Крылья из огня

десять дней спустя

      Над островом сгущались сумерки. С каждой секундой видимость ухудшалась ещё больше. Все, кто готовился дать бой Красной смерти сейчас собирались на арене.       — Итак, сегодня мы с вами совершим одну из последних тренировок, — объявил Иккинг,       — Мала считает, что дракон прилетит с запада, поэтому основные силы будут располагаться именно там.       — Один вопрос, кэп, — театрально поднял руку Задирака, — что если за Красную смерть я приму свою сестру?       — О, Тор, — вздохнул Иккинг и посмотрел в небо, которое было практически полностью затянуто туманом, — мне кажется, уже завтра надо начинать строить купол, — обратился он к Астрид. В ответ она немного рассеянно кивнула.       Где-то неделю назад Стоик сделал большое объявление всем жителям Олуха, поэтому все знали о наступающей опасности, но сохраняли спокойствие и поддерживали юных защитников острова.       — Ну что братец, — обратился он к Беззубику, — на взлёт?       — Не нравится мне эта тишина, — проворчал тот, — слишком спокойно. Лучше вам с Астрид поторопиться.       — Как только закончим сегодня тренироваться, так и начнём строить, — успокоил друга Иккинг, потрепав дракона за ушком.       — По драконам, — скомандовал юноша, и все взмыли в воздух.       В течение двух часов ребята слаженно отрабатывали схемы движения, обменивались условными знаками и перестраивались в разные позиции.       К концу тренировки и викинги и драконы уже устали, было видно, что Кривоклык из последних сил поражает установленные цели. Барс с Вепрем начали путать стороны, а Сарделька просто уже не могла подняться в воздух. В этом плане Громгильде, Грозокрылу и Беззубику было куда проще, они были более приспособлены к тяжёлым физическим нагрузкам.       — На сегодня хватит, — объявил Иккинг.       — Слава Тору, — взвыл Сморкала.       — На арене стоят ящики с рыбой, пусть драконы как следует поедят, и отправляются спать, — устало сказал «командир» этого отряда, — и вы, ребята, тоже должны выспаться и набраться сил. Завтра будет долгий день.       Все кроме Валки, Иккинга и Астрид с их драконами ушли по домам.       — Сынок, тебе тоже нужно отдохнуть, — обеспокоено сказала Валка, — сколько ты не спал? Трое суток? Больше? Ты скоро с Беззубика упадёшь.       — Да, — вздохнул он, — да, ты права… Летите домой, я вас догоню…       — Иккинг… — начала Астрид.       — Всё хорошо, — перебил он её, — всё в порядке… Завтра с рассветом, жду тебя на скале. Нужно строить купол.       — До завтра, — крайне обеспокоенно попрощалась Астрид, и они с Валкой отправились в дом.       — Что ты задумал? — с опаской спросил Беззубик, явно ожидая очередной глупости.       — Скажи мне, братец, — проводя рукой по волосам начал Иккинг, — ты сильно устал?       — О нет…. Нет, нет, нет, — дракон понял, к чему клонит парень, — ты весь в Валку. Ей тоже вечно не сиделось на месте. Тебе ещё года не было, она на Грозокрыле полетела новых драконов искать. Дай угадаю, ты собрался на разведку?       — Ну, — Иккинг виновато взглянул на друга, — вообще да.       — Не дальше того острова, — строго проворчал Беззубик, указывая в сторону холмов, видевшихся на горизонте, — до него и обратно. Лично я меня сил предостаточно, но ты, совсем с ног валишься.       — Как скажешь, — улыбнулся парень и взмыл в воздух.       Ночной воздух значительно отличается от дневного. Ночью нет той пыли, которую поднимают люди, нет шума, который исходит от деревни. Пахнет какой-то свежестью, но в то же время можно уловить запах костра, уюта и запах дома. На протяжении всей жизни Иккинг очень много путешествовал, и можно сказать, что его домом было небо. Каждый раз, когда он был счастлив или наоборот полностью опустошён, они с Беззубиком улетали далеко за облака, наслаждаясь их лёгкостью. От всех мыслей ему помогало избавиться именно небо. Поэтому оно стало его домом.       Чем ближе друзья подлетали к заветному острову, тем гуще был туман. Когда цель была достигнута, очень тихо, где-то далеко был слышен гул.       — Это Красная смерть, — обречённо сказал Иккинг, — уже завтра этот дракон будет в опасной близости к Олуху.       — Я понимаю твоё желание защитить этот остров, а точнее тех, то там сейчас находиться, но ради Тора Иккинг, не надо сейчас пытаться прыгнуть выше головы, — проурчал Беззубик, — не переоценивай свои возможности. Полетели обратно. Тебе надо выспаться.       — Да, — очень потерянно ответил Иккинг, — ты прав, летим обратно.       Путь до Олуха оказался не таким долгим, как в первый раз. Но почувствовав, что Иккинг начал засыпать прямо в полёте, Беззубик остановился на самой высокой скале, и улёгся спать под большим деревом. Парень, как только облокотился на дракона, сразу провалился в сон. Каким бы сильным он не считал себя, как бы его не тренировал Агнар, сон ему был жизненно необходим. Спустя несколько минут весь остров погрузился в абсолютную тишину. Лишь где-то в нескольких тысячах милей от Олуха слышался гул, издаваемый смертоносным драконом.       Как только солнце начало подниматься и освещать верхушки деревьев, на скалу, где мирно спали Иккинг с Беззубиком прилетела Астрид с Гомгильдой.       — Догонит он нас, — недовольно и крайне громко начала Астрид, — позже он придёт, как же.       От неожиданного шума и Беззубик и Иккинг проснулись, но ещё не понимали, кто является источником шума.       — Я надеюсь ты не только что лёг спать, — неистовствовала Астрид. Несмотря на всё её возмущение, за этим скрывалось сильнейшее волнение.       — Нет, нет, — протирая глаза ответил Иккинг, — конечно, нет. Всё в порядке, я готов работать.       — Стоик ещё вчера оповестил жителей о том, что утром будет выстроен купол, — уже спокойно продолжила она, — мы можем начинать, все наши уже на позиции.       — Тогда начнём, — друзья отправились в заранее оборудованное место, где они планировали начать всю операцию.       — Ты как? — спросила Астрид, хотя и понимала на сколько бессмысленный этот вопрос.       — Это не столь важно, — отмахнулся юноша, — сейчас важнее, чтобы ты полностью сконцентрировалась и смогла удержать купол как можно дольше.       После этого Астрид как и всегда закрыла глаза, стараясь уловить не только то, как дуют ветра, как шумит море и как опускается туман, но и как дышит лес, как она наполняется энергией, как её руки держат что-то очень большое и весомое. Ощущение было сравнимо с тем, как тебя переполняют эмоции от какого-то радостного события, только в случае Астрид, её переполняло чувство ответственности, ведь именно от неё сейчас зависела безопасность её родного острова и всех жителей, кто сейчас наблюдал за возведением неприступной ледяной стены.       Несколько секунд полной концентрации позволили положить крепкий фундамент тому, к чему друзья шли долгое время. Открыв глаза Астрид не поверила увиденному, всё вокруг было устлано туманом, а во круг острова закручивались снежные вихри, создаваемые девушкой. Деревья гнулись от его силы, а небо сияло белым огнём. На мгновение девушка начала паниковать, что она не сможет контролировать такую мощную энергию, направляемую ей, но ощутив на своём плече руку человека, которого она считала самым близким, уверенность увеличилась в разы.       Глубоко вздохнув, Астрид с новыми силами вступила в эту схватку со своей силой.       Купол рос на глазах. За считанные минуты, он покрыл всю деревню.       — Они в безопасности, Астрид, — сказал Иккинг, — ты справилась. Ты смогла направить свою силу в правильное русло. Теперь дело за мной.       За то время, что Иккинг тренировался в правлении своим огнём, а у него это начало получаться почти на автомате. Стоило ему полностью спроецировать свою задумку, как она воплощался в огне. Так и сейчас, юноша очень детально представил, как будет полыхать ледяной купол Астрид, и через несколько мгновений он заискрился и языки пламени начали пытаться поглотить лёд, но друзья не раз проворачивали этот трюк, лёд не растает даже от огня Иккинга, пока его создательниц сама того не захочет.       — По местам, — скомандовал Иккинг, и они с Астрид направились на Западную окраину острова, где их уже ждали друзья во всеоружии.       Стоя на самой высокой скале, и отсчитывая минуты, Иккинг поймал странное ощущение: перед ним находился не его родной Драконий Край, а по большей части совсем чужой остров. Почему он, человек, которого сначала не принял даже родной отец, так рьяно защищает этот клочок земли, где до недавнего времени с драконами, с его семьёй, вели кровопролитные войны.       По большей части во всех бедах, обрушившихся на Олух он винил себя. Ведь если бы он не пытался узнать всё о пророчествах и не рвался бы на этот остров, Красная смерть даже близко бы не подошла к этой части архипелага. Но во всём этом была и положительная сторона, которая с лихвой компенсировала все неприятности — он встретил Астрид. Иккиг уже давно понял, что сильно привязался к этой девушке, хоть, может, и не хотел это признавать.       Несмотря на то, что у парня не было уверенности в успешности воплощения из плана, он всё равно позволял себе помечтать о том, как всё будет после Красной смерти. Ему хотелось, чтобы всё было спокойно, чтобы они с Валкой, Астрид и драконами вместе путешествовали и были счастливы. Но он прекрасно понимал, что и Астрид и Валка скорее всего захотят остаться здесь. Здесь вся семья и друзья Астрид и… и конечно Стоик.

За пять дней до этого

      Очередное собрание в Большом зале в этот раз прошло не так как все. Вождь был крайне задумчив и рассеян. Он не спорил, не вступал в дискуссии, а наоборот молча сидел во главе большого стола и что-то обдумывал.       Когда все уже начали расходится, Стоик окликнул Иккинга:       — Мы можем поговорить? — его голос прозвучал крайне неуверенно.       — Да, — как можно более беззаботно ответил юноша, — есть какие-то вопросы по нашему плану?       — Нет, я лишь хотел поблагодарить тебя за всё, что ты сделал для Олуха, даже несмотря на наш уклад жизни, — вождь говорил вкрадчиво и размеренно, — я понимаю, что меня не было рядом все эти годы, но я даже представить не мог, что вы живы. Если бы я не потерял надежду так рано и не пытался мстить за вашу смерть, я бы уже весь мир обыскал, лишь бы найти вас. Мне очень жаль, что из-за моей одержимости местью, пострадало так много драконов. Я не знаю, что будет, когда весь этот кошмар закончится, но я однажды уже потерял семью. Я не хочу терять вас снова, — с каждой фразой в его голосе можно было услышать всё больше и больше боли. Она разъедала его изнутри.       — Я не виню тебя ни в чём, — Иккингу было странно общаться с человеком, который является его отцом, но ощущается абсолютно чужим, — и я тоже не имею ни малейшего представления о том, как мы будем жить дальше, но я хочу узнать место, в котором родился. Хочу узнать народ и то, чем живёт этот народ. Я хочу, чтобы две мои семьи объединились и жили в мире.       — Я обещаю сделать всё возможное, — всё так же тихо и спокойно сказал Стоик.

сейчас

      Стоя здесь на краю обрыва, Иккинг готовился к наступающей угрозе. Подул холодный западный ветер, который растрепал и без того торчащие в разные стороны волосы парня. Повеяло чем-то мрачным и угнетающим. В воздухе нарастало напряжение. Гул с каждой секундой только нарастал. Земля под ногами начала содрогаться. Дальше их ждал только бой.