Будущее, которое мы заслужили.

Замечательно! Наконец этот урок закончился. Скука смертная. Особенно, когда ты в жизни не понимаешь химию и все эти формулы. Собрав все тетрадки, Анна постаралась первой покинуть аудиторию, чтобы подняться в свою комнату и сделать звоночек. Однако, ее схватил за локоть Павленко, будто бы ожидая каких-либо действий. На что девушка вопросительно глянула на него, но заметив изумленные глаза его ненаглядный друзей, та махнула рукой, будто бы зазывая за собой. Не хотелось находиться с ними в одном помещение, так как, если они и поймут, что она не просто новенькая, то накинуться с вопросами, мол, «ты тоже работаешь на них?». Громкоговорящий вопрос, только вот чего Роман желает от нее? Неужели что-то понял и решил узнать лично? Без лишних слов Дмитриева направилась в сторону библиотеки, после чего поднялась на второй этаж, зная, что парень так и старается сделать ей дырку в спине. — Ты что-то хотел? — поворачиваясь, та мило улыбнулась, будто в предвкушении признания от одноклассника. Павленко слегка мялся. Ей это не нравилось. Ведь она ненавидела парней, которые мнутся, словно первоклассники. — Ром? — постаралась обратить внимание на себя Аня, подходя чуть ближе, сокращая расстояние. — Да, Ань, тут такое дело, — Рома просто-напросто не знал, как правильно подобрать слова для вопроса. На признание «в вечной любви» это было не очень-то и похоже. Правда, закончить парню никто не дал, так как послышался до дури знакомый голос. — Анна Дмитриева, подойди в кабинет директора, — благодаря системе оповещения, девушка услышала для себя весточку. Ее позитивный настрой явно пропал. Зачем ее вызывают? Из-за учебы? Да это бред какой-то, а вот из-за вчерашнего — милости просим. Было у нее такое чувство, как «надежда», что рюкзак ее не нашли, но это глупо. И верить в это тоже глупо. Помрачнев сильнее тучи, та натянула очередную улыбку. — Ром, давай потом поговорим, — проговорила она, подходя к лестнице и спускаясь вниз. — Что от тебя хочет Морозов? — напрягся Павленко, провожая ее взглядом. — Наверное, поговорить о моей успеваемости, — с усмешкой проговорила Анна, смеясь над своими же словами.

***

Проходя в кабинет, та тихонько закрыла за собой дверь и прошла к небольшому столу, за стулом которого располагался Уваров собственной персоной. Выглядел он сегодня гораздо лучше, чем вчера. Да и настроение уже, по-видимости, у него было уже не такое паршивое. Слева от деревянного стола стоял акционер «INGRID», на лице которого не было ни одной эмоции. — Вызывали, Петр Алексеевич? — не обращая никакого внимания на физрука, Анна приветливо улыбнулась. — Ты ничего не забыла, Дмитриева? — отозвался Вадим, а не бывший директор. — Вадим Юрьевич, что Вы имеете в виду? — непонимающе глянула на него, переводя взгляд с его глаз на голову. — Оу, как Вы так поранились? Она старалась говорить более сочувственно, со временем веря в свои собственные слова. — Прекрати этот цирк, идиотка. Теперь его лицо поменялось в выражение. Что-что, но парочка слов из ее уст сильно раздражали Уварова. Видимо Морозов перешел на второе место по тому, кто его больше бесит. Опустив руку под стол, кареглазый достал тот самый рюкзак, из-за чего ученица невольно вздрогнула. После этот кусок ткани полетел ей в руки, Анна ловко его поймала, в ожидании глядя на мужчину. — Не хочешь ничего рассказать, Аннушка? — вопросительно поднял бровь, также пристально глядя на неё. Анна быстро кинула взгляд на Петра, который тоже ждал от нее ответа. Открыв рюкзак, Анна заметила только фонарик, который неизвестно еще работает или нет. Ни папки, ни сигарет с зажигалкой там не было. — Не думал, что Сафронова пошлет такую придурковатую в школу, — издал усмешку преподаватель, наблюдая за тем, как ее лицо изменяется. — Думала, что «правая рука Вульфа» сразу же поймет кто я, но нет — словил по рандомному случаю, — постаралась съязвить Анна, усаживаясь на другое кресло, предчувствуя длинный разговор. Радовало то, что не убью на месте. — Видно я ошибалась, раз считала, что Вы лучший в этом деле. Проигнорив ее упреки, мужчина слегка разомнул шею и закатил глаза, дожидаясь хоть каких-то объяснений. Еще той же ночью он успешно узнал, кто это и зачем ее сюда послали. Только смысла он в этом не видел, да и почему его не оповестили? Еще в ту же ночь Колчину принесли досье на эту ученицу, и он сразу в ней узнал приспешницу Клавдии, которая находилась под присмотром какое-то время. Не сказать, что Вульф особо рассказывал о ней что-то, просто объяснил вкратце то, что она ранее уже училась в этой школе, когда была ребенком, но после ее забрали от туда, под предлогом перевода. Так что, в отличие от других учителей, Поляков сразу бы ее узнал, так как помнил всех детей. Хоть теперь она уже была не маленькой девочкой. — И что, теперь вы мои сигареты своровали? Вроде все уже поняли, что мне не семнадцать лет, — с явным возмущением, продолжила Дмитриева. — С какой целью тебя сюда послали? — игнорируя ненужную информацию, Уваров пристально глядел на нее. — Наблюдать, что же я еще могу? — улыбнулась немного странно, понимая, что этого ответа будет недостаточно. Вадиму явно не приносило удовольствие смотреть на ее довольную лыбу. Было такое чувство, что она пришла будто бы к себе же в гости. Да и зачем послали ее наблюдать? Не сказать, что с «местными сыщиками» она стремилась наладить контакт, если только с Павленко, которым им явно не сдался. Настолько боялся за свою шкуру, что сливал Морозову всю информацию об их переделках. «Сливать» такое громкое слово, однако. Наверняка каждый из них бы это сделал под предлогом смерти. — Пока что я толка от тебя не вижу, — без какого-либо интереса к ее персоне, ответил Уваров, косясь на Петра. — Не все же сразу, Вадим, — со смехом попыталась отойти от какого-то ответа. — Мне нужно просто смотреть за ситуацией, которая здесь происходит, то есть за учениками, которые лезут не туда, куда нужно. Так как мы не можем трогать каждого второго ученика, мы хотя бы должны знать об их действиях. Говорила она о достаточно известных и простых вещах, но Уваров все равно не хотел доверять, чуял какую-то фальшь. Как понял сам мужчина, Теодора не оповестила даже Вульфа о приезде новой ученицы. Однако не доверять этой женщине не было причин, а эта подчиненная была под ее крылом. — Сегодня вечером тебя хотят видеть на нижнем уровне, — кареглазый глянул то на другого мужчину, то на девушку. — Хорошо, — без лишних вопросов, произнесла она, перекладывая одну ногу на другую. — Ладно, я пошел первый, — Петр, опустив бумажки на стол, которые находились в его руках, поспешил выйти из кабинета. Не хотелось бы, чтобы их увидели здесь втроем, точно бы вызвало подозрение. Анна думала, что сейчас подъедет новый допрос от физрука, но тот будто бы и вовсе не замечал ее, думая о своем. Поднявшись со своего места, девушка приземлилась пятой точкой на стол, игриво посматривая на преподавателя, который не понимал к чему все это. — Вадим Юрьевич, мы же, вроде как, коллеги, — губы расплылись в нежной улыбке, — может мы договоримся, и Вы поставите мне пятерку в полугодии? — И что же ты мне предложишь, милочка? — обворожительно улыбнулся мужчина, поднимаясь с кожаного кресла и подходя к Дмитриевой. — Вадим Юрьевич, вы даже не представляете, — не договаривая, девушка легонько положила ладонь на его щеку, медленно, но уверенно переходя на шею. Никаких ответных действий от Вадима не последовало. Анна же тем временем подошла к нему вплотную, ожидая хоть какую-то реакцию. Ничего, кроме ледяного взгляда, не последовало. Будто бы ее и не было. Она изучала его, пыталась понять хоть какие-либо слабости, хотелось найти какой-то маленький козырь. Женское очарование не срабатывало, да и ученица особо действий не предпринимала, лишь невинные касания. Правда, мужчинам это нравились — такие поигрывания. Голубоглазая знала, что сердце этого мужчины занято, и походу он был верен своей возлюбленной. Или нет? Хах, забавная ситуация. Уваров был знатный лавилас, ему определенно нравилось находиться в компании красивых дам, которые при этом были от него без ума. И впрямь, имелись у него и определенные качества и внешность, благодаря которым он привлекал своих дурочек на одну или две ночи. Анне и самой нравились в нем некоторые качества. Не будь он таким моральным уродом, она бы постаралась прыгнуть к нему в постель в первый же день. Стоит учесть, что далеко не одна ученица и не две смотрели с некой страстью на Уварова. Всё это знала и Дмитриева. Зачем ей это? Простая работа, не более. Лучше знать все и о своих коллегах, не меньше чем о врагах. — Не забывай, где ты находишься, — появилась явная усмешка у него на лице, после чего грубо схватил ее за запястье. Будто бы ничего не ощущая, Анна улыбнулась, — простите, не удержалась, Вадим Юрьевич. Отпустив юную особу, мужчина без слов быстро покинул кабинет.

***

Оставалось два урока. Павленко продолжал озадаченно глядеть на юную деву, которую уже раздражал его взгляд. Парень так и хотел задать тот самый вопрос, но теперь и Морозов зачем-то позвал одноклассницу. Просто так бывший директор не делал. — Ань, с тобой все нормально? — быстро глянув на преподавателя биологии, спросил светловосый. В его голову лезли мысли о том, что с ней могут поступить, как с Соней и Мишей. И не только. — А что должно случиться-то? — с какой-то насмешкой ответила вопросом на вопрос Анна, полностью облокачиваясь на спинку стула. Теперь на нее смотрел не только паренек, сидящий рядом, но и его ненаглядные дружки. Такое чувство, что она стала местным экспонатом, благодаря чему все желающие пялятся на нее все время. Ответа никакого не последовало на вопрос Дмитриевой, которая весь оставшийся урок смотрела на пейзаж за окном, то есть, за тем как физрук гонял пятиклассников туда-сюда.

***

— Давай, Морозов, поднимайся и поехали, — махнув рукой, Уваров приказным тоном заставил Максима подняться со скамейке. Пару секунд назад последнему было уж очень весело. Сегодня занятие проводилось в здание школы, поэтому ученики были слегка расслаблены. Уж лучше заниматься фехтованием, чем бегать туда-сюда по желанию преподавателя. Хотя, подниматься со своего места никто не желал, хотелось просто понаблюдать за физруком в деле, который то и дело показывал новые приемы. Макс просто молчал, накинув специальную маску, тот схватил шпагу и начал ожидать старта этого боя. — Чего застыл? Нападай, — Вадим невзначай улыбнулся, предвкушая победу. Брюнет не стал долго ждать и ринулся вперед со своим оружием, пытаясь ранить противника, на что последний ловко уклонялся. Морозов прекрасно знал, что победа так легко не дастся, поэтому старался не медлить и делал все быстрее движения, но, увы, это не помогало. Все это злило молодого человека, не любил он проигрывать. Он не мог словить, хотя бы шанс в его пользу, хотя в отличие от него, Уваров был в обычном спортивном костюме, который даже не защищал его. Продолжалось все это представление недолго. Уваров решил закончить этот цирк и пригласить другого желающего, коих просто не было. — Неплохая попытка, кто желает быть следующем? — окинул взором учитель своих учеников, останавливаясь на Анне, которая облокотилась на плечо Павленко. — Кажется, я нашел желающую, — ухмыльнулся мужчина, отвечая сам себе на вопрос. Смотря на нее, ему казалось, что она самая бесполезная из бесполезных. Просто мусор.Неужели их первая стычка так на него подействовала, что теперь она для него даже не коллега, а просто вещь или же предмет, которым можно руководить? — Я желающая? — захлопала ресницами Анна, принимая обычное положение. Все же его взгляд начинал ее раздражать. Казалось, она читала его мысли. И зачем ему этот театр? Хочет унизить тем, что он в этом хорош, а она ноль? Или же это из-за простых отношений в школе между преподавателем и ученицей? — Да, желающая, я прям, вижу, как вы с Павленко так оживленно говорите о фехтовании, — перевел взгляд на самого парня и его друзей, которые сразу же насторожились. Не ответив на его реплику, Дмитриева подняла свою пятую точку и, взяв шпагу в правую руку, встала напротив Уварова, который ожидал от нее хоть каких-то действий. Довольное лицо светловолосой сразу же поменялось на угрюмое, но медлить не стала и решила напасть. Ведь лучшая защита — это нападение. Ее удары напоминали мужчине удары Макса, который с каждым разом пытался бить быстрее, однако, ее удары были более отточены. Сразу было видно, что далеко не в первый раз держит в своей руке оружие такого типа. — Занималась ранее? — задал вопрос с улыбкой кареглазый, рассматривая ее. Отметил то, что она была достаточно сосредоточена. — Да, — глухо ответила она, уже уворачиваясь от атаки с его стороны. Все-таки он не был дураком и решил взять инициативу в свои руки, она не дралась во всю силу, поэтому стоило вынудить ее взять себя в руки или же вернуть на место рядом с одноклассником. Выпады с его стороны, заставляли девушку все время уходить назад, казалось вот-вот и та уже упрется спиной о бежевую стенку. Она не смогла сравнится с ним, у нее были определенные данные, да, но не такие как у него, поэтому она могла лишь уклоняться. Понимая, что уже она сама окажется прижатой и со шпагой у своей шее, девушка решила сделать кувырок, чтобы хоть как-то изменить дорогу к своему проигрышу. Это было неправильно, и если бы он хотел, то мог схватить ее за шкурку или еще хуже. Но они не одни. Это всего лишь занятие. Правда все эти выпады с ее стороны ей совсем не помогли, и когда ученица приняла снова стоячее положение — почувствовала, что этот урок для нее закончен. Вадим уловив все ее действия, решил, что это представление должно подходить к концу, поэтому выбил шпагу из ее рук. Дмитриева засмеялась совсем негромко, улавливая удивленные взгляды на себе и на личности перед собой. Видать, она была первой, кто так долго «файтился» с физруком, который с какой-то неприязнью смотрел на деву. До него все не доходило, что же с ней не так? Ее глупая манера могла задурманить голову этим ребятам, но не ему. — Если продолжишь заниматься — добьешься успехов, — будто бы поддерживая, заявил Уваров, поворачиваясь к ней спиной. — Спасибо, — коротко ответила Анна, глядя вслед. Больше ничего задорного не происходило, мужчина отметил отсутствующих и поставил оценки всем присутствующим, после чего все покинули помещение.

***

Время потихоньку шло к ночи, поэтому все ребята расходились по комнатам и по своим койкам. Хотя в последнее время все больше ребят не желали следовать правилам и предпочитали проводить время не в своей уютной комнатки. На часах было без двадцати двенадцать, поэтому мужчина слегка раздраженно поглядывал на ручные часы. — И где этого Уварова носит? — хмыкнул Морозов, шагая туда-сюда, возле книжных полок. — Пойдем без него может быть? — скрестив руки на груди, произнесла сухо Анна. — Тебе бы я вообще посоветую не открывать рот без надобности, Дмитриева, — злобно зыркнул на нее бывший директор школы, переходя ее зону комфорта. После чего грубо толкнул ее спиной о книжный шкаф, вслед за этим его плотной сжатый кулак столкнулся с деревом, возле головы девушки. Если посмотреть со стороны, то можно было бы подумать, что этот мужчина зажимает школьницу в каком-то переулке. — Ты хоть понимаешь, что подставила всё под угрозу? — чуть ли не шипел тот ей в лицо. — Тебе повезло, что Сафронова тебя не ликвидировала. — Знаю, — как отрезала Дмитриева, глядя ему в глаза. В них можно было прочитать лишь безразличие. — Все под контролем… Хотела она уже было продолжить «распинаться» перед Петром, но заметила, как со второго этажа на них смотрит другой мужчина. Быстро вернувшись к отцу ее одноклассника, она притянула его рукой за рубашку и слегка чмокнула его в губы, имитируя страстный поцелуй. Таких действий явно не понял ее напарник, который уже хотел спросить, что она творит, но услышав тихие шаги — замер. — Молчи, это Уваров, — успела отстраниться от него и шепнуть на ушко, отрекаясь от объятий. — Что, Морозов, за юбкой школьницы увязался? — послышался насмешливый тон, чьим хозяин являлся Вадим. Девушка засмеялась, пытаясь изобразить смущенность. Уж пускай физрук будет думать, что у них роман, чем какие-либо секреты. — Тебя не должны волновать наши отношения, Уваров, — вся уважительная речь, которая присутствовала днем, просто испарилась. — Идемте. На это Вадим лишь хмыкнул, закатывая глаза. После без слов эта троица отправила на нижний уровень.