Counting stars

      Тётя Мэй думает, что Питер забил на колледж и пошёл работать к Тони Старку. Она считает, что это поспешное и неосмотрительное решение, которое не приведёт ни к чему хорошему. Разумеется, все это Питер выслушивал последние два месяца перед отъездом в разных вариациях.       В чем-то тетя Мэй определенно права. Во-первых, Питер действительно забил на колледж. Но кому нужен колледж, если учить тебя будут спасители этого мира и самый гениальный изобретатель в современной истории? Во-вторых, решение это и правда неосмотрительное и поспешное, учитывая, что мистер Старк не раз предлагал «нормальную жизнь вместо всего этого», а Питер благополучно пропускал его слова мимо ушей. (Просто наслаждаясь звуками любимого голоса). Кажется, это единственные слова мистера Старка, которые Питер игнорировал.       Когда Питер чего-то не хочет, его невозможно заставить (если ты не Тони Старк). Так что в назначенный день к дому Паркеров подъехал шикарный автомобиль, и Питер, поспешно закончив часовое прощание с тетей Мэй, выскочил на улицу. - Привет, Хэппи! - Привет, Паучок.       Питер застыл на секунду с полуоткрытой дверью, а потом круглыми глазами воззрился на мистера Старка, державшего руль. - Мы едем, или ты передумал?       Питеру пришлось очень тщательно контролировать силы, чтобы, захлопывая дверь, оставить ее на месте. Мистер Старк проворчал что-то на тему того, что Паучка нельзя подпускать к хорошим машинам, но Питер паучьим чутьем ощутил его облегчение. Или хотел так думать.       Вся команда думает, что Тони сошёл с ума. Они считают, что это поспешное и неосмотрительное решение, которое не приведёт ни к чему хорошему.       Ну, почти. Наташа Питера обожает, учит его русскому, а он ее - испанскому. Тони даже порой ревнует, наблюдая за их весёлой возней. Хэппи до сих пор благодарен Питеру по гроб жизни и чисто по-человечески счастлив, что Тони «наконец-то есть ради кого жить». Естественно, это Тони от него слышал в первый и последний раз.       Единственная ложка дёгтя - это Стив с его вечной осторожностью и предусмотрительностью. Последние два месяца Тони ежедневно выслушивал, что «мальчика не убережёт», что «сломает ребёнку жизнь» и что «он слишком молод для всего этого... непотребства». Стива систематически посылали куда подальше, он систематически возвращался оттуда с новыми нотациями, и в душе у Тони рос смертельный страх, что Стив чертов пророк. Слава всем известным Богам (или проклятье), Питер про колледж даже слушать не стал, жутко обиделся, и Старку пришлось долго просить прощения.       В назначенный день Тони поручил Пятнице отменить будильник Хэппи, сам сел за руль и поехал за Питером. Естественно, «проездом». Естественно, «у меня есть дела поважнее, чем работать твоим такси». Естественно, Тони ни за что никому это место не уступил бы.       Комната у Питера большая, светлая, с кучей навороченной и прокачанной Старком техники, такая, о какой мечтает любой подросток. Питер замирает на пороге и чуть не падает, когда Тони осторожно подталкивает его в спину. - Не пугайся призраков, это Вижен сквозь стены ходит, - поясняет Тони, чтобы заполнить неловкую паузу. Питер вздрагивает, оборачивается, и Старку кажется, что более счастливым быть невозможно. В этом восторженном сиянии глаз он готов купаться вечно. Разумеется, только если глаза принадлежат Питеру. - Спасибо, мистер Старк! - Паучок благодарит так, будто ему только что жизнь спасли. Тони поспешно отгоняет мрачные мысли и в который раз молится, чтобы даже до угрозы жизни Питера не дошло.       В Мстителях.       Ха-ха.       Паучок стоит слишком близко. Тони чувствует тепло его тела. Зрительный контакт неловко-долгий, но прерывать его не спешит ни один, ни второй.       Питер чувствует, что сейчас покраснеет.       Тони чувствует, что Питер сейчас покраснеет, и (не) хочет его смущать. Вместо этого внезапно для себя самого делает то, что угодно госпоже Гравитации - чуть наклоняется и осторожно целует Питера в губы.       Поцелуй длится очень долго, потому что оба стоят без движения. Питер боится, что сон сейчас кончится. Тони боится, что Питер сейчас оттолкнёт его и сбежит.       Вместо этого Паучок вдруг хватается за рубашку Тони и прижимается ещё крепче. А Старк каким-то неожиданно уютным и правильным движением заключает его в кольцо рук.       Питер ни разу в жизни не пил, но сейчас ему кажется, что он знает, как это - быть пьяным. У него пустеет голова, ноги подкашиваются, и кажется, что они сделаны из воздушных шариков. Чтобы не улететь в небо и не разорвать прикосновение, приходится уцепиться за мистера Старка изо всех сил. А когда его обнимают в ответ, Питер чувствует, что точно уже никуда не денется. Его, как железную булавку, примагничивает к широкой груди.       Поцелуй прерывается, потому что Питер забыл, что надо дышать. Несколько секунд он смотрит на Тони - как ещё теперь его называть про себя, если не так? - расфокусированным наркоманским взглядом, потом, будто в трансе, делает шаг назад и неуверенно улыбается. Ни мозги, ни язык у него не работают, поэтому вместо чего-нибудь романтического и подходящего к моменту из Питера вырывается: - Мистер Старк, а вы всех новеньких так приветствуете? - Будешь дерзить - поедешь домой, - парирует Тони, стараясь не думать о том, что это первый (и хоть бы единственный!) раз, когда Паркер почти заставил его покраснеть.       У самой двери он оборачивается и цепляет взглядом невозможно-счастливого Питера, застывшего посреди комнаты с дурацкой улыбкой на лице. Уголки губ сами собой ползут вверх. - Добро пожаловать, Паучок. - звучит, как приглашение в сердце. Хотя Питер давно уже там за главного.