай, озвучь всё это на языке оригинала, и я смогу пойти спать, - старший приподнял руку и сделал жест, чтобы тот начинал. Гриша беззвучно выругался. Ну не умел он говорить на французском. Никак. Язык вообще был не его, а произношение ему не давалось совсем. Переводить мог, вызубрить правила – тоже, читать – нет. На уроках спрашивали не так часто и в основном ставили то четвёрки, то тройки, в зависимости от задания. Мама язык не знала и не могла оценить, насколько всё плохо в реальности. А сам он просто надеялся примерно так и продолжать, пока ведь всё прокатывало. До этого момента. Он прекрасно знал, что к папе лучше не подходить с двумя предметами – историей и иностранным языком. Риск нарваться на оскорбления очень велик, а вот помощи всё равно будет ноль. - Да я читал уже… - глухо попытался он. - Я рад, давай, а то твоя мама меня убьёт, - эта уловка на старшем сыне работала уже не так хорошо, как на младших, но всё-таки. Подросток снова взялся за книгу, открыл и, помедлив, начал читать текст. Получалось глухо, он торопился и старался не делать пауз там, где не знал, как это произнести. - Предлог другой там… - по ходу стал поправлять Владимир, слыша ошибки. - Во множественном числе это слово должно быть… эти звуки не читаются. Гриша, ну ты вообще его читал или по памяти пересказываешь? – Глаза пришлось открыть и вернуться в реальность. Смотрели на него очень хмуро и недовольно. – Я не придираюсь, ты ужасно читаешь, - искренне прокомментировал Владимир. - Я в курсе, - скривился Григорий. - Что значит «я в курсе»?! Можно делать ошибки в грамматике, но если ты будешь так говорить, то тебя вообще вряд ли кто поймёт, - вопросительно посмотрел на сына. - А для тестов наоборот надо. И грамматику я знаю, - Гриша сложил руки на груди, немного отворачиваясь. - Ну, подожди, ну текст же лёгкий, - забрал учебник себе и развернулся к тому лицом. – Да хотя бы первое предложение, - особо не напрягаясь и не спотыкаясь прочитал тоже самое. – Запомнил? Можешь повторить? - Как я должен был запомнить?! – взорвался парень, вскакивая с дивана. - И вообще, я визуал, дай сюда! – отнял учебник обратно. Он ещё раз уставился на печатные буквы, пытаясь понять, как это всё уместить в звуки. Он честно постарался повторить за отцом, но его рот просто не мог издавать необходимые звуки, и он опять читал лишнее, а где надо не сливал слова. - Ты вообще ритм не чувствуешь. Это же не немецкий, - покачал головою политик, понимая, насколько всё плохо. - Да я тоже не француз как бы! Ты вообще спать шёл? Иди! У меня всё прекрасно! – он дошёл до стола и кинул туда учебник. Какого чёрта он вообще в четверг вечером вот так нарвался на отца, как это вообще произошло?! - Да я вижу, - Владимир тоже поднялся с дивана, сжимая пальцами переносицу и поправляя очки. - Какой год ты французский изучаешь? - Третий, - нехотя ответил Гриша, стоя посреди комнаты. Выглядел он достаточно забавно: приподнятые угловатые плечи, хмурое лицо и поджатые губы. - И что делал всё это время? – в противовес напряжённому подростку, старший наоборот выглядел достаточно расслабленным и скорее усталым. Как ему казалось, он задавал вполне безобидные и логичные вопросы, пытаясь выяснить, что не так. То, что Гриша был готов сорваться, он заметил слишком поздно. - Я? – плечи подростка опустились, и он выпрямил спину. Сейчас он готов был защищаться, чего бы ему это не стоило. - Может быть, я ездил по всяким историческим лагерям? – с долей артистичности и надрывом поинтересовался Григорий, бросая прямой упрёк в сторону отца. - Или ещё вот недавно стал ходить дважды в неделю на баскетбол, потому что меня кто-то записал! – он ловко скользнул к тумбочке, вынимая оттуда баскетбольный мяч. – Может у меня много свободного времени? – в старшего Мединского полетел мячик, от которого тот еле успел увернуться. - Да что ты твори… Гриша! – прошипел он. - Нет, куда там, после спорта ведь сразу же идут лекции. У меня французский стоит сразу после грёбанного баскетбола, я бы посмотрел на тебя после тренировки, - активно жестикулируя руками, Гриша вернулся к своему столу и пнул собственное кресло. Возможно, на этом следовало остановиться, но он уже не мог. - А ещё у меня с этого года курсы при МГИМО, если ты забыл, - забавно наклонил голову. - И там немецкий! И немецкий у меня хороший, а твой французский мне нах…нафиг не нужен, я не хочу на это тратить ни время, ни силы. Базовый уровень есть, тесты сдам. А что три года делал ты, что только заметил, что я на нём не могу говорить? – вопросительно развёл руками. - Ты бы мог попросить помочь, почему ты не сказал? - после секундной паузы ответил Владимир, ошарашенный таким количеством претензий за раз. - Можно было бы нанять преподавателя… - немного не успевая за эмоциями сына, Владимир пытался сейчас снизить степень драматичности. - Преподавателя? Даа… это как с историей, - тяжело дыша, закивал парень. - Проще погуглить, чем тебя слушать, потому что «зачем репетитор, я сам всё могу объяснить», - передразнил. - А потом ещё выслушивать, что у тебя репетиторов не было, и тебе мама не помогала. И знаешь, что, я слышал эту историю уже тысячу раз! – голос чуть сорвался и крик вышел немного охрипшим. Его в кое-то веке слушали и даже не перебивали, ждали, когда он закончит. А заканчивать было, если честно, очень страшно. Потому что тогда настанет черёд собеседника отвечать. Гриша изо всех сил цеплялся за остатки аргументов и доводов в свою защиту. – А на самом деле ты не помогаешь! У тебя не получается! – наконец Гриша замолк, отважно смотря растерянному Владимиру в глаза. - Гриш, - Марина уже какое-то время стояла и наблюдала за этой сценой. Она никак не могла представить, во что выльется вполне безобидная просьба с её стороны, проверить домашнее задание. Ей не нужен был этот монолог, чтобы знать, что нагрузка у Гриши действительно достаточная, но возможно это было полезно услышать Владимиру. Только вот с переходом на личности младший перегнул. - Что?! Ну что, я не прав что ли? Да, конечно, я плохой! – всё ещё остро отреагировал подросток, отступая на пару шагов вглубь комнаты. - Да не говорил я такого… - растерянно произнёс Владимир, напряжённо обдумывая всё. Слова сына прокручивались в голове, повторно уязвляя, и он чувствовал, как сильно его это злит. Он устал, хотел помочь, а его фактически облили дерьмом просто так. - Что ты устроил истерику? – уже строже спросил он. - Я всего лишь сказал, что за три года можно было бы что-то сделать с этим. - Зато ты подумал! – огрызнулся Гриша, и это стало последней каплей. - Владимир, нет! – Марина успела почувствовать, что сейчас прорвёт и второго, но сделать уже ничего не успевала. – Владимир! – она попыталась одёрнуть мужа за рукав, но тот не заметив этого, руку отдёрнул и продолжил. - Ну, конечно! Давай! Это же куда проще выставить себя жертвой, да? Бедный несчастный мальчик, которого заставляют учиться. Если ты чего-то не можешь, значит решай свои проблемы! - Да я и решил! У меня всё прекрасно вообще-то! - Нихера ты не решил! Что ты мне тыкаешь своей нагрузкой, что-то результаты плохо видны. С тобой все нянчатся, а у тебя по две-три тройки в семестрах. Французский тебе не нравится, mon cher? – Владимир за пару шагов пересёк комнату, заставляя Гришу буквально отскочить. Он взял со стола многострадальный за этот вечер учебник и покрутил в руках. – Не хочешь – не надо, - Мединский вырвал из середины учебника сразу несколько страниц. – Тебе же этого хочется, да? Да какое тебе МГИМо, тебя даже в ПТУ не возьмут, скотина! – Владимир разорвал учебник пополам и кинул под ноги застывшему подростку. – Давай жалей себя, вперёд, теперь плохой я, - взмахнув рукой, старший нервно одёрнул рукава рубашки. - Да вы даже аргументы одинаковые используете, - простонала Марина. - Никто не плохой, успокойтесь! – женщина подошла к мужу и настойчиво потянула его на выход, понимая, что их надо развести. - Да ты совсем больной уже! – отойдя от шока, прокричал Гриша. - Зачем ты рвёшь мои вещи?! – Гриша стал истерить, просто не зная, как вообще реагировать на такое поведение вроде бы взрослого человека. - Тут ничего твоего нет! Кто из нас больной ещё, если у тебя есть время сидеть в телефоне, то…- Владимир чуть не вписался в косяк, когда его выталкивали из комнаты, поэтому свою мысль закончить не успел. - На кухню! – в приказном тоне прошипела жена, и политик нехотя пошёл в нужном направлении, позволяя себя увести. За спиной оглушительно хлопнула дверь. - Нет, ну ты это слышала?! Сволочь такая! Почему... Почему он вообще так говорит?! – непонимающе спрашивал Владимир, пока они шли по коридору. - Тише… - прорычала она на мужа, а потом и на высунувшихся девочек, - спать, я сказала! – Софи вопреки матери хотела влезть в разговор, но Марина так на неё посмотрела, что даже ей пришлось отступить. - Что это вообще сейчас такое, мать его, было? - Мы обязательно об этом поговорим, но не тогда, когда и ты, и он в таком состоянии, понял меня? – ответила Марина, достаточно прагматично смотря на ситуацию. Назревающая проблема высказана и теперь им придётся её обсудить только уже с ней в качестве буфера. – Хочешь кофе? - Да, - ответил мужчина. – Нет. В смысле, я сам, - спокойно сидеть Владимир не мог и хотел чем-нибудь занять руки, да и голову. Монотонные автоматические действия помогали. Он встал, подходя к кофемашине и запуская её, а Марина заняла его место на диванчике. - И ты с ним согласна? Ты всё знала? – заливая воду в фильтр, спросил Владимир. - Что всё так плохо с французским не знала. Ты же понимаешь, я не могу оценить, а задания он и правда делал, - ответила женщина. - Нет, а что это за «исторические лагеря», он так сказал, как будто бы я его в ГУЛАГ сослал! Он не говорил, что ему не нравится, - Владимир засыпал зерно в соответствующий отсек и полез за молоком. - Нет, конечно. Просто история – не его любимый предмет, но – твой. - Ну и почему он не сказал? – всё равно не понимал Владимир. - Он не хотел тебя расстраивать. Сказал «мне не сложно», - объяснила Марина, потому что она уже как-то говорила с Гришей на эту тему. - А баскетбол? – мрачно спросил политик, выбирая на панели управления нужный напиток. - Ну, знаешь… - она тяжело вздохнула, распуская светлые волосы. - Он никак не ожидал, что его слова «было бы здорово попробовать» ты воспримешь так серьёзно и отправишь его на серьёзные занятия. - А как ещё?! - Просто мог бы поиграть с ним на выходных, думаю, этого было бы достаточно. - А почему ты мне только сейчас это говоришь? – возмутился Владимир. - Я пыталась, - честно призналась Марина. Она всё это говорила, просто, будучи очень довольным собой, Владимир не воспринимал её варианты всерьёз, думая, что выбрал наилучший. Ну и ещё он слишком радостный был в такие моменты, что ей самой не хотелось ссориться. – Надо было заставить тебя слушать, прости. - Я же всё делал правильно, - пробормотал. – Почему всё опять вышло через… - злость постепенно отпускала, теперь он был зол на самого себя, что всё сделал не так, как нужно. Кофе приготовился, и Владимир грустно уставился на белую чашку. Вообще-то он не хотел кофе. Учебник ещё порвал… Просто отлично. Так и не притронувшись к чашке, Владимир вышел с кухни, вновь направляясь в комнату сына. Гриша сидел на диване, отвернувшись к стене. Услышав, что вошёл отец, он только ещё больше отвернулся, подкладывая подушку под голову. Судя по всему, ему сейчас скажут, что его записали в какой-нибудь языковой колледж. Но отец молчал, послышалось какое-то копошение за спиной, а потом звук скотча. Гриша удивлённо сел на диване, разворачиваясь в сторону источника звука. Папа пытался… склеить его учебник? - Зачем ты это делаешь?! – хмуро спросил подросток, смотря, как Владимир сидит за его столом и пытается склеить переплёт. – Па-ап? – ему не отвечали, поэтому пришлось встать и подойти. Смысла в этом Гриша абсолютно не видел, проще вообще было купить новый. – Да оставь ты его, - вздохнул парень, отчего-то чувствуя виноватым себя. Стоя рядом со столом, он переминался с ноги на ногу. - Я склею… - тихо ответил Владимир, упорно продолжая своё занятие. Гриша продолжал стоять рядом, не зная, что делать. Он думал отец придёт продолжать ругаться или объявить о наказании. Со стороны Владимир выглядел усталым и расстроенным, Гриша совсем этого не хотел. Он даже успел пожалеть, что вышел из себя. - У меня не получается просто и всё, - нарушил молчание парень. - Мне не хотелось говорить об этом тебе, - пока Владимир орудовал ножницами, Гриша забрал скотч и крутил его в руках. Старший наконец оторвался от своего занятия и посмотрел на сына. – Я должен был спросить раньше. Извини, - он встал с кресла и обнял подростка. – Ну как я могу считать тебя плохим? - Потому что у меня не всё получается, - виновато вздохнул Гриша, чувствуя облегчение. Он совсем не хотел быть врагами с отцом. - Дурак, господи, - рассмеялся Владимир, поглаживая того по волосам. Владимир закрыл за собой дверь и прислонился спиною к двери, тяжело вздыхая. Напротив двери стояла жена, которая дожидалась развязки. Она тоже была уставшая, зато в доме наконец-то была тишина и все со всеми помирились. Как-то он совсем не ожидал такого подвоха от вечера. - Ты кажется о чём-то хотел поговорить? – вспомнила Марина, подходя к тому и облокачиваясь на плечо. - Нет, говорить я сегодня больше вообще не хочу. Может, я тебя утром на пять минут поймаю? – устало спросил Владимир, приобнимая ту за плечи и уводя по коридору в сторону гостиной. - Конечно, ты спать? – уточнила женщина. - В душ и, определённо, спать, - кивнул политик. – Какой-то дурацкий день. - Зато он уже закончился, - они остановились около углового дивана, и Марина обняла того за плечи, - спокойной ночи, - поцеловав того в щёку, она пошла в сторону собственной спальни. - Подожди… Я не спросил, как у тебя дела. А то потом будешь, как Гриша… - О, не волнуйся. Он предпочитает копить обиды, и это у него от тебя, а я сразу говорю тебе, если что-то не так, - рассмеялась она. – Всё хорошо, - покачала головой, - тоже устала. - Спокойной ночи, - кивнул Владимир, уходя к себе. *** Рано утром Женю разбудил телефонный звонок. Он сначала даже сообразить не мог в чём дело, потому что так рано просыпаться не планировал, сильно устал, да и не ждал ни от кого звонка в половине седьмого утра. - Ануар? – Женя еле прочитал слепящие буквы на телефоне. – Что случилось? – он привстал на локте, чтобы просто не вырубиться снова. Голова жутко кружилась. - И тебе доброго утра! – послышался бодрый и вполне здоровый голос друга. Вряд ли его убивали, грабили или арестовывали. – Солнышко, ты уже проснулся? Ты вчера мне не все исходники отправил, а ещё я хотел, чтобы ты посмотрел новый вариант склеивать ка… - Ты ебанутый? – поинтересовался Женя. – Сука ты казахская, шесть утра! - Так пятница же, рабочий день! Ты сам говорил, что работать блоггером труднее, чем впахивать на официалке, - не обращая внимания на оскорбления, продолжил парень. - Я сплю и мне поебать, куда ты там хочешь съебаться в субботу, - безаговорочно повторил свою позицию Евгений. - Как много однокоренных слов, тебе бы… - Женя положил трубку. В целом он очень любил Ануара и считал его надёжным и хорошим другом, но вот иногда в том просыпалась неведомая хрень, и в этот момент его поведение вряд ли представлялось адекватным. Женя не обижался, но посылал. Ануар, впрочем, не обижался тоже. Почти сразу же Жене перезвонили. - Ануар! – почти что как заигравшегося ребёнка одернул друга Женя. - Чего?! А кто в своих стримах треплется о том, что встаёт в пять утра и садится работает, там ещё спортом занимается… - Млять, ты вспомнил… Это когда было. Отъебись, прошу тебя… - высказал телефону Женя и отвернулся, закапываясь обратно в одеяло. Звук он предусмотрительно выключил. Даже кошка ещё спала! Она лишь сонно потянулась, упёрлась лапами в нос хозяину и, перевернувшись на спину, продолжила сопеть. *** - Ты ревнуешь? – тихо усмехнулся Владимир, когда утром Марина немного язвила, помогая ему выбрать подходящую одежду. Он сначала выбрал один из самых дорогих своих костюмов, но она была категорически против. - Мм... – женщина помедлила с ответом, копаясь в гардеробе мужа, - я пришла к выводу, что да. Немного, - призналась, доставая тёмно-бежевые вельветовые брюки. - Но это пройдёт, а вообще я рада за тебя. Он же сам позвал, да? – уточнила. Марина просто не привыкла, что у Владимира с кем-то хоть что-то складывается. Это было в новинку. - Да, я даже не ожидал, в смысле вроде о другом говорили и... – Владимир скептически посмотрел на вельветовые брюки. – А может… - Ну, видишь как хорошо, - согласилась Марина, кладя поверх брюк чёрную водолазку. – Ты не имеешь права голоса с тех пор, как умудрился засветиться в синих брюках, сером пиджаке и красной футболке одновременно. Владимир страдальчески вздохнул, но решил довериться её вкусу и надеть-таки «повседневный» вариант, а не официальный. Он почти всё время носил костюмы, брюки и рубашки, поэтому немного терялся, когда одеться надо было неформально. У него было несколько любимых вещей, типа синего джемпера или старых джинс, но Марина всё чаще угрожала их выкинуть. - Тебя в министерстве не узнают, - рассмеялась женщина, смахивая с чёрной водолазки еле заметные ниточки и пылинки. - Отлично, услышу всё, что обо мне думают подчинённые, - рассмеялся Владимир, надевая брюки и пристально рассматривая себя в зеркало, - может лучше обычные… - Нет! Сам спросил. Тебе идут эти брюки, и меня не очень волнует, что морально тебе комфортнее в неприметных джинсах, - она посмотрела на часы. – Всё, я из-за тебя опаздываю, - быстро поцеловав того в щёку, она смеясь вышла в коридор. – Хорошего вечера! - Спасибо, - уже чуть веселее отозвался Владимир и, погипнотизировав отражение ещё какое-то время, решил, что ему тоже уже пора. Чтобы освободиться к вечеру, нужно было все запланированные дела на сегодня упихнуть в более сжатые сроки, а это не всегда реально, когда дело касается людей творческих. Но ради встречи с одним блоггером, он сильно постарается. С Мариной они столкнулись уже на выходе из квартиры, и Владимир не удержался, добавив, - Я ненавижу не знать, что происходит, и куда мы идём. Но я не хотел казаться слишком занудным и говорить это. Он заверил, что понимает, куда мы можем пойти, а куда нет, - он обулся и уже одевал пальто. - Ну, это у тебя всё расписано поминутно, встречи с семьёй или партнёрами... У нормальных людей всё немного по-другому, - пожала плечами Марина, застёгивая молнию на высоких сапогах. - Он не нормальный человек, он блоггер! – фыркнул министр. - Милый мой... - тяжело вздохнула Марина, поднимаясь с диванчика и лбом утыкаясь тому в плечо, - думай, хоть иногда... что ты говоришь, - усмехнулась. - Я не то имел... Чёрт! – Владимир с досадой осознал, что сказал. *** В итоге Женя проснулся только в десять часов. Вставать всё равно не очень хотелось, но было нужно. В конце концов, Ануар прав в том, что у них горят сроки. И если обычные обзоры можно перенести на недельку другую, то вот новогодний – нет. Поэтому учитывая, что на вечер у него сегодня планы, Баженов заставил себя встать с кровати и поплёлся в душ. Быстро позавтракав, он почти сразу сел за работу. Вчерашние страдания и обмороженные конечности окупились сочными кадрами, он был очень доволен. Жаль только, что это лишь половина, не говоря уже о том, что наверняка что-то придётся доснимать. Ануар не понимал его одержимости такими масштабными скетчами и заморочками по поводу, например, настоящего танка в обзоре. Жене же нравилось работать на зрителя, к тому же всё это позволяло ему достаточно разнообразно проводить время между обзорами кроме как за компьютером. Поиск локаций, реквизита и прочего оборудования увлекали блогера не меньше, чем написание сценария к обзору или сбор дополнительной информации по тому или иному фильму. Ему нравилось заморачиваться на эту тему, и он мог себе это позволить. Около часа дня ему пришло сообщение от Владимира. Женю спрашивали, проснулся ли он. Блоггер усмехнулся, отвечая. Он вспомнил, что обещал определиться с местом встречи и отписаться, кто-то видимо уже волнуется. Баженов вздохнул и поставил рендериться тот кусочек видео, который удалось обработать. Усталость вчерашнего дня до сих пор влияла на него, не хотелось думать и составлять гениальные планы с маршрутом. Ответ, который выдал ему интернет, был не менее банальным, чем его мысли – прогулка. В целом Женя не имел ничего против парков, просто это казалось немного простеньким после того, как Владимир приглашал его в Большой театр. Женя напомнил себе, что Мединский выбирал не сам, так сложились обстоятельства, но сути это особо не меняло. Впрочем, тем же вечером, Владимир говорил, что любит гулять. «Тебе можно позвонить?» - напечатал Женя. «Минуту», - пришёл ответ, а скоро Мединский позвонил ему сам. - Привет, у меня есть пару минут, - ответили довольным голосом на другом конце. - Да, привет, - поздоровался Женя, крутясь на стуле. – У нас всё в силе, ты сможешь сегодня? – решил уточнить. - Да, пока всё идёт по плану, - не без удовольствия заметил политик. – Ты что-нибудь придумал? - Да если честно, то в голову ничего умного не приходит. Ты вроде говорил, что любишь гулять… - М, ну да, - подтвердил Владимир. - Может быть тогда встретимся в каком-нибудь парке? – предложил блоггер. - В пятницу вечером в центре? – скептически переспросил Владимир. - Ну, не в Александровском саду же. И не в парке Горького… - вздохнул Евгений, соглашаясь с этим замечанием. - В парке Горького вообще каток, - усмехнулся политик, понимая, что там даже особо и не погуляешь сейчас. - А… - Нет! Забудь. - Я молчал! – рассмеялся Женя. - Я на всякий случай, - предупредительно сказал Мединский, и Женя рассмеялся, подмечая такую «любовь» к зимним видам развлечений. - Ладно, я на самом деле хотел сказать, что в любом случае на улице уже будет темно и по парку с большой территорией и аллеями мы вполне могли бы погулять. - М-м… кстати Воробьёвы горы, - вспомнил Владимир. - А они не в центре хочешь сказать? – задумался блогер. - Я не предлагаю тебе идти на смотровую площадку, это ведь огромный заповедник и если идти вниз к набережной там всегда не так много народу. Вроде бы, - объяснил политик. - Ну, я думал о Сокольниках, но в целом, наверное, на Воробьёвых горах будет менее людно. Значит, ты не против? – подвёл итог Женя. - Нет, конечно. Я даже смогу тогда быть там уже в половине седьмого, мне недалеко, - оптимистично заметил Владимир. - Отлично, значит договорились. *** Женя был даже чуть раньше назначенного времени, расхаживая вдоль проезжей части улицы Косыгина. Чуть дальше вперёд была смотровая площадка, а по правому боку природный заказник Воробьёвы горы. На этой улице было достаточно оживлённо, к тому же, у него за спиной была дорога, которая вела к станции метро. Но тут они и не собирались гулять, нужно было чуть дальше зайти в сам парк, даже летом так не так много народу. Погода была не самой прекрасной, влажность некуда не делась, но со вчерашнего дня ещё немного подморозило, и с редкими перерывами шёл снег. Впрочем, погода соответствовала времени года и потому совсем не портила настроение. Задумавшись, Женя даже не сразу заметил припарковавшуюся у обочины машину. - Ну, я почти вовремя, - Мединский уже вышел и шёл к нему. Он заметил Женю ещё через окно из салона. – Ещё немного и по городу будет невозможно передвигаться на машине, - вздохнул, подходя к парню и тоже озираясь. - Ничего, я недолго ждал, - закивал Женя, здороваясь. Чёрная иномарка плавно отъехала и скрылась в плотном потоке автомобилей по направлению к университету. – Идём, - быстро направил того в нужную им сторону. - Неужели будешь пользоваться метро? – усмехнулся Баженов. - Нет, конечно. Буду страдать в пробках и, похоже, спать там, - усмехнулся Мединский, начиная движение в нужном направлении. – Я же не премьер-министр. - А как проблему с пробками решает премьер? – заинтересовался Баженов. - Он обожает вертолёт, - ответил министр с непонятной эмоцией на лице. – Не то чтобы я завидую, это всё слишком муторно и неудобно, но естественно, быстро. - О-оо. Да, не плохо, - оценил Женя. – Ну, ты не расстраивайся, ещё есть и другие способы добраться до работы, велосипед, например, - хихикнул. - Я похож на Зеленского?! – закатил глаза политик, но потом рассмеялся вместе с блогером. – На самом деле меня раздражает другое. Дима не любит, когда опаздывают. Я тоже не люблю. Только в декабре – это не всегда зависит от того, насколько рано ты выехал или встал. И как бы, помня, что он использует вертолёт, его упрёк «я же не опаздываю» на заседании кабмина выглядит скорее как издёвка… Так, ладно, я молчу, - сам себя прервал Владимир. - Ну почему же, мне интересно, - досадно усмехнулся Женя. – А вы пробовали приносить записку от родителей? - серьёзно спросил, а до Владимира дошло несколько позже, что это шутка, и поэтому блоггер заслужил лёгкий тычок в плечо. - Конец года – полный бардак, - вздохнул министр, понимая, что нужно переключиться с рабочего режима. – Кстати… - он достал из кармана пальто Женину шапку, которую тот одолжил ему в прошлый раз в качестве маскировки, когда они покидали Большой театр. – Забыл отдать. - О, я о ней тоже почти забыл, - блогер несколько секунд пялился на тонкую шапку, которую можно было носить в кармане на всякий случай. - Спасибо, - поблагодарил Владимир. - Не за что, - Женя убрал шапку в один из многочисленных карманов своего пуховика. Он смерил Владимира оценивающим взглядом. – Владимир? - М? - А тебе не холодно? – сам Женя был одет достаточно тепло: привычная толстовка, зимние массивные ботинки и тёплый красный пуховик, в котором, его заверил продавец в Спортмастере, можно было ехать хоть на Северный полюс. А вот министр был одет в серое приталенное пальто, на вид, демисезонное, и ботинки на тонкой подошве. Хоть и смотрелось хорошо, но все это не выглядело особо тёплым. Шарф же, как обычно, был просто обёрнут вокруг шеи и убран под полы пальто. - Нет, всё нормально, - ответил Владимир. – Мы же двигаемся, - убрал руки в карманы. Конечно же, ему было холодно! Просто в отличие от Жени, он ехал с работы, а не из дома. А утром он совсем не думал, что они решат прогуляться по парку. Впрочем, они ведь правда двигаются, всё должно быть хорошо. - Ладно, - ухмыльнулся Женя, смотря вверх на кроны заснеженных деревьев. На самом деле верхушек особо и не было видно, потому что света фонарей не хватало, уже было темно, а ещё к тому же стоял достаточно плотный туман. С местом они явно угадали. Как только они свернули внутрь парка, народу стало намного меньше. Впереди них шла какая-то пара, у них за спиной никого не было и вообще людей можно было пересчитать по пальцам. - На набережной, наверное, народу побольше будет, - заметил Владимир. – А мы пока в природной зоне. Тут совсем нет развлечений, чтобы было многолюдно, - довольно отметил он, потому что оказался прав. - Кстати здесь даже летом немного… безлюдно, - отметил блогер. – Очень густой лес, а ещё крутые склоны. Я видел здесь несколько самоубийц, которые пытались тут кататься на роликах, вот именно не по набережной, а на склонах, - вспомнил Женя. - Да уж, этот парк сильно отличается от остальных, - подтвердил Владимир и чуть не наткнулся на внезапно остановившегося Женю. – Что? - Ничего, – спокойно ответил парень и, оглянувшись, коротко поцеловал Владимира. - Я тоже рад тебя видеть, - после некоторой паузы ответил политик, ловя взгляд блогера. Как же он был рад, что Женя предложил встретиться. - Как у тебя дела? – они пошли дальше, Владимиру расхотелось говорить о себе, он с удовольствием бы послушал о чём-то другом. - Нормально. Тоже много дел на самом деле, - легко ответил Женя. - Что-то год был не самым лёгким, а ещё надо кровь из носу сделать новогодний обзор, это уже традиция. Я не очень укладываюсь в сроки, Ануар тоже что-то там мутит, не исключаю, что в какой-то момент мне скажут что-то вроде «извини, но у меня свои дела, ебись с этим сам». - А Ануар – это…? - Мой друг. Такой… казах, частенько мелькает в скетчах моих обзоров, - усмехнулся Женя, объясняя. - Он и с сюжетами иногда помогает, бывает, что и с частью монтажа. - А, понятно. И почему ты решил, что он тебя кинет? – уточнил Владимир, припоминая несколько образов Жениного друга, если он правильно помнил. - Да, у него уже какие-то внезапные дела рисуются, скотина мне в шесть утра сегодня позвонил, - усмехнулся Женя. - Это… - Это нормально для него. То есть, у него такое бывает. Друзья же не могут поступать и думать в точности, как мы. Так что это нормально, что мы разные. Но иногда хочется его придушить, - признался. - Думаю, ему иногда тоже хочется тебя придушить, хотя в данном случае, я на твоей стороне, - сказал Владимир, думая, что не отказался бы сейчас от стаканчика горячего кофе. Жаль, ничего похожего поблизости не было. Вокруг них был только лес, снег, отливающие жёлтым фонари, и почти никаких людей. Тоже неплохо. - Вполне вероятно. Ты понял, о чём я, - Женя несколько раз прошаркал ногами по свежему слою снега, оставляя длинные следы. – Я люблю Новый год. Вся эта атмосфера, подготовка, подарки. А ты? - М? Да, мне тоже нравится. В детстве чуть больше, правда, - задумался Мединский. – Хотя сейчас лишняя неделя выходных – очень актуально. Свой положенный отпуск не всегда взять получается, когда хочется, а тут тебя почти гарантировано никто не трогает, потому что все бухают, - рассмеялся. - Значит, ты тоже будешь бухать? – хмыкнул Женя. - Я? Не-е-ет, слишком неразумная трата свободного времени. Я буду спать, - рассмеялся. – Плюс нужно ещё выгулять всех детей, я им должен за то, что меня и так редко видят. Опять же семейные дела, ко всем в гости съездить, - неожиданно Владимир понял, сколько ещё всего ему придётся спланировать и умиротворение новогодних праздников показалось ему очень призрачным. – А ты? - Я думал съездить куда-нибудь, но пока не успеваю ничего спланировать. Конечно, отмечать буду с семьёй и ты прав на счёт всех этих визитов вежливости. Друзья наверняка куда-нибудь затащат отметить в праздники, - прикинул. – Но это уже всё в новом году, а мне нравится суета до тридцать первого, - Женя неожиданно вспомнил. – Я даже ещё подарки никому не купил, ох, весёлым будет конец года… - А мне купишь подарок? – рассмеялся Владимир, хитро смотря на того. - Ну не знаю – не знаю, а ты хорошо себя вёл в этом году? – в голос рссмеялся Женя. – Если вспомнить новинки российского… - Ой, заткнись, пожалуйста! – пихнул того Владимир. – Я тебе кляп подарю. - Это угроза? – задорно сверкнул глазами Женя. - Обещание, - спокойно кивнул Мединский. По мере того, как они шли через лесопарк, Владимир всё сильнее промерзал. Он уже не доставал руки из карманов и пришлось попросить у Жени его шапку обратно. Прогулочный шаг согреванию не сопутствовал. Мединскому совсем не хотелось прекращать их прогулку и признаваться, что им срочно нужно искать какое-нибудь помещение, чтобы хоть немного отогреться. О да, Марина над ним сегодня вдоволь посмеётся. Он, конечно, сам виноват, мог бы утром и сообразить, что возможно по улице гулять они тоже будут. - Так, ладно… - Женя не выдержал первым, останавливаясь и разворачиваясь лицом к Владимиру. Он прекрасно понимал, в чём дело, и он не садист. – Давай сюда своё пижонское пальто, а ты одевай мой пуховик, - уверено сказал. Вокруг явно не было никаких сооружений, где можно было бы погреться, им в любом случае идти ещё долго. Впереди и сзади была только широкая аллея, по которой они и шли, иногда попадались разные ответвления в виде дорожек и тропинок с указателями, чтобы посетители окончательно не заблудились. - Что? – на какую-то секунду у Владимира даже зубы стучать перестали от удивления. - Что? У меня хотя бы зимний пуховик, он очень тёплый, - объяснил Женя. - А ты? – неуверенно ответил политик, оглядываясь, как если бы Женя предложил ему сделать что-то незаконное. - А я помёрзну в твоём пальто, я достаточно спокойно переношу холод. И у меня ботинки тёплые, всё хорошо, - заверил того Евгений, чуть наклоняя голову в бок и упёрто сверля взглядом. – Владимир, - настойчиво произнёс. - Но это как-то… неприлично, - Мединский даже не знал, почему так считал. - Я думаю, что ещё немножко и ты будешь очень неприлично чихать на оставшихся заседаниях в этом году, если вообще сможешь говорить , - указал на горло. – Я же тебе не предлагаю одеть розовую курточку… - развёл руками. - Да я не… - Владимир смотрел на Женю абсолютно удивлёнными глазами. Он не мог найти конкретной причины, почему это казалось ему чем-то унизительным. Может быть, потому что он сам идиот, что так легко оделся, и поменять одеждой означало бы полностью это подтвердить? Хотя он и так уже всё признал. Он часто мёрз, но поменяться одеждой ему никто ещё не предлагал. Поэтому Владимир завис, нерешительно смотря на блогера перед собой. - Ну? – Женя выдернул его из мыслей, он уже расстегнул молнию на своём пуховике. - К чёрту всё, мне холодно, - быстро согласился политик, красными от холода пальцами пытаясь расстегнуть свои пуговицы на пальто. Руки почти не слушались, и он возился гораздо дольше, чем Женя. - Давай сюда, - Баженов подошёл поближе и помог с последними пуговицами, снимая с политика пальто. – Шарф нормально одень, - скомандовал парень, пока снимая с себя куртку. Холодный воздух немного бодрил, но для Жени был совсем не критичен, потому что до этого он шёл весь в тепле. Мединского же напротив вполне заметно потряхивало. - Чёрт, - прошипел Владимир, быстро закутываясь в шарф «по нормальному». Женя успел накинуть на себя пальто политика. Ткань была холодная, как будто бы оно пролежало где-то на холоде, и никто его только что не носил. В целом по плечам село хорошо, разве что ему была немного коротковата длина рукавов. Владимиру же напротив рукава куртки были чуть длинноваты, но сейчас это было скорее плюсом. - Лучше? – усмехнулся Женя, помогая тому и застёгивая молнию на пуховике почти до самого шарфа. - На-намного, - выдохнул Владимир, всё ещё подрагивая от озноба, но чувствуя, как расслабляется тело. На него как будто бы надели термоодеяло, чувствовалось, что пуховик прекрасно сохраняет Женино тепло. – Извини за всё это, - пробормотал. - Всё нормально, не бери в голову. По крайней мере, у тебя вполне приличное пальто, а не розовая курточка, - усмехнулся блогер, застёгиваясь на все пуговицы и вынимая капюшон от толстовки поверх пальто. - А что… - Мединский вопросительно посмотрел на парня, не понимая, к чему тот повторяет это уже второй раз. - А ты думаешь, ты первый, кто немного не рассчитал погоду? – захихикал парень, вспоминая. – Мы тогда с Катей гуляли, было даже чуть холоднее, и зашли достаточно далеко в парк. Мы и так уже решили возвращаться, но ей было уже очень холодно. Ну, а что делать, пришлось меняться, жалко же, - пожал плечами Женя, который воспринимал подобные вещи достаточно спокойно. Он не умер от того, что немного походил в девчачьей куртке. - А как ты влез в её куртку? – рассмеялся Владимир, одновременно чувствуя себя смущённым, что выходила такая параллель с девушкой. - Ну, ты что, Владимир, - картинно закатил глаза Женя, начиная паясничать. – Сейчас же в моде оверсайз, - рассмеялся парень, подпихивая того под локоть, вынуждая продолжить движение. - Значит, тебя постоянно на прогулках кто-нибудь раздевает? – весело отозвался Мединский, любуясь тем, как его пальто хорошо село на фигуру блогера. Рукава действительно были чуть коротковаты, но во всём остальном Женя выглядел очень изящно. - Вот потому что все сначала «ой, пуховики – это не модно, у меня нет подходящей обуви… Женя, какая шапка, я же с укладкой!», а потом так искренне удивляются, что им холодно, - развёл руками, хмыкая и поправляя свою шапку. - Нет, я вряд ли волновался за укладку, - рассмеялся Мединский. – Просто не думал, что мы сегодня будем гулять. А если я каждый день в машине буду ездить в пуховике, то поджарюсь, - политик неожиданно поскользнулся и неловко взмахнул руками, хватаясь за Женю. – Чёрт! Скользко, - пожаловался. - Аккуратно! – Женя среагировал достаточно быстро, просто поддерживая того. – Эмм… - он посмотрел вперёд на дорогу, которая достаточно резко уходила вниз, ещё и заворачивая по ходу. Судя по тому, как в некоторых местах поблёскивал снег, он уже успел превратиться в лёд. – Боюсь тебя расстроить, но кажется, у нас тут полоса препятствий. Владимир посмотрел вперёд и тихо простонал. Ботинки у него были очень скользкие, опять же, потому что надобности в других на работе не было. – Давай просто аккуратненько обойдём по краю, - потянул того за локоть в бок дороги туда, где было больше снега. - Как скажешь, - кивнул Женя, меняя направление. – Знаешь, теперь я чувствую себя виноватым, что затащил тебя сюда. - Нет-нет, мне всё нравится, я сам виноват, - ответил политик, отрывая взгляд от дороги и поворачивая голову в бок, чтобы посмотреть на Баженова. – Блять! – он поскользнулся и проехал около половины метра вперёд. Женя не смог ничего с собой поделать и весело рассмеялся, контролируя, чтобы Владимир не упал. Они уже прошли большую часть спуска, в конце которого виднелась набережная. - Хватит ржать! – Владимиру больше не нужно было самому делать шаги, потому что он очень равномерно съезжал по заледенелому спуску, вцепившись в предложенное предплечье. - Да у тебя даже тут передвижение с комфортом и минимум усилий, - издевался над ним Баженов. На самом деле он всё равно ступал осторожно, понимая, что и сам не застрахован. Только вот вдвоём им ёбнуться не хватало. - Хочешь ещё и обувью поменяемся?! Я бы посмотрел на тебя, а даже ради тебя могу заснять это на камеру, чтобы ты потом выложил на ютуб! – ворчал Мединский. - Как любезно с вашей стороны, министр. Боюсь, не мой формат, - Женя развеселился и когда дорога почти перестала быть наклонной, дёрнул Владимира сильнее, ускоряя шаги и подпихивая вперёд. - Блять, ну какого хуя ты творишь?! – искренне поинтересовался Владимир, которому тоже пришлось перейти на бег. Отцепиться от Жени он не мог, потому что был не уверен, что тогда не поскользнётся. - И вообще… «скатываться» - это у нас по твоей части, - хмыкнул Евген, примечая один очень симпатичный сугроб впереди. - Да ты…! – Владимир уже хотел возмутиться подобному описанию, но внезапно отчётливо понял, что его ждёт через ещё несколько шагов. – Не-не-не, только попробуй…! – Владимир уже никак не мог остановиться самостоятельно, поэтому он попытался посильнее вцепиться в хитрого блогера. В последний момент, перед самым бордюром, за которым был достаточно большой сугроб, Баженов резко затормозил, подсекая политика и с ювелирной точностью роняя его в снег. Владимир только успел вывернуться, цепляясь за рукав, и в итоге спиною плюхнулся в мягкий и чистый сугроб. - Гадёныш! – заключил Мединский, полулёжа в снегу. – Сука... – Женя почти сразу же отозвался громким смехом, довольно расхаживая напротив. Было не больно и в целом, даже не холодно, Владимир немного согрелся, просто… - вот нахера?! – решил уточнить. - Ну, а когда мне ещё представилась бы такая возможность? – вполне логично ответил блогер, любуясь своей работой. Владимир сложил руки на груди, не пытаясь пока подняться. Женя одной ногой обпёрся о сугроб и нагнулся над политиком, ехидно улыбаясь. - Ты доволен собой, да? – прищурился Владимир. - Ага, - закивал Женя и моментально отпрянул назад, как только Мединский попытался ухватить его за пальто, чтобы опрокинуть на себя. – Ну, Влади-и-имир, это было слишком предсказуемо, - фыркнул он, дразнясь. – И вообще! Я не могу позволить себе валяться в сугробах, - в свете фонаря Евгений выглядел донельзя пафосно, когда гордо задирал подбородок. - Это почему?! – уточнил из сугроба минкульт. - Да потому что ты вообще видел, какое у меня пальто? – с выражением ответил Баженов, закатывая глаза. – Не то, что у тебя… какой-то дешёвенький пуховик, - презрительно махнул рукой. Женя забрался на бордюр и вальяжно по нему сейчас расхаживал, не подходя особо близко к Владимиру. - Действительно… - рассмеялся Владимир, откидывая голову на капюшон и смотря вверх. Большие снежные хлопья падали ему на лицо. Ветра здесь не было, в снегу было даже странно уютно и тепло. Женин пуховик был достаточно длинным, чтобы прикрывать и задницу, поэтому лежать таким образом было очень комфортно. Женя как раз развернулся к Владимиру спиной, шествуя по бордюру в обратную от сугроба сторону, когда ему в спину что-то ударилось, а всю шею забрызгал снег. – Какого… - до Жени дошло, что в него кинули снежком и очень метко. – Это было подло! В спину! – с этими словами развернулся блогер и еле успел увернуться от следующего снаряда, правда, падая с бордюра. К счастью равновесие он удержал и хотя бы не упал в снег. – Да как ты вообще посмел покуситься на меня. Ты хоть знаешь, сколько стоит эта вещь?! – смеясь, продолжил возмущаться Женя, теперь уже внимательно следя за политиком и вовремя отскакивая от снежков. – Это же… - замялся, думая, где бы посмотреть марку наверняка брендовой вещи. - Burberry, - подсказал Владимир. - Вот именно! – перчаток у Жени не было, поэтому он делал вид, что выше всего этого. У Жени было отличное настроение. Он нарезал круги вокруг оккупированного сугроба, дразня и красуясь перед Владимиром. Мединский кидал снежки, а Женя отвечал какими-нибудь высокими фразами, затихая, когда по перпендикулярной им дороге проходили редкие прохожие. Сразу же за этой дорогой была набережная. - О-оу, - в один миг Женя прекратил курсировать вокруг политика и замер, заинтересованно смотря куда-то вбок. И за свою невнимательность он поплатился грудью, в прямом смысле. Владимир попал точно в цель, Жене ещё и всё лицо обрызгало. – Бля-я… - простонал парень, зажмуривая глаза и вытирая руками лицо. Настала очередь Мединского злорадствовать. - А вот за это… не куплю тебе хот-дог в той палатке! – вредно хмыкнул Женя и гордо направился в нужном направлении. - Что… Еда?! Горячая?! – воодушевлённо раздалось из сугроба. – Люди в Burberry не едят хот-доги из палаток! – прокричал он вслед нахалу и, наконец, принялся выползать из своего укрытия. Спустя четыре хот-дога и пару чашек горячего чая они продолжили прогулку уже по набережной парка. Владимир заявил, что у него появилась гениальная идея, как им согреться и интересно провести время. - Канатная дорога? – скептически переспросил Женя. - Да, тут как раз станция находится недалеко, - Мединский закивал и указал на достаточно большую постройку метрах в трёхстах от них. – Одна остановка наверху, возле смотровой, - продолжил политик, указывая на лес и ту сторону, откуда они пришли, - другая здесь и замыкает круг станция на противоположном берегу, - кивнул в сторону стадиона. - Эм… да, я что-то такое помню в новостях, - кивнул парень, пытаясь разглядеть собственно сами тросы и кабинки, которые бы курсировали над рекой. – Разве она работает зимой? - С чего бы нет? Кабинки закрытые, всё прекрасно работает, - заверил того. Жене всё же удалось увидеть небольшое движение на достаточно большой высоте, из-за тумана влажности видимость была отвратительная. – Вряд ли вид будет отличным, - хмыкнул Баженов, но в целом ничего против этой идеи не имел. Он скорее констатировал. - Зато просто покатаемся. Я там ещё не был, - воодушевлённо отозвался политик. – К тому же там тепло и нет ветра, - парировал Владимир. - Ладно, - рассмеялся Женя, жалея замёрзшего министра, и они направились к станции. – Там люди, уверен? – подойдя поближе, Женя заприметил, что кажется, вот куда делись все люди. Желающих, подобно им лазать по горам через лесопарк, было мало, а вот перекусить в кафешке, купить сувенир и покататься на канатке в относительном тепле скопилось достаточное количество людей. Он кивнул на стеклянные двери, обращая на это внимание министра. - Более чем. У меня же маскировка! – рассмеялся Мединский, нисколько не смущаясь и накидывая капюшон от Жениной куртки. Пойдём? - потянул того внутрь. Внутри станции было просторно и красиво. Лаконичный дизайн и приятные для глаз формы. Народу было не так много, но всё-таки он был, поэтому Женя старался не отсвечивать. Кажется, Владимир решил придерживаться тактики, что если он в чужой куртке, то он уже вовсе и не он получается. Баженов усмехнулся, когда Мединский нашёл глазами кассу и махнул на него рукой, чтобы он постоял в сторонке. Ладно, пускай развлекается, чего уж там. Женя пока подошёл к панорамному окну, за которым собственно и была посадка в кабинки. Одна за одной они подъезжали к платформе и специальный человек контролировал этот процесс. А потом эти же кабинки повисали над пропастью и слегка покачиваясь, двигались к противоположному берегу. Противоположного берега Евгению так и не удалось разглядеть из-за сильной влажности и тумана. Это не очень радовало, но парень просто отогнал от себя неприятные ощущения. Собянин тут вроде катался уже, значит, норм. - Я договорился! – раздался довольный голос сзади, заставляя Женю отлипнуть от стекла и обернуться. Владимир выглядел очень довольным собой, держа в руках что-то вроде двух билетов. - О чём? – усмехнулся блоггер, наблюдая за тем, как политик в очередной раз пытается протереть запотевающие от перепада температур очки. - Я взял нам билеты туда-обратно. Можно было и в одну сторону, но вроде как не по плану и машина у меня тут, - начал объяснять Владимир. – Женщина предупредила меня, что с той стороны нам придётся выйти из кабинки и встать в общую очередь чтобы сесть обратно. Очень глупо, - закатил глаза. – Вот, но я не хотел там выходить, и поэтому пришлось достать министерское удостоверение. На этом и договорились, что нас там высаживать не будут. Мне ещё хотели сделать скидку, но я отказался, кстати, у нас улучшенная кабинка. - Господи, Владимир! – рассмеялся Женя, прерывая этот поток информации. – Ты думаешь, с той стороны была бы длинная очередь, постояли бы пару минут… - усмехнулся парень, но смотря на довольную физиономию напротив решил не возмущаться дальше. – Ладно, что ещё за улучшенная кабинка? - Не знаю, но взял. - Не смотрел, но осуждаю? – передразнил Женя, подпихивая того плечом в сторону платформы для посадки. - Что? - Что? - Забудь, - мягко улыбнулся блоггер, уже переключая своё внимание на внутреннее устройство канатной дороги. Шума механизма даже не было слышно, всё двигалось очень плавно. Они отдали билеты мужчине в специальном фирменном жилете, но их заставили ждать своего номера. Из всех вагончиков только два были улучшенными и Жене было очень любопытно на это посмотреть. В целом даже остальные кабинки смотрелись весьма неплохо: закрытые с панорамными стёклами и парой простых лавочек, стоящих внутри друг напротив друга. - Вот теперь ваша, - учтительно позвал их сотрудник канатки и указал на приближающуюся кабинку. Снаружи она отличалась от других лишь цветом. Они дождались, пока двери откроются, поблагодарили сотрудника и зашли внутрь. Как только за ними наглухо закрылись двери, Женя начал в голос ржать. Чем-то ему это напомнило историю с самолётами. Первый класс отличался тем, что мест там было меньше, а кресла удобнее и шире. Так и тут. Вместо двух лаконичных для канатной дороги лавочек, здесь уместили четыре внушительных кресла из белой кожи с двумя столиками между вместо подлокотников. В этом заключалось всё преимущество. Насколько это было преимуществом вопрос спорный. Хотя, конечно, если исходить из того, что сюда помещалось на два человека меньше… - Да ладно тебе, нормально всё, - тоже заулыбался Владимир, осматриваясь. Кабинка тем временем медленно выползала за пределы станции к открытому пространству. - Нет, если они решили брать пример с Аэрофлота, то где стюардесса с шампанским?! – рассмеялся Женя, пытаясь сделать элегантный жест рукой, как обычно что-то изображая. В этот же момент кабинку ощутимо качнуло, потому что она, наконец, выехала со станции, и теперь ничего не препятствовало ветрам раскачивать её. Конечно, ничего серьёзного, только вот Женю практически прижало к встроенному столику между двух кресел, в который он вцепился. – Что это? - Ветер, - теперь настал черёд Владимира ржать. – Ты боишься высоты? – он сделал несколько шагов по кабине в сторону бокового стекла, чтобы посмотреть на панораму и кабину снова начало немного наклонять. - Стой на месте! – прорычал в этот же момент Женя. – Почему её качает?! - Да это не столько кабину качает, сколько сам трос, - прикинул Мединский. – Но это абсолютно нормально, - он развернулся к блогеру, окидывая того заинтересованным взглядом. Женя выбрал самую безопасную с его точки зрения точку – между двух кресел. Он присел на широкий подлокотник между креслами, двумя руками держась за кожаную обивку. Выглядел он напряжённым и недовольным. - Ещё лучше, - фыркнул со своего места Женя. Владимир сделал несколько плавных шагов к блогеру и теперь тоже стоял ровно по центру кабинки перед Женей. – Ты разве первый раз на канатной дороге? – политик, оторвал руку парня от обивки, а затем проделал тоже самое со второй, стал немного растирать своими, отвлекая. - Нет, - на автомате стал отнекиваться Женя, всё ещё не смотря на Владимира, а предпочитая контролировать происходящее вокруг, как если бы был за рулём машины. Он если честно, сам не понимал, что его вдруг так напрягло. – Мы… катались на сноубордах, - он всё-таки оторвался от вида за окном и посмотрел в глаза Владимиру, отвлекаясь. – И там был подъёмник, мы постоянно на нём ездили, он даже был открытый, - пожал плечами. – Просто там от силы было метров пять до земли. - Понятно, - кивнул Мединский. – А тут все тридцать. - Тридцать?! – по глазам Жени, политик понял, что зря запомнил этот факт. – Всё надёжно. Не думай об этом, Жень! – одёрнул того, чтобы тот не смотрел вниз, а смотрел на него. - Не-не, нормально всё, - взял себя в руки Евгений и сделал пару глубоких вздохов. – Ладно. Это не долго, - скорее себе, чем Владимиру сказал. Он и сам от себя такой реакции не ожидал. Ему было максимально некомфортно висеть в консервной банке на высоте тридцати метров над водой. Вода… Женя вспомнил, что под ними вода и возможно, они не просто разобьются, что достаточно быстро и безболезненно, а сначала будут тонуть в этой штуковине. А потом грязная, почти чёрная городская вода начнёт затапливать их улучшенную кабину с белыми кожаными креслами, сковывая всё холодом. Двери, конечно же, заклинит, а потом у них кончится воздух. И здесь ещё большой вопрос, что их убьёт первым – ледяная вода или недостаток кислорода. - Женя… - Баженова достаточно резко выдернули из его мыслей, заставляя отвлечься от нарисовавшихся перед ним сценариев. Владимир обеспокоенно смотрел на него, а ещё одной рукой оказывается поглаживал его по виску и волосам. - Угу, - кивнул блогер, в знак того, что он вернулся в реальность. Ему даже жарко стало. - Хочешь, всё-таки выйдем на той стороне? – спросил Владимир. - Нет, - уверенно ответил Женя. Он ещё раз одёрнул себя, разжал руки, которые до этого сжимал в кулаки и глубоко вдохнул. – Всё отлично, - за карманы своего же пуховика, Женя притянул Владимира ближе к себе. – Жалко, что погода туманная. - Серьёзно? – тихо рассмеялся Владимир, обнимая того за шею, в таком положении Женя был немного ниже чем он. – Мы можем вернуться сюда летом, - немного поиздевался и получил возможность полюбоваться тем, как нахмурился парень. Зелёные глаза смотрели осуждающе. - Обязательно! – вразрез с глазами ответил Женя, и Владимиру отчётливо захотелось поцеловать того. Женя оказался совсем не против. Поцелуй прекрасно отвлекал, да и Женя почти привык к тому, что кабинку немного покачивало. А ещё он вспомнил, ради чего всё это затеивал. - Тебе надо хотя бы расстегнуться, - оторвался от чужих губ Женя, расстёгивая молнию на пуховике Владимира. – А то замёрзнешь даже в нём, когда выйдем, - объяснил он, замечая не очень довольный взгляд. - Да ладно, нормально, здесь не так уж и жарко… - Владимир прекратил возражения, когда благодаря расстёгнутой молнии, Женя смог обнять его за спину. – Да, так определённо лучше. – Мединский заулыбался, было приятно чувствовать, что инициатива исходит не только от него самого. Он слишком давно этого хотел, а Женя сам того не зная, делал всё чертовски правильно. - Станция, - объявил блогер, почувствовав, что кабинку перестало покачивать, да вместо сплошного «молока» теперь можно было что-то увидеть за стёклами. - Так быстро? – удивился Владимир, но медлить себе не позволил. Он отошёл от блогера и сел напротив в одно из кресел, устраиваясь поудобнее. Конечно же, даже на станции их никто слышать не мог и они могли спокойно разговаривать, но почему-то всё то время, пока кабинка проезжала мимо других людей и сотрудников, беря обратный курс, оба молчали. С этой стороны людей было чуть больше, но в целом система была примерно такая же, как на противоположном конце. Хотя возможно, это из-за того, что уже было начало десятого, пятница же. На этот раз Женя гораздо спокойнее отреагировал, когда их кабинка покинула виброзащищённую станцию и вновь начала слегка покачиваться. Сейчас даже было немного странно думать, что на той стороне это заставило его вцепиться в кресло. Теперь он чувствовал, что мог спокойно оторвать задницу от столика и даже походить внутри. В этом, правда, не было никакого смысла. За окном снова был один туман, который отливал жёлтым из-за ночной подсветки города, а чуть ниже чернела вода. Вот и вся панорама. Освещение тоже получалось скорее сумеречным, потому что фонарей посреди реки не было, а единственным источником света была контурная подсветка в их кабинке. Даже уютно, если подумать. Владимир сидел напротив, уставившись в туман, видимо о чём-то задумавшись. Женя аккуратно сделал пару шагов в его сторону, чувствуя, как реагирует на это кабина, но всё равно ничего страшного не происходит. Ему просто нужно было привыкнуть. - Владимир, - позвал Женя, стоя уже напротив того. - Мм? – отвлёкся от созерцая ничего Мединский. - Почему ты не любишь короткую форму своего имени? – Женя даже не знал, почему сейчас решил именно это спросить. Он помнил первый ответ Владимира, что так ему нравится больше, просто сейчас это казалось немного странным. Тогда у Жени было гораздо тем для обдумывания, чем предпочтения политика к собственному имени. Сейчас же ему было интересно, связанно ли это с какими-то неприятными моментами в прошлом, возможно. Владимир удивлённо посмотрел на блогера перед собой, который казалось, уже абсолютно забыл, что такая высота его пугала. А ещё отчего-то теперь требовал с него объяснений. - А что? – немного оборонительно вырвалось у политика. - Ничего, мне просто любопытно, - смягчился Женя, отмечая смену настроения. – Хотел узнать больше о тебе, - пожал плечами и убрал руки в карманы пальто. - Я… - Владимир понял, что это не было попыткой нападения и теперь ему было неловко. – Я же говорил, что мне просто не нравится, - политик протянул руку к блогеру. - Я помню, ладно, не вопрос, - Женя подошёл ближе и Владимир заставил того сесть к себе на колени. Почти как в театре, вспомнил Баженов. – Ты уже второй раз всё подстраиваешь таким образом, чтобы вернуть нас к этой позе? – рассмеялся, переводя тему. - А? – сообразил Мединский. – Нет. То есть, хорошо, да, я это нарочно, - усмехнулся, расстёгивая собственное пальто на парне, чтобы тому было удобнее сидеть. - Касательно имени, я тебе как-нибудь потом расскажу, хорошо? – смягчился Владимир. – Там, правда, ничего интересного. - Ладно, - кивнул блогер, думая, что ещё недавно сам Владимир казался ему совсем не интересным, а теперь он был бы не против узнать какие-то мелочи об этом человеке. – Выпытаю как-нибудь потом, - многообещающе улыбнулся. - Почему-то я верю, что ты можешь, - рассмеялся политик. Владимир полностью отогрелся, а сидящий на коленях Женя добавлял тепла. В чужой куртке на удивление было комфортно, как если бы она была его. Ветра не было, да и яркого света, Мединский сонно моргнул и зевнул. - Чёрт, конец недели, я устал, - вздохнул Владимир, как будто бы это было странно или нелогично. Он слегка мотнул головой, прогоняя сонливость. Слишком уж сильным был контраст по сравнению с первой половиной его дня, когда он постоянно куда-то бежал, да и всей неделей по сути. - Отоспишься на выходных? - ответил Женя, сдерживая смешок. - Ну... завтра я посплю на два часа больше чем обычно, а в воскресенье... дети знают, что в этот день меня можно доставать, так что гарантии, что мне удастся поспать подольше тоже нет, - прикинул Владимир, а потом изобразил кривую счастливую улыбку. - В воскресенье тебя можно доставать? - рассмеялся Женя, упираясь тому в плечи и почти ложась тому на грудь, - что же ты раньше не сказал! - затянул в медленный поцелуй. - Мм... детям... - на секунду оторвался Владимир, отвечая, после чего снова возобновил поцелуй. - Ну, я тоже в каком-то смысле... – с полуприкрытыми глазами отвечал Женя, - ребёнок, - Баженов все настойчивее прижимался к политику, как если бы они были в спальне, а не висели в кабинке посреди канатной дороги. Мединский забыл обо всех своих претензиях к жизни и поддавался на все провокации блогера, который достаточно неожиданно стал проявлять такое желание к тактильному контакту. Впрочем, Владимиру вообще было все равно, почему и к чему блоггер сменил гнев на милость. - Что ты делаешь? – выдохнул политик между поцелуями. Он понимал, что уже плохо соображает, а Женя всё настойчивее заставляет его реагировать очень определённым образом. Не то чтобы ему это не нравилось, просто не здесь же. - Жень... Женя… - попытался одёрнуть того политик. - Ну что ты творишь? - Соблазняю тебя, - ответил Женя, не слишком отвлекаясь от своего занятия и теперь вместо губ Владимира целовал того в шею. - Не здесь же! - Что тебя смущает? – Баженов перестал целовать и теперь просто лежал на том. - Всё! – достаточно эмоционально ответил Владимир. - Хорошо, поехали в любой отель. Это проблема? – Женя, наконец, дошёл до того, ради чего всё это затеял. - Нет! То есть, да. Я просто... – достаточно неожиданно для блогера, Владимир отреагировал абсолютно не так, как ему представлялось. - Стоп. Разве не ты хотел меня трахнуть? - Баженов вернулся в сидячее положение, недовольно смотря на министра. Он не понимал, чего ему ещё надо, - Так какого черта ты упираешься, когда я предлагаю?! – внутри плескалась злость, потому что сделка была отличная, по мнению парня. - Это ты всегда так думал… - почти огрызнулся Мединский, смотря ему в глаза. Между ними повисла неловкая пауза и непонимание. Женя какое-то время сверлил того недовольным упрямым взглядом, думая, когда уже всё встанет на свои места, но потом понял, что видимо, что-то сработало совсем не так, как он планировал. Баженов прикрыл глаза, делая глубокий вдох и долгий выдох. Где ему взять столько терпения? Неудовлетворение плескалось внутри вместе с усталостью прошлой недели, а ещё хотелось пихнуть упирающегося идиота в грудь. Сказать бы какую-нибудь гадость и послать всё к чёрту. О, как он хорошо мог бы провести эту ночь с Мишей, без всяких закидонов. Нет, сам ведь отказался. Ради чего? - Только не в отель, - покачал головою Владимир, первым нарушая молчание и чувствуя потребность как-то оправдаться. – Не хочу. - А что так? – в голосе Жени всё ещё был сарказм и желчь, но уже меньше. Владимир молчал, иногда отводя взгляд, и не торопился с ответом. Блогер чувствовал, что если он хочет вообще получить какие-то объяснения, то лучше успокоиться. – Нет, правда, - голос стал мягче. – Чем плохи отели? Я же не дешёвый треш тебе предлагаю. – По большому счёту, Женя тоже не горел желанием делать это в какой-нибудь убогой гостинице, правда и на Four Seasons не претендовал, он был уверен, что у Владимира есть что-нибудь подходящее на примете. Он бы даже сам мог озаботиться с бронью и всем прочим, если бы у него было больше времени, но неужели это проблема… - Это слишком напоминает о шлюхах, содержанках и любовницах, - неожиданно ответил Мединский, чем выдернул Женю из своих мыслей. - Я ненавижу все это, - выдохнул Владимир уже несколько тише и слова прозвучали достаточно искренне. Он просто не знал, как это объяснить Жене. - Почему? – глупо переспросил парень, но потом сам себя одёрнул. – То есть, я не шлюха, не твоя содержанка и… ещё даже не стал любовником, - нервно усмехнулся. – Но твоя жена в куре и мы всё это выяснили в прошлый раз. Почему ты не хочешь… - Из-за тебя! – немного разозлился политик и своим заявлением, кажется, окончательно запутал парня. Женя шумно выдохнул и отвернулся в сторону окна. Туман был всё таким же плотным, где-то внизу поднимались небольшие волны от ветреной погоды, а они неумолимо приближались к станции. Баженов предпочёл бы закончить этот разговор здесь. Он оглянулся. Наверное, какое-то время у них ещё есть. Подобная передышка позволила Жене не сорваться и не наговорить грубостей в ответ Владимиру. Однако, яснее ситуация не стала. Из-за него Владимир не хочет ехать с ним в отель. Или не хочет с ним спать? - Давай по новой, - почти скомандовал Женя, зачёсывая волосы назад и чуть нахмуриваясь, готовый разбираться. Ну вот, теперь Владимир тоже молчал. Женя очень надеялся, что это не обида. Он же не успел сделать ничего обидного, он просто не понял. - Ты стесняешься со мной куда-то поехать или… Потому что я… - начал гадать Женя, но у него даже вариантов не было больше. - Женя, - вздохнул политик, устало смотря на того. – Нет. - Отлично, - кивнул блогер. По крайней мере, Владимир перестал молчать и выглядеть потеряно. - Беря в расчёт сферу моей работы, отели и гостиницы представляются мне слишком грязным и отвратительным местом, - начал Мединский и поспешно добавил. – Не в том смысле, что там плохо убираются или что-то в этом роде. - Ясно. - И ты помнишь, почему я не люблю секс за деньги и прочие вариации. Почти не люблю, - поправил себя Владимир, понимая, что нельзя так говорить, если всё равно так делал. - Из-за отсутствия обратной… связи? – припомнил и переформулировал Женя. - Именно. И одно с другим очень плотно ассоциируется, - закивал Владимир и дотянулся до рук Жени, которые тот успел прибрать к себе и чуть ли не убрать в карманы. – Ты, в свою очередь, совсем из другого… по-другому… - он пытался подобрать слово. - Воспринимаюсь, - закончил за него Женя с шумным выдохом. Кажется, он начинал понимать, в чём дело. Просто, если честно, не мог представить, что у Владимира это связанные вещи в голове. Хотя с другой стороны это был очень внезапный… комплимент и… признание. - Понимаешь, ты – настоящий, живой. Ты меня бесишь. В смысле по этим же причинам, ты иногда меня бесишь, но это намного лучше, чем все, что мне предлагали до этого, - теперь Владимир фактически подтвердил догадку Жени, что смутило его ещё больше. Баженов не понимал, как так вышло, что захотев от этого вечера секса, он получил… получил это! Как этот… министр… умудряется каждый раз ставить его в тупик? Женя мягко выпутался из рук и вообще встал с коленей Владимира, отходя на середину кабинки, обдумывая всё. - Ладно, - выдохнул Женя, беря себя в руки. - Это внезапно, слишком внезапно, но... – у него всё ещё были вопросы, и ему очень хотелось съязвить и спросить. - Окей, а где ты такого охуенного меня будешь трахать? Меня вообще можно? – Женя развёл руки в широком жесте, а потом сразу же убрал их в карманы пальто и в такой позе выжидательно уставился на Владимира. Обычно Женя так себя не вёл. В целом, если его пошлют, он поймёт. - Дурак! – поле некоторой паузы вырвалось у Мединского, и он рассмеялся. Такой реакции Женя тоже не ожидал и потому совсем запутался, беспомощно смотря на того. Он на самом деле был не против, пока что всё вообще было хорошо, просто Женя не понимал, почему всё это объяснение давалось им с таким трудом и ведь это всё можно было сказать сразу и достаточно быстро, а не мучить себя и его. Владимир тоже поднялся на ноги, Женя отметил, что они практически въехали на станцию. Мединский подошёл к нему вплотную с какой-то слишком довольной полуулыбкой, как если бы Женя не понимал чего-то очень простого. - Дома, я хочу тебя у себя дома, - ответил Владимир и поцеловал Женю в шею, одной рукою приобнимая за спину - в своей постели, дай мне... дай мне пару дней, я организую, но не сомневайся в том, что я тебя хочу, - низким голосом закончил политик и кинул беглый взгляд за спину блогеру. Он опустил руку и отошёл на пару шагов, они подъехали к платформе для высадки. - А я ещё думал, что с тобой скучно... – немного придя в себя, хмыкнул Женя и проскользнув мимо Владимира, первым выходя из кабинки и оказываясь на твёрдой поверхности. Какое облегчение! Выходя со станции «Новая Лига» Владимир напряжённо обдумывал свой график. Женино предложение было неожиданным и он просто не успел нормально всё спланировать, потому что не думал, что блогер так быстро сменит гнев на милость. - Хочешь завтра? - в итоге решил он. - Завтра? - удивился Женя, пытаясь понять, сменили ли они тему или говорят всё ещё о том же. - Да, за городом, - с достаточно серьёзным видом продолжил Владимир. - Ты мне предлагаешь секс в лесу? - рассмеялся Женя, представляя почему-то эту сцену. - Ну, как бы мы и так уже с тобой... в лесу, практически, - остановился, чтобы просмеяться. - Прости... - Чёрт, Женя! - Владимир и сам прыснул от смеха. У него как обычно мысли опережали слова. - Я хотел сказать, что предлагаю тебе встретиться завтра вечером у меня в загородном доме и остаться до воскресенья, - чётко сформулировал своё предложение. - Хм..м... уже лучше, - Женя широко улыбался, смотря на смутившегося министра. - Дом хотя бы твой? - это было уже интересно. - Да, естественно. Очень даже мой и очень даже используемый. Но в воскресенье мне придётся уехать не позже полудня, - решил сразу предупредить политик. - Детский день, - догадался Женя, припоминая. - Ага... - Ну и где у нас дача? Рублёвка что ли? - он даже не знал, почему так подумал, но это казалось вполне логичным предположением, учитывая должность Мединского. Почему-то от подобной перспективы и себя в ней Жене опять стало смешно. - Мм-м... нет, - довольно заулыбался политик. - Там необоснованно дорого, да и места нет. Я уж не говорю про соседей, - закатил глаза. - Так куда же ты меня хочешь загнать? - Баженов был не против уехать из города туда, где не нужно будет думать о том, видит их кто-нибудь или нет. Он был совсем не против, на самом деле. Хотя в голову как-то невовремя полезли мысли про дроны Навального. - Ближайшее подмосковье. Земли больше, вокруг лес, тихо, спокойно. Папа же военный, у него там шикарная дача, ну а я ещё до депутатства, когда бизнесом занимался купил там неподалёку большой участок для себя, - объяснил Владимир, внимательно следя за реакцией Жени, не хотелось ничего испортить. - То есть даже честным путём? - изумился Женя. Владимир нахмурился, недовольный такой формулировкой, но потом всё-таки кивнул. - Мне нравится, очень нравится, - Женя кивнул, довольно улыбаясь. Конечно, он бы поехал и на Рублёвку, скорее всего, возможно... Но вот этот факт как-то странно грел душу. По-хорошему, ему бы потратить это время на работу, но так не хотелось. Даже несмотря на то, что сейчас начало месяца, блогер уже понимал, что обрекает себя на бессонные ночи под конец. Впрочем, возможно, это того стоит.