Личный доктор

А по выходным Кирилл любил допоздна валяться в кровати или быть разбуженным нежными поцелуями Жени. Но сегодня его крайне рано разбудил отнюдь не нежный ор Евпатия. Его злобное урчание и шуршание вперемешку с грохотом, раздававшимся попеременно в разных углах квартиры, заставило Женю немедленно вскочить и броситься на поиски разбушевавшегося зверя, а Кирилла страдальчески застонать. Через пару минут Женя победоносно вышел из коридора, держа в руках целофановый пакет. – Вот он, корень всех зол, причина всех наших мучений, – провозгласил он, для выразительности поставив ногу на табуретку. Кирилл хотел было закатить глаза и обреченно вздохнуть, но вид Жени заставил его засмеяться и, откинув одеяло, отодвинуться к стене, приглашая героя возлежать с… хм… прекрасным принцем? Герой же вовсе не был против и, небрежно откинув пакет в сторону, прыгнул в кровать, прижимая к себе принца, с готовностью расставившего ноги и принимающего страстный геройский поцелуй. Но, как только пакет коснулся стола, на который по совершенной случайности упал, чудовище, только заслышав тихий шорох, взметнулось в воздух и запрыгнуло на стол, усугубляя вечно царивший там хаос. Принц совершенно не по-королевски зарычал и, свесившись с дивана, подобрал тапок и запустил его в чудовище, которое, хоть и не было ранено, летящего в него объекта и последующего грохота испугалось. Поэтому в два прыжка оно достигло подоконника, с которого взобралось на самый высокий в квартире шкаф. Герой, как и все остальные приличные герои, хотел наведаться в логово зверя, но был остановлен принцем, который, довольный собой, притянул его к себе для страстного королевского поцелуя. И через пару минут, не услышав больше ни воплей, ни грохота, герой совсем успокоился и занялся принцем, который изнывал от королевского нетерпения. Оторвавшись от его губ, Женя спустился ниже, у его шее, а оттуда к ключицам, касаясь нежной кожи кончиком языка. Но Кирилл запротестовал, переворачиваясь на живот и вынуждая парня к более серьёзным действиям. Последняя неделя выдалась довольно напряженной, так что Кирилл приходил домой уставшим и голодным и тут же засыпал, не находя в себе сил сделать что-либо ещё. Сейчас же он был весь напряжён и выгибался в сем телом, прижимаясь ягодицами к паху Жени, который терся об него и обнимал сзади, нежно покусывая шею. Когда он отстранился, Кирилл выгнулся и подался назад ещё сильней, чтобы опять коснуться его. Через пару секунд он ощутил влажное чуть прохладное прикосновение его пальцев. Он попытался расслабиться и впустить в себя пальцы, но колечко лишь непроизвольно сжималось и пульсировало. Тогда Женя снова обнял его сзади, успокаивая поцелуями в шею, плечи и спину, и начал надавливать на вход головкой члена, которая медленно вошла внутрь Кирилла, вызывая первый сдавленный стон. Сначала Женя был предельно нежен, и размеренно двигался внутри, но слыша негромкие призывающие стоны, чувствуя, как Кирилл сам подаётся назад, насаживаясь глубже, он не мог сдержать себя, ускоряя темп и плотнее прижимаясь к его спине. Наконец тот судорожно выгнулся всем телом и запрокинул голову, а Женя подхватил его одной рукой за живот, а другой обхватывая его член. Пару толчков – и он кончил в Кирилла, который ещё раз судорожно дёрнулся и расслабился, повалившись на диван. Не в силах двинуться, Женя придавил его сверху, всё так же прижимая к себе. Они лежали так ещё некоторое время. У Кирилла закружилась голова, и, когда Женя нашёл в себе силы лечь рядом, он свернулся в клубочек и мирно заснул. Кот со шкафа метал в них молнии своими огромными глазами, но теперь это почему-то не смущало Женю. Он улыбнулся и оглядел комнату, где в дальнем углу на кресле покоилась его всё ещё не разобранная сумка. Тогда он поцеловал спящего принца в его руках и решил, что ему незачем уходить отсюда, и зря он искал причины, почему ему не стоит оставаться, теперь он точно знал, что их нет. Всё, что ему нужно, находиться здесь. Тот, кто ему нужен, вот он, рядом. Женя вздохнул и встал, намереваясь снять кота со шкафа. Скрипнул диван, и от этого тихого звука, а ещё от того, что руки, обнимавшие его, куда-то делись, проснулся Кирилл. Он наблюдал, как Женя одевается и улыбался, зная, что тот никуда больше не уйдёт. А герой принёс с кухни табуретку, чтобы достать чудовище из его логова. А сердце принца в ужасе подпрыгнуло, вдруг вспомнив о том, что под эти самым логовом очень сомнительные сокровища. И тогда принц подскочил, обвернувшись в одеяло, а герой, собиравшийся достать чудовище и случайно открывший шкаф, удивлённо уставился на его содержимое. Сердце Кирилла бешено заколотилось, а в глазах потемнело, он нервно сглотнул, ожидая худшего, и зажмурился, но услышал лишь то, как Женя спрыгнул с табуретки и его тихое: – Это что такое? Даже если бы хотел, Кирилл не смог бы произнести ни слова. Он хотел только посмотреть ему в глаза, честно и открыто, извиняясь, но не мог, утыкаясь взглядом в пол. – Кирилл, зачем тебе это? А главное столько… В его голосе не слышалось угрозы. Только мольба, он умолял объяснить, он готов был поверить во что угодно, но Кирилл только молча отводил взгляд. Женя подошёл ближе и, схватив его за плечи, притянул к себе, так, что их лица оказались теперь совсем близко, он всматривался в лицо Кирилла, но тот упорно не хотел смотреть ему в глаза. – Ну, пожалуйста, объясни, скажи, что я не так всё понял, – в его глазах начали собираться слёзы и некоторые слова он не мог произнести и лишь сдавленно шептал. – Ну, скажи! Он тряхнул Кирилла, отчего у того задрожали губы и первая слеза скатилась по щеке. – Это ведь не для себя, да? Ты торгуешь? Наркотиками? Женя сжал челюсти так, что у него заболели скулы. Он вглядывался в лицо, которое не казалось теперь ему таким знакомым и родным. И эти глаза, всё ещё смотревшие в пол, казались ему теперь абсолютно чужими. Он взял со стула футболку, натянул на себя, захватил с кресла так и не разобранную сумку и ушел, тихо прикрыв дверь, потому что всё-таки боялся уйти, громко хлопнув дверью.