Не проходи мимо

Все-таки он нашел и кредитную карточку и деньги - на дне сумки, в пластиковом пакете аккуратно были упакованы все документы, деньги и именные чеки. Видимо, Джинхен не такая уж и сволочь, видимо, решил выселять - так выселять. Сынхен устало откинулся на спинку сидения в автобусе, поднимая к глазам дисплей телефона и выключая его. Уходить, так уходить. Задымленный бар встретил нового посетителя щедрым, застоявшимся в маленьком помещении запахом алкоголя, смешанным с духами, кожей и сигаретами. С трудом переборов наплывшую тошноту, парень направился к стойке, заказывая водку. Ему редко хотелось так напиться, но сегодня был необычный день. Момент, когда прервалась его стабильная, твердая поступь по жизни. Он не мог быть уверенным в своем будущем тогда, когда после пяти лет совместной жизни его вот так, просто, выгнал из дома человек, которого он считал родным. Да, их совместная жизнь не была сладкой. Рюмка. Да, и сам Сынхен нередко заводил скандалы. Рюмка Рюмка. Еще одна. Еще один заказ. Он не был человеком, выражающим свои чувства, выносящим их напоказ. Может, и сам он был виноват в том, что редко показывал свою любовь к человеку, отдавшемуся ему целиком и полностью. - Слушай, тебе уже хватит, - прокуренный, пьяный голос прозвучал прямо за спиной. Прокрутившись на высоком стуле перед стойкой, Сынхен мутными глазами оглядел подошедшего. Темно-синие брюки, пиджак в тон. Под ним светлая футболка с принтом - в полутьме трудно разглядеть, что было нарисовано на белом хлопке. Каштановые волосы аккуратно уложены и перетянуты резинкой на затылке. Пальцы, унизанные массивными кольцами, скрылись в кармане брюк. Пьяная улыбка, а в глазах так и сквозит немного надменное сочувствие. - Не твое дело, - незнакомец не вызывал желания раскрыть душу за стопкой, несмотря на приятную внешность. - А ну убери водку, ты и так уже пьян! - голосом, не терпевшим возражений, парень протянул руку и взял бутылку в тонкую руку, разглядывая содержимое на слабом свету, от подсветки с полок со спиртным. Оставалось мало, и прозрачная жидкость плескалась на донышке. Резко вскочив со стула, Сынхен, не отдавая отчета в своих действиях, схватил незнакомца за руку, выхватывая вожделенную тару. - Не глупи. - Не тебе меня останавливать, отдай! - Не отдам, тебе станет плохо. Я не хочу спать с пьяным в стельку парнем. Поехали ко мне, - спокойный тон говорящего просто убил Сынхена, поднявшего бровь в ответ на это дерзкое заявление. Они даже не успели узнать имен друг друга, как его уже зовут в постель. - Что? Что ты сказал? - Может, он ослышался? И этот надрывный голос только мерещится? Может, в баре он стоит один, разговаривая с невидимым красавчиком в синем костюме? - Я вижу, ты согласен, - на вид хрупкое запястье обхватило его ладонь с силой, утаскивая к выходу. На входе стоял белый Мазератти, продажа которого поступила в Европу только на прошлой неделе - Сынхен знал о машинах все, Джинхен здорово поднатаскал его в этом деле. Заметив шоковое состояние брюнета, парень развязано ответил, опираясь на багажник автомобиля: - У меня черная полоса в жизни. Да и у тебя тоже. Давай не будем портить эту ночь друг другу, нам необходимо вылечиться. Просто вылечиться. Сынхен, уже сидя на кожаном сидении, потирал вспотевшей ладонью лоб. Либо он напился до галлюцинаций, либо сегодня и правда, началась новая жизнь.