When All is Lost One is Found

      Найти этого человека было нетрудно, если знать, куда смотреть. Мундунгус — известный торговец крадеными вещами с дурной репутацией, а значит мог находиться либо в Лютном переулке, либо в какой-нибудь грязной дешевой таверне.       Северусу удалось обнаружить его в четвертом по счету кабаке, из тех, что он посетил.       Мундунгус стоял у барной стойки, заказывая огневиски. Северус накинул на голову капюшон. Сперва он немного сомневался, стоит ли использовать одежду пожирателя для этой миссии, но потом решил, что такой поступок лишний раз продемонстрирует его «лояльность» Темному Лорду.       Северус подождал, пока Флетчер возьмет выпивку и сядет за столик.       Как и следовало ожидать, никто из присутствующих в таверне не обратил внимания, когда Снейп вошел внутрь: посетители просто боялись взглянуть на пожирателя смерти и привлечь к себе ненужное внимание.       Северус незаметно вытащил палочку и, подойдя к Мундунгусу сзади, прошептал заклинание конфундус. Глаза Флетчера чуть расширились, а лицо побледнело.       Снейп сел напротив жулика, снова сделав неуловимый пас палочкой — теперь их разговор смешивался с шумом таверны, растворяя их голоса в общем гомоне.       Расфокусированный взгляд Флетчера остановился на Северусе, он даже открыл рот, словно собирался заговорить, но не издал ни звука. Снейп начал первым.       — Передай Ордену Феникса, что им нужно использовать особый трюк для отвлечения внимания при сопровождении Поттера. Посоветуй использовать оборотное зелье, создав несколько фальшивых Поттеров. Это уменьшит риск для жизни мальчишки.       — Хорошо.       — А теперь ты забудешь о нашей встрече и этом разговоре. Идея перевести Поттера таким способом — твоя, — на этой фразе Северус чуть усмехнулся и пробормотал себе под нос: — Как бы странно это ни было.       — Да, — покорно подтвердил Мундунгус.       — И сделать это нужно как можно скорее. Темный Лорд знает дату рождения Поттера и будет планировать атаку на этот день. Ты понимаешь, о чем я говорю?       — Понимаю, — согласился Флетчер, не проявляя никаких эмоций.       — Когда вы собираетесь переправлять мальчишку? Мне нужна настоящая дата.       — Двадцать седьмого июля, — равнодушно ответил Мундунгус. — Информация о дне рождении фальшивка, ее специально распространили, чтобы она дошла до Министерства.       Северус улыбнулся. Он чувствовал гордость за проделанную работу. Глядя в глаза этого скользкого человека, Снейп осторожно вошел в его сознание. Увидев последнее совещание Ордена Феникса, он напрягся. Это оказалось несколько сложнее, чем он думал. Орден решил переправлять Гарри по воздуху. Но его план должен подойти и в этом случае, отвлекая сторонников Темного Лорда и позволяя мальчишке в целости и сохранности сбежать.       Северус понимал, что Грейнджер во время этой операции будет рядом с Поттером, и от этого ему очень хотелось неправильно передать полученную информацию Воландеморту. Но при этом он знал, что Дамблдор прав. Нужно сказать правду. Он должен поддерживать свою роль шпиона и это был прекрасный случай. Гермиона это поймет лучше многих. Кроме того, Снейп слишком уважал Грейнджер и поэтому хотел соответствовать ей, сделав всё правильно. Гермиона осознавала риски. Она тоже понимала его и свою ответственность перед остальными.       Если Темный Лорд прикажет ему участвовать в нападении, он приложит все силы, чтобы уберечь ее. Воландеморта мало интересовало, сколько людей погибнет ради исполнения его воли и от чьей руки они примут свою смерть. Его собственное существование, его гордость, его успех — вот, что волновало Лорда. Все его слуги — расходный материал. И пожиратели это знали.       Поднявшись с места, Северус пошел к выходу из таверны. Выйдя за дверь, он обернулся и в оставленную им щель послал заклинание, снимающее чары с Мундунгуса. Почти в этот же миг темная метка обожгла его руку. Северус глубоко вздохнул, прежде чем углубиться во тьму переулка и аппарировать прочь, на новую встречу к своему господину.       Теперь оставалось только надеяться, что Мундунгус выполнит свою часть задачи и Дамблдор окажется прав, составляя этот план.       К сожалению, надежда — одно из немногих чувств, что всегда давалось ему с трудом.