Полюби меня заново

— Все так хуево… — вливая в себя еще глоток виски, пробормотал я пьяным голосом. — Ну… вот… С чего ты взял? — не менее пьяным голосом спросил Гера. — С того, что у меня не жизнь, а такая…нихуевая проблема., а вообще че-то я заргов… заговров…за…го…во.рил.ся… Во! — Ну у всех проблемы. — Да я понимаю… — я тяжело выдохнул от того, что почувствовал, как алкоголь хочет выйти наружу. — Но так тяжело… — Что ж такого тяжелого? — Да вот…а оно тебе надо? — Ну-у-у, я хороший слушатель. — он пьяно улыбнулся. — Ага, был у меня хороший слушатель, да слился куда-то внезапно, ик! Ой. — А, бывший твой? — Он не бывший! У нас пауза. — Так поэтому все мои штуки по соблазнению на тебе не работают? Точнее, ты даже не подпустил меня к себе ближе чем на метр, правда это победа, что сейчас мы сидим на полу в моей хате и почти касаемся друг друга плечами. — почти трезво сказал он. Я посмотрел на, действительно, небольшое расстояние между нами, чуть скривился в недовольстве и отодвинулся на пару сантиметров. Точнее, на сколько смог поднять свою тяжелую и пьяную тушку с мягкого ковра, и снова приложился к горлышку бутылки. — Ну ты и бука. — огласил свой вердикт парень на мои действия. Неплохо я еще соображаю для такого состояния. — Лучше правда не стоит. — Почему? — Чел, я ж говорю, у меня и без того проблем куча. Поссорился с отцом, он выгнал меня из дома. Сейчас приболела мама. Дико скучаю по младшему брату, потому что видимся тайком и очень редко. Плюс не хочу я ничего начинать… я еще то не закончил, и не хочу заканчивать. — Ты что его так любишь? — Гера чуть привстал и посмотрел мне ровно в глаза. — Люблю… — шепотом выдал я. Да, я люблю его. Только сейчас до меня дошло, как сильно я привязался к Марку. И эта привязанность переросла в любовь. Даже смешно немного. «Что имеем не храним, потерявши плачем», очень верная фраза. Каждый раз. — Попробуй сейчас забыть обо всем. — Гера тянется ближе и мягко касается своими губами моих. Не отвечаю. Вообще нечего не делаю. Просто смотрю в его глаза. — Не надо. — шепчу ему в губы. — Просто заб… — Нет. Я не хочу. Ничего не хочу. Пойду домой. — я попытался встать с полу, опираясь рукой о кровать, которая служива опорой пока мы сидели. Но чуть шатнувшись, я вернулся в изначальное положение. — Куда ты попрешься? Ночь на дворе. Ты ж даже адрес свой не вспомнишь если в такси сядешь. Оставайся тут. Отоспишься и пойдешь. — теперь уже Гера попытался встать, но в отличии от момей, его попытка удалась. — Заползай на кровать, я на диване лягу. — я с недоверием взглянул на него. — Ой, да не сделаю я ничего. Давай, лезь. — я кивнул и вновь постарался встать. Отлично. Получилось. Почти. На четвереньках вообщем-то можно и попробовать заползти. Не снимая одежду, я улегся на кровать. Кстати об одежде. Я ощущал на себе одну вещь, точно не мою. Легкий шелковый шарфик. А, это Таня на меня его бросила, когда полезла к стриптезеру, показать как надо. Оп. Кстати. А куда делись Таня с Ником? И как давно я тут торчу? Тут — это у Геры. Только тут — это вообще где? Хотя… какая разница? Утром разберусь. Утром. Все утром.               Глаза не хотели открываться ни на яркий свет из окна, ни на настойчивые и противные звуки телефона, который оповещал меня то ли о чьем-то звонке, то ли о будильнике. Собрав все силы в руки, я приподнялся на них и нашел предмет моего утреннего раздражения. Разглядев на дисплее звонок от Тани, я очень нехотя ответил на него: — У? — на большее мня не хватило. — Богдан? — прозвучал обеспокоенный голос подруги. — Угу. — продолжая непонятно как отвечать я повернулся на бок и положил телефон на ухо, чтобы не напрягать руки. — Ты как? — Умм. — недовольно промычал я. — Ага, ясно. А где ты? — Ууу, — состроив интонацию похожую на «Ну хз если честно», снова ответил я мычанием. — Так. Ладно. Встретимся где-то через часик у тебя? — Угу. — положительно промычал я. — Окес. Тогда я позвоню еще через пять минут, если ты сейчас рне встанешь. — Угу. — вновь промычал я, а в телефоне прозвучали гудки.        Ну Таня, блять. Какой через час? Я же еще даже глаза не открыл, так и лежу в позе эмбриона с телефоном на ухе, как может идти речь о подъеме? Тем более после вчерашнего. Кстати, о вчера. Чего-то я не помню промежуток между третьим коктейлем и учебным стриптизом от Тани, и еще не помню как оказался здесь. А здесь это вроде… пришлось открыть глаза. Да, здесь — это у Геры. Он, кстати, как и обещал спал на диване. Надо же. Какой ответственный. О, еще и эту часть вчерашнего я помню. Только я собрался зевнуть, как в мое ухо, на котором все еще лежал телефон и раздался громкий звук входящего звонка. — Пять минут уже прошло. Ты встал? — протарахтела Таня. — Да встаю я, встаю. — принимая сидячее положение, я беру телефон в руку. — Все встал. — Ну да. Разговариваешь, значит встал. Так где ты вообще? — У Геры. — У бармена? Серьезно? У вас было? — Нет. — Оу. Надо же. Обычно он своего не упускает. Это ты у нас, сюдя по всему, верная пташка. Ну да ладно. Через час у тебя. Все расскажешь. — не успел я что-то возразить, как она отключилась. Господи. Угомоните кто-нибудь эту женщину. Ник видимо не справляется. — Подруга твоя? — протянул Гера, лежа ни диване. — Ага. И твоя тоже, не? — Не совсем. Она меня знает не с лучшей стороны, так что друзьями нас не назовешь. — протянул он и зевнул. — Ванная дальше по коридору. — Угу. — кивнул я и поплелся умываться. Мда, ну и ночка. Я даже себя в зеркале испугался. Синяки больше чем обычно. Обветренные губы. Даже немного болезненная худоба в лице. Вот до чего довожу себя. Следить за мной не кому. Чертов Марк. Найду его и прибью. Я ему обещал, если бросит меня — он труп. И уж слово свое я сдержу. — Еще увидимся? — опираясь о стену, спросил Гера, смотря на то как я обуваюсь. — Не знаю. — стараюсь не смотреть в его сторону. — Понятно. — Эмм, в общем, спасибо за то, что приютил. — я все же посмотрел на него. — И все выслушал. — добавил он с улыбкой. — Да, спасибо. И… пока. — Пока. — он еще раз улыбнулся, а я вышел за дверь. Еще раз удивляюсь тому как умею влипать в подобные неловкие ситуации.        Добрался я до дома достаточно быстро. Хотя Герман живет в каких-то дебрях, с помощью геолокации я все же выбрался на остановку и благополучно доехал домой. Благополучно, даже не беря в счет недовольные лица окружающих меня людей в автобусе. Судя по их лицам, запашок шел от меня не очень, несмотря на принятый душ. Плюс еще и полдень. Пекло невыносимое. Жаркий июнь. Даже в майке жарко. Пока шел с остановки до дома вспотел. Ветра почти нет, из-за чего даже дышится сложно. На подходе к дому я заприметил женскую фигуру, которая лежала на скамейке около подъезда. К своему лбу Таня прислоняла холодную бутылку с водой, а глаза закрывали темные солнечные очки. — И у тебя состояние не очень? — Еще спрашиваешь. — медленно поднимаясь со скамейки, проговорила девушка. По телефону ее голос казался бодрее чем на самом деле. — Когда ты вчера успел свалить? — Если бы я знал. — открыв дверь подъезда, я пропустил даму вперед. — Где Ника потеряла? — Он отсыпается. Не знаю как мы с ним добрались до меня, но утром… — она посмотрела в телефон, — уже почти днем, я решила что стоит прогуляться, освежиться. Ник в никакую не захотел вылезать из постели, поэтому я решила, что лучше позвонить тебе. А если бы не позвонила, ты бы вообще домой вечером заявился? — ели поднимаясь по лестнице на пятый этаж, спросила она задыхаясь. — Может быть. Я не знаю во сколько уснул. — Какого хрена ты живешь так высоко?! — возмутилась Таня с нифига. — Так исторически сложилось. — Ага. Исторически. — мы наконец добрались до квартиры. — О, Господь! Как тут прохладненько! — довольно расплылась девушка в улыбке, снимая очки. — Оу. Твои синяки еще хуже, чем мои. — Слыш?! Такое девушке нельзя говорить. — она плюхнулась на кухонный уголок. — Это же правда. — Знаешь, лучше промолчи, если такой умный. Так что было ночью? — она заулыбалась, подставляя руки по подбородок. — Ничего. — ответил я, доставая из холодильника холодную бутылку с водой и напиваясь вдоволь. — Что прям совсем? — я вспомнил недопоцелуй от Геры. — Совсем. — Как скучно. — уныла Таня. — Кстати. — из кармана я выудил шелковый шарфик мадам и вручил ей. — Ты че, блять, волшебник? — она явно этого не ожидала. — Я брала его с собой? — он помяла ткань в руках, осматривая ее. — Ты так упилась, что даже не помнишь во что была одета? — Ну-у, как видишь. — она весело развела руками. — В какой момент вы с Ником ушли? — Мы ушли? Вот уж что я ярко запомнила, так это твои сопли-слезы и доклад о том, что ты пойдешь ныть о своих проблемах какому-то парню. И это почти дословно. — Да ладно. Это я так выразился? — Именно. — Ужас. — И как? Поныл? — Из того, что я помню, немного поныл. — Ну хоть правду мне сказал. — Ага. — И? Что планируешь делать дальше? — В плане? — В плане Марка. — А. Хороший вопрос. — я облокотился о подоконник и посмотрел в окно. — Сам не знаю. Просто ждать? Я уже просто не знаю где его искать. Да и стоит ли. Сам появится. Надеюсь. — У-ум. НУ ты мужик, конечно. — Ой, женщина. А сама бы что делала? — Хорошо, что я не буду отвечать на этот вопрос, потому что не хочу думать. — она улыбнулась и тоже приложилась к бутылке. — Хорошо тебе. Думать не надо. — О, да. Особенно сейчас. Ладно. Я остыла. Мы пообщались. Пора мне и честь знать. А то завтра на работу. Надо отоспаться. — Хех. А мне не надо. — Засранец. Ладно, адье. — Ага. — я проводил Таню до двери. Запер ее и пошел спать. Да. Очень хочется еще понежиться в постельке.               Что за день, а? Почему единственное, что меня сегодня так особенно бесит, так это подъем от звонков. Надо сменить мелодию. Эта больно противная. — Да? — очень недовольно ответил я, не открывая глаз. — Привет, солнышко. — О, привет, мам. Ты как? — Да вроде получше. Врач отпустил сегодня домой. У тебя как дела? — Да тоже неплохо. Сегодня выходной. — Ой, как хорошо. Отец сегодня в ночь. Не хочешь через пару часиков с нами погулять? — У-у-м. — протянул я. Не охота отрывать свою морду от подушки, но очень хочу погулять с мамой и Наткой. — Да, хорошо. К парковой аллее подойти? — Ой, как хорошо ты меня знаешь. — мама хихикнула. Я улыбнулся. — Тогда подходи к шести. — Хорошо. До встречи. — ну, в целом, отлично. Хоть подышу вечерним воздухом. Даже несмотря на то, что парковая аллея располагается между автомобильной дорогой, так все равно хорошо и уютно. Ну, а пока могу еще пару часиков подремать.               Где-то без пятнадцати шесть я уже ждал на лавочке в парке. Как всегда приперся раньше. Но радует, что к вечеру на улице стало по прохладнее, поэтому сидеть и ждать было совсем даже сносно. Высокие каштаны, которые располагались по два на лавочку, слегка покачивали ветками под легкие ветерок. Я сидел напротив фонтана и залипал на воду, что как будто играла с мои воображением. Так приятно просто сидеть, слушать как дует ветер и колышет листья. Смотреть на воду. Вот на нее действительно можно смотреть вечно. И это занятие ни за что не надоест. Даже расслабляет и отдаляет от всех проблем. Как будто погружаешься глубоко в другой мир и ничего тебя не беспокоит. В руках и ногах такая слабость. Да и во всем теле. Другой мир. Даже шум от людей уходит куда-то на второй план. Может рыбок завести в большом такой аквариуме, и сделать им маленький фонтанчик, чтобы и им не скучно было и я позалипал немного вечерами. Хотя нет. Так вообще перестану и учиться и на работу ходить. Тогда буду приходить сюда и заливать на воду здесь. — Бодя! — пронеслось над моим сознанием где-то недалеко. — Богдан, ты чего? Все нормально? — ко мне подошла мама и обеспокоено посмотрела в мои глаза, ту меня и переключило. — Ой. Да, все хорошо. Залип немного. — я улыбнулся. — Привет, ма. — я поднялся с лавочки и обнял маму, поцеловав ее. Сзади в меня вцепился Натка. — Здорово, братело. — я обнял его в ответ. — Ого, это у тебя что? — Новый мячик! Мама купила! Буду на футбол ходить со следующей неделе! — радостно заявил мелкий и прижал мяч к себе. — О, вот класс! Станешь знаменитым футболистом, будешь по разным странам ездить. — Да! И маму с папой возить! И ты, Бодя, с нами же поедешь? — с надеждой в глазах спросил брат. — Конечно. Куда же вы без меня? — я обнял его еще раз. Так приятно прижимать к себе это маленькое, но такое родное тело. Как же я по ним соскучился. Я притянул маму и мы стояли так несколько минут, просто обнимаясь. — Идем? — все же прервал я наши объятия. — Идем! — проголосил брат и направился чуть вперед от нас. — Игнат! Будь, пожалуйста, внимателен с мячом! Не выходи рна дорогу! — вслед ему заговорила мама. — Да, я помню! — весело ответил брат. И начал носиться с мячом по округе, поодаль от нас. — Сынок, — мама подхватила меня за руку, — что случилось? — женщины, вы что? Ясновидящие все? Как вам удается понять, что что-то не так? — Да нормально, все. С чего ты взяла, что что-то случилось? — Я же мать. — и эта фраза всегда прокатывает. Как. Вы. Это. Делаете. — Ну, если коротко, меня кажется бросили, и как бы вроде не бросили. — Это как? — Ох. мам. Если бы я знал. Просто он мне сказал, что ненадолго надо расстаться. И даже причину не объяснил. — Подожди. То есть ты с кем-то уже прям в серьез встречаешься? — мама слегка покрылась румянцем и прикрыла рот свободной рукой. — Ну, да. Еще тогда, когда… ты папе леща дала. Ну, пред новым годом. — я потупил взгляд, а мама совсем раскраснелась. — Ох. — вздохнула она. — И давно вы…фух, эм, расстались? — Уже пару месяцем от ничего ни вестей, ни костей. — Ойх! Прости тебя Господи, Богдан! Нельзя так говорить. — Да-да. Но. просто, вот вообщем и вся проблема. — да, не считая того, что я безумно скучаю по вам, волнуюсь за тебя, мам, за твое здоровье, беспокоюсь об Натке и отце. Да, так что это одна из всего выбивающего меня из колеи. — Ну, сынок. Все, что я могу сказать — это обычные слова поддержки. Если ты действительно нужен этому человеку, и он нужен тебе, значит все еще сложится. Если же нет, то наедешь ты еще того, кому будешь дорог. Кто тебя не отпустит. — мама улыбнулась и сжала мою ладонь. Я улыбнулся в ответ. Да, мам. Все так. Я это знаю. — Спасибо. Так футбол значит, да? — Ах, это. Ну да, вот пока увлекся… Игнат? — мама осмотрелась по сторонам (дальше под музыку 不堪忍受 — 等你). — Игнат?! — позвала она его еще раз и даже остановилась на месте. — Бог мой, что за ребенок. Просила же не отходить. — Да сами виноваты, заговорились. Сейчас наедем. — я улыбнулся, но все-таки очень даже забеспокоился и двинулся быстрее вперед. — Ты поищи здесь. Иди, пожалуйста, медленно, не перетруждайся! — мама положительно кивнула и обеспокоено начала оглядываться по сторонам. Ох, мелкий. Ну я тебя дам за то, что испарился. Я тоже начал оглядываться по сторонам и выкрикивать имя брата. Расспрашивать прохожих. Вот же ж мелкий. — Игнат! — заприметив его яркую майку, окликнул я. Но он не отреагировал и пнул мяч. Тот ударился о дерево и отскочил. Малой ринулся за ним. Я за Игнатом. — Игнат! Стой! — я побежал за ним. Все мое тело передернуло, и показалось, что сердце остановилось, когда Игнат поднял голову, глянул на меня и улыбнувшись поднял руки с мячиком вверх. В ту же секунду я потерял его из виду. Пролетела машина. Как будто не в этом мире, в другой вселенной я смотрел на то, как мое маленькое, дорогое, хрупкое тельце пролетело по дороге, от которого укатился мяч и лопнул под колесом одной из машин на проезжей части.