Личный доктор

– И всё-таки ты полный идиот, – сообщил Тим. – Вы оба идиоты, – подтвердил Толя. Кирилл, улёгшийся на стол и пытавшийся сдержать слёзы при пересказе произошедшего, приподнялся и злобно посмотрел на них. – Могли бы хоть немного поддержать, друзья блин. – Ну а чего ты ждал? Да с вашими заморочками по-другому быть и не могло, – сказал Толя и отпил зелёного чая. – Не переживай так, – попытался утешить Тим, подсаживаясь ближе и кладя руку ему на спину. – Ты ведь знаешь, что, в конце концов, он поймёт всё. Хотя я сам не понимаю, почему ты не мог ему сразу всё рассказать? – Потому что он слишком гордый, – прошипел Кирилл и вцепился в свои волосы. – Потому что ни за что бы не принял от меня помощи. – Я же говорю, всё потому, что у вас обоих слишком много дурацких заморочек. – Да я понимаю, прекрасно всё понимаю, – продолжил Кирилл, подавляя подступивший к горлу комок. – Я всегда был готов к тому, что легко не будет. И уйдёт много времени на то, чтобы всё наладилось. Но последний три недели мне было так хорошо, да и он не казался таким уставшим и подавленным, как обычно. Просто теперь мне плохо, потому что в последнее время было так хорошо. А ещё я боюсь, что и прошлые наши недоотношения прекратились. И когда ему в следующий раз будет нужна помощь, его изобьют или ранят, он не придёт ко мне. Кирилл снова спрятал лицо в руки, а Тим попытался ободряюще приобнять его. – Ты ведь уже нашёл один раз способ, как помочь ему без его ведома, – сказал он. – Может, найдёшь и ещё раз. Кирилл засмеялся тихо, потом громче и, наконец, объяснил непонимающим друзьям: – Да знаю я такой способ, просто на этот раз он меня точно прибьёт. *** Женя быстро нашёл подходящую комнату, но беспокойство с того дня его не покидало. Он всё думал, во что же ввязался Кирилл, и почему не объяснялся. Мог сказать хоть что-то, что у него трудности с учёбой или случилось что, но просто молчал и стоял там. Может, и нет никаких причин и оправданий, просто он такой, какой есть, и Жене его никогда не понять? Тогда самый дорогой ему на свете человек, оказывается, лишь образ, который он сам себе придумал? И с каждым новым днём приходили всё новые мрачные мысли. Прошёл почти месяц, и Женя всё больше уверял себя в том, что у них всё равно ничего бы не вышло, и не стоит больше возвращаться к тому, чего нельзя изменить. А Кирилл с каждым днём всё больше свыкался со своей обычной жизнью. Работа допоздна и ночные дежурства отвлекали его от раздумий о будущем. Но всё же вечером или под утро, перед тем, как заснуть, Кирилл мечтал о том, как однажды расскажет всё Жене, а тот всё поймет, прижмёт его к себе, как раньше, и больше не отпустит.